Амнезия

Намного проще согласиться с существующим положением дел, чем продолжать мучиться сомнениями, правильно ты живешь или нет. Потому большинство людей в итоге свыкается с любыми приемлемыми условиями — а если их жизнь меняется к лучшему, то и подавно. К хорошему привыкаешь легко. Пусть для того, чтобы улучшить свою жизнь, пришлось с чем-то расстаться, — так ли хорошо оно было, в самом деле? Преуменьшив важность отвергнутого в своих глазах, человек подавляет когнитивный диссонанс, психологический дискомфорт, вызванный внутренним конфликтом. Это, в конце концов, и называется взрослением. Про когнитивный диссонанс Наруто вычитал в свое время в книжках Сая. Не Саске — тот, насколько Наруто успел убедиться, не шибко любил читать. Даже книги Дзирайи от него, похоже, приходилось прятать. Саске был гарантом внутреннего конфликта Наруто — если верить Цунадэ и Какаси, Наруто не мог стать Хокаге, пока жил с ним. Сай тоже имел к внутреннему конфликту непосредственное отношение — Наруто помнил его, а не Саске, как часть команды номер семь. И каким бы близким, знакомым Саске ему ни казался, Наруто не мог принять его слова о собственном прошлом как правду. Даже если прошлое, о котором говорил Саске, было намного лучше. Точно так же он не мог принять титул Хокаге, если это означало отказаться от друга — пусть Наруто знал этого друга всего несколько дней, и отношения, их связывавшие, неизменно приводили его в ступор. Что ж, он не выбирал легких путей, — даже после взросления. — Сай, — позвал Наруто нерешительно, глядя на старого друга, только что победившего проекцию Гаары. Гаара был сильнее, чем Кабуто — и, в отличие от Кабуто, без колебаний убил бы Наруто. «Каждый раз ты будешь встречать более сильного противника. Или противников. Сначала они будут нападать на тебя в местах-тенях. Потом начнут возникать в Конохе. И да — таким, как мы, нет дела до случайных пострадавших. Ты можешь остановить это только умерев. Или — убив Саске-куна». «В отличие от остальных, он — не просто двойник или тень прошлого себя. Ты вписал его в реальность, Наруто-кун. Создал человека, которого не было». Наруто подавил желание схватиться за голову. Кабуто не мог говорить правду. Это же Кабуто. Его слова об Учихе Итачи... о том, что проекция Кабуто обладала большей свободой в словах и поступках, ведь его оригинал был жив. У проекции Гаары Наруто этой свободы не заметил. Разве что... Гаара сказал про ожерелье, которое Наруто подарил ему настоящему. — Вы это мне, Узумаки-сан? — Сай казался удивленным. Выглядел он как обычно: черная форма, оголяющая живот, короткий клинок за спиной, кисточка и свитки наготове. — Ты издеваешься? — возмутился Наруто. — С каких это пор ты так меня называешь? — Вы — воспитанник Пятой Хокаге-сама. — Брови Сая приподнялись. — Я — АНБУ у нее на службе. Как мне вас еще называть? — То есть... — запнулся Наруто, — погоди-ка. Ты в АНБУ? И мы с тобой никогда... Саске, переместившийся к Наруто и подобравший свою катану, отчетливо скрипнул зубами. — Мы не в тех отношениях, чтобы вы придумывали мне имена, Узумаки-сан, — спокойно подтвердил Сай. — Впрочем, я сменил их столько, что уже и не помню настоящего. Так что называйте меня как пожелаете. В конце концов, возможно, скоро вы станете Хокаге, и я буду служить уже вам. — А с ним ты раньше тоже не дрался? — Наруто указал на кучку пепла, в которую превратилась проекция Гаары. «Сай сражался с проекцией — не только мы с Саске. Проекции правда существуют. И Сай существует. Я его не придумал. А вот вписать в свою память реально существующего человека мог запросто». — Он был чем-то похож на Казекаге-сама, — задумался