Земля с его могилы

Детство кончается тогда, когда ты начинаешь делить свою компанию на друзей и приятелей. Так когда-то выразился Гаррет, как нельзя точно. Сейчас же Ральф понял еще кое-что: взросление начинается тогда, когда в твоей жизни появляются люди, для которых даже их смерть не кажется тебе достойным наказанием за все, что они совершили. Спустя месяц с небольшим после их с Гарретом ухода Брейер, измотанный, но довольный и с мешком мяса болотников за спиной, наконец зашел на финишную черту до их дома. По лицу расплылась улыбка: наконец он вернулся! Наконец-то он увидит Кэрри, поцелует ее и займется с ней любовью, он так ждал этого! Кэрри заполняла его мысли большую часть времени, которое он провел в загоне для рабов с тяжелым ошейником на шее. Услышав шаги, к двери вышла тетька Дот и сделала ошарашенные глаза. - Вот те раз. Ни хрена себе, кто решил вернуться. И какие мы экипированные, твою мать! А мы вас с Гарретом уже похоронили. - Гаррета больше нет, - грустно сообщил Ральф. – А вот насчет меня зря. Не знаю, как вы тут выживали, но я принес вам много еды. Где Кэрри? Увидеть ее хочу. Кэрри! Тетька Дот молча проводила его взглядом. Рейдер спустился в подвал, но никого там не обнаружил. Пожав плечами, он прошел в комнату Чакки и Камо. - О! Лидер объявился! – все еще присвистывая от недостающих зубов, хохотнул рыжий. – А ты уверен, что тебе здесь рады? - Мне насрать, - огрызнулся Ральф и направился на выход, не обнаружив девушку и здесь. - Ищешь свою подружку, Брейер? – осклабился Чакки. – Тут ты ее не найдешь. Лидер проигнорировал эту фразу и вернулся на кухню, где тетька Дот зачем-то намывала растрескавшиеся тарелки. Это было более чем странно – ее никогда нельзя было назвать хозяйственной. - Дот, где Кэрри? – уже серьезно спросил он. Женщина на секунду приостановилась, а затем с двойной яростью заскрипела тряпкой по фарфору. Ральф нахмурился, пересек комнату, развернул резко тетьку и заорал, - Дот, где Кэрри?! Звяк – с жалобным звоном тарелка разбилась о бетонный пол. Женщина зажмурилась, но по-прежнему молчала. Ральф отстранился. Было совершенно очевидно, что никто здесь не ждал его возвращения. - Я же сказал, тут ты ее не найдешь, - послышался от двери голос Чакки. - Она что, ушла? – Брейер развернулся к рыжему засранцу. - Кхм… ну, можно и так сказать, - он ухмыльнулся. - Что… - лидер поморщился. – Что ты имеешь в виду?.. - Видишь ли… не волнуйся, Дот, я все ему объясню, - рыжий показал нервничающей тетьке ладони. – Понимаешь, вы ушли с Гарретом и как сквозь землю провалились. И вас нет и нет, а с вами и еды. Ну, спустя недельки три делать нам было нечего, жрать-то хочется. И мы решили устроить бой на кулаках: кто проиграет всем, тот и накормит всех… если ты понимаешь, о чем я, - он ехидно оскалился. Да. Ральф понимал. К сожалению… Картина обрисовалась перед ним сама, со всеми красками и подробностями: Кэрри, которая никогда не участвовала в битве, а лишь крала патроны и уводила браминов, поставленная перед тремя мужчинами и закаленной в сражениях тетькой Дот. Наверняка на ее лице были слезы, потому что она понимала, что бой будет проигран, даже не начавшись. Конечно, у нее не было ни единого шанса. Зато рейдеры были сыты. «Если бы ты мог это видеть, Курт… твои воспитанники… трупоеды… я этого и боялся…» - Чья была идея? – холодно отрезал Ральф. Чакки снова усмехнулся. - Моя, конечно. Кто же еще мог бы предложить такую замечательную… Договорить рыжему было не суждено. Брейер со стремительностью аспида выхватил ружье из-за спины и всадил пулю ему в голову. Одного выстрела показалось мало: он стрелял до тех пор, пока от черепа Чакки не остались одни только осколки. Камо, стоявший позади товарища, истошно заорал и кинулся на блондина. Ральф убрал ствол и рукой врезал негру по носу; тот не успел даже замахнуться. - О нет, приятель. Я сумел сбежать живым из Парадиз-Фоллз, и такой жалкий ушлепок, как ты, мне уже нисколечко не страшен, - он прижал Камо к стенке, держа его за грудки, а другой рукой перехватил ружье и долбанул по виску своего бывшего друга прикладом. Потеряв равновесие, негр упал на пол; Ральф схватил его за волосы и запрокинул ему голову. - Ты убил Чакки… - успел сказать Камо, прежде чем Брейер, сломав ему клык и пару резцов, грубо запихнул ствол ружья в рот. - Ты отведал мяса Кэрри, да? К изысканному блюду из девушки стального характера обязательно прилагается свинцовый гарнир! Три звука выстрела. По стене разлетелось пятно крови, а негр повалился набок, когда Ральф убрал оружие себе за спину. Крик Дот пронзил его мозг и затих: женщина ничего не делала, только вскрикнула и заплакала. Жалкая старая баба. «Кэрри… почему я не послушал вас с Гарретом и не ушел сразу же после вашего предложения?.. ты был прав, друг… Банды Курта тогда уже не было… она умерла вместе с Куртом.» - Что тут творится?! что… Ральф? – откуда-то из-за двери взялся Стоун. Брейер смерил его холодным взглядом. – Ты… вернулся? - Нет. Считайте, что меня здесь не было, а болотников вам