Наследники Камелота

Почти месяц об Артуре не было слышно ни слова. Никто до сих пор не видел его. Мордред со своим расследованием оказался в тупике, да и полиция не нашла следов пропавшего парня. Молодой адвокат уже отчаялся, ругая каждый день себя за то, что не смог справиться с заданием. Значит, не просто так ему пришлось уйти из сферы расследований? Но только мало того, что Артур пропал без вести, так еще и порвалась связь с Мерлином. Мордред взял телефон и набрал номер человека, которого стал считать не только своим помощником в поисках Артура, но и другом. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети» - Мордред в который раз выслушал стандартное сообщение оператора. Телефон Мерлина был со вчерашнего дня выключен, а сам парень исчез. Кажется, поиски Артура перестали интересовать его, и Мордред не понимал, почему это произошло. Ведь Мерлин начал проявлять инициативу с самого начала поисков, а теперь… пропал. И Мордред начал подозревать, что это связано со встречей в Дансфолде с семьей Годвина. Именно с того дня Мерлин поник, стал молчалив и появлялся реже обычного. А теперь еще и выключил телефон. Но только откуда сейчас мог знать Мордред, что свой мобильный Мерлин променял на очередную дозу? «Мы с Нимуэ знакомы», - вспомнил Мордред слова Мерлина, сказанные им однажды у дома молодого адвоката. - Может, Нимуэ знает, что с ним? - сказал себе Мордред и, сев в машину, поехал в «Камелот». Возвращаясь из сада в дом, Гаюс заглянул на кухню. К слову сказать, не просто так он решил зайти туда: еще в коридоре дворецкий услышал из кухни тихие всхлипы. - Хунис, что случилось? – встревожено воскликнул Гаюс, увидев заплаканную кухарку. И почему-то сразу он подумал о том, что кто-то принес весть о смерти Артура. Но ответ женщины был другим. Высморкавшись в бумажный платок, она посмотрела на Гаюса и произнесла: - Эмрис… - Что с ним? – спросил дворецкий, сев за стол к Хунис, уже зная, что от этого парня можно ожидать всего. - Гаюс, - всхлипывала Хунис, уткнувшись в плечо мужчины, - он обманул меня! Он же говорил, что бросил наркотики! Но это не так! Он вытащил у меня из кошелька все деньги и снова сбежал. Гаюс, за что мне всё это? За что? Я же так люблю сына! Как мне остановить его? - Ты пробовала обратиться за помощью к врачам? – поинтересовался Гаюс, успокаивающе поглаживая женщину по плечу. - Да как? Не могу я его за руку взять и отвести на лечение! Он не хочет лечиться, потому что не считает себя больным! Гаюс, если бы ты знал, в каком я аду живу! А за что? Почему? Потому что какому-то автомеханику взбрело в голову перерезать тормоза? Гаюс… - Тебе нужно успокоиться. Не надрывай сердце. Если хочешь, я попробую поговорить с Мерлином, как только увижу его. Всё-таки я мужчина, быть может, меня он послушает, внемлет моим словам. - Ты очень добр, Гаюс, - вздохнула Хунис. – Но боюсь я, не станет он тебя слушать. Нет для него больше ничего, кроме этих наркотиков. Он шагнул в пропасть. Ах, Гаюс, как я боюсь, что однажды мне скажут, что он мертв, что нашли его в какой-нибудь подворотне. Как мне страшно! - Я обязательно с ним поговорю, - заверил Гаюс. – Нужно принимать меры. Если он сам не хочет идти к наркологу, нужно сделать это принудительно. - Ты не сможешь. Даже я, мать, не смогла убедить его! - Это мы еще посмотрим. Не плачь, Хунис. Однажды этот ужас закончится, и Эмрис вернется к нормальной жизни. Хунис вытерла