Сай. — Казекаге-сама — синоби не моего уровня. Этот монстр явно слабее него. — В Лесу Смерти, — попытался напомнить Наруто, — на чунин-экзамене. Ты разве не... — У АНБУ свои экзамены. К делу. — Сай вытащил из-за спины папку с неизвестным содержимым, протянул ее Наруто. — Хокаге-сама отправила меня к вам с посланием. Здесь содержится информация, которую вы запрашивали. Глаза Саске до сих пор горели нехорошим красным огнем. Наруто поежился, принимая папку под этим взглядом. — Как ты нас нашел? — вдруг спросил Саске. Помнится, сам он искал Наруто часами, когда тот сражался с проекциями. И это притом, что Саске и Наруто смешивали чакру. — Мне передали образец чакры Узумаки-сана. — Похоже, Сай не видел смысла в том, чтобы что-то скрывать. — АНБУ могут найти любого синоби в кратчайшие сроки, если возникнет такая необходимость. Показалось Наруто — или в голосе Сая прозвучала несомненная угроза? Причем направлена она была на Саске. — У меня имелись определенные указания на случай, если жизнь Узумаки-сана подвергнется опасности. — Официальный слог Сая утомлял. Наруто привык, что тот разговаривает совершенно иначе. — Узумаки-сан, я беру вас под свою защиту. Прошу следовать за мной. Я провожу вас... в безопасное место. Наруто осмотрелся. Они, как того и следовало ожидать, находились на окраине ночной Конохи: в «местах-тенях» успевало пройти достаточное количество времени. — Только если это место ближе, чем моя квартира, — решил Наруто. — И если у тебя есть рамэн! Сай неожиданно кивнул. Надо же, его вкусы и тут не изменились. Может, им удастся найти общий язык? — И да, — спохватился Наруто, — Саске пойдет со мной. Это не обсуждается. На лицо Сая легла тень: — Как вам будет угодно, Узумаки-сан. *** «Безопасное место» оказалось квартирой, еще более тесной, чем обиталище Наруто. Судя по неподписанным картинам на стенах и обилию книг, здесь жил сам Сай. На подоконнике величаво засыхало неизвестное Наруто растение. — Раньше ты называл свои работы, — вслух удивился Наруто. Сай странно на него посмотрел. Здесь он все-таки попал в АНБУ — в отличие от того, что помнил Наруто. А еще тут не было горы Мьебоку и бидзю. Драконьих пещер Рьючидо и леса влажных костей Шиккоцу, наверное, не было тоже. Тогда где же тренировались жабьи, змеиные и слизневые отшельники? Вдруг просто с призывом из этих мест какие-то проблемы? Саске про такие детали может и не знать. Змеиная кожа Кабуто — он ведь стал отшельником. Откуда Наруто это помнил? Почему Кабуто в таком виде показался ему привычным, он ведь точно не видел его в режиме отшельника? Вот наполовину трансформировавшегося в бидзю Гаару — видел. А Саске не знал, кто такие бидзю. — Почему Гаару ненавидели в его селении? — спросил Наруто, улучив момент, когда Сай ушел на кухню — видно, заваривать обещанный рамэн. Саске хмыкнул с явным неодобрением. — Тебе лучше знать. — Ну ты же не помнишь... что он был монстром. В моих воспоминаниях его ненавидели именно за это. — Он был монстром, — возразил Саске. — Его мать умерла при родах, отец, Четвертый Казекаге, возненавидел сына и всячески стремился от него избавиться. Убийц подсылал. Но сын был ему не по зубам — слишком сильным родился. Ему подчинялся весь песок Суны, защищал от малейшей раны. И убивал тех, на кого этот псих... нынешний Казекаге затаивал обиду. Конечно, его боялись. А еще он, по слухам, плохо спит по ночам. Сумасшествие гарантировано. — Гаара не такой, — возмутился Наруто. — Гаара... — Помню, как ты расшиб о него лоб, — перебил Саске. В его голосе звучали непривычные нотки. — Твой единственный настоящий друг... с которым вы смешали кровь. Человек, заставивший меня осознать силу