притащила добрая фея. Вы вдвоем, кажется, хотели дожить, сколько проживется, в этом доме? Живите. Я ухожу. - Ральф… останься! – всхлипнула Дот. – У нас больше никого нет… мы же не выживем… ты вернулся домой, так почему… - У меня больше нет дома, - Брейер поправил ружье на плече, вытащил из кобуры на поясе Чакки «Магнум» и патроны к нему и вышел. Он быстрым шагом уходил прочь. Слез, которые должны были литься ручьем, больше не было: наверное, за месяц скудного поения в Парадиз-Фоллз они высохли, или испарились, может быть, от вечного солнца и отсутствия тени. Старая жизнь расстреляна в месте, которое всего час назад казалось самым родным на свете. «Самое время забыть все и начать жить с чистого листа…» Ральф отошел на несколько миль от разрушенного дома, сел на камень и наконец смог заплакать. Он рыдал около получаса – впервые за несколько лет. Последние слезы были пролиты около свежей могилы Курта: это были несколько скупых мужских слезинок, дань уважения Большому Папочке. Прекратив реветь, Брейер вытащил боевой нож из кобуры и посмотрел на себя в отражение. Солнечный зайчик, погуляв по его небритому лицу, исчез, а взгляд рейдера направился куда-то вперед. Он встал и пошел на юго-восток. Через несколько миль попался еще один полуразрушенный дом. В нем Ральф нашел уже ничейную бритву, раковину и зеркало. Побрив одну половину лица, оставляя только свои любимые вечные усы, он какое-то время смотрел на себя молча и неподвижно, а затем резким движением сбрил щетину с левой щеки вместе с верхним слоем кожи. Часть алой татуировки пропала, а раковину залила кровь. Брейер снова полоснул себя, сдирая еще часть буквы «К», и так до тех пор, пока щека не оказалась полностью выбрита, а татуировка не исчезла, оставив вместо себя только кровоточащую рану. «Вот теперь я готов начать все сначала.» Вот только куда начать? И что он будет делать? Вернуться и продолжить играть роль Мартина Клауса в Парадиз-Фоллз? Ну уж нет, ни за что на свете он не вернется в эту проклятую дыру. Заняться хэдхантерством? Наверняка это опять будет так или иначе связано с работорговцами. «Представляешь, Большой брат, как живется почетным наемникам каких-нибудь селений? Они приходят в бар, им дают бесплатную выпивку, игуану на палочке…» Глупые мечтания Гаррета, которого уже нет в живых. Но, с другой стороны, в них была доля правды. Интересно, как становятся наемниками? Ведь где-то эти ребята учатся выживать. Может, в его словах есть крупица смысла? Месяц назад Ральф называл это бредом и даже не хотел с этим связываться. Это глупо, рейдер в городе работает по найму! Интересно, чем он заниматься будет – оплаченными грабежами? Нет, ни один глава города на такое не пойдет. Это бред. Но… Но ведь месяц назад он был уверен, что из Парадиз-Фоллз невозможно сбежать. Так почему не попробовать еще раз совершить невозможное? В конце концов, он был членом самой крутой банды на Столичной Пустоши. Ну какой еще рейдер сможет прочесть инструкцию и понять ее? К тому же, он неплохой боец. Очень неплохой. Подучиться еще жизни в пустыне – и можно будет спокойно на этом зарабатывать. Почему бы и нет? Ральф вышел из дома и направился куда глаза глядят. Дойдет до какого-нибудь города и попросит тамошнего шерифа дать ему работенку. И так потихоньку начнет зарабатывать на жизнь, черт возьми, честным путем. Конечно, его друзья-рейдеры его бы обсмеяли, подумал он, но тут же вспомнил, что у него больше нет таких. Все закончилось сегодня утром. И он шел дальше и дальше сквозь Столичную Пустошь. Господи, какая же она огромная, думал Ральф, казалось, что как специально ноги уводят его куда-то прочь от городов. Один день, второй, третий. Нет, он ни за что не повторит прошлую ошибку, приведшую к его пленению и смерти Гаррета, а значило это, что спать Брейеру не светит до ближайшего поселения. Даже получасика. А солнце сменялось луной раз за разом; адски хотелось пить – тот запас, который он набрал в доме, подходил к концу, и бывший рейдер ограничивал себя тремя глотками в день. Щетина снова начала покрывать его лицо, кроме левой ободранной щеки, которая превратилась в ужасную ссадину, доходившую чуть ли не до мяса, отчего очень больно было совершать любые движения мышцами лица. Слава богу, теперь незачем было ни улыбаться, ни хмуриться. Наконец, на шестой день его путешествия, когда бессонница уже начала делать из него раздражительного злобного психа, на горизонте показалась груда строений. Воронки от взрывов ему попадались все реже - последнюю он видел утром шестого дня. Судя по солнцу, сейчас был полдень. Ральф мечтал о мягкой постели, подушке и сне, а еще о воде и еде. Любой. Даже о жареном кротокрысе. Вывеска на входе гласила: добро пожаловать в Дарсвилль. «Дарсвилль? Что это, черт возьми, за дыра?! – он оглядел местные, так сказать, строения, по большей части представлявшие собой воткнутые в землю автомобильные или автобусные двери листы и шифера, прикрытые сверху «крышами» - такими же листами шифера или вообще целлофаном. – Даже наш