Поколение Чудес чудесно только в баскетболе.

- Ацуси, ты мог бы дать мне номер Мидоримы? - в раздевалке после тренировки спросил Химуро. - Зачем он тебе, Муро-чин? – подозрительно спросил тот. - Мне нужно узнать номер Такао. Взгляд Мурасакибары стал еще более встревоженным. - У меня к нему важное дело, - уточнил Химуро, чтобы избежать последующих вопросов. - Ну, ладно, - недовольно пробурчал Мурасакибара, - записывай… - Спасибо, Ацуси, - тот похлопал его по плечу и улыбнулся. Мурасакибара нахмурился еще больше. - А ты, - указующим перстом Химуро ткнул ему прямо в лоб, - не ворчи. Это и правда важно, - он пошевелил пальцем, разглаживая сердитую складку между бровями. Мурасакибара вздохнул, перестав хмуриться, и исподлобья посмотрел на него. Он не мог обижаться на Химуро долго. Казалось, он был единственным человеком, готовым воспринимать его таким какой он есть. Ацуси не привык подстраиваться ни под кого, он не считал нужным идти против своей анархичной натуры и всегда делал то, что ему хочется. Патологическое большинство людей, знающих его, считало его беспросветным эгоистом, и только Химуро без видимого дискомфорта воспринимал его общество и подчас инфантильные причуды. Ацуси с легкостью жертвовал отношениями с людьми в угоду своим интересам, однако, Химуро, пожалуй, был единственным исключением, впрочем, лишь подтверждавшим правило. Ацуси и сам не мог доступно объяснить себе почему, но терять Тацую ему было нельзя. Поэтому в данный момент в душе его происходили волнения, будто кто-то бросил камень в обычно ровную гладь. - Ладно, - передернул он плечами, - пошли домой, Муро-чин. А Химуро улыбнулся: почему-то подумалось, что все в жизни не случайно, в том числе и встреча с этой парочкой из Сютоку. *** В десять часов вечера в комнате Синтаро зазвонил мобильный. Он с удивлением посмотрел на экран телефона, и, увидев неизвестный номер, слегка удивился. Он дал мелодии звонка поиграть еще несколько секунд, раздумывая, но потом все же провел перебинтованным пальцем по экрану. - Слушаю. - Мидорима, это - Химуро. - Чем обязан? – если Синтаро и удивился, то это никак не отразилось в его голосе. - От тебя так веет холодом, что я чувствую это через трубку, - поежился на том конце Химуро, не решаясь задать интересующий его вопрос. - Ты решил позвонить, чтобы сообщить мне это? – он говорил спокойно, однако льда в голосе хватило бы на всю Арктику. - Нет, на самом деле я хотел спросить у тебя номер Такао, - Химуро перешел сразу к сути. На том конце почему-то медлили с ответом. Мидорима пытался найти логическое обоснование тому, зачем Химуро понадобился номер Такао. Концы с концами не сходились, и он решил узнать причину у первоисточника. - С какой целью? Химуро вздохнул: он предполагал, что разговор с Мидоримой будет не самым приятным в его жизни общением, и теперь жалел, что заранее не придумал ответы на вопросы, которые тот обязательно задаст, хотя бы из праздного любопытства. - У меня к нему важный разговор, - подумав, ответил он. Мидорима вконец озадачился: какие важные разговоры могут быть у Такао с Химуро? - Важные разговоры обсуждают лично и без посредников. - Для этого я и хочу договориться с ним о встрече, – терпеливо ответил Химуро. - Я не уверен, что могу давать чей бы то ни было номер телефона без разрешения, - упорствовал на том конце Мидорима. Это становилось интересно: если он так настаивает, то, возможно, у него действительно важный разговор к Такао. - Хорошо, - Химуро вздохнул, - что ты хочешь взамен? - Правду. Правды Химуро сказать не мог, поскольку это означало конец конспирации их с Такао миссии. Однако внезапная мысль о том, что правда может быть настолько парадоксальна, что в нее трудно поверить, пришла ему в голову. - Просто Казунари влюбился в тебя и хотел бы обсудить это со мной. Мидорима опять медлил с ответом, видимо, переваривая информацию и, наконец, сказал: - Ладно, похоже, я так и не дождусь ее от тебя. Мне надоел этот разговор. Записывай. - Премного благодарен, - ответил Химуро, откладывая ручку, и отключился. Мидорима какое-то время смотрел на экран телефона, а затем нахмурился. «Действительно, что нужно этому Химуро от Такао?». Весь следующий день Мидорима наблюдал за Такао. Обычно он никогда так не делал, скорее наоборот: это он замечал на себе его