собственной ненависти к Итачи. — Саске прикрыл глаза. — Осознать, что Итачи хочет умереть от моей руки. Итачи. Наруто смотрел на Саске — и не мог подобрать определение собственному чувству. Саске говорил так, будто Итачи был очень для него важен, невероятно, безумно. Притом, что он считал Итачи мертвым, к тому же, однозначным ублюдком. Что случится, если Саске узнает: Итачи был двойным агентом? А если Итачи жив и позовет его с собой? Не зря бабуля Цунадэ велела молчать. И Сая не зря к ним приставила. Видно, посчитала — одного Наруто недостаточно. Теперь она точно узнает о проекциях — но не всё. У них с Саске еще есть шанс разобраться самостоятельно, не вовлекая ее и не поднимая на уши всю Коноху. — Сейчас важнее понять, откуда берутся враги, — сказал Наруто. — Кабуто упоминал технику Идзанами. Если это какое-то новое дзюцу... Вот что, Саске. Нам нужно поговорить с Гаарой. Саске глянул на него, отвлекшись от собственных воспоминаний. Наруто мысленно вздохнул с облегчением. — Попросим у Сая, чтобы передал бабуле Цунадэ прошение о командировке в Суну. А там... проверим, всё ли с Гаарой в порядке. Он, в конце концов, единственный живой «оригинал», которого мы знаем, где искать. И потом, проекция говорила, будто я подарил Гааре ожерелье бабули Цунадэ. Нужно узнать, зачем. — Из дружеских чувств, — предположил Саске, недобро прищурившись. — Которые ты, без сомнения, питаешь и к этому АНБУ. А он тебя не помнит. Или делает вид, что не помнит. — Мои чувства к тебе однозначно глубже, — утешил Наруто. — Ради тебя я даже не ел дома рамэн. Иначе как истинной любовью это не объяснить. Саске только фыркнул. ...Уже поужинав и устроившись на полу, неподалеку от Саске, Наруто невольно вспомнил старушку-соседку. «Хотя бы ругаться никто не будет», — подумал с несомненным удовлетворением. А потом — отключился, как робот. Как оставшаяся без кукольника марионетка. *** Сначала они до хрипоты спорили, потом смеялись — у Саске оказался приятный смех, его хотелось слушать. И зубы у него были очень белые. В какой-то момент Наруто понял, что они стоят слишком близко друг к другу, ближе, чем заведено между товарищами или соседями по комнате. Он ожидал, что почувствует себя неловко и захочет отстраниться, но ничего подобного. Присутствие Саске не просто казалось естественным — оно было уютным, желанным и неуловимо волнующим. Наруто заметил, что откровенно таращится на губы своего «воображаемого друга» — и поймал внимательный взгляд живых черных глаз. Саске потянулся к нему первым или наоборот — Наруто не мог сказать. В двадцать лет его поцелуйный опыт стремился к нулю — слишком много миссий и тренировок. Был, правда, один поцелуй, который Наруто и до конца жизни не забыл бы, — первый и случайный. Потом их обоих тошнило, а Сакура-тян досадовала... С кем же был тот поцелуй, подумал Наруто, чувствуя теплые прикосновения чужих губ. Тогда человек, делящий с ним поцелуй в настоящем, отстранился — и изобразил знакомое подобие улыбки. Сай всегда улыбался с закрытыми глазами. ...Наруто вскочил, тяжело дыша. Горькое чувство после недавнего сна мешалось с осознанием — он и правда хотел поцеловать Саске. Там, во сне, эта мысль не вызывала отвращения, но предательская память и тут вместо Саске подсунула Сая — потому что Саске просто не могло быть. Не могло? Но вот же он, всмотрелся Наруто. Спит неподалеку, как и раньше, в защитной позе — сидя на полу, в обнимку с катаной. Отдых, достойный самурая из Страны Железа. Там, помнится, есть такая поговорка: силу воина можно определить по тому, как он отдыхает. Что-то в положении Саске показалось Наруто неестественным. Слишком неподвижным тот был, будто