рейдерский дом и то выглядел приличнее. Черт… да есть здесь хотя бы одно…» Ральф остановился, потому что услышал звуки затворов отовсюду вокруг. «… Целое здание.» По его подсчетам, в голову его было направлено не меньше полудюжины ружей. Решив, что сил сражаться у него нет, Брейер поднял руки. - Оружие на пол! – услышал он крик, снял свой автомат и послушно положил его на землю. После этого он увидел и обладателя голоса – сурового, совершенно определенно воспитанного Пустошью старика, которого, несмотря на возраст не меньше шестидесяти лет, явно нельзя было назвать легким противником. – Кто ты такой? Киллер? Или, может быть, работорговец? - Я мирный путешественник, сэр, - ответил Ральф. – Я ищу ночлег и работу. Если вы можете мне что-нибудь предложить, я с радостью это выполню. - Да? А можешь ты сказать, с какой стати я должен тебе верить? Справедливо. Чего-то подобного, на самом деле, Брейер и ожидал. Он огляделся по сторонам: шесть или семь дюжих парней не сводили с него глаз и стволов. Он снова вернул взгляд на старика. - Я так понимаю, вы шериф этого городка. Я правда не желаю жителям, эээ… - он поморщился, вспоминая название, - Дарсвилля ничего плохого. Мне нечем заплатить за вход, если вам нужны деньги, но я могу сделать что-нибудь, что необходимо городу. Только позвольте мне поспать – я уже дней шесть не спал. - Да? А ты думаешь, что работа, которую я предложу, тебе по зубам? Откуда ты вообще и кто ты такой? И уверен, что можешь быть нам полезен? Сможешь защитить нас от… рейдеров, скажем? - Рейдеров? Ооо… в этом я более чем уверен, скажу так. - Расскажешь мне тоже? Брейер начал волноваться снова. Сказать или не сказать? - Потому что… - он вздохнул, чтобы убрать нервозность. – Потому что я знаю о рейдерах все. Это правда. Я сам рейдер… был, был, это в прошлом! – он поднял ладони, когда солдаты с утроенным рвением ткнули в него свои ружья. – Я покончил с этим. Я хочу жить и зарабатывать честным путем! Поэтому я здесь! - Я не пущу тебя в город, пока не пойму, что ты не опасен, - ответил шериф. - Я понимаю, я этого и хочу. Дайте мне шанс доказать вам мою надежность. Говорите, что вам нужно. В конце концов, если я погибну на этом задании, то какая вам разница? Человеком больше, человеком меньше. Шериф хмыкнул и погладил бороду. - Хорошо. Меня зовут Скотт Дарс. Я сын Уилла Дарса, основателя этого города. Я дам тебе работу. Вот что нам надо: там, на севере, - он указал пальцем в эту сторону света, - расположился лагерь банды Пустынных Койотов. Знаешь, кто это такие? - Пустынные Койоты? Конечно, я о них слышал. Они были вторыми после Банды Курта. - Банда Курта? – шериф удивился. – Ты знаешь о них? - Знаю? Это мягко сказано, - Брейер показал на свою рассаженную щеку. – Я был ее руководителем. У Скотта Дарса глаза стали круглыми, а остальные ребята даже на секунду опустили ружья. Правда, через несколько мгновений они снова направили на него стволы, чуть ли не впивая их в спину Ральфа – мало ли чего ждать от этого рейдера. Шериф через некоторое время ухмыльнулся. - Я слышал, Банда Курта с год назад стала ослабевать и терять позиции. - Курт погиб, и после его смерти ее больше нет, - ответил бывший рейдер. – Я стал вторым его руководителем, но это уже была не Банда Курта. Я не хочу об этом вспоминать – это все в прошлом. Но я умею все, что умел делать наш лидер, умею читать, писать и драться. Можете положиться на меня. - Хорошо. Пустынные Койоты – это причина, по которой к нам не ходят караваны. Город умирает. Избавься от них, если кишка не тонка. Избавишься, и можешь считать себя жителем Дарсвилля. Но только попытайся помочь им ограбить город – я пристрелю тебя, детка. - Идет. Только прошу вас: дайте мне поспать. Какой угодно уголок, где я смогу перекемарить ночь без опасения за свою жизнь. Я не сплю шесть дней. - Я позволю тебе переночевать, но только в местном полицейском участке, - шериф указал на самое целое здание в городе, которое виднелось в конце улицы. – Он в Ратуше. Если хочешь, ночуй. Большего не позволю. - Мне хватит. Его препроводили до так называемой Ратуши – похоже, так ее окрестили только за более-менее сохранившуюся целость. Где-то с торца здания комната, именуемая полицейским участком, содержала клетку, внутри которой была койка. Там и позволили расположиться Ральфу. Тому, впрочем, было по барабану, где лежать – он рухнул на койку и мгновенно заснул. Проспал Ральф почти сутки. Клетка не была закрыта, но около входа стоял охранник, который не спускал глаз с него. Выходя из участка, идя по улице, он не видел ничего, кроме подозрения и неприязни. Словно все, встречающимся ему, считали его враждебным существом с Пустоши, которое только и ждет, чтобы броситься и перегрызть им горло. Когда показался выход из города, Брейер был счастлив только тому, что наконец выбрался отсюда. «Да уж… не сказать, что местные очень-то любят гостей. Все такие хмурые. Прямо в традициях Парадиз-Фоллз…» Обойдя частично город вокруг стены, он направился на север, куда указал шериф, и где