слезы, понемногу успокаиваясь. Надо сказать, вовремя, потому что на кухню заглянул Утер. Уставший, поникший хозяин дома лишь тихо попросил: - Сделай мне кофе, Хунис. Поскорее, пожалуйста. Мне нужно поехать в «Камелот». - Хорошо, сир, - кивнула женщина, поспешно встав из-за стола. - Бедный Утер, - тихо вздохнул Гаюс, проводив хозяина взглядом. – С тех пор, как пропал Артур, он так постарел. И эти круги под глазами. Будто он себя винит в том, что Артур исчез. - Да он-то и не знал Артура совсем, - ответила кухарка. – А переживает так, будто прожил с ним с самого рождения. - Ну, что сказать? Сын, родная кровь. От этого не деться никуда. Ты ведь тоже переживаешь за Эмриса. - Ну, Гаюс, ты сравнил! Я – мать! Я выносила Эмриса под сердцем, воспитала его. А Утер? Узнал о том, что у него есть сын, когда уже не нужно менять пеленки, сидеть ночами у постели. Так что твои сравнения неуместны. - Извини. Ляпнул так, - махнул рукой Гаюс и, встав из-за стола, поспешил вернуться к своим повседневным делам. - Добрый день, Нимуэ! – поздоровался Мордред, подойдя к столу секретаря «Камелота». - Добрый день, - улыбнулась девушка. – А Утера еще нет. - Я не к нему. Я к тебе. - Ко мне? Интересно. И чем я могу тебе помочь? - Мне известно, что ты давала мой адрес Мерлину. Можешь оказать ту же услугу для меня? Мне нужен адрес Мерлина. - А зачем? – спросила девушка, недоверчиво глядя на Мордреда. «Неужели Мерлин попросил его о том же, о чем просил меня?» - пронеслось в ее мыслях. - Мерлин помогал мне в расследовании, мы вместе искали Артура. Но сейчас Мерлин пропал, его телефон недоступен. А я хотел бы с ним поговорить. Подскажешь, где я могу его найти? - Э… Ну… - замялась Нимуэ, будто не желала отвечать на этот вопрос. И в этот раз от ответа ее спас Утер. Генеральный директор как раз прошел через арку, направляясь к своему кабинету. - Мистер Пендрагон, - сразу же обратилась к нему Нимуэ. – Сегодня звонил Джованни Моретти. Он сказал, что направил Вам по электронной почте письмо, и просил, чтобы Вы в кротчайшие сроки ответили ему. - Хорошо, - мрачно ответил Утер и перевел взгляд на Мордреда. – А у тебя, Мордред, есть новости для меня? - К сожалению, нет, сир, - тихо ответил юный адвокат, виновато опустив взгляд. Но что он мог еще ответить? Его следствие зашло в тупик. - Может быть, я мало тебе плачу? – ледяным голосом спросил Утер. – Почему дело не трогается с места? М-да, не оправдал ты, Мордред, моих надежд… С этими словами Утер открыл дверь кабинета. - Сир! – попытался как-то себя оправдать Мордред, но Утер лишь устало махнул на него рукой и скрылся за дверью. - Жаль его, - произнесла Нимуэ. То ли к Артуру относились эти слова, то ли к Утеру. Мордред не стал уточнять. Только слова генерального директора «Камелота» сильно опечалили его. А ведь Утер прав: Мордред не справился. Уже месяц он топчется на месте, и ни одной зацепки, и даже тело не найдено. - Дай лист, - печально вздохнул Мордред, обратившись к Нимуэ. - Держи. А зачем? – поинтересовалась она, протягивая парню чистый лист бумаги. - Напишу заявление по собственному желанию. Всё равно же теперь уволит. - Эй, ты чего? Не делай глупостей! Утер ценит тебя! - Уже не ценит. Ты сама всё слышала. Я не оправдал его надежд, я не смог найти Артура. Утер больше не будет мне доверять. Лучше самому уйти, чем дождаться, пока меня выгонят из «Камелота» с позором. - Я думала, ты смелый человек, - с укором