бы застывшим. И его дыхания Наруто не слышал. Мгновенный страх охватил душным облаком: что, если... — Саске, — тихо позвал Наруто. — Саске!.. Ответа не было. «Слишком отстраненный. Слишком красивый. Слишком никакой. Он должен был умереть — давным-давно. Он не должен был жить. Так было бы легче — всем». Наруто приблизился к Саске как истинный синоби — неслышно. Наклонился, засмотревшись на тени, которые отбрасывали на щеки Саске острые угольно-черные ресницы. В полумраке близящегося рассвета Саске казался даже бледнее, чем обычно. Он будто не принадлежал этому миру. Проверить дыхание, напомнил себе Наруто — и прижал палец к чужим губам. Саске определенно дышал. Губы у него были теплые и податливые, и Наруто почувствовал, что теряет голову. Он честно собирался отодвинуться — какие бы отношения их ни связывали, Наруто не помнил об этом, не был тем Наруто, которого знал Саске, и не имел права целовать спящего человека без его согласия. Но еще до того, как Наруто успел внять гласу разума, — или проигнорировать его — Саске распахнул глаза, вспыхнувшие красным. Он вытаскивал Кусанаги из ножен быстрее, чем Наруто успевал уследить, даже когда не пользовался шаринганом. Ничего удивительного, что в следующее мгновение острое лезвие оказалось у горла Наруто, а сам Наруто, потеряв равновесие, распластался на полу. Саске навис над ним с угрожающим видом. Податься вперед, пульсировала в голове единственная мысль. Чтобы поцеловать его сейчас, нужно всего лишь податься вперед. Меч разрежет кожу, потечет кровь, глубже, еще, и когда я точно буду уверен, что не выживу, — наши губы, наконец, встретятся. — Наруто, — сказал Саске. Убрал оружие. Он меня не узнал, понял Наруто. Увидел на моем месте кого-то другого. Сам виноват, нечего подкрадываться. В конце концов, у Саске были свои сны, и Наруто не мог проникнуть в них, не мог прочитать чужие мысли, невзирая на предельный уровень близости. Саске оставался другим человеком. Кабуто, с его дурацким «ты сам его создал», мог идти лесом. Тем более, это и не Кабуто был, а его проекция. Кто сказал, что проекции не могут лгать? Возможно, в Суне их ждет ловушка? — Можешь опустить, — в голосе Саске прозвучала язвительная насмешка. — Это всё равно тебя не спасет, если я решу напасть. На мгновение смежил веки — чтобы секунду спустя взглянуть на кого-то за Наруто спокойными черными глазами. Наруто обернулся. Сай стоял в дверях, ведущих из кухни в комнату, и сжимал в руках кисточку. — Это не... я сам виноват, — поспешил выпалить Наруто. — Я предпочел бы, чтобы вы приступали к прелюдиям в другом месте, Узумаки-сан, — сдержанно отозвался Сай. — Хокаге-сама предупреждала... чтобы я по мере сил воздерживал вас от ненужных разрушений. Они не лучшим образом влияют на бюджет селения. — Воздерживал? Это какими, интересно, методами? — Саске прищурился. Его рука лежала на поясе, в опасной близости от Кусанаги. — В том числе исключающими воздержание, — спокойно ответил Сай. В его взгляде был вызов. И слова Наруто о невиновности Саске Сая явно не убедили. Интересно, какой отчет он теперь положит на стол бабули Цунадэ? — Неудивительно, что на эту миссию поставили тебя. Небось по внешности подбирали. — Странным образом Саске выглядел ничуть не менее угрожающе, чем когда светил шаринганом. — Намекаете на наше сходство, Учиха-сан? Мы похожи сильнее, чем вы думаете. — Точно, — подключился к диалогу Наруто, — у вас есть что-то общее. Общего у Сая и Саске было кот наплакал — бледная кожа, черные волосы, черные глаза, приблизительно одинаковые рост и телосложение. Наруто придавал не так много значения внешности, чтобы их спутать. Наверняка было что-то