располагался небольшой каньон. По словам местных охранников, которых он успел расспросить, именно там и находился лагерь Койотов. С ними и их лидером Барри, которого все рейдеры называли Желтоглазым Бароном, Банда Курта встречалась лишь единожды, и про них Ральф знал то, что эти ребята путешествовали, надолго покидая свое убежище. Ни одна из оседлых банд не ходила на такие дальние расстояния. Большинство постоянно оставались на своих местах, вроде группировки в Пансионе Кэйлин или водохранилище Монтгомери. Желтоглазый Барон и Курт уважали друг друга, потому что недостаток обученности Койотов по сравнению с Бандой Курта компенсировался их численным превосходством. Ральф впервые увидел этого типа, когда ему было десять, и Барон Барри запомнился ему невероятно красивым и очень жестоким человеком. Тогда он казался мальчику здоровенной горой мускулов, разрывающим голыми руками диких собак на две половины. «Было бы интересно увидеть его вновь.» Теперь ему представилась эта возможность. Курт не одобрил бы, если бы узнал, что его воспитанник лезет на рожон – давать повод Койотам разозлиться никому не было выгодно. Но опять же: его Банды больше нет, а Ральф будет поступать так, как велят новые правила жизни. Когда он добрался до базы Пустынных Койотов, сердце начало колотиться, словно боролось с кем-то за приз самой быстрой чечетки в мире. Ему было страшно, не говоря уже и о мании преследования, которая начала его мучить, как только он вышел за пределы Дарсвилля. Расправиться с теперь уже самой крутой бандой Пустоши? Его группировка пережила клиническую смерть, и скоро, когда Брейера примут уже как наемника, а не как рейдера, ее ждет биологическая. Надо бы перед этим доказать Пустоши, что Банда Курта вовсе не сдала позиции. И они умрут непобежденными. Вот только как расправиться с одиннадцатью молодцами, которые жарили брамина на вертеле в пятнадцати метрах от него? «Была бы у меня снайперина… хотя какая разница, я ни разу в жизни из нее не стрелял. Черт, это упущение, надо будет этому научиться… на первую же свою зарплату куплю снайперину.» А пока что приходилось довольствоваться китайским автоматом и «Магнумом» Чакки. Это был уже совершенно не тот револьвер, к которому привык Ральф, словно он одел одежду с чужого плеча. В голове мелькнула мысль: это безумие. Не стоит даже пробовать начинать дело. «Конечно, давай, бросай все на половине, трусишка, - осадил сам себя Брейер. – Если уж ты и порывался совершить невозможное еще раз, вырасти из рейдеров в наемники, то делай это. Ты сбежал из Парадиз-Фоллз. Что тебе горстка ушлепков с запада?» Моральный пинок сделал свое. Выдохнув, Ральф достал «Магнум» и прицелился. Нужно хотя бы одного убить сразу. Вон того, самого ближнего, например. И поменьше думать и решаться, а побольше действовать. На счет «три»: раз… два… Паф! Весьма удачно развернувшийся парень принял пулю грудью. Брейер ругнулся матом: когда же, черт дери, он научится в ста процентах случаев попадать туда, куда целился? Койоты повскакивали со своих мест, оборачиваясь в сторону выстрела. Несколько их бегом направилось к камню, за которым укрывался Ральф. Тому ничего не оставалось, кроме как вытащить свой автомат и стрелять на поражение, но… «Нет. Рано.» Он отбежал прочь от своего укрытия, спрятавшись за другим камнем. Койоты переговаривались, ругались и осматривали все места, могущие послужить чем-то вроде окопа. Ральф застыл: сейчас кто-нибудь да обнаружит его. Бывший рейдер прижал к себе свой автомат. Чьи-то шаги раздавались все ближе и ближе. Как назло, ни одного камешка под рукой, которым можно было бы отвлечь внимание противников. - Эй! Вот ты где! Это заорал один из парней, который резко заглянул за камень Ральфа. Автомат того был на стреме, и на члена банды ушла целая обойма. Парень рухнул на землю в конвульсиях, а Брейер, заменив магазин, вылетел навстречу остальным и открыл огонь. Несколько пуль полетели в него и поразили грудь и ногу. Блондин, кряхтя и рыча от боли, скрылся опять за камнем. Ор от Койотов стоял невыносимый, и через несколько секунд ожидалось прибытие остальных членов группировки. Поврежденное левое колено предательски стреляло, и ходить нормально он не мог. Брейер потянулся за третьей обоймой и не обнаружил ее. «Твою мать…» Он почти покорно встал, когда еще один подошедший ухватил его за волосы и под руку с криком «А ну поднимай свой зад!» и потащил его в лагерь. Ральф только кряхтел по дороге, прежде чем его кинули на землю. Взгляд наткнулся на чьи-то сапоги. Бывший рейдер поднял глаза и посмотрел в лицо человеку перед собой. Конечно, всюду бы его узнал. - Гляньте-ка, ребята, у нас гости, - оскалился Желтоглазый Барон. – Ты лишил меня нескольких моих товарищей, урод. Готовься к смерти. Ральф огляделся: вместо одиннадцати молодцов вокруг него стояло семеро, включая самого предводителя. Минус четыре. Ну, хоть это радует. Брейер обернулся снова к лидеру. Красота лица Барона исчезла под десятками шрамов, длинные волосы заплетены в растрепанную косу, но