Гробница твоих страхов

      Нельзя выиграть войну без потерь, но никто и не говорил, что терять нужно кого-либо в самом первом открытом бою. А если первый бой прошёл без потерь, то это может означать две вещи: либо противники безумно талантливы, либо кто-то из них позорно бежал. Так уж вышло, что в этот раз всё совпало. Даже забавно.       Магам Братства пришлось вернуться обратно в убежище, потому что спорить с разгневанной ведьмой и некромантом, который по-прежнему вился вокруг разбитой блондинки и всячески пытался не выпускать её из виду и из рук, было бесполезно. Триш была подавлена: сложно вступать в волшебный бой без необходимых и таких привычных сил. И всё произошедшее её явно коснулось очень близко. Атрив шёл подле девушки и тогда, когда они пересекали церемониальную площадь, и когда они шли по сумрачным коридорам убежища. На все уговоры пойти отдохнуть девушка отрицательно качала головой и лишь повторяла, что сможет отдохнуть лишь после того, как вся эта чертовщина, наконец, закончится, на что некроманту оставалось лишь устало и обречённо вздыхать. Его поведение не осталось без внимания Греммы, но колдунья была всё ещё настолько зла позорным побегом Тал Раши, что пока не стремилась отпускать ироничные комментарии. Сейчас для них было не время и не место.       В общем зале их всех встречала Акара, которая чересчур суетливо для благородной жрицы бросилась к вошедшим. Когда она оказалась возле своих магов, те расступились: в прозрачных сферах из тонкой огненной плёнки в воздухе парили два тела, погружённые не то в простой сон, не то в транс. Даже несмотря на необычную чёрную маску на лице одного из них, их происхождение и родство с потрохами выдавало телосложение и серебристо-белые волосы. В центре между обеими сферами шла Пэтти. На плече девочки восседал сокол с горящими оранжевыми глазами, а вот глаза самой девочки сияли не так ярко: видимо, управление силами демона отнимало много её собственных сил. Но она упорно шла сама, не принимая ничьей помощи. И лишь рука жрицы смогла коснуться свободного плеча Пэтти. Та посмотрела на таинственную женщину и устало кивнула. В тот же момент пламенные сферы развеялись, а оба парня опустились медленно и плавно на большой квадратный стол по центру зала. Однако если Данте был необходим простой отдых, то для Вергилия всё было куда сложнее: никто не знал, что сейчас, в этот самый момент, делает с ним магия демона. Некоторые маги всё ещё настороженно бросали искоса взгляды на Пэтти, которую Акара заботливо усадила на скамью рядом с центральным столом. После долгих препираний рядом с девочкой Атриву всё же удалось усадить и Триш, которая обхватила плечо девочки и прижала к себе, совершенно забывая, что пачкает кровью её одежду.       От подобных действий встрепенулся недовольный сокол и спрыгнул с плеча хозяйки, мгновенно, в этот раз, обращаясь в человеческий вид. Видимо тот раз был для эффектного представления перед тёмным магом. Сделав капризно недовольный вид, чем всех немало удивил, демон начал шептать заклинания. Все со страхом и непониманием наблюдали за тем, что он делал. И вот из воздуха и магических искр материализовалось странного вида кресло, напоминающее скорее трон: на уровне верхней линии лопаток взрослого человека располагались два пары металлических шипов, давно уже не блистающих своей сталью из-за плохо смытой засохшей крови. Всё происходило так и быстро и обыденно, что никто ничего не успел понять. Словно так и происходило в убежище каждый вечер на протяжении последних десятков лет.       