еще, из-за чего он посчитал Сая частью команды номер семь. Или память просто подкинула образ виденного когда-то АНБУ? Даже имя ему Наруто придумал сам. Сай — Саске, одинаковый первый слог. — Са... й, спасибо тебе за гостеприимство и всё такое, но мы пойдем. — А как же завтрак? Наруто мысленно застонал. Рамэн, которым Сай его вчера угостил, был божественным. Саске от пищи богов отказался, демонстративно скривившись, и долго принюхивался к предложенной взамен никудзяге. В итоге съел-таки, не стал отрываться от коллектива. — Мы, это, попозже поедим, — затараторил Наруто. — Уже утро, опасность миновала, свое поручение ты выполнил, а теперь нам пора, ха-ха-ха, не думаю, будто мне что-то еще грозит. — Чувствуя на себе взгляд Саске и чуть ли холодным потом от этого взгляда не обливаясь, Наруто поспешил к двери. — Я бы на вашем месте не был так уверен, — заметил Сай дипломатично. Наруто тоже не испытывал особой уверенности в своей безопасности, но пусть уж лучше Саске пытается отгрызть голову ему, чем Саю. Сай тут вообще ни при чем — свидетель семейной ссоры, хороший парень, вставший на защиту «жены», за которой досрочно освобожденный «муж» увлеченно гоняется с топором. То есть, Кусанаги. Да, наверное, для Сая всё так и выглядело. А Саске увидел в Сае свое подобие — схожим образом жены узнают себя в мужниных любовницах. Настоящая драма. Саске покосился на нервно хихикающего Наруто, но ничего не сказал. Вроде бы даже расслабился. *** Несколькими минутами позже Саске и Наруто шли по утренней улице. — Шпион от Пятой. — Саске только что ядом не плевался. — Даже не скрывается. Наруто скромно умолчал о собственном «шпионаже». Папка, которую передал ему Сай, жгла спину: Наруто пристроил ее сзади за поясом штанов, как вчера — томик «Тактики», подаренный Какаси-сенсэем. Даже странно, что Саске об этой папке не спросил. Ладно еще «Тактика» — после боя с Кабуто она вряд ли могла встревожить Саске. Тем более, чего Наруто в «Тактике» не видел — он же ее переписывал до посинения. Какаси-сенсэй сказал не так. Он подавал «Тактику» как новейшую книгу, а Наруто, по его словам, помогал Эросеннину редактировать только первые тома. Но тогда откуда Наруто знать содержание романа? Нужно пролистать книгу до конца. Вдруг там всё же есть что-то новое. А почему Саске про сведения, полученные от Сая, не спрашивает — неудивительно. Он и про техники Четвертого, которыми Наруто якобы пользовался, толком ничего не знал. Доверял. Предоставлял Наруто право выбора. — Он не может быть плохим. Он же рамэн любит, — убежденно сказал Наруто. Саске хмыкнул. Наруто мог побиться об заклад: у Саске было неясное подозрение, будто Сай «любит» все, что нравится другим. Или — говорит, что любит... — Без него мы бы не победили проекцию Гаары, — напомнил Наруто. — Может, на то и был расчет? — Саске нехорошо усмехнулся. — Пятая — внучка Первого. Она использует как минимум одну запретную технику. Никто не знает, какими еще дзюцу она владеет. Первый умел лечить любые раны, едва ли не воскрешать мертвых. Может, и воспоминания мог оживлять. И передал эту технику ей в наследство. — Намекаешь, что проекции... дело рук Цунадэ-баа-тян? — Наруто чуть слюной не подавился. — Она больше кого бы то ни было заинтересована в твоем благополучии. Чтобы ты стал Хокаге, женился на Сакуре... завел себе АНБУ с вакидзаси вместо преступника с катаной. — Усмешка Саске больше напоминала оскал. — Твоя... амнезия — однозначно в ее интересах. А проекции — дополнение к ней, часть общего замысла. Наруто вздрогнул. Кабуто и вправду говорил, что Саске не должен жить, пытался убить его — необходимый элемент нежеланного «благополучия», причем