взгляды, которые, однако, были чем-то естественным: «это же Такао», - думал он про себя, будто это все объясняло. Но открытые вопросы вчерашнего дня покоя не давали, поэтому он искоса наблюдал за Казунари пока тот не видит, пытаясь заметить любые странности в поведении. Но тот вел себя возмутительно обычно. После тренировки Мидорима, наконец, подошел к нему и сказал: - Такао, вчера мне звонил Химуро и… - договорить ему не дал звонок телефона, доносящийся из кармана Такао. - Прости, Шин-чан, - извиняющимся тоном сказал Такао и с удивлением уставился на незнакомый номер. - Казунари Такао, говорите – вам помогут! - весело возвестил он в трубку. - Это Химуро. - О, Химуро-кун! – Такао бросил быстрый взгляд на подозрительно смотрящего на него Мидориму, - подожди немного. - Шин-чан, мне надо поговорить,я отойду, - сказал Такао, зажимая динамик рукой, что не укрылось от Мидоримы, - Ты можешь не ждать меня сегодня, если не хочешь. - Что-то важное? – спросил Синтаро, выделяя последнее слово. Такао сглотнул, кажется, снайпер был не в духе. Уж, не после звонка Химуро он весь день такой странный ходит? - Да, то есть нет, не очень, - определился наконец Такао и вышел из раздевалки. Мидорима недовольно посмотрел ему вслед. - Что ты такого сказал ему, что он на меня весь день странно пялится? Химуро мысленно застонал. - Я сказал, что у меня к тебе важное дело, - Химуро предпочитал не лгать, но талантливо недоговаривать о том, чего еще он вчера наплел Мидориме. Но, в конце концов, это ведь не имело смысла, потому что тот все равно ему не поверил. Подхватив сумку, Синтаро направился к выходу. Что ж, разрешение он уже получил, поэтому ждать, пока Казунари наболтается о чем-то важном, он не собирался. Однако в дверях он остановился, услышав голос Такао. Чтобы не быть уличенным в подслушивании, он хотел было повернуть обратно, однако до него донеслись отрывки разговора: - Надеюсь, ты больше ничего не сказал ему…ну, про наш маленький секрет? - Нет, - снова покривил душой тот. - Ты звонишь сказать, что готов? - Да, твой совет был дельным! Я решил, что мы все же сможем помочь друг другу… Можно хотя бы постараться, - торопливо добавил Химуро, чтобы не связать себя оковами обещания. Но оптимисту Такао, видимо, оказалось достаточно и этого. - Вот и здорово! – возликовал Казунари, - Тогда давай скорее встретимся! Ты когда свободен? - Давай завтра после тренировки, - предложил Химуро. - Отлично! Буду ждать, - ответил улыбающийся Такао. - Тогда до связи. - Ага. Такао положил трубку, и от Мидоримы не укрылось неприлично довольное выражение его лица. Он быстро отступил вглубь раздевалки и, не придумав достойного алиби, начал возиться с молнией на сумке. Такао застыл в дверях, наблюдая, как вредный Мидорима дергает молнию тренировочной сумки. После разговора с Химуро, Казунари воспрянул духом, и звезды показались ближе. Улыбаясь, он подошел к сокоманднику и поинтересовался: - Шин-чан, помощь нужна? - Нет необходимости. Мидорима почему-то отвел взгляд. Он вдруг подумал о том, что стал невольным слушателем невероятно двусмысленного разговора. Мидорима поймал себя на мысли о том, что Такао обычно не имел привычки скрывать от него что-то. Он, конечно, не даст на отсечение руку, чтобы подтвердить это, но тот факт, что Такао отошел подальше, чтобы поговорить наедине, говорил сам за себя. Что если Такао и Химуро?... Эта мысль показалась настолько неправильной и ненастоящей, что он тряхнул головой, отгоняя наваждения, и, наконец, поднял голову. - Шин-чан, что-то случилось? – Такао переминался с ноги на ногу под суровым взглядом Мидоримы. - Ничего, ты идешь? – он встал, подхватывая сумку, и, не дожидаясь Казунари, направился к выходу. - Шин-чан, я хотел сказать тебе, что завтра не смогу пойти с тобой выбирать талисман. Сердце Мидоримы словно кольнули иголкой, однако он не дал собеседнику ни малейшей возможности усомниться в собственном самообладании. - Хорошо, мне не требуется в этом твоя помощь «Да что с ним сегодня?» - удрученно думал Такао. В непривычном молчании они дошли до станции. Путь занимал десять минут, и каждая из них тянулась, как жвачка, приклеившаяся к ботинку. - До завтра! – Такао натянул на себя теплую улыбку и постарался, чтобы ее не охладил холодный взгляд Мидоримы. - Не опаздывай на тренировку, - сказал он и