За спиной демона раскрылись огромные сияющие крылья. Они не горели огнём, как раньше, но всё равно излучали магическую энергию. Словно жадный ребёнок Мархосиас забрал из объятий Триш ослабевшую девочку. Кто-то вдруг попытался броситься на него, кто-то вскрикнул, но Акара жестом руки велела всем оставаться на местах. То ли она знала суть, то ли волшебное любопытство мешало ей порой трезво мыслить. То ли она просто верила.       Первым демон сел сам, скрестив ноги в позе лотоса; на его лице никак не отразился тот момент, когда металлические шипы вонзились в самое основание его крыльев на спине. Девочку он усадил между своих острых коленей и обхватил крыльями, которые тот час же окружили девочку сияющей сферой. Бросив на окружающих людей ревностный птичий взгляд, демон склонил голову и примкнул лбом к затылку Пэтти. Всё это напоминало фильм ужасов про маленьких детей и вуду, в котором главные герои столкнулись не то с волшебной статуей, не то с главным злодеем ужастиков про детей — с ребёнком.       Акара с новым восторгом смотрела на произошедшее. Данте назвал бы её, пожалуй, полоумной, если бы был в сознании. Это как минимум и очень-очень цензурно. — Восхитительно, — произнесла жрица. — Ну что опять восхитительного-то, — еле сдерживая сарказм, отозвался некромант, обратив на себя тем самым немалое внимание и удивлённые взгляды. Их можно было понять: ранее он редко проявлял такую активность, тем более в разговоре с самой Акарой. Та, впрочем, не удивилась. — Прежде я только и могла, что мечтать увидеть воочию это удивительно кресло. Инкунабула Вис — Колыбель Силы, — голос жрицы звучал так, словно она рассказывала присутствующим сказку про волшебный лес и единорогов. — По преданиям с помощью этого кресла можно передать от одного живого существа другому жизненную силу. Кроме того особый камень, из которого сделано кресло, накапливает излишки силы и может подпитывать владельца и без непосредственного источника жизненной энергии. — То есть сейчас демон передаёт Пэтти свои жизненные силы? — для уточнения спросила Гремма. Акара коротко кивнула, решив, что слова тут излишни. — Но почему? — не унимался некромант. Он теперь занял место девочки на скамье рядом с Триш. — Потому что Пэтти — хозяйка этого демона, — лаконично ответила жрица, как будто каждый третий имеет в подчинении собственного демона-защитника.       Больше вопросов на счёт Мархосиаса никто задавать не решил. Да и чего спрашивать, когда даже сама Акара говорит об этом только с точки зрения «по легенде». Это тоже что-то, да значит.       Несколько минут в зале снова царила суматоха и лёгкий гул: все обменивались идеями и мнениями по поводу событий этого дня и того, что ждёт их дальше. Лишь спустя четверть часа всё вновь успокоилось, и Акара потребовала рассказа: — Гремма, будь любезна, расскажи мне, что случилось с вами в песках? Как я понимаю, Тал Раше удалось ускользнуть, как и его ничтожным прихвостням? — Я, ах, да, — колдунья явно не была готова к тому, что Акара обратится из всех именно к ней, — всё верно, Маг и его подручные улизнули в портал, как я полагаю, в Харрогат. — Логичное предположение, — задумчиво произнесла жрица. — Почему? — тихим, чуть дрожащим голосом вдруг спросила Триш. Атрив бросил на неё обеспокоенный взгляд. — Потому что в Харрогате находятся руины замка Баала, демона, что очернил некогда разум Тал Раши. — Да, я слышала историю про его удивительные подвиги в Братстве, — саркастично отозвалась Триш. Что не говори, а она — всё-таки тот же демон. — Я рада, что ты настолько просвещена, Триш, — холодно ответила ей жрица. — Однако под руинами, в чертогах демона ещё витают остатки силы Баала. Тал Раша обязательно захочет использовать эти силы, чтобы воплотить свой план в жизнь. — Получается, мы просто слегка подпортили и немного отсрочили его планы по созданию конца света, — подытожила девушка, устало отбросив назад прядь волос. — И спасли твоих товарищей, ты хотела сказать, — любезно дополнила Гремма.       