Впусти меня...

То, что в книге занимало около десяти страниц, подарило мне половину весны. Полтора месяца ароматов цветения и тёплого солнца, прогретой мостовой и спелых яблок - или их местного аналога, ласку женщин и пьянящий вкус вина. Эстебану было не больше семнадцати лет и он жил единым мигом, стараясь всё успеть до гибели, которой, казалось, было не избежать, и которую он, увы, не ожидал. Свистопляска событий порой казалась безумной чехардой сновидений, яркой мишурой... Настолько яркой, что я начинал забывать, что я тут лишь гость. Пару дней после той игры в кости я владел телом, а после Колиньяр "вернулся", но какой-то настороженый, словно начавший что-то подозревать, он крепко держался за своё место в этом мире и я больше не мог чувствовать себя полноценным, а значит - живым. Но даже за это я был благодарен судьбе, которая вела обратный отсчёт - я не знабывал о том ни на миг. - Смотрите-ка, - против моей воли завёл свою волынку Эстебан, окинув пристальным взглядом залу местного общепита. - Уж не Окделл ли это? - Закатные твари, он, - радостно оскалился Северин, а я почувствовал острое желание врезать кому-нибудь типа этого чёртового Топографа, чтоб ему икалось. - Выходит, Ворон опять заскучал? - "Да тебя-то это каким боком касается?", - мелькнула и исчезла мысль в голове. Молчи, Эстебан, я тебя умоляю! Я же жить хочу, а. И ты хочешь, я уверен в этом! Да только я знаю, чем твои фразы грозят, а ты - ни сном, ни духом. Дальше пошла такая грязь словесная, что я просто поражался, как у этих личностей языки повернулись такое ляпнуть. Будь моя воля - зажал бы уши или свернул бы кому-нибудь челюсть. И как Ричард ещё это терпит? Ой-ё-о... сейчас же мне - а точнее, Эстебану - нос будут лома... БЛЯТЬ! Окделл отстранил бестолково мечущегося и лишь мешающего кузена, словно чеканя шаг, подошел к Эстебану и без лишних слов ударил в нос. Вы поняли, почему я, блять, заорал мыслено?! Я же всё чувствую, блин! Брызнула кровь, ошалевший от неожиданности Колиньяр нелепо дернулся и ударился головой об угол буфета. Ну причём тут я?! Эстебан судорожно схватил сунутый кем-то из друзей платок, пытаясь унять кровотечение, а я старался вернуть себе самообладание. - Где и когда вам будет угодно. Эстебан встал. К его чести голос не дрогнул, медленно и с паузами озвучивая дату нашей гибели. Я чёртов реалист. - Завтра. В шесть утра. В Нохе. Секундант с моей стороны - Северин Заль. Выживешь - с остальными сам решай, нет - не судьба. - Меня это устраивает. Я буду без секунданта, господа, - бросил Ричард, а Эстебан глубоко вздохнул и коротко пожал плечами - мол, твоя беда. Да нет, Колиньяр, беда наша общая. Мальчишку было жалко. Очень. Каким бы нахалом и наглецом он не был, что бы не говорил - Колиньяр никого ещё не убил, не обокрал, ни ссильничал девушку. Он был дитя своего времени - жестоко и мерзкого, но одновременно яростного, живого, верного. Эстебан ровнялся на отца, а тот оказался не лучшим примером, как мог я судить по единственной встрече. Он был способен и на доброту. Уж кому как не мне это знать? Только всё одно - в прах уйдёт из-за глупых слов, брошенных не тому человеку. Фатум, что и говорить. И шанса исправиться у него больше не будет. Считайте меня пессимистом, зацикленным на смерти - мне плевать. Я считал и буду считать, что знание будущего - проклятие, а не дар. И глупцы, что считают иначе.

***

Нас было семеро, а он один. Хорошо всё-таки, что будем сражаться по очереди - может и пронесёт, хоть я в этом не уверен. - А мы уже думали, вы не придете, - улыбнулся Эстебан. - Простите, сударь, но приходить раньше столь же неприлично, как и опаздывать, - слова Дикона я мог процитировать наизусть. - На свидания с дамами следует приходить первыми, а смерть - тоже дама, - мысленно я "суфлировал" текст обоим сторонам, а потом отвлёкся от всего, не желая слушать обмен "любезностями". Воздух был сладковатый, а ветер - свеж. Я не хотел умирать. Но и не боялся. Как там я в начале сего пути говорил? Хоть Эстебаном, хоть через Закат? Вторая часть Талигойского Балета! Пойду бесить Леворукого и всех его кошек - цветом глаз вышел как в насмешку! Видимо, кровь бросилась Ричарду в голову, вытеснив и страх, и сомнения, и тревоги. Атаковал он довольно удачно, но Эстебан легко парировал нацеленный в грудь удар. Шпаги звон, как звон бокала... Вспышки солнца на стали, танец между смертью и вечной мукой. пусть будет то, что будет! Сражение захватило меня полностью. Краем глаза я заметил, как подло кинулись в драку пятеро из шести дружков Колиньяра. Не подождать им! Трусы, жалкие трусы. - Подлец! Да я-то тут причём?! - Константин, останови их, это не их дуэль! - разорвав дистанцию, через плечо выкрикнул я единственному, не нарушившему договор юноше. Адреналин дал мне возможность перехватить управление телом, но в голове словно туманом заволокло и я явственно увидел за спиной Ричарда фигуру в чёрном... - Роскошно. Семеро. Какая неосторожность, почему вас так мало? - насмешливый голос фигуры в чёрном оказался мужским и довольно приятным. Смерть - не дама? Нет, конечно же, это всего лишь Алва... Мы с Ричардом замерли. Остальные - тоже, подобно восковым фигурам. - Странно, что вы стояли лицом к лицу, - в ленивом голосе сквозило деланное недоумение. - Это положение для дуэли, а не для убийства. - Это и была дуэль, - выдавил из себя я, пытаясь отдышаться. - До недавних пор. - Позвольте вам не поверить. Я частенько дрался на дуэлях, ну и убивали меня... - доносились словно сквозь ватное одеяло глухие обрывки фраз, а общий смысл ускользал от воспалённого сознания, где властвовала лишь одна мысль - довершить начатое. - ...затевалось? - Дуэль! - Как же я, оказывается, отстал от... на одного теперь называется... Вас вызвать? - это Алва, кто ещё может так говорить, таким тоном. - Это он нас вызвал, - Северин, кажется... - Семерых?.. - ...по очереди... Моё лицо искривила полубезумная улыбка. Глаза жгло, как после песчаной бури, и я украдкой потёр переносицу. - В позицию, господа, - в ответ на это - я был уверен - в моих глазах проскользнуло нечто похожее на благодарность. Совсем скоро всё закончится. Скоро... Спустя выпадов десять все друзья Эстебана с ранами разной степени тяжести валялись на земле, а сверкающий клинок с молниеносной скоростью метнулся ко мне, целя в горло. На мгновение я встретился взглядом с Рокэ и, как только это случилось, в невозмутимых глазах первого маршала мелькнуло недоверие и безграничное изумление. Зрачки расширились до предела, а спустя миг его шпага обагрилась кровью.