не только для Наруто, но и для всей Конохи. Бабуля Цунадэ боялась того, что Саске может натворить, если узнает о прошлом Итачи. Она и Наруто боялась — вдруг он окажется с Саске в сговоре. Тогда, с Кабуто... не успей Наруто защитить Саске, тот уже был бы мертв. Но другие проекции атаковали в первую очередь самого Наруто — и говорили о Саске как о человеке, который играл в прошлом Наруто важную роль. Противоречили его амнезии. С другой стороны, Кабуто объяснил: если Наруто не убьет Саске — проекции прикончат его самого. Если бы Наруто не успел привязаться к Саске, если бы не узнал о нем то, о чем все подряд намекали, — согласился бы он Саске убить? Обменять свою жизнь на его? Нет. Наруто бы не поверил врагу так просто. Он и сейчас не верил — пускай предсказания Кабуто о более сильных проекциях начали сбываться. Тут-то и появился Сай, загадочным образом отыскавший Наруто и Саске в месте-тени. Причем прибыл он аккурат в нужное время — чтобы Наруто не успели убить. — Проекция Казекаге сказала об ожерелье Пятой, — развил мысль Саске. — Я еще удивился, куда оно делось... когда ты потерял память. Наруто кивнул. Расспросы Саске он помнил хорошо — Учиха тогда интересовался, не пытался ли Недзи убить Наруто, если тот и вправду лишился ожерелья, когда защищал Хинату. — Не сомневаюсь, твое ожерелье действительно у Казекаге. Но вряд ли это ты сделал ему такой подарок. — Думаешь, Цунадэ-баа-тян? — не поверил Наруто. — Именно. Хокаге и Казекаге всегда найдут общий язык. К тому же, Гаара — твой друг. Он, разумеется, хочет для тебя самого лучшего. Думаю, твое прошение о командировке в Суну незамедлительно удовлетворят. А в самой Суне нас встретит неприятный сюрприз. — Сюрприз? — То, что окончательно вобьет между нами клин. Саске не стал уточнять, но Наруто мог представить: что разделяет людей надежнее смерти? А в Суне, на плохо знакомой территории, убить Саске наверняка будет проще, чем в Конохе. Или еще — именно там Саске может узнать о прошлом Итачи. И предпринять третью попытку уйти из Конохи, которая на сей раз увенчается успехом. Но зачем это бабуле Цунадэ? Она одобряла отношения Саске и Наруто; она вязала, когда никто не мог ее увидеть, и была уверена, что никто не позаботится о Саске лучше Наруто. — Пятая могла провернуть это всё во время моей последней миссии, — продолжал Саске. — А что за миссия была? — встрепенулся Наруто. — Отмазка, лишь бы отправить меня куда подальше. — Саске поморщился. — Я должен был исследовать древние руины в соседнем городе. Два дня на это убил. — Руины? — Странно. Именно миссия по исследованию руин была последней, которую Наруто помнил как свою. — Те, которые после землетрясения обнаружили? — Согласно информации, выданной Пятой, в руинах мог быть меч Нунобоко. — Нуно... Погоди-ка. Тот самый, который Рикудо Сеннин использовал, чтобы сотворить наш мир? — Я же говорю — отмазка. Вряд ли этот меч вообще существовал. — То есть, меч ты не нашел, — подытожил Наруто. Саске насупился. Наруто уставился в утреннее небо, с удовольствием рассматривая облака: — А пошли на пикник. В эти самые руины. — Совсем сдурел, — ответствовал Саске с неизменной мордой кирпичом. — Будет дождь. Какой пикник? — По-моему, в самый раз. — Наруто беспечно закинул руки за голову. — Миссий всё равно нет пока... Ну, как хочешь. Тогда Сая приглашу. Думаю, он не откажется. — Мне-то какое де... — начал Саске холодно, но Наруто уже отвлекся. Недалеко от дома, мимо которого они проходили, стояло старое дерево. Сакура, определил Наруто. Скоро должна зацвести. — Саске, — искушение потянуть Учиху за рукав было так велико, что Наруто не удержался, — какое сегодня