произнесла Нимуэ, наблюдая, как Мордред старательно выводит текст заявления. – А ты оказался трусом. Бежишь, как крыса с тонущего корабля. Не твоя вина в том, что Артура не могут найти. Я знаю, ты и так сделал всё, что мог. А Утер высказывает тебе недовольство лишь потому, что у него нет настроения, и поэтому он портит его всем остальным. Здесь половина «Камелота» могут свободно писать заявления, если уж на то пошло! - Нет, он прав, - грустным голосом сказал Мордред, отдавая Нимуэ заявление, чтобы она отнесла его на подпись. - Нет, Мордред. Сейчас права я, - ответила девушка, разорвав заявление и выбросив обрывки бумаги в мусорное ведро. – Ты должен остаться в «Камелоте»! - Вообще-то, ты не имела никакого права рвать мое заявление. Но мне не сложно написать его снова. - Ты делаешь ошибку, Мордред. - Да уже все равно. - Добрый день. Могу я забрать мусор? – раздался позади Мордреда чей-то знакомый голос. Обернувшись, он увидел Гвиневру. Смущенно улыбаясь, она стояла за его спиной с ведром воды в одной руке и мешком для мусора в другой. - Да, конечно, - кивнула ей Нимуэ. Гвен поспешно подошла к мусорному ведру и выбросила оттуда мусор в мешок. Потом, взяв швабру, она быстро протерла полы и вышла в коридор. Мордред лишь молча проводил ее удивленным взглядом. - А она как тут оказалась? – спросил он, позабыв о том, что собирался писать новое заявление. - Гвиневра? - Да. - Твой любимый коллега постарался. Агравейн. Он с ней еще при первой встрече поладил, дал номер Артура, адрес. А вот недавно она пришла снова к Агравейну и стала плакаться, что у нее нет денег, ей нужна работа. И наш добрый Агравейн предложил ей вакансию уборщицы. На данный момент эта вакансия была у нас единственной. Мне кажется, была бы открыта вакансия экономиста или аналитика, он бы и туда ее без вопросов устроил. Добрый такой! - Кажется мне его доброта подозрительной, - прищурился Мордред. - Его доброта уже всем кажется подозрительной. Не даром же Утер искал ему замену. Так что зря ты собрался уходить. - Может быть, пока я тут задержусь, - тихо произнес парень, отложив лист в сторону. – А ты знаешь, мы с Мерлином ведь подозревали Гвиневру в причастности к исчезновению Артура. - А почему не задержали? - У меня нет улик. Я просто попросил ее пока не покидать страну. А она, значит, решила устроиться в «Камелот». Тебе это не кажется странным? - Ох, Мордред, с тех пор, как я тут работаю, мне уже ничего не кажется странным. Но скажу тебе, что не нравится мне эта Гвиневра. И я даже не знаю почему. Не нравится и всё. Бывает же так. - Бывает, - согласился Мордред. – Но я хочу вернуться к нашему разговору. Раз я всё-таки решил остаться, я продолжу поиски Артура. Скажешь мне, где мне для начала найти Мерлина? - Я думаю, тебе не стоит его искать, - вздохнула Нимуэ, отложив в сторону папку с бумагами. - Почему? - Он… он сейчас не в том состоянии, чтобы помогать тебе в поисках. Мерлину, к сожалению, сейчас не до этого. - А что с ним случилось? – не унимался Мордред. - Ты разве не знаешь? – слегка удивилась Нимуэ. - Не знаю чего? - Мордред, он наркоман. - Наркоман? – удивленно и слегка шокировано переспросил Мордред. - Да. Он героинщик. Обычно он появляется, чтобы найти деньги, а потом исчезает. - Я даже не замечал ничего такого в его поведении. Странно. А зачем ему тогда нужен Артур? - Я не знаю, - соврала Нимуэ. – Просто считал его другом, хотел помочь. Не знаю, зачем