когда ты изменишь имя (меня будут звать по-другому)

В ее длинных распушившихся волосах застряли листики, ладони прикрывали обнаженную грудь, а большие испуганные глаза уставились на ружье в его руке. -Э-эй, Джо! — громогласно раздалось за его спиной. — Нашел? Пэрриш моргнул. Женщина перед ним чуть присела, готовясь сбежать и одновременно понимая, что пуля все равно будет быстрее. — Нет, — мгновением позже крикнул охотник. — Ни черта. Идем на юг? — Да-а! У нее начали дрожать губы, но Джордан в ответ покачал головой и кивнул в сторону кустов, из которых она появилась: — Уходи, — одними губами приказал он. Помедлив, она кивнула и исчезла. Пэрриш выдохнул. Он помнил, как отец взял его на первую охоту. Густой непролазный лес и рыжий окровавленный мех на снегу, и довольное ворчанье отца. Джордан был метким, и, впервые сменив банки на нечто живое в качестве цели, не промахнулся. Он не спал всю ночь накануне и метнулся в чащу, едва отец отвлекся, подняв труп за пушистый хвост. Джордана тошнило, долго, полностью вывернув желудок, но он сумел привести себя в порядок прежде, чем кто-то из охотников заметил его позор. Никогда. Больше никогда он не убил ни одного живого существа. Волки, скалящиеся ему в лицо, койоты, обтачивающие когти о деревья, мягкие спины черных и ярких, как апельсинчики, лис. Как она. Маленьким он до безумия любил апельсины, их сладкий вкус и запах, смешивающийся с сосновой смолой. Запах любимого праздника. С охоты он приходит ни с чем, как и всегда. Ее золотистые глаза снятся ему долгими осенними ночами, а потом он встречает ее в кафе. Она работает официанткой, ее буйные кудри укрощены и упрятаны в косу. Радужка — темно-зеленая, переливающаяся, а в голосе нет и доли рыка. Лидия долго смотрит на него, кусая губы и не решаясь подойти, чтобы взять заказ, на нее шикает менеджер и она, покачиваясь на каблуках, медленно идет к охотнику, и тот просит кофе и пирог. Она медленно кивает, даже не думая записывать. Вряд ли она может забыть просьбу того, кто сохранил ей жизнь. …А к Рождеству они уезжают из Массачусетса в Калифорнию. Туда, где охота на оборотней законодательно запрещена.