янтарно-желтые глаза по-прежнему словно просверливали собеседника, на которого он смотрел. От этого взгляда по коже разбегались сотни мурашек. - Ну, здравствуй, Желтоглазый Барон, давно не виделись, - улыбнулся Брейер. Тот удивленно приподнял брови. - Знаешь меня? Ты что, рейдер? - Был. И был членом Банды Курта, - Ральф встал и отряхнулся. Сзади него послышись перешептывания – очевидно, многие помнили его группу бандитов с центральной части левого берега Потомака. Барон усмехнулся. - Неужели? А я вот слышал, что почти все члены этой шайки уже мертвы. - Так и есть. Я этому причина, - Ральф указал на себя большим пальцем. Колено болело до невозможности, и нагружать его не было мочи. – И я стану вашим всадником апокалипсиса. Все семеро закатились в приступе безумного смеха. Брейер по-прежнему оставался серьезен: сейчас никак нельзя терять голову и паниковать. - Зря смеетесь. - Ты? Да кто ты такой? – Желтоглазый толкнул его в плечо; стиснув зубы, чтобы не застонать от резкой боли в колене, Ральф противился пинку. - Я – новый лидер Банды Курта и единственный, благодаря которому она все еще бьется в агонии. Только я могу решить, когда наша команда уйдет в небытие, и я это скоро сделаю. С моим уходом она умрет, но я поклялся себе, что она останется лучшей бандой на Пустоши. Именно поэтому я не могу вам проиграть. Койоты заржали было, но быстро смолкли, потому что Желтоглазый Барон молчал и серьезно смотрел на Ральфа. Тот же не сводил глаз с его лица в ответную. Наконец Барри вздохнул. - Ты такой же, как и Курт. Всегда имеешь какие-то идеалы… но жаль тебя расстраивать, сынок, это Пустошь, а на ней нет места идеализму. Ты проиграешь, каких бы там причин выигрывать у тебя ни было. Говори свое последнее слово. - Я думал, пустыня отучила тебя недооценивать противников, - Ральф ухмыльнулся. Какой-то из Койотов стоял прямо позади него, и Брейер краем глаза видел, что он с ружьем. Пока остальные застыли в замешательстве, он локтем ударил этого парня в живот. Тот согнулся пополам, бывший рейдер вырвал из его рук ружье. В это время здоровенный кулак Барона с кастетом уже летел на него; блондин успел схватить за ворот Койота, у которого отобрал оружие, и толкнул его навстречу удару. - Дьявол! – закричал Желтоглазый, наблюдая, как из раскроенного черепа его подчиненного хлыщет кровь. – Чего вы стоите, идиоты? Хватайте его! Ральф же, забив на колено, отбежал подальше и выстрелил не целясь куда-то в сторону побежавшей к нему толпы; еще один из рейдеров упал, пораженный в лоб. Однако, прежде чем блондин успел доковылять до камня и укрыться за ним, он получил еще пару пуль в и без того многострадальную левую конечность. Желтоглазый в это время уже летел на него, и, чтобы увернуться, Брейер упал на спину. Три выстрела пришлись в плечо и грудь лидера Койотов, который, как казалось, даже не почувствовал ранений. Ральф приготовился к последнему удару, к тому же, на него было направлено еще четыре ствола. - Эй! Койоты разом обернулись куда-то в сторону Дарсвилля. - Регуляторы! Ральф посмотрел туда же. Неизвестно откуда взявшиеся двое регуляторов с дробовиками наперевес встали на ближайших естественных возвышениях и открыли огонь по оставшимся рейдерам. Это внесло сумятицу; Желтоглазый несколько секунд рассеянно метал взгляд с него на охранителей правопорядка Пустошей, и это дало Брейеру шанс атаковать. Перезарядив ружье, он укрылся за камнем; Барон, обратив на него внимание, кинулся туда же. Чтобы хоть как-то остановить его, Ральф спустил курок пять раз, выстреляв полный магазин. Лидер Койотов, оставив своих парней расправляться с регуляторами своими силами, пошатнулся, приняв пули в грудь и живот, а затем опять пошел в атаку. В это же время блондин понял, что пуст; от вида надвигающейся бури в виде Барона он отступил несколько шагов назад и оступился. Упал Ральф на что-то твердое, висящее на поясе, и только тут вспомнил про свой «Магнум». Кулак Желтоглазого с кастетом уже был на пути к его лицу, когда он выхватил таки револьвер и выстрелил наугад. Удар железными пальцами пришелся вскользь, только ссадина на месте знака руководства Бандой Курта закровоточила. А на блондина упало и навалилось огромное тело Желтоглазого Барона, раненного в лицо. Пуля, удачно попавшая прямо в рот лидеру Койотов в то время, когда он что-то в остервенении кричал Брейеру, пробила ему затылок. Бывший рейдер, тяжело дыша, шокированно смотрел на неподвижную тушу, которая секунду назад представляла смертельную угрозу. Ральф не сразу услышал голоса за своей спиной и то, что стихли выстрелы. - Спятил, что ли, нарываться на Койотов в одиночку? – один из регуляторов дернул его за плечо. Брейер посмотрел на него непонимающим взглядом, словно вообще не врубался, кто эти ребята и что они здесь делают. – Тебе повезло, что их было немного и что мы рядом были. - Койоты мертвы, - сообщил Ральф непонятно кому и вдруг улыбнулся. – Они мертвы! - И слава богу, - второй «хороший парень» закинул дробовик за спину и повернулся к нему. – Давно