развернулся. *** В тот день Мурасакибара Ацуси был необычайно задумчив. К всеобщему удивлению в классе уже четвертый урок не раздавался привычных хруст с последней парты. Это место было закреплено за ним с самого начала года и выделено всеобщим голосованием, поскольку у человека, сидящего сзади Мурасакибары, не было ни малейшего шанса лицезреть доску. Когда раздался звонок на перемену, он даже не поменял позы и, оперев голову на вытянутые руки, смотрел прямо перед собой, вытянув ноги под впередистоящую парту. Сначала Химуро настойчиво ищет номер этого надоедливого парня из Сютоку, а вчера сказал, что не составит ему компанию, потому что поедет встретиться с ним. Ацуси не знал, как относиться к этим странностям друга в выборе компании, но в одном он был уверен точно: ему это определенно не нравилось. Его мысли прервала шоколадка, возникшая прямо перед его глазами. Она медленно покачалась из стороны в сторону, а затем ее заменило лицо Химуро. - Привет, Ацуси! – Химуро мягко улыбнулся, - я принес тебе сладкого, - с этими словами он поставил перед ним на парту пакет с шоколадками, чипсами и еще какой-то пока не идентифицированной ерундой. - Привет, Муро-чин, - протянул тот, хватая батончик из его руки и срывая обертку. - На здоровье, - сказал самому себе Химуро. Он знал, что Ацуси настолько привык к ежедневным угощениям, что просто забыл поблагодарить. Съев шоколад, Ацуси засунул руку в пакет и, нашарив там чупа-чупс, извлек его на свет. - Ммм, клубничный, - прокомментировал он, засовывая себе в рот. Химуро привычно проследил за этим нехитрым движением. В отличие от большинства ему нравилось смотреть, как Ацуси ест. Он всегда делал это с таким удовольствием, что Химуро однажды заметил, что любуется этим. Может когда-нибудь он с таким же удовольствием будет играть в баскетбол… И если он, Химуро, станет причиной этого, то, положа руку себе на сердце, он назовет это одним из предметов своей гордости - Готов к завтрашней игре с Кирисаки Даичи? – отрываясь от созерцания поедания чупа-чупса, спросил он. - Я их тоже раздавлю, - как всегда уверенно заявил Мурасакибара. - Я в этом не сомневаюсь, - ответил Химуро, - однако, я немного волнуюсь за тебя. На лице Мурасакибары отразилось удивление. - Ты – игрок Поколения Чудес, они сделают все, чтобы сломать тебя, потому что именно ты – главный козырь в нашей защите. Так что будь осторожнее завтра. - В таком случае, я волнуюсь и за тебя, Муро-чин, - Ацуси серьезно посмотрел на него, вынимая чупа-чупс изо рта. - Надо настроиться на игру. Сегодня на тренировке мы будем обсуждать тактику. Когда Мурасакибара возвращал чупа-чупс обратно в рот, липкая конфета запуталась в его волосах. Химуро с улыбкой наблюдал борьбу с чупа-чупсом, а затем, наконец, сказал: - Не двигайся, Ацуси! Мурасакибара послушно замер, поморщившись, когда Тацуя, выпутывая леденец, вырвал волосинку. - Готово, - сказал он, протягивая конфету обратно, - Ацуси, тебе стоит завязывать волосы, иначе ты рискуешь их измазать. С этими словами Химуро встал сзади него и начал собирать фиолетовые волосы в неровный хвост. Ацуси невольно вздрогнул, когда руки Тацуи щекотно прошлись по его шее, перебирая пальцами пряди. Приятные и немного щекотные ощущения отправили стаю мурашек от корней волос до самых кончиков пальцев ног. Химуро тем временем зубами стянул резиновый браслет с надписью Air с руки и закрепил им получившийся пучок. - Так-то лучше, - он сопроводил словами свое последнее движение и уселся рядом. - Спасибо, - выдавил Мурасакибара и наклонил голову, пара прядей трогательно упала на лоб, вызвав улыбку умиления у Химуро. - Не стоит, вернешь позже. Прозвенел звонок, возвещающий о начале урока. - Мне пора, - с сожалением сказал Химуро, - до встречи на тренировке. - Пока, Муро-чин, - Ацуси улыбнулся ему в ответ. Он провожал взглядом Химуро, пока тот не скрылся за дверями класса. Когда все расселись по своим местам и преподаватель монотонным голосом объявил тему урока, Ацуси протянул руку и потрогал резинку, нащупав пальцем тисненую надпись Air и миниатюру прыгающего короля баскетбола. Когда он вспомнил то приятно-щекотное ощущение, оно эхом отдалось где-то внизу живота. Вздохнув, Мурасакибара задумчиво откинулся на стуле. «Муро-чин все такой же хороший. И все же, зачем ему нужен этот парень?»