Я Сбываюсь

Утро же не принесло никаких прояснений. Быстрый завтрак. Ни намеков на что-либо, ни тем более поцелуев. Мне были выданы рабочие перчатки, стрижка кустов не обещала ничего хорошего рукам, не привыкшим к садовым ножницам, и Стив отбыл на работу. Весь день я думал о том, что снова сделал не так. Раздражался на отросшие плети самшита и лавровишни, остервенело кромсал их, царапал кожу острыми обрубками веток, измучился, но закончил до наступления темноты. Получил обещанный гонорар и плелся домой, еле передвигая ноги. Расстояния между коттеджами, разбросанными в зеленых клетчатых полях, измерялись милями, поэтому, когда я ввалился в дом, уже стемнело. Стив соорудил ужин и поджидал меня, куря на крыльце. Есть я отказался, сославшись на усталость, быстро помылся и скрылся в своей комнате. Я блефовал. Выжидал, что перевесит - его любопытство или моя надуманная обида. Представлял, что если он не обратит внимания на мой беззвучный манифест? Тогда завтра все запутается еще безнадежнее. Почему вчера в это же время два человека тонули друг в друге, сгорали от страсти и, казалось, переступили через отчуждение, сделали шаг навстречу… А теперь они не могут найти в себе сил или желания просто посмотреть друг на друга с теплотой. Наверное, Стив был прав. На нём замкнулся мой узкий мир, а я не нужен ему. Он не знает, что со мной делать, и попросить на выход не может - он же подбирает бездомных собак, человека в моём положении прогнать, должно быть, еще сложнее. От этого и мрачность его и перепады настроения, сам, скорее всего, размышляет о том, как влип. И как долго я буду упираться и отказываться от единственного выхода - обратиться за реальной помощью и заявить о себе? Мои размышления прервал стук в дверь. Не дожидаясь ответа, Стив просунул голову в проем: - Не притворяйся, Джон, я знаю, ты не спишь. - И? - Можно? - спросил он, уже входя в комнату. - Это твой дом. Кого ты спрашиваешь? Куда хочешь - заходи, когда хочешь - уходи. - Так. Чего это? Что за настроения? - спросил вдруг строго, тоном человека, который не потерпит сопливых разборок. Я сразу перешел в решительное нападение: - Стивен, ответь. Если тут такая дыра, и тебе здесь плохо, почему не уедешь отсюда? В Лондоне мог бы жить... - Во-первых, у меня дом и магазин. А в Лондоне что? Снимать угол и кем работать? А во-вторых, кто сказал, что мне тут плохо? И потом, звери, - он присел на край кровати и принялся наглаживать кота. - Ну, ты ни с кем не общаешься… - Общаюсь. - С кем? - С разными людьми. - А встречаться? - Встречаюсь. - Да с кем же? - Тебе-то что? - Не можешь ответить? - Ну, встречался. Раньше. Знакомился в интернетах. Ездил на встречи. И в Лондон гонял, и тут, поближе, можно кого-то найти. - И что? - Ничего. Я теперь нечасто такое практикую. - Что так? - Чай не мальчик уже. Переться потом полночи домой… Устаешь, знаешь ли, чувствовать себя как использованный гондон. - Почему переться? - я не понял именно географическую составляющую проблемы, а про гондон решил не уточнять. - Ты задрал допросами своими! Потому что редко кто оставляет случайного любовника в постели до утра. А сюда кто потащится? Что ты как маленький? - Блять, ты поэтому, что ли, вчера спать к себе попёрся? - А ты, что ли, поэтому расстроился? - Вот еще. Я сегодня заебался, сил нет. Секса не будет, так что вали сразу к себе спать! - Ну ты и сволочь, Джон Смит! - Стив вскочил, и мне даже показалось, что сжал кулаки - А ты позёр, Стиви Уэйн! - я метнулся ему вдогонку, ухватил за пояс штанов и повалил рядом с собой на кровать. Кот в ужасе умчался из комнаты, попутно с глухим стуком задев дверь какой-то своей твердой частью. Стив начал пихаться, но я быстро нейтрализовал его, перехватив поперек живота и прижав локти к телу, закинул ногу ему на бедро и предотвратил возможные лягания. - Ну? И что теперь? - Стив смиренно выдохнул. - Будешь спать со мной, ясно, придурок