Первая капелька крови
25 июня 2014 г., 22:57
Погода и вправду была хорошая. Тепло, но не жарко и солнце периодически пряталось за облаками. Только на улице Юкимура слез с друга. Мгновенное переключение внимания было, наверное, единственным, что раздражало Санаду. Только что этот Божественный ребенок висел на нем и радовался, а теперь лежал на траве и рассматривал улиток то и дело, касаясь их рожек пальцами, заставляя тех их прятать.
— Санада, — Тото старалась говорить тихо, чтобы Юкимура ее не слышал, — тебе, вправду, лучше не общаться с ним.
— Тото, мне все равно, что ты мне говоришь. — Прежняя раздраженность вернулась.
— Он опасен. И мне очень грустно, что ты его так покрываешь. Такие как он никогда не выходят из сумасшедшего дома.
— Рот закрыла, а! — Грубо пробасил парень, отвлекая местного ангела от игры с улитками.
— Санада, я не враг тебе. — Сиделка вздохнула и, присев рядом с Юкимурой, погладила мальчишку по голове, вызывая у того улыбку.
Императора всего трясло от злости. Кто она такая ему, чтобы указывать ему, с кем общаться, а с кем нет. И как она смеет прикасаться к его Сейичи. Он сжал руки в кулаки, сдерживаясь. Хотя, на данный момент, он хотел, чтобы Тото убрала руки от полубога, или он ей проломит голову инвалидным креслом.
— Тото, смотри, улитки. Они милые и забавные. — Юкимура быстро потерял интерес к вспышке гнева Санады и вновь рассматривал улиток. — А рожки, они еще милее, так исчезают интересно.
— Юкимура, точно. Они очень милые. — Тото улыбнулась и отошла от ребенка. — Я отойду, а вы не шалите. — Сиделка зашла в здание, оставляя ребят вдвоем.
— Геничиро, Тото считает меня чудовищем. — Как-то бесцветно выдал Сейичи, взяв самую большую улитку. — И не только она. Так все говорят. — Он посадил ее к себе на ладонь и протянул Императору.
— Глупости. Какое ты чудовище? — Парень растерялся от такого утверждения. Но больше его взволновало то, как к этому относится «само чудовище».
— Нет, не глупости. Все так говорят, хотя и восхищаются мной. Посмотри на улитку. — Мальчик все протягивал руку к другу. — А ты нормальный. Тебя скоро выпустят.
— Ну, это маловероятно. Я людей калечу налево и направо. — Неловко улыбнувшись, выдал Санада и отвел глаза. — Если кто тут и чудовище, то только я.
— Геничиро, ты не понял! — Полубог сжал в руке улитку, раздавливая панцирь. — Почему ты не хочешь посмотреть на нее.
Парень дернулся. Слишком резок и холоден был голос Юкимуры. Он сразу вспомнил, где он его до этого слышал, пусть и в бессознательном состоянии. Такой же голос был при инциденте с Маю. Слишком неподходящий для ангела, но прекрасно соответствующий демону. Санада в легком оцепенении посмотрел на руку мальчишки, которая медленно разжималась, показывая раздавленный панцирь, улитку, от которой не осталось живого места, слизь и кровь.
— Геничиро, она, правда, красивая? — Беззаботная улыбка на правильных и немного пухлых губах снова вернулась к Сейичи.
Первый раз в жизни Санаду тошнило не из-за людей, что так бездумно касались его своими руками, а от ужаса. Как быстро его настроение менялось. « И почему его это радует? Руке, наверное, больно, а он улыбается» — проносилось в голове Санады. Ноги предательски пошатнулись, выдавая состояние парня с головой, и он сел прямо на траву.
— Геничиро, тебе плохо? Или страшно? — Божественный ребенок брезгливо скинул с руки то месиво, что сам и сделал и вытер руку и спортивные брюки. — Не бойся меня, я тебя точно не обижу, ты же мой Геничиро. — И снова эти ручки обнимают вокруг шеи.
Тошнота все больше подкатывала к горлу, руки тряслись, ноги не слушались, а голова болела так, словно могла взорваться в любой момент. И от обьятий легче не становилось. Слегка прохладные руки походили на удавку, которая становилась все туже, лишая Императора кислорода. Но Сейичи не душил его, а просто обнимал, прижимаясь к теплому телу, как котенок, замерзший под осенним холодным дождем.
Из оцепенения Санаду вырвала Тото, которая вернулась. Заметив руку Юкимуры, она оттащила его от парня и отправила в корпус на обработку раны, а сама села напротив Геничиро, слегка шлепая его по щекам.
— Ей, Санада, смотри на меня… Матерь Божья, что с тобой?! — Тото была весьма напугана. Геничиро не отвечал, смотрел куда-то в траву, а из носа текла тонкими струйками кровь. — Черт, отключился что ли… Санитары, носилки!
Работники не заставили себя долго ждать и сразу прибежали на крик сиделки. Санаду положили на носилки и понесли в медицинский отдел, где врачи уже пытались остановить кровь и привести паренька в чувства. А все это время Юкимура Сейичи стоял напротив палаты и вытирал капельки крови, которые, то и дело, капали с носа на белый кафель.
