Феррагосто

«Ад и рай - в небесах», - утверждают ханжи. Я, в себя заглянув, убедился во лжи: Ад и рай - не круги во дворце мирозданья, Ад и рай - это две половины души. Омар Хайям

      Послышалось легкое шуршание, и под ногами Соры оказалось не ночное небо, а обычный песок, точь-в-точь такой же, как и на родном пляже. "Может, ничего не получилось, и я все еще в своем мире? - невольно подумала девушка, оглядевшись и не заметив ничего нового. - Вот только людей на пляже все еще нет. Здесь, наверное, не празднуют Феррагосто. Ужас."       С такими невеселыми мыслями Сора направилась вперед, пытаясь разобраться в произошедшем. Честно говоря, она не слишком ясно представляла, какой он, этот параллельный мир. Раньше Соре казалось, что другая мировая линия представляет из себя что-то вроде другой планеты, одну из которых описывал Брэдбери или Лем; были мысли насчет той самой Нарнии Клайва Льюса и Средиземья Толкиена, но все ее гипотезы были далеки от реальности. Если ритуал и правда прошел удачно, то отличить этот мир от своего Сакамаки не представлялось возможным.       От пустоты вокруг стало страшновато, поэтому Сора начала напевать себе под нос какой-то простенький мотив, а потом, двигаясь вдоль береговой линии в сторону магазинчика дяди Сима, и произносила свои мысли вслух. - Серджио на пляже нет, значит, все получилось, - тихо пропела она, глядя себе под ноги и иногда по сторонам, каждый раз убеждаясь в том, что на пляже она одна. Вот уже и улица Святой Елены показалась справа, а вот и... Огромное трухлявое дерево размером с носорога. - Либо я схожу с ума, либо все и правда получилось.       И тут вдруг какое-то особое чутье подключилось к ее размышлениям - Сора, абсолютно уверенная в том, что выбрала правильный путь, побежала к Главной улице, подгоняемая ветром с моря. Светлое небо начало затягиваться тучами, похожими на серые перья, вырванные из мягких птичьих крыльев, а воздух перестал прогреваться, наполнившись влажным морским холодом. Сора поежилась, укрыв плечи волосами, чтобы хоть как-то согреться, но шаг ее от этого ничуть не замедлился.       Из-за угла слышался гомон людских голосов, и Сора приободрилась, перестав беспокоиться. Но зрелище, представшее перед ней, когда она вышла из-за здания городской почты, оказавшись на самой широкой улице города, очень удивило ее: повсюду были актеры. Тут же вылезло предположение о том, что она попала в прошлое, но современные вывески на знакомых зданиях никак не вязались со средневековыми костюмами.       Сора осталась на месте, сочтя благоразумным не вторгаться в толпу и подождать еще немного. Чтобы не заснуть от скуки и усталости, она рассматривала костюмы и лица актеров. "Наверное, они все же празднуют Феррагосто. Только вместо походов на пляж люди устраивают массовое шоу со спектаклями."       Среди переодетых Сора заметила огромное количество пеших и конных солдат в двух видах обмундирования, еле-еле высмотрела рыцаря, держащего пегого коня под уздцы, женщину в зеленоватом платье и с крыльями за спиной, такими тонкими, будто были сотканными из паутины и хрусталя, человека в сером плаще и толстяка с алой королевской мантией. Лицо последнего, в которое девушка всматривалась с особым вниманием, показалось Соре до боли знакомым, но она никак не могла припомнить, кому бы оно могло принадлежать.       Актеры - или просто переодетые люди - продолжали суетиться, как муравьи, ползая по главной улице-муравейнику. Все они были какими-то слишком унылыми для Феррагосто: ни улыбок, ни разноцветных гирлянд из искусственных овощей и колосьев пшеницы и ржи, ни песен с плясками. И тут до Соры дошло, что сейчас, должно быть, еще нет и пяти часов утра. "Потому и нет нигде людей. Слишком холодно, чтобы так рано занимать места на пляже, а актеры сейчас начнут репетировать какое-то представление. Что же я сразу не сообразила!" - хлопнула себя по лбу Сора, облегченно вздохнув. Она-то уже начала жалеть всех этих людей.       Сакамаки еще раз внимательно осмотрела улицу, и взгляд ее наткнулся на нескольких рабочих - вполне настоящих, - направляющихся к площади Капитано перед ратушей. Всего их было не меньше четырех человек, а в руках были доски, молотки, ведра, а один из них нес солидный стул, который скорее можно было назвать настоящим троном. Он поставил трон на землю прямо около входа в здание мэрии и снова ушел куда-то в сторону моря. Остальные же начали строить что-то наподобие помоста. Справились они довольно быстро, и почти сразу после окончания их работы снова появился носитель стульев, как ни странно, вновь держа в руках стул. В этот раз предмет мебели был не таким уж и роскошным - стул, как стул, самый обыкновенный. Рабочие поставили стулья на помост и удалились так же неожиданно, как и возникли на главной улице. - Извините, - кто-то врезался в Сору, попросив прощения за нечаянное происшествие. - Вы не ушиблись?       