МЕРТВЫЕ СОЛОВЬИ НЕ ПОЮТ

Большая уютная комната с книжными полками до потолка, слабо пахнущая кожей и пылью. Массивные кресла у открытого окна, лежак для какого-то крупного животного, буйство роскошных букетов упаковано в тяжесть расписных ваз. Стрельчатые витражные окна выходили на лужайку старого мрачноватого парка, с темными кипарисами, за которым сонно шуршало море. Джон, слегка касаясь корешков книг, без цели бродил вдоль стеллажей, потом взял толстенный фолиант, уселся в гостиной, ожидая своего нового хозяина, и от нечего делать листал книжку по анатомии водяных магических существ. — Ну, что вы замерли за плечом? — не поворачиваясь, спросил он. — Ваша тень легла на страницу. — Ты обязан стоять в моем присутствии до тех пор, пока не получишь другой приказ. Джон закрыл книгу, не спеша встал и повернулся. — Человек, можешь звать меня "хозяин", — небрежно бросил Шерлок. — Какая милость! Умру от счастья. Слушаю и повинуюсь, — прижав руки к животу, поклонился Джон – раз, два, три, – чуть ли не в пол. — Сарказм? — удивленно поднял бровь Шерлок. — Как можно, хозяин, — взволнованным голосом дрессированного раба сказал человек, укоризненно разводя руками. — Что вы, хозяин, никогда бы не посмел… — Всем своим видом он выражал скорбь и сожаление от того, что его усердие неправильно истолковали. — Кстати, меня зовут Джон. Шерлок вздохнул: — Хорошо… учитывая, что нам с тобой предстоит… Хорошо, Джон. Кстати, можешь обращаться ко мне на ты. Чтобы сразу придать нашим отношениям некоторую интимность. Джон изумленно поднял бровь, но промолчал. — Тебе это нравится? — порывисто спросил хозяин. — Что именно? Шерлок указал рукой на книжные полки. — Вот это. Джон кивнул головой. — Хорошо… — Шерлок провел рукой по корешкам книг. — Мне интересно тебя изучить. Но, в целом, мне понятно человечье устройство. Меня зовут Шерлок. Шерррлооок… усвоил? Джон кивнул, с любопытством наблюдая, как хозяин мечется по гостиной. — Ты же можешь это произнести? — требовательно спросил тот. — Группа мышечных волокон у тебя во рту, стянутых назад, к кончику и краю, она же такая, как и у меня? Джон похлопал глазами, а потом сказал: — Ты это про язык, что ли? — И как на твоем языке мое имя? — поощрительно улыбаясь, спросил вампир. — Ну, напряги свою извилину. — Хм… — Джон усмехнулся. Мило… Хозяин напрашивался на комплимент. Ну, что ж, пришло время проявить нежность. — Шшшееерррлок… перекатывается трепетно и угрожающе, когда я шепчу его. Как погремушка на хвосте франтоватой гремучей змеи. Медлит на языке, неторопливое, коварное, как отрава, сладостная, шелковистая, дурманящая. И торжествующе улыбнулся. Шерлок смотрел на своего нового раба слегка раздраженно. Тот отвечал смущенным взглядом. — Что? Что с тобой? — Я стесняюсь, когда трезвый, таких молниеносных отношений, — виновато сказал Джон. — Сплошная бездуховность, никакой романтики. И, вообще, мы с тобой почти не знакомы. — Человекам для секса необходимо, чтобы за ними ухаживали? — заинтересовался Шерлок. — Э, многим да, но… — Джон отошел и скептично оглядел всклокоченного вампира. — Но, вроде ничего, сойдет и так. Можем пропустить конфетно-букетную стадию. — Это что такое? — еще больше воодушевился любопытный Шерлок. — Это значит – ухаживать, проявлять внимание, ужин с вином, игривая беседа, говорить, какой я обворожительный… — Как же все это сложно! — горестно взвыл вампир. —…дарить милые подарки, конфеты, цветы… Шерлок фыркнул, наклонился и выдернул из вазы букет буйных ромашек вперемешку с чем-то синеньким: — Так? — Хозяин, — спросил Джон, раздвигая обеими руками флору и с любопытством разглядывая Шерлока сквозь какой-то кружевной листочек, — ты что, никогда не влюблялся? — Разум должен управлять телом, а не наоборот, — высокомерно заявил Шерлок. — У меня не было времени на такую чепуху. — О, кто бы говорил об отсутствии времени – вампир! И чем же ты занимался предыдущие… лет двести? — Мне только сто двадцать! Но все равно, тратить жизнь на бессмысленные эмоции нелепо. И о своем будущем я думаю с холодным спокойствием. Если начать расцвечивать его бессодержательной игрой воображения, то ничего хорошего из этого не выйдет. Пустое все это. — Ты отказываешься от безупречных удовольствий только из-за страха, что рано или поздно судьба выставит счет за них? Да ты трус, хозяин. От того, что монеты страдания разменивают счастье, оно не исчезает! Шерлок медленно повернулся и уставился на него во все глаза. — Ну, надо же, — с ноткой одобрения в голосе протянул