их следовало порешить. И все же, приятель, считай, что тебе повезло. Не у каждого подмога вот так вот близко оказывается. Ну, видно, удача с тобой. - Я должен был убить их всех, - не убирая с лица улыбку, продолжил тот. – Я, понимаете? - Ага. И сыграл бы в ящик, - хохотнул регулятор. – Будь их одиннадцать, как обычно, ты б вообще и минуты не продержался. - Их и было одиннадцать, - огрызнулся Ральф. – Пятеро их стало моими стараниями, между прочим. Так что вы просто мне помогли, а не решили исход боя. - Ну да, ну да, - первый «хороший парень» скривился в гримасе. – Тоже мне, Грогнак-варвар Пустошей. Нет бы спасибо сказать… чертово быдло. Я говорю тебе, Уол, нечего здесь делать, около Дарсвилля. Здесь все какие-то… злые. Пойдем отсюда. Ральф проводил их взглядом, а затем с трудом встал и направился к телам – собирать трофеи. Итого: одна кожаная броня, два охотничьих ружья, три десятимиллиметровых пистолета, одна штурмовая винтовка и один боевой дробовик. Подлатать первую, и новая одежда ему будет обеспечена. Нагибаясь за патронами от дробовика, Брейер застыл, потому что услышал от ближайшего утеса скрип мелких камней – совершенно определенно под чьими-то ногами. Блондин выпрямился. - Так вот почему мне казалось, что за мной следят. Видимо, не казалось. Эй, вы там, вылазьте уже, я вас вижу! – крикнул он в сторону звука. Из-за утеса словно нехотя показались двое охранников из Дарсвилля. – Зачем вы меня преследовали? - Хотели посмотреть, что ты будешь делать, - сообщил один из них, молодой и крепкий рыжий парень в модных очках с роговой оправой, когда вояки приблизились. – Признаться честно, никто не думал, что ты будешь драться. Мы думали, что ты просто свалишь. Второй, повыше первого ростом, с короткой стрижкой, кивнул в подтверждение. - Если Ральф Брейер обещал выполнить задание, то он выполнит задание. Или умрет, - ответил блондин. – Ну, теперь вы убедились в моей годности? Могу я поселиться в Дарсвилле? - Это будет решать Скотт. Пошли. Сам дойдешь? Твоя нога неважно выглядит, да и дырки в груди смотрятся впечатляюще, - очкастый поправил свои окуляры, подтолкнув их ближе к переносице. - Не дойду, так доползу, - Брейер сделал шаг вперед. – Я надеюсь, помощь регуляторов никак не преуменьшит моих заслуг? - Регуляторов? Каких регуляторов? – улыбнулся второй боец и посмотрел на своего товарища. – Разве там были регуляторы? - Не припомню что-то, - тот улыбнулся в ответ и подмигнул Ральфу. – Ты стоящий солдат. А то, чего Скотт не видел, совершенно необязательно до него доносить. Пускай считает, что ты разделался с Койотами. В конце концов, не регуляторы же просятся жить в Дарсвилль. В этот момент бывший рейдер и понял, что хочет работать с этими парнями до конца своих дней, а может, и чуток после этого. Они все рассмеялись. Охранники, а их звали Ленни и Билл, помогли ему дойти до города: один забрал часть награбленного оружия, второй закинул его левую руку себе на плечо и освободил от веса поврежденное колено. Благо, до города было относительно недалеко, а больница располагалась практически у входа. Там его и оставили на попечение медсестричке Лиз. Поблагодарив ребят, Ральф отдался медсестре и ее стимуляторам; уже через несколько минут ему стало намного легче. Все-таки стимуляторы – величайшее сокровище, которое только могло придумать человечество. Пока Лиз вытаскивала из его тела патроны, Ральф кайфовал от чувства здорового колена. Как же хорошо, когда оно не стреляет от каждого движения! В клинику зашел Скотт Дарс. - А, вот и ты, наш герой дня. Билл и Ленни сказали, что ты, хоть и с небольшими затруднениями, перерезал Койотов как овечек. Хм, да ты, парень, настоящий головорез. Что же, солдат, добро пожаловать в Дарсвилль. Держи, - он протянул Ральфу какие-то ключи. – Не бог весть что, но, по крайней мере, это твоя собственная комната. Там есть верстак, если тебе нужно смастерить или починить оружие. Разберешься, как пользоваться. Считай это моей личной благодарностью. Мне пригодятся такие бойцы, как ты. - Спасибо! – Брейер поднялся с койки, несмотря на протесты Лиз, и поклонился шерифу. – Спасибо за все! Комната Брейера в Ратуше, в которую, помимо верстака, помещены были еще и холодильник, койка, письменный стол и две полки, была просто выше всяких похвал. Холодильник! Как же они с рейдерами о таком мечтали! Тогда бы не приходилось выбрасывать добрую половину браминов, которых они жарили на вертеле. А письменный стол! Да у него и в мечтах такого не было! - Эй, ну и как тебе, дядька бывший рейдер? – хохотнул, заходя в комнату, Ленни, и поправил свои очки. Наверно, это было что-то вроде навязчивого жеста. - Просто потрясающе! – Ральф качался на стуле перед столом. – Эти полки, холодильник… черт, в логове Курта о таком только мечтать можно было, и то сразу губу подкатывать приходилось… у меня нет слов. - Жалко, нет робота-дворецкого, как у Скотта, - тот усмехнулся. – Ну, с новосельем. И это… приходи сегодня к семи в столовую, там все ребята соберутся. Познакомишься с