ему были нужны поиски. Обычно он не стремиться помогать людям. - И давно он принимает наркотики? – поинтересовался Мордред. - Четыре года. С тех пор, как в аварии погибли его отец и девушка. А он выжил и нашел спасение от всех бед в героине, - печально покачала головой Нимуэ. - Да, он мне рассказывал про аварию. Родственники той девушки до сих пор винят Мерлина в ее смерти. - Но Мерлин не виноват! – воскликнула Нимуэ, вскочив от возмущения с кресла. – Это всё автомеханик! Он испортил тормозную систему! - Успокойся, - мягко произнес Мордред. - Лично я не обвиняю Мерлина. Так ты тоже знаешь о той аварии? Можешь рассказать мне подробней? - Я немного знаю, - слегка замешкалась Нимуэ, вновь сев на свое место. – Да и тебе зачем это знать? - Чтобы помочь Мерлину. Я хочу рассказать семье погибшей девушке правду. И тогда они больше не будут винить Мерлина в ее смерти. - Но от этого Мерлину легче не станет. - Но я все же попытаюсь, - настаивал Мордред. – Так ты расскажешь мне? - Да я сама толком не знаю. Понимаешь, было время, когда Мерлин работал в цирке, показывал фокусы. Я не пропускала ни одного его выступления. Я была влюблена в его фокусы, волшебные номера… в него. Но он ясно дал мне понять, что у него есть возлюбленная, которую он не оставит. И тут я узнаю, что он попал в аварию, виновником которой признали его самого. Я поверить не могла. И пока Мерлин лежал в коме, его мать попросила провести экспертизу автомобиля. Выяснилось, что там были перерезаны тормозные шланги или как это там называется, не знаю. А потом я прочитала в газете, что тормоза повредил автомеханик. На суде он не стал рассказывать, почему сделал это. Кажется, он заявил, что у него с отцом Мерлина были свои счеты, и он не жалеет о том, что совершил. Больше я ничего не знаю, Мордред. - А имя? Ты не помнишь имя механика, перерезавшего шланги? - Имя… имя… подожди, - задумалась девушка. – Что-то такое припоминаю. Эндрю… нет. Седрик… нет. Цендред! Да! Точно! Его звали Цендред! - Спасибо, - улыбнулся Мордред. – Постараюсь выяснить, в чем там было дело. - Стоит ли рыться в прошлом? – засомневалась Нимуэ. – Ты всё равно не вернешь ни отца Мерлину, ни девушки. А только снова затронешь больную рану из-за которой он и завяз в наркотиках. Стоит ли, Мордред? - Я вытащу Мерлина. Если уж я не сумел спасти Артура, то хотя бы его друга я спасу. - Друг ли он ему? – тихо прошептала Нимуэ, но Мордред не услышал этих слов. Молодой человек вытащил из кармана телефон и, набрав нужный номер, произнес: - Привет, Леон. Мне снова нужна твоя помощь. Найдешь мне информацию о деле четырехлетней давности?.. Игла зависла над побледневшей кожей, готовая вонзиться в вену и пустить свой опьяняющий яд по крови. Но лишь когда острие иглы прикоснулось к еле заметной вене, в комнате раздался громкий голос человека, вбежавшего в эту минуту в квартиру: - Эмрис, не делай этого! Наркоман опустил шприц, и устало повернул голову к вошедшему. - Ты узнал мое настоящее имя? – лишь спросил он, рассматривая помутневшим взглядом незваного гостя. - Я прочитал его в деле Цендреда Баркера, - ответил Мордред, сев на корточки рядом с Эмрисом. - Зачем? Зачем ты лезешь в мою жизнь? – усталым голосом прошептал Мерлин, всё еще крепко сжимая в руке шприц. – Уходи отсюда. - Не уйду. Я теперь знаю правду. И я хочу помочь тебе. - Мне не нужна помощь. Уходи. - Почему ты не сказал мне своего настоящего имени