Сакамаки широко улыбнулась, узнав безэмоциональный голос своего друга, и, обернувшись, кинулась обнимать темноволосого официанта: - Серджио, я только подумывала о том, чтобы искать тебя! - не спеша избавляться от улыбки, воскликнула девушка. Все-таки в этой мировой линии слишком тоскливо, чтобы находиться здесь совсем без друзей. - Простите, я вас знаю? - аккуратно отлепив Сакамаки от себя, смущенно пробормотал парень, непонимающе глядя на Сору. - Конечно, знаешь! Или... - Сора нахмурилась, поняв, что, возможно, он и правда не знаком с ней здесь. "Вот же незадача! Одна я здесь совсем ноги протяну." - Простите, мне нужно... - начал было Серджио, но Сора бестактно перебила его. - Ты слышал про мафиозную семью Сакамаки? - Нет. Послушайте же, мы с вами не знакомы! - Это только тебе так кажется. Но, ладно, так и быть. Меня зовут Сора, очень приятно, Серджио. Называй меня на "ты" и просто Сорой. - Девушка, по-моему, вы не в себе. Попробуйте обратиться к доктору, - Серджио, повыше застегнув молнию на кожаной куртке, вырвался из хватки девушки и тут же затерялся в толпе актеров. - Никакая я не сумасшедшая! - озлобленно крикнула она ему вслед, в надежде на то, что он услышит. - Пережил бы то, что я, не так бы запел... - добавила она тихо. "Где может быть этот сосуд с договором внутри? Мне очень нужна подсказка, очень-очень! Еще можно найти этого самого короля. Он наверняка должен быть рядом с Бьякураном, значит, узнать его чуточку легче. Ну, вот."       Сора вздохнула и решила было начать проталкиваться сквозь толпу, как вдруг вся толпа разом притихла, а некоторые зашептали: "Глядите, глядите!", указывая пальцами на помост. Сакамаки тоже посмотрела туда и увидела, как какой-то человек медленно поднимается туда. Он был в идеально черном костюме, и лишь алая бабочка, светлые ладони и голова не были в его облике черными. Лица его отсюда не было видно, но у Соры в голове невольно промелькнуло: "Король!", и она начала протискиваться сквозь толпу, стараясь не попасться на глаза взошедшему на помост, который, тем временем, сел на трон. На пути она столкнулась с той самой единственной женщиной на площади, извинилась и хотела было уже бежать дальше, но актриса остановила ее. - Ты ведь бежишь к помосту? - спросила она, крепко сжав плечо Соры, чтобы та не убежала. - Да, я спешу, - закивала Сакамаки, подняв голову, и ахнула, узнав родное лицо. - У тебя еще очень много времени, не беспокойся, - женщина оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, не смотрит ли кто на них. - Накройся этим плащом и иди за мной. Я не сделаю ничего плохого.       Да, голос ее был тем самым голосом, который она помнила с самого рождения. Это была ее мама.       Сакамаки послушно направилась следом, пригнув голову. Любопытство все же взяло над ней верх, и голова девушки на секунду вынырнула из толпы, чтобы разглядеть человека на помосте.       На троне, вальяжно положив ногу на ногу восседал не кто иной, как Чарльз.       Если бы вокруг не было столько людей, Сора бы точно упала в обморок от такого количества неожиданностей за столь короткий промежуток времени, но мама, к ее счастью, схватила Сору за руку и потащила за собой. Обе вышли из толпы и быстрым шагом направились к Рыбачьей улице, граничащей с выходом на пляж. Там они юркнули в небольшой домик со стенами цвета охры, плотно закрыв за собой дверь.       В узкой прихожей у стенки стоял велосипед, а остальное пространство загородила обувь, в два ряда стоявшая на сухой половой тряпке. Женщина с легкостью перешагнула туфли и ботинки, Сора последовала ее примеру, сохраняя молчание. - Он рассказал нам все год назад, - наконец сказала актриса. - Чарльз? - спросила Сора, успевшая в пути обдумать новую порцию случившихся событий. - Неужели и правда он? Он хочет убить Бьякурана и получить всю силу себе? - Все не так, как кажется на первый взгляд. Я расскажу тебе то, что он поведал всем нам. Я уверена, когда ты услышишь это, сразу же передумаешь.       С юношества Чарльз и Бьякуран были неразлучными друзьями. Проблема была только в большом различии между ними - семья Чарльза располагала огромными средствами, а Бьякуран пользовался дружбой и доверием своего друга. Чарльз щедро одаривал его дорогими вещами, помог с квартирой и работой, Бьякуран же на самом деле не испытывал к нему дружеских чувств, был лицемером и лишь притворялся, чтобы достичь собственных целей.       