Она говорила это без зла, однако Триш была в слишком нестабильном эмоциональном состоянии, чтобы вслушиваться в подтекст. Но прежде чем она успела что-то ответить, в диалог вмешался ещё один тихий, чуть подохрипший голос: — И теперь эти товарищи безумно желают наподдать сукину сыну за все его сраные делишки, — эмоции в голосе парня били через край. Данте был зол. — Тал Раша получит всё, что заслужил, — ответила Акара, приближаясь к Данте. Тот посмотрел на неё искоса, сидя на столе и свесив вниз ноги. Вставать он явно не спешил. — Меня зовут Акара. — Я ведь могу не представляться, да? — угрюмо поинтересовался парень, оглядывая окружающих. Все смотрели теперь в его сторону, напрочь забыв про волшебное кресло. — Как будет угодно, — жрицу, казалось бы, абсолютно не волновало отсутствие у Данте всяких понятий о приличиях и этикете.       Оглядывая зал, необычный трон в огненной сфере посреди подземного зала со свечками и толпой чудиков в кожаной одежде не могли не привлечь внимание Данте. Ему даже казалось, что он никуда не делся, а «спасатели» ничуть не меньшие психопаты, чем тот упырь, который пытался прикончить Данте. Особенно его волновало кресло. — Что это такое? — поинтересовался он у любого, кто был в состоянии ему ответить. — Волшебное кресло, перекачивающее жизненные силы от одного живого существа к другому, — пояснила Гремма, оглядывая парня. — Оу, — Данте попытался изобразить интерес, — и кто же сейчас его так активно пользует? — Пэтти, — твёрдым голосом произнесла Акара.       Парень бросил в её сторону ледяной взгляд и сорвался на ноги, забывая об усталости. Все вокруг с недоумением смотрели, как он, расталкивая толпу, в два счёта пересёк половину зала. Он уже почти просунул руку сквозь тонкую пылающую сферу, когда чьи-то пальцы схватили его бледное запястье. Подняв злобный взгляд, парень встретился с лицом к лицу с измученной и уставшей блондинкой. — Ты что делаешь, Триш? — огрызнулся он. — Что за хрень тут вообще происходит? Почему она там?! — А ты сам что делаешь, ты хоть осознаёшь? — голос Триш был тихим, но твёрдым и уверенным. — Тебя и твоего брата вырвали из лап полоумного фанатика сверхъестественного, который, кстати, чуть не прикончил Вергилия. И ты вот, ничего не узнав и не спросив, пытаешь стать самым крутым в этой тусовке? Начни задавать вопросы, а не переть напролом, тупая ты куча мяса! — было не совсем ясно, что вызвало в девушке такой гнев. Но что-то внутри неё подсказывало, что действия Данте, чтобы он там не задумал сделать, не оправданы. — Считаешь себя самой умной?! — Данте отбросил ей руку в сторону и собирался и вовсе оттолкнуть блондинку от себя, но ему помешал полупрозрачный дымчатый барьер.       Из-за спины девушки показался бледный до полусмерти юноша с костяным ожерельем на шее. Его пальцы были связаны в каком-то шаманском стиле, а белоснежно-прозрачные волосы слегка колыхались без малейшего ветра. — Я бы посоветовал тебе успокоиться и выслушать то, что мы скажем, — Атрив строго осмотрел Данте, как будто это был его провинившийся ученик. Данте, впрочем, это всё расценил несколько иначе. — Твой бойфренд, Триш? Так ты уже одна из них, да? Ну конечно, вон и приодели они тебя, чтобы не выглядела чужой. Вот только ты забываешься: кто они и кто ты сама, а? Уверен, что здесь мало кто в курсе твоей сущности. Давай, расскажи этим охотникам на демонов про тебя и про нас с Вергом! Думаешь, они будут так же любезны?! — Данте! — прервал его тонкий испуганный голос.       Парень замер, внутри него всё пробрало неприятным холодком. Данте повернулся на звавший его голос, в душе желая ошибиться.       