сразу? – поинтересовался Мордред, проигнорировал слова Эмриса. - Потому что нет больше моего настоящего имени. Тот человек умер, и жизнь его угасла. И нет его больше. И ничего больше нет! - Есть. Есть твоя жизнь. А ты губишь ее. - А зачем мне она теперь нужна? – горько усмехнулся Эмрис. – Я никому не нужен в этом мире. Все кончено… - Мерлин, ты же другой. Ты добрый славный парень, отзывчивый, готовый прийти на помощь. Я же видел, как ты беспокоился об Артуре, пока мы не встретили Годвина. И я понимаю, какой была для тебя эта встреча, какую боль она разбудила в тебе. Я понимаю. И я знаю, что не в моих силах изменить что-то, но я постараюсь изменить мнение семьи Годвина о тебе. Я расскажу им правду, и они перестанут тебя ненавидеть. - Нет, Мордред, не надо, - попросил Эмрис. – Мне будет только хуже. Пусть остается все как есть. - Нет. Сегодня я и сам на какое-то время потерял веру в себя, но сейчас я не остановлюсь. Пришло время изменений. Поднимайся, мы едем. - Куда? Я не поеду к Годвину! - Ты поедешь не к нему, - спокойно сказал Мордред. – К нему поеду я один. А ты отправишься в клинику, чтобы вылечиться от зависимости. - Еще чего? Я сам могу бросить! - Интересно, сколько раз ты уже говорил себе это? Поехали, приятель. Моя одноклассница работает в частной наркологической клинике. Лечение я оплачу. Тяжело вздохнув, Эмрис бросил задумчивый взгляд на шприц в своей ладони, потом – на Мордреда, и снова на шприц. - Хорошо. Я согласен на лечение, - неуверенно кивнул Мерлин, вставая с пола. – Поехали. Вернувшись домой с причала, Годвин устроился на диване и включил телевизор. Элис на кухне домывала посуду после ужина. Годвин перелистывал каналы, не находя среди них ничего для себя интересного. На одном из каналов мужчина наткнулся на теле-шоу, в котором обсуждалась тема таинственных исчезновений людей. - И это не первый случай исчезновения людей, - говорила с экрана телевизора молоденькая ведущая. – До сих пор полиция не может найти следов пропавших. - Скажу Вам, Эрика, - добавил гость студии, высокий мужчина в строгом костюме, – что версию с инопланетянами я даже не рассматриваю. Это всё сказки. И Вы правы, это не единственный случай. Полтора месяца назад к нам поступил сигнал: пропал сын генерального директора «Камелота». Версию о похищении пришлось отбросить, поскольку никаких требований о выкупе не поступило. Тем не менее, как и в Вашем случае, никаких зацепок не было найдено. Никто не видел его, не знает. Будто и не было. - Но ведь должно быть этому логическое объяснение? – поинтересовалась ведущая. - Должно, я думаю. Но согласитесь, наша планета большая. Возможно, мы просто не там ищем. И я думаю, что родственники Вашей героини тоже где-то сейчас находятся… - Бред какой, - недовольно проворчал Годвин, выключив телевизор. Тут он сам вспомнил, что еще недавно видел в полиции портрет Артура. Его ведь тоже не могут найти. Вздохнув, мужчина встал с дивана и отправился на кухню. Увидев, что Элис там одна, он чуть обеспокоенным голосом поинтересовался: - А где сейчас Артур? - Он у Елены, - радостно улыбнулась Элис, сложив ладони. – Это просто счастье, что мы нашли его, Годвин! Я уверена, цыганка говорила мне о нем! Посмотри на Елену! Она же начала общаться, они стали гулять! - Да, но он не сможет поднять ее на ноги. Она навсегда останется в этой коляске. Навсегда, - грустно вздохнул отец. - Но ведь главное то, что она будет жить, не