ними. Отличные парни, уверяю тебя. - Я тебе верю, - кивнул блондин. – Я приду. Что изменилось в жителях Дарсвилля? Его приветствовали на ужине так, словно он уже лет пять минимум здесь обитает. Солдаты и Скотт расспрашивали его обо всем, что тот видел за пределами города: о рейдерах, их жизни, о Парадиз-Фоллз. Поразились тому, что он смог оттуда сбежать. Затем, когда еда сменилась выпивкой, шериф сделал широкий жест рукой, призывая всех заткнуться. - Вот что я хочу тебя спросить, дружок. Когда ты шел сюда… ну или не сюда именно, а вообще в город… кем ты себя мыслил? Кем ты хочешь быть? Ральф глянул на охранников, которые улыбались ему и выжидающе смотрели ему в глаза. Вспомнил Гаррета и его рассуждения. Те самые, про игуану на палочке. - Я хочу работать по найму, - ответил он. – Наверняка сюда теперь пойдут караваны. Наверняка вы сами соберетесь куда-либо идти, и вам понадобится охрана. Я смогу защитить вас. Можно будет организовать что-то типа офиса, где предоставляются услуги наемников; думаю, некоторые из ребят тоже будут не против конвоирования. Это прибыльное дело, верно? – Брейер глянул на Скотта. Тот погладил бороду. - А ведь юнец прав. Пожалуй, наперво стоит попробовать. Особенно нам тут торговать нечем, думаю, это самый правильный вариант. И давно ты хотел стать наемником, Ральф? - Не так давно, на самом деле, - блондин опрокинул в себя пиво. – До Парадиз-Фоллз я считал это бредом… ну, мы рейдеры и все такое. Но после побега в моем мировоззрении многое поменялось. Я понял, что нет ничего невозможного. Тогда-то мне и пришла в голову мысль напроситься наемником в первый же город, который попадется на пути. Ну, вот… я здесь, с вами. - Я думаю, мы с Биллом могли бы тоже работать в конвоирской службе, - Ленни хлопнул по спине своего товарища как раз в тот момент, когда тот пил свою выпивку, отчего Билл поперхнулся, закашлялся и сообщил другу, что он хер очкастый. Все вокруг разразились смехом. – Ой, да ладно тебе. В первый раз, что ль? - Я думаю, это идея, - немного хрипя из-за кашля, ответил Билл. - Ну, значит, так и поступим, - Скотт хлопнул в ладоши и потер руки. – Тогда вы трое будете нашими наемниками. Надеюсь, слухи о смерти Койотов разнесутся быстро. - Мы можем сами прорекламировать себя, организовав караван первыми, - предложил Брейер. – Тогда люди увидят, что это так. Ужин плавно перешел в городское собрание. Решено было учредить караванную службу, собрать первый караван и отправить его в Ривет-Сити – самый крупный торговый центр Пустоши. Биллу, Ральфу и Ленни предстояло работать вместе, что порадовало, надо сказать, всех троих. - Ну надо же, - сказал очкарик спустя неделю, когда они собирались уже отходить от города. – Мы все втроем пойдем путешествовать по Пустошам! Я уже лет пять мечтаю выбраться отсюда! - Я мечтал о таком всю свою жизнь, - заметил Брейер. – И первое же мое путешествие закончилось рабством. Надеюсь, дальше дела пойдут получше. - Выше нос, дружище! – Ленни хлопнул его по плечу. – Все будет отлично! Оба наемника оказались старше Брейера на год. Первое время это напрягало, но вскоре все забыли о разнице в возрасте. Ральф же чувствовал, как сожаление об ушедшей рейдерской жизни стремительно покидает его, как и память о Гаррете, Кэрри и остальных. Эта новая жизнь привлекала его гораздо больше. Путешествие до Ривет-Сити не обошлось без стычек с противниками и даже супермутантами, но возникало ощущение, будто они с ребятами нашли друг друга и вместе превратились в непобедимую армию. По возвращении обратно в Дарсвилль троица уже была практически неразлучна. Через год торговцы и навьюченные брамины стали частыми гостями в городке. Дарсвилль начал разрастаться, появились новые торговые заведения. Само поселение словно даже чище стало и начало производить более-менее хорошее впечатление. Через два года открылся долгожданный бар, прозванный «Мистер Скотч». Конечно, новых домов никто не строил, но старые укрепились хотя бы посильней, чем было раньше, и их больше не сносило ветром при буре. Скотт, видя все это, радовался тому, что к концу своего века наконец смог обеспечить для своей семьи и населяющих его город нормальное место проживания. Ральф же рассказал охранникам все подробно, как действуют рейдеры и как с ними бороться, и это только усиливало его популярность. Некоторые из проходящих мимо торговцев, разговаривая с шерифом и с другими наемниками, обращали внимание на богатство своего каравана. В частности Ворон, торговавший одеждой и продавший Брейеру боевую броню. Он в ответ на вопрос Скотта сказал, что организовывает их с Харритом, Чокнутым Вольфгангом и Доком Хоффом мэр некого городка под названием Община Кентербери. Ральф слышал раньше об этой Общине: там находилась штаб-квартира регуляторов, с которыми после его неуважительного диалога в лагере Койотов у него сложились не слишком теплые отношения. Но что еще больше его задело, так это то, с каким уважением и почтением все до единого из перечисленных торговцев относились к выродку Сто первому с