число? — Двадцать третье марта. — Саске уставился на пальцы Наруто — и тот поспешил их убрать, чтобы, чего доброго, без руки не остаться. Или не схватить электрический удар — Наруто подозревал, что у самообладания Саске есть свои пределы. Март... Начало весны, как Наруто и предполагал. Если верить воспоминаниям о мире, где место Саске занимал Сай, сейчас должно быть лето. — Недалеко до дня рождения Сакуры-тян. — Да уж явно ближе, чем до моего. — Если Саске хотел съязвить, то добился обратного эффекта. — Саске, — сказал Наруто в совершеннейшем ступоре, — у тебя бывает день рождения? Саске покачал головой. Кажется, это было больше, чем он мог вынести. — Саске, стой! Стой, куда пошел! Я не то хотел сказать, точнее… Саске! Учиха остановился так резко, что Наруто с разгону вписался в него. Чего Саске не учел — так это скорости, которую набрал его любезный друг. Наверняка он частенько недооценивал Наруто. — Ой, — сказал Наруто, обнаружив, что лежит на Саске. Лежать оказалось на удивление удобно, ожидаемо жестко, но при этом — вполне привычно. — Агрх, — изрек Саске, как всегда, с безукоризненной надменностью. — Слезь с меня, идиот. С легкой неохотой выполнив просьбу — с утра клонило в сон, а спина Саске была не самой плохой заменой кровати, — Наруто сказал: — Саске, — встретил потемневший взгляд взбешенного товарища, который, похоже, вот-вот должен был достичь точки кипения, — ты только на кладбище его не проводи. Это как-то… пошло. «Тем более, он может быть жив — Учиха Итачи, чьи мотивы тебя и вправду вряд ли когда-либо заботили. Любовь слепа и, если настоящая, прощает всё — разве не так, Саске?» Некоторое время Саске рассматривал Наруто, как диковинную зверушку. Потом сделал вывод: — Придурок. И, отвернувшись, направился прямиком к их квартире. Наруто жизнерадостно двинулся следом. *** Ни в какие руины они, конечно, не пошли — Наруто вполне доверял чутью Саске на погоду и согласился, что рисковать не следует. Не то чтобы он боялся дождя — просто, промокнув, Саске наверняка примется раздеваться, а Наруто не был уверен, что сможет отреагировать на это так же спокойно, как раньше. При мысли о мужском стрип-клубе его до сих пор передергивало, но Саске к стрип-клубам никакого отношения не имел. Саске был Саске, и Наруто к нему тянуло — он не мог этого отрицать. Как и того, что безумно ревнует к прошлому себе. Саске пообещал показать Наруто руины в другой день — после Суны, если им удастся вернуться. Отказываться от общения с Гаарой никто не собирался: они оба хотели узнать правду. А пока Саске и Наруто устроились на лесной поляне рядом с Конохой. Если начнется дождь, до селения рукой подать. Наруто наслаждался жизнью и считал пикник состоявшимся, Саске всё пытался накормить его овощами, преимущественно — горькими огурцами. Помидоры он приберегал для себя, как того и следовало ожидать. — Вы с Какаси-сенсэем как сговорились, — возмущался Наруто, — тот меня тоже всё время овощами пичкал. Говорил, что рамэн — вредная еда. — Что рамэн вредный, даже наша соседка знает, — хмыкнул Саске. — Постоянно об этом твердит. Онигири и то лучше. Ешь, пока остались. Онигири для сегодняшнего пикника готовил Наруто и втайне этим гордился. Саске они, кажется, понравились — в пластиковой коробке перед ним уже не было ни одного, все оставшиеся находились в упаковке у Наруто на коленях. Сам Наруто успел наесться ими еще дома и теперь с интересом поглядывал на запретные помидоры. Он действительно не любил овощи, но попробовать любимую еду Саске не отказался бы. Саске, похоже, эту мысль не одобрял. Стоило Наруто потянуться к нему, то есть, к помидорам, как Саске незамедлительно протянул