Пэтти смотрела на него блестящими от слёз глазами. Огненная сфера вокруг кресла исчезла, однако она по-прежнему сидела, охваченная сияющими крыльями. Демон смотрел на Данте с презрением и укоризной. — Пэтти, боже, я… — парень не знал, что сказать: весь гнев и вся спесь просто испарились в один миг. Он шагнул к креслу и упал перед ним на колени, осторожно касаясь ладонью лица девочки, словно боялся того, что она исчезнет, как иллюзия. — Так это и правда ты? Ты спасла нас? Но как? — Так это и есть сын Тёмного рыцаря? — презрительно и ревностно прошипел Мархосиас, — Какой-то он… жалкий. — Не говори так, — сказала Пэтти, высвобождаясь из демонских объятий. — Как скажешь, юная госпожа, — отмахнулся демон, складывая крылья.       Как только крылья исчезли совсем, он взял девочку на руки и встал вместе с нею с кресла. После этого он поставил малышку на пол, а сам стал читать заклинание. Но всем уже было не так интересно. — Данте! — девочка кинулась на шею изумлённому парню, который всё ещё стоял на одном колене на полу. Тот на секунду вновь замер, а затем крепко обхватил малышку руками. Он не хотел отпускать её никогда в жизни. — Я так боялась за вас обоих, я… — голос Пэтти дрожал, она не могла больше сдерживаться и заплакала. — Ты была невероятна там, на поле боя. Моя храбрая малышка, — он прошептал это так, что слышали лишь стоящие рядом Триш, некромант и демон, и коснулся губами её лба. — И теперь, когда я снова здесь, никто ни в одной вселенной не посмеет разлучить нас. А этому самовлюблённому любителю экстремальных видов пыток мы ещё покажем. — Я хотела защитить тебя, Данте, — сквозь слёзы воскликнула Пэтти. — И ты с этим прекрасно справилась, Пэтти. Однако теперь пришла моя очередь вступить в игру, — с этими словами парень поднялся на ноги, подхватывая девочку на руки. Все присутствующие замерли, словно в ожидание чего-то необычного. — Позволишь и мне поучаствовать? — Триш шагнула к нему с ухмылкой. — Как в старые добрые, Данте?       Следом за ней сделал шаг вперёд и Атрив, откуда-то вдруг набравшийся смелости, и мягко обхватил плечо девушки рукой, вставая рядом с ней. Та на мгновение повернулась и одарила бледного парня иронично-удивлённым взглядом, но руку некроманта не оттолкнула. Данте раскрыл было рот для едкого комментария, но взгляд Триш заставил его замолчать. — Мы отправляемся в Харрогат, — с энтузиазмом воскликнула огненная волшебница, вклиниваясь между двумя парочками, словно крича: «- Эй, я тоже тут есть!», и довольно улыбаясь, что было довольно странно. Всё-таки война…       Но даже на войне, как оказалось, можно найти повод, чтобы улыбнуться. — Пэтти, — с мягкой улыбкой посмотрел Данте в лицо девочки, — у меня ведь нет ни единого шанса уломать тебя остаться здесь? — Ни одного, — утирая ладонью слёзы по улыбающимся щекам, ответила Пэтти. — Тогда давай покажем ему, что бывает с теми, кто переходит дорогу нам. — Все вместе? — всё с той же ухмылкой спросила блондинка, вытягивая вперёд ладонь. — Все вместе, — скромно произнёс некромант и положил свою руку поверх её. — До самого конца! — воскликнула Гремма, добавляя свою ладонь в «бутерброд». — Порвём всех! — ехидно заявил Данте, взяв девочку за руку и накрыв их руками все остальные. — Иди сюда, Мархо, — Пэтти протянула другую руку в сторону удивлённого демона. — Теперь ты — один из нас, — девочка улыбнулась ему.       Демон колебался: он не видел в этих словах приказа. Он видел что-то, чего никогда не знал за всю свою бесконечную жизнь. Но ладонь всё же протянул, и Пэтти, ухватив её, добавила к прочим. Демон был в смятении, но не имел права спорить с девочкой. — Давайте спасём этот мир! — победно заявила огненная волшебница, и шесть рук под гул толпы взмыли вверх.