рыжий? - на этих словах я сжал его крепче, для острастки. - Сам придурок. У тебя же сил нет? - беззлобно огрызнулся придавленный мной любовник. - "Спать" - понимаешь глагол? - Пусти, ненормальный. - Нет, сказал же. - Я все равно так не усну, - и он еще раз рыпнулся, проверяя мою хватку. - А ты попробуй. - Ну можно мне в туалет? - Нет. - Мужлан, - Стив обиженно засопел. - Угу. Угомонись уже. После минутного затишья Стивен все же заговорил: - Чего тебе надо, а? Давай договоримся, раз уж так получилось, то мы просто трахаемся. Дружеский секс в порядке взаимопомощи. И нечего делать вид, что между нами может быть что-то еще. Я разжал свои насильственные объятия, отполз и встал с постели. - Меня так не устраивает, - я натянул свои брюки и встряхнул джемпер, разыскивая в полутьме правильную сторону. - Как именно? – Стиви обнял подушку и уставился на мой стриптиз наоборот, подперев голову рукой. - Вот так. Либо мы вместе, либо никаких дружеских потрахушек. - Ты куда намылился на ночь глядя? - Какое это имеет значение? Не хочу здесь оставаться. Ты ж не один такой сердобольный. Я не буду спать с человеком, зная, что мы с ним просто друг друга используем. - Охохо, какие мы принципиальные! А я не буду спать с человеком и делать вид, что у нас отношения, зная, что его и след простынет через несколько дней! Я полностью оделся, оглядел себя в зеркало, поднял воротник пальто и поджал губы: - Ну, прощай, Стиви. На темные поля уже опустилась ночная прохлада. И даже то, что на мне было пальто, не позволяло надеяться на комфортную ночевку под забором. Я решительно шагал по шоссе от фонаря к фонарю и считал про себя секунды. Когда за спиной раздался свист, я расплылся в коварной улыбке, развернулся на сто восемьдесят градусов и так же резво затопал навстречу догонявшему меня Стиву. - Блять. Ты понимаешь, что я теперь за тебя отвечаю? – он явно был раздосадован тем, что поддался на шантаж. - Нет, Стиви. Тебе не о чем беспокоиться. Хоть сейчас пойду и начну решать свои проблемы. Просто я хочу быть с тобой. Еще не знаю как, но я хочу заботиться о тебе, ухаживать… - Ты себя слышишь?! Я не больной и не цветок в горшке, чтобы за мной ухаживать. Из нас двоих только ты один - беспомощный кретин, которому требуется уход. Желательно психиатрический, – по голосу, в котором пряталась улыбка, было понятно, что Стиви уже смирился и отпускать меня не намерен. - Хрен с тобой, считай, что мы встречаемся. Не подавись только. - Ну не такой уж я и беспомощный, - просиял я и торжественно шлёпнул Стива по заду, оказавшись как раз в свете фар проезжавшей мимо машины. Он стукнул меня по руке и обреченно вздохнул: - Нет, ну не идиот ли?! - Ты меня чего, теперь всегда дубасить будешь? – возмутился я. - Я б тебя отдубасил, да боюсь, последние мозги растеряешь. - Кажется, уже, Стиви, уже. Только вот не знаю, растерял или наоборот в кучу собрал… Поцелуй меня? Мы замерли на пару минут прямо на дороге, там, где одно световое пятно от фонаря слабеет и мягко сливается со следующим. Я подумал, что Стивен не хотел бы сейчас оказаться застигнутым проезжающими мимо соседями, но он оставил сопротивления и привычный сарказм, прижался ко мне всем телом и пробрался руками под распахнутое пальто. - Слушай, далеко тут до Лондона? - спросил я, когда смог, наконец, говорить. - На машине – час, на автобусе – два, на велике – не пробовал, - усмехнулся Стив. - Это хорошо… - я не вполне понимал, что в этом хорошего, но и плохого ничего явно не видел. Мы вернулись к дому, где у крыльца нашелся новенький спортивный вел, пристроенный рядом с обшарпанным Стивеновским. - Я это, что сказать-то хотел… Я велик второй пригнал, - Стив пнул носком кеда по колесу. - Завтра же выходной, поедем кататься. Будет тебе, любовничек, и кино, и кафе, если десять миль в одну сторону осилишь, - и после паузы добавил: - Хотя я, конечно, сегодня на секс тоже рассчитывал.