удерживающую руку. Или не удерживающую — в любом случае, из-за нескоординированных движений Саске и Наруто рука эта соскользнула и оказалась у последнего между ног. — Куда лезешь? — с по-детски невинным любопытством осведомился Наруто. — Не путайся под ногами, — прошипел Саске. Отстранился. Откуда-то повеяло приятным, сладким, но не приторным запахом цветов. Весна. — Так ты тоже есть иногда хочешь, — понял Наруто. — А я уж решил, ты готовишь коварный план по моему соблазнению... Саске. — Да? — Саске с лицом великомученика воззрился на отвоеванный онигири — взял из упаковки у Наруто на коленях. Состояние у рисового шарика было не самое привлекательное — помятый, рассыпающийся едва ли не на глазах, да еще и с отпечатком чужих не особенно чистых пальцев. — Кто из нас начал первым? Тогда, когда наша дружба... стала не просто дружбой? Саске промолчал. Наруто вздохнул и впился зубами в онигири — до помидора он так и не дотянулся. Доев, смахнул рисинки с губ; поймал взгляд Саске. Отчего-то прыснул. Саске отвернулся, видимо, в который раз недоумевая, что же Наруто находит в нем смешного. — Не отбирайте у Учих помидоры, они от этого бесятся, — отсмеявшись, пробормотал Наруто. — Поделишься со мной? — Помидорами? — удивился Саске. — Ты их раньше никогда не ел. — В отличие от огурцов? — предположил Наруто. — Что же, всё когда-то бывает в первый раз. Помидор оказался совсем не таким противным, как Наруто помнил. Распробовав, он захотел еще, и в конце концов Саске со вздохом поднялся. — До магазина и обратно, — объяснил в ответ на вопросительный взгляд Наруто. — Того, что есть, нам на двоих не хватит. Наруто попытался спорить — дескать, он уже помидоров наелся, а осталось их штук десять, неужто Саске не хватит, — но Учиха был неумолим. Пришлось его отпустить. «Самое время для появления очередной проекции», — мелькнула мысль. Может, на это Саске и рассчитывал, отлучаясь? Он был уверен, что сможет найти Наруто, чего бы ему это ни стоило. И, наверное, верил — раз во всем виновата бабуля Цунадэ, Наруто не пострадает. Время шло, но проекции не появлялись. Саске — тоже. Устав его ждать, Наруто достал из-под куртки переданную Саем папку. Рассматривать ее содержимое при Саске всё равно было неловко. Личное дело, понял Наруто, бросив беглый взгляд на содержимое папки. Фотография Саске, информация... Наруто нахмурился. «Имя: Учиха Саске. Ранг: генин. Регистрационный номер: 012606. Дата рождения: 23 июля. Возраст: 20 лет. Улучшенный геном: шаринган. Принадлежность: Деревня Листа. Команда: команда № 7. Выполнено миссий: 0 D-ранга, 0 C-ранга, 0 B-ранга, 1 A-ранга, 0 S-ранга. Последняя миссия: поиски меча Нунобоко, A-ранг (провалена). Задание получено 16 марта … года. Отчет о задании предоставлен 19 марта … года». Отчет о миссии прилагался — ничего, кроме того, что Наруто уже слышал от Саске. Мизер. Бабуля Цунадэ обещала предоставить Наруто личное дело Саске — но в этом личном деле практически ничего не оказалось. Если верить ему, даже миссия у Саске была всего одна — та самая, с мечом Нунобоко. Как же остальные? Если Саске был частью команды номер семь... Никаких материальных подтверждений, с ужасом понял Наруто. Ни отчетов о миссиях, ни самих миссий, ни информации о клане Учиха, в котором Саске вроде как должен состоять, ни докладов о его попытках предательства. Даже отчета Наруто об их сражении во время Четвертой Мировой нет, а ведь бабуля Цунадэ о нем упоминала. Только память других людей указывала на то, что Саске жил в Конохе с рождения и был ее синоби. Документы — карточка ниндзя и отчет о единственной миссии — утверждали иное. Саске появился сразу после этой миссии.