Друг или враг

- Пойдем в "Острую шпору". Ты когда-нибудь видел петушиные бои? И кухня там неплохая. Знаешь, как вкусно готовят рагу по-холтийски? Пальчики оближешь! Тебе надо есть, а то вон как отощал в Лаик. Наль вдвое шире Дика, поесть любит и готов о еде говорить часами. И есть тоже готов часами. - Пойдем, Наль, - согласился Ричард. И пошел вдвоем с ним, слушая его рассуждения о еде. Все равно больше говорить не о чем. А Наль понесся на огромном ызарге в дебри кулинарного искусства. И пошло-поехало - мясо-рыба-почки-сыр-колбаски охотничьи-гусь под соусом. Так и дошли до "Острой шпоры". Там вначале плотно поели. Точнее ел плотно только Наль. Ричард ел немного, но с аппетитом. Заметив за соседним столом Эстебана и его приятелей, он притих. А потом сделал вид, что его тут нет, и продолжал разговаривать с кузеном, как ни в чем не бывало. Хотя Налю это соседство очень не нравилось. Эстебан выздоровел. И пошел на петушиные бои отметить свое выздоровление в компании друзей. А там повстречал Дика и Наля. Но те даже до начала не досидели. Как только Дик увидел Эстебана и Констанса, да еще Северина, Анатоля и пару приятелей в придачу, то мигом слинял. Маркиза это немного позабавило. А Наль остался, сердито бурча то-то под нос. Никто и не подозревал, что по дороге на Окделла нападут разбойники со Двора Висельников. И если бы не вмешательство патруля, да случайно оказавшегося рядом теньента - быть бы Ричарду мертвым мальчиком. Ему повезло - а Хромой со Двора Висельников, подумал о том, что молодой господин, заплативший ему десять таллов, будет недоволен. Хотя тот молодой господин велел не убивать, а лишь как следует припугнуть. Эсте стал готовить месть. Страшную, не слишком сложную, но для Окделла она была бы пятном, да и заодно плевком во всех Людей Чести. Слово порой страшнее шпаги. Не прошло и недели, как по столице поползли сплетни. Сплетни о том, как именно Окделл добился места при дворе и королевской семье. Нет, далеко не своим родством и шпагой, а своим телом. Так как о таких вещах громко не говорят, слухи ползли тихо, но быстро и по черным людям. Когда до самого Дикона дошли эти слухи, весь низший свет шептался о том, какие нравы у Людей Чести. Об этом узнал Август Штанцлер, чьё мнение было для Дика очень важно. Он пригласил Дика к себе домой и напрямую спросил,какие у них отношения с Ги Ариго. Что, дескать, он знает, как маршал Юга смог развратить юного Окделла. - При чем тут эр Ги? - в ужасе спросил Ричард. - Не притворяйтесь, что ничего не знаете. И скажите спасибо, что я об этом не сказал ему. - Я... я не понимаю, о чем вы. Дик чуть не плакал. Он действительно не понимал. О любви по-имперски он почти не знал, и в то момент ему просто не пришло в голову, что его могут подозревать в таком. - Эр Август, я и правда не понимаю. Но... На меня напали по дороге из таверны! Тогда кансилльер схватился за голову, стал расспрашивать о нападении и на время позабыл сплетни. А Коллиньяр радуется, искренне радуется удавшейся мести... И пытается восстановить свой потрепанный авторитет в глазах Роке. Ибо единственное, что тот над ним делает, то ржет. А он не шут ряженый, нет! Он будущий Первый Маршал! И он обязан доказать, что он лучший и достойный! Вот взял его Рокэ к Марианне - показать, как люди спускают состояния при карточной игре. Это у Эсте в голове не отложилось. А вот то, что Ворон попадал не глядя в карту из пистолета - произвело такое впечатление, что Колиньяр забыл покой и сон. Теперь в доме Алвы, а чаще в саду гремели выстрелы. Эстебан тренировался. А если будущий Первый маршал решил чему-нибудь научиться, то делал это на совесть. Главное - захотеть. Несколько карточных колод были безнадежно испорчены, руки пропахли пороховым дымом, а сам оруженосец был взъерошенный и сердитый на самого себя. Потому что стрелять как Алва не получалось. Но постепенно он целился все лучше и лучше. А скандал с Окделлом разгребали долго. Но все же при личном разговоре с Ги Ариго, эром Августом и ещё некоторыми приближенными Людьми Чести выяснилось и установилось, что это враки, и что Ричарда оклеветали низко и грязно.... Только менее обиднее от этого Дику не стало. У мальчика в голове не умещается, как такое про него могли подумать и кто...