В качестве подарка на совершеннолетие в дом к Чарльзу был приглашен колдун. Бьякуран предложил наделить Чарльза огромной силой при помощи колдовства, тот охотно согласился и даже упросил колдуна оставить Бьякурана в комнате вместе с ними. И вот, колдун направил все свои силы, чтобы одарить наивного тогда еще Чарльза необыкновенной силой, о которой ходили слухи чуть ли не по всей южной Италии. В эту же секунду Бьякуран преградил потоку энергии путь, и магия проникла в его тело, наделив силой не виновника торжества, а его лже-друга - хитреца и манипулятора.       Бьякуран, ослепленный гордостью и безмерной силой, тут же раскрыл Чарльзу все свои враждебные мысли, хотел убить бедного мальчика, но обнаружил, что из-за колдовства рука не поднимается на друга. Чарльз решил использовать силу Бьякурана во благо, чтобы избавиться от страшной мощи приятеля - ему показалось, что сила лишь вскружила ему голову, и продолжал считать его другом. Ему удалось найти единственный выход - убить Бьякурана, чтобы облегчить его страдания.       Сделать это можно только сегодня, в Феррагосто, когда его сила уменьшается, а бессмертие не может спасти Бьякурана от гибели. - Вот и вся история, Сора.       Сакамаки помолчала несколько секунд, глядя в глаза женщины. Где-то был подвох в этом рассказе - Сора чувствовала это, вникая в рассказ актрисы. - Ты не помнишь меня? - спросила девушка. - Меня зовут Сора, я твоя дочь, помнишь? - Нет. И мужа у меня тоже нет. В параллельной мировой линии моя жизнь сложилась совсем иначе. Именно на это Чарльз и рассчитывал. Он догадывался о том, что ты можешь помешать, подумав, что Чарльз действует не во благо, поэтому и выбрал этот мир, где тебя не существует. "Рассчитывал, - хмыкнула про себя Сора. - Не может быть, чтобы он так плохо все рассчитал. Ведь я-то сумела пробраться сюда, мне никто не помешал. Он добивался именно того, чтобы я попала в эту мировую линию... Осталось только понять, зачем. Почему же сейчас нет рядом умного Серджио! Ладно, ладно." - Знаешь, мам, Чарльз поступает абсолютно верно, - серьезно произнесла Сора. - Если спасти человека можно лишь таким способом, лучше спасти его так. Как мне вернуться в мою мировую линию? - Я знала, что ты передумаешь. На закате, где бы ты не была в этот момент, ты окажешься в своем мире. - Тогда я подожду на пляже. Можешь не провожать.       Сора вышла из домика на Рыбачьей улице и пошла прямиком к морю.       Небо было столь же мутным, как и мысли в голове у девушки, но теперь сквозь тучи сомнений и облака непонимания начал пробиваться яркий луч веры.       Женщина наблюдала за Сорой из окна, и она, обернувшись у самого порога, заметила это. На краю дороги, резко переходящей в песок у моря, девушка резко остановилась и так же резко развернулась в обратную сторону: так, что если идти прямо, доберешься до центра, ратуши и Главной улицы.       В этот раз она ни за что не поверит родителям - такой страшной ошибки она не совершит больше. Это не их дело, а вранье про сотрясение мозга тогда чуть не испортило все. Ложь здешней мамы окончательно остановила бы ее, если бы не горький опыт. Лучик веры сейчас был направлен в беловолосого любителя маршмеллоу, и никто не мог больше ее остановить.       Сора, смеясь беззвучным смехом и задыхаясь влажным воздухом, помчалась обратно к домику. Она остановилась у окна и дерзко улыбнулась недоумевающей актрисе. В следующее мгновение Сакамаки с огромным удовольствием показала ей язык и снова побежала так быстро, что закололо правый бок, а сама она, казалось, вот-вот взлетит - так легко и волнительно было у нее на душе. Вот сейчас она вежливо попросит Чарльза показать ей второй сосуд... Сора выбежала на площадь, распихивая сонных солдат локтями и чуть ли не крича от свободы, переполнявшей ее теперь. Она с разбега запрыгнула на помост, наблюдая изменения, произошедшие в выражении лица Чарльза в течение этих нескольких секунд ее эффектного появления. Девушка схватила Чарльза за грудки и разъяренно, словно буря, вскричала: - Отдай мне сосуд с договором и не смей трогать Бьякурана, слышишь, гад?! Бессердечная ты тварь, отвечай или я!..       Чарльз лишь посмотрел на нее с презрительной ухмылкой и, посмотрев куда-то налево, щелкнул пальцами.       Голова Соры пошла кругом, а последнее, что она запомнила перед тем, как потерять сознание, был голос Сима, прошептавший ей прямо в ухо: - Прости!