его помешанным на драках наемником Джерико. По их словам, он спонсировал караваны, благодаря чему у них такой богатый выбор. «Ага, знали бы вы, откуда у него деньги, наивные идиоты…» - думал Брейер, но вслух это говорить не решался. У них свое мнение о Сто первом, у него свое. И все счастливы. Потихоньку услуги наемников Дарсвилля и в частности Ральфа, которого все в шутку (с долей правды, разумеется) звали Головорезом, стали котироваться и в других, более отдаленных городах. Ему, Ленни и Биллу приходилось теперь чаще работать по отдельности. За следующие годы Брейер поменял с два десятка работодателей, но один из них возвращался и все время брал его в качестве наемника. Его звали Ирвин, и он всегда ходил в белой рубашке и жилетке, несмотря на пыль и грязь Пустошей. Но, надо отдать ему должное, каждый раз по его возвращении эта рубашка была чиста и свежа, словно только что с иголочки. Ирвину было под сорок, и раньше он был простым мародером, пока не осел в особняке Тенпенни и не сделал себе карьеру. Правда, он гораздо больше предпочитал путешествовать, нежели сидеть среди богачей, обитающих там, да и нрав у него был гораздо проще, чем у тех. По его же собственным словам (а путешествовали они вдвоем с Ральфом много и через два-три года с первого его найма могли вполне называть себя друзьями), он никогда не считал себя одним из них, да и многих взглядов на жизнь с ханжами из Тенпенни-Тауэра не разделял. Наверно, это больше всего и радовало: о гоноре жителей башни были наслышаны многие. - А вообще, если не смотреть на нрав тамошних жителей, башня замечательная, - рассказывал он на самом первом их путешествии от Арефу до его дома (это был девятый год после разгрома Койотов). – Вот увидишь. Туда одно время просилась группа гулей, но кое-кто в модном синем комбинезончике решил нанести визит гостям Тенпенни и превратил их в пищу для радтараканов. Гребанный урод. Первая мысль Ральфа о том, как эти зомби вообще могут что-то соображать в жилищных условиях, померкла после негатива, с которым была произнесена последняя фраза. Он со счастливым блеском в глазах посмотрел на своего нанимателя. - Так ты тоже считаешь, что Сто первый – засранец и скотина, незаслуженно получивший титул «Спасителя Пустошей»?! - Да, именно так я и считаю, - подтвердил Ирвин. – Я общался с ним. Вроде вежливый молодой человек, хорошо говорит и убеждает, но знаешь… это-то и самое страшное. Никогда не доверяй хорошим ораторам. Харизматичные люди сегодня редко оказываются святыми. - Я знаю, - с некоторой досадой ответил Ральф. – Эта мразь и мне доставила множество неприятностей. Ненавижу его и не знаю, чего все с него тащатся. - Ну… истории доходят до нас урывками, друг. Грязные подробности мало кто знает, - Ирвин многозначительно дернул бровями. Башня Тенпенни и впрямь поражала воображение. Такого богатства действительно не было нигде больше на Пустоши. Ральф переночевал в комнате Ирвина, прежде чем отправиться домой, и убедился в том, что, вопреки распространенному мнению о нраве жителей башни, торговец был прост, приветлив и радушен. Неудивительно, что он стремился как можно чаще отсюда вырываться. Через пару лет Ирвин стал постоянным клиентом Ральфа. С этим парнем Брейер побывал во многих уголках бывшей столицы штата: в Гердершейде, в той самой Общине Кентербери, частенько наведывался в Ривет-Сити и Арефу, посетил небольшой городок Мегатонну, проходил мимо Олд-Олни (тамошних когтей смерти он не забудет никогда), ему даже свезло услышать вживую игру на скрипке в хижине у старухи Агаты, которой тот же пресловутый Сто первый принес футляр с неведомо как сохранившейся скрипкой восемнадцатого века (страшно представить подобную древность). И вот в очередной раз ему приходит весточка о том, что вновь его нанимает некто Ирвин Оушен, чтобы в очередной раз куда-то направиться. «Вот только куда?..» - думал наемник через несколько дней, пробираясь все ближе к центру Вашингтона. Ирвин шел более чем уверенно через кварталы с полуразрушенными зданиями, не как обычно – неторопливо и огибая все возможные препятствия, а прямо и быстро и почти не разговаривая с товарищем, словно опаздывал куда-то. В глазах работодателя светилась уверенность и предвкушение. «Уж не подписался ли ты на какую-то авантюру, друг?» Нет, тот вряд ли на такое решится. Не тот характер. К тому же, он сразу бы рассказал про нее Ральфу. Они достаточно быстро достигли центральной части Столичной Пустоши и дошли до Потомака. - Так, эта ветка затоплена… - Ирвин обогнул одну из станций метро. – А жаль. - Только не говори, что мы хотим шастать по метрополитену, - взмолился наемник. - В точку, мой друг. Но вот только нужно найти нужную ветку… ага… Еще часа два хождения по развалинам. Несколько раз пришлось подстрелить рейдеров. Делал это Ральф без всякого сожаления, словно в каждом из отбросов общества хранился осколок его прошлой жизни, который нужно было уничтожить. Наконец Ирвин победно воскликнул «Ага!» и направился ко входу на еще одну подземную станцию.