прячась в своей комнате! - Послушай, Эли. Наступит день, когда он всё вспомнит, вспомнит свое прошлое. И ему незачем будет оставаться здесь. Он покинет наш дом, а Елена останется здесь. И боюсь, что она снова замкнется в своем тесном мире. - Вечно ты только нагнетаешь! – проворчала Элис и взглянула в окно, услышав, как на улице скрипнула калитка. – Ой, Годвин! К нам снова идет он! - Кто? – поинтересовался мужчина, не став смотреть в окно. - Ну, тот полицейский, с которым приходил Мерлин! Что ему еще тут надо? – взволнованно прошептала Элис, молясь про себя, чтобы дело вновь не коснулось «утопленника». Раздался дверной звонок, и Элис запаниковала еще больше. - Я открою и узнаю, в чем дело, - успокоил сестру Годвин. – Не волнуйся. Тем не менее, женщина направилась встречать Мордреда вместе с братом. - Добрый вечер, - улыбнулся незваный гость, показывая свое удостоверение, когда Годвин открыл входную дверь. - Добрый вечер, - неприветливо отозвался Годвин. – Если ты насчет утопленника, то я уже не раз говорил, что ничего об этом не знаю, и тело не видел. - Я не насчет утопленника, - ответил Мордред. – Я по другому вопросу. Разрешите войти? Или мне говорить с вами на пороге? - Заходи, - мрачно произнес Годвин, освободив проход. Вслед за ним и Элис Мордред прошел в гостиную. - Присаживайтесь, - чуть дрожащим голосом предложила хозяйка, указав на диван. - Спасибо, - кивнул Мордред. Годвин сел рядом с ним в кресло и, скрестив руки на груди, спросил: - О чем ты хотел поговорить с нами? - Я хочу поговорить о Мерлине. - Что? – чуть не подавился от возмущения Годвин. – И тебе еще хватает наглости? Мало того, что ты в прошлый раз явился сюда с ним, так ты еще хочешь о нем говорить?! Мерлин испортил жизнь моей семье! И мне искренне жаль, что он остался жив! Я не желаю говорить об этом ублюдке! Если других тем для разговора у тебя нет, то прошу покинуть мой дом! - Годвин, успокойся, не кричи, - мягко попросила Элис, боясь, что Артур спуститься сюда, услышав возмущенные крики отца Елены. - Да как мне успокоиться? Это вообще нормально? – не унимался мужчина. – Уходи прочь! - Я не уйду, - спокойным голосом ответил Мордред. – Я не уйду, пока не расскажу вам правду. - Какую правду? Вы о чем? – обеспокоено спросила Элис, сев на диван рядом с Мордредом. - Не слушай его, Элис! – воскликнул Годвин, даже не дав парню открыть рта. – Он пришел сюда, чтобы покрывать преступника, человека, сломавшего наши с Еленой судьбы! - Вы можете меня выслушать?! – возмутился Мордред. – Вы даже не представляете себе, как Мерлин мучается из-за той аварии! Он очень сильно переживает из-за того, что ваша семья теперь ненавидит его и считает виновником случившегося. А Мерлин не виновен в аварии! - Ну вот! Как я и говорил! – всплеснул руками Годвин. – Пришел выгораживать своего дружка! Да слушать не хочу! - Это не пустые слова, - всё также спокойно продолжал Мордред, расстегивая свой портфель. – Я привез вам выписки из уголовного дела. - Да видел я это дело! – проворчал себе под нос Годвин. – Полицейские сразу установили, что в аварии виновен Мерлин! Откупила его мамаша-то от тюрьмы! - Никто никого не откупал. Когда Вы, Годвин, уехали из Лондона сюда, к своей сестре, Мерлин все еще продолжал лежать в коме. В это время расследование еще продолжалось. Вот, ознакомьтесь с делом. Виновным в аварии признан Цендред Баркер, автомеханик, перерезавший тормозные шланги в машине, принадлежавшей отцу Мерлина. Цендред организовывал покушение только на Балинора. Вина мистера Баркера полностью доказана в суде, и подсудимый, а ныне осужденный, признал свою вину. Поэтому я еще раз повторяю вам: Мерлин не виновен. Вам не в чем винить его. Он сам сильно пострадал. А из-за вашей ненависти к нему, он до сих пор не может спокойно жить! Поэтому я и приехал к вам. Рассказать правду. Я искренне надеюсь, что вы измените свое отношение к Мерлину. Годвин и Элис внимательно осмотрели документы, привезенные сюда Мордредом. - Господи, а мы же все эти годы обвиняли его, - тихо прошептала Элис. Но Годвин был непоколебим. С равнодушным взглядом он бросил бумаги на стол: - Что нам от этого? Легче станет? Эти твои бумажки изменят нам жизнь? Нет. Всё останется так, как есть. - Я понимаю, - ответил Мордред, собирая обратно в портфель документы. – Но вы должны простить Мерлина. Он не виноват, я еще раз повторяю. - И что ты предлагаешь? А? Найти Мерлина и извиниться перед ним за то, что считали его мертвым и думали, что он виновен во всем? - Я предлагаю вам просто сказать ему, что вы не испытываете к нему ненависти, что вы простили его. И всё. Я не требую ничего более. - Еще б ты требовал! – усмехнулся Годвин. – Послушай, сынок, твои бумажки ничего не меняют. Мое отношение к Мерлину уже не изменится. - Но Годвин! – вступила в разговор Элис. – Так нельзя! Он же тоже пострадал. Ему плохо. И он даже не знает, что Елена… - Замолчи! – перебил Годвин. – Замолчи! Плохо ему! Пожалеть больше некого? А он, между прочим, ходит! Ходит! На своих ногах! Слышишь? Так что нечего его жалеть. А ты, юный друг мой, послушай меня, мы приняли твои слова к сведению. Мы подумаем с сестрой над этим и примем решение. В любом случае, это уже наше дело: говорить с Мерлином или нет. Считай, что ты выполнил свой долг. Извини, если был несколько груб. Теперь, я думаю, мы можем попрощаться. Так ведь? - Хорошо, не буду вам надоедать, - согласился Мордред, встав с дивана. – Только прошу вас, подумайте. - Подумаем, - махнул рукой Годвин. - Элис! – раздался в это время голос с лестницы, и послышались торопливые шаги. – Могу я взять альбомы с фотографиями из цирка? Мы хотели их вместе посмотреть… С лестницы спустился Артур. Увидев в комнате постороннего парня, Артур остановился и смущенно пробормотал: - Извините, я не знал, что у нас гости. - Артур! – тихо прошептал Мордред, улыбнувшись. Его улыбка становилась всё шире. – Артур! Неужели это ты?! Артур! Мордред подскочил к блондину, заключив его в объятия. Но Артур лишь удивленно посмотрел на незнакомца и отступил назад. - А откуда ты знаешь мое имя? – спросил он. – Мы разве знакомы? - Конечно, знакомы! Разве ты не помнишь меня? Да, в «Камелоте» мы не общались, но часто виделись на собраниях или в столовой. - Камелот? Я не понимаю, о чем ты. - Ты… ты ничего не помнишь? – удивился Мордред и посмотрел на Годвина и Элис. – А вы скрывали его. Вы лгали сотрудникам полиции... - Доигралась? – мрачно прошептал Годвин, взглянув на Элис. - Я всё объясню, - дрожащим голосом ответила женщина и, вспомнив имя на удостоверении, добавила, - только, пожалуйста, давайте поговорим наедине, Мордред. - А что случилось? – поинтересовался Артур, когда Мордред и Элис ушли на кухню, закрыв за собой дверь. – Откуда он меня знает? Кто он вообще? - Скоро всё узнаешь, - вздохнул Годвин. – А я ведь знал, что всё так и получится…