он. — В твоих спящих мозгах вдруг происходят вспышки мудрых слов. Для моего умственного здоровья требуются загадки, а не животное потакание физиологии. — Неужели ты настолько умный, что тебе и секса не хочется? Бедолага… — сокрушенно вздохнул Джон. — Мне не нужна твоя жалость, — спесиво дернул головой Шерлок. — Ты получаешь удовольствие от своих мозговых атак, штурмуя проблему, которую никто до тебя решить не смог. А, например, повар – от изобретения нового блюда, зодчий – от необыкновенного проекта восхитительного здания, полководец – от лихо проведенной атаки и так далее. Мы получаем удовольствие от любого дела, которое можем делать не просто хорошо, а лучше других. Давай я тебе покажу, для чего нужен гаремный раб. Я тебе покажу, от чего ты бегаешь. Хотя, согласен, что мужик, которому ни разу в жизни не делали минет, должен научиться получать хотя бы умственное наслаждение. Но я, собственно, не понимаю, почему ты меня выбрал для своих оргий, — неожиданно переключился Джон. — Там было дюжины три самцов повыше, помускулистее, помоложе. И штук десять красивей, чем я. Они, думаю, готовы были бы трахать тебя днем и ночью. — Что тебе во мне не по вкусу? — оскорбленно нахмурился Шерлок. — Да собственно, я и не противлюсь, но твои замашки бога… — Идиот… какой же ты идиот. Какой бог? Я вампир! И я твой хозяин, я твой владыка! А ты – мое развлечение. — Ну-ну… — скептически сказал Джон. — Мне эта омежистость… — вдруг простонал Шерлок, ероша волосы. — Я в рабстве навечно у этой силы, гораздо более мощной, чем мои индивидуальные возможности. Будто мой мозг, разум, принадлежат не свободному вампиру, а… словно груше какой-то. Пришла весна и, давай, распускай цветочки. Никто и не спросит тебя, а хочется ли? И бороться с этим невозможно. — Ну, что тут поделаешь, — философски вздохнул Джон, совершенно не впечатленный страданиями вампира. — Пришла течка, хочешь, не хочешь, а подставляйся. Но если нельзя изменить ситуацию, то, может быть, стоит изменить отношение к ней? Попробуй получить удовольствие, раз уж все равно деваться некуда. — Это как? — подозрительно спросил Шерлок. — Давай начнем с малого, прежде чем пасть в пучину разврата, — предложил Джон, подступая к вампиру. — С чего, например? Что мы будем делать? — пренебрежительно не сдавал позиций Шерлок. — Что ты умеешь? — Умею… Я много чего не умею, например, крутить тройное сальто назад, говорить по-эльфийски и готовить баклажаны. Всегда получалась какая-то хуйня. Но кое-что я умею делать очень хорошо. — И что же? — Разламывать руками яблоки и целоваться, хозяин… — глядя в глаза, ласково произнес человек. — Это когда губами… — Всего лишь контакт слизистых. Легкий способ распространения микробов! — Ну… и способ повышения иммунитета, — парировал Джон. — Я что, по-твоему, идиот? — фыркнул вампир. — Тебе виднее, — смиренно потупился человек, — идиот ты или нет. — Зачем целоваться? — не заостряя внимания на вольномыслии раба, решил выяснить более интересный вопрос Шерлок. — Отчего людям нравится это делать? — Ну… это приятно. — Да? — Да. Хочешь попробовать? Или у тебя есть какие-то предубеждения против поцелуев? Шерлок встал, растерянно взъерошил шевелюру, постоял, покачался с пятки на мысок, посмотрел сверху вниз: — Ну, давай. Как мы это будем делать? Ты маленький, я не хочу наклоняться. — Вот уж проблема-то! Давай, для начала садись вот сюда. Да, — Джон похлопал по кожаной обивке старинного огромного дивана, — здесь будет в самый раз. — Сел. Что дальше? — Прислонись к спинке. — Зачем это? — Да прислоняйся же! — Ну… Джон удовлетворенно посмотрел на композицию из бледного вампира и черного дивана, подошел и сел верхом на колени Шерлока. — О. — Не тяжело? — спросил, обнимая за плечи. — Терпимо, — с любопытством разглядывая лицо перед собой, ответил Шерлок. — Мне как-то губы надо сложить? И он вытянул их трубочкой. — Неплохо, — одобрил Джон, наклонился и вдруг пощекотал кончиком языка скрученные в куриную гузку губы. — Как же ты хорошо пахнешь, хозяин. — Ай! — несолидно, совсем не по-вампирски, взвизгнул Шерлок, нарушая фигуру. — Нельзя найти двух существ, даже одного вида, с одинаковым запахом. — О! — обрадовался Джон, не обращая внимания на очередное высказывание. — Да ты, дружок, щекотки боишься! Ревнивый? — Почему это? Какая-то закономерность? Теоретические выкладки… — Хозяин… — вздохнул Джон. — Ладно, просто заткнись, я сам все сделаю. — У меня есть принципы… — все еще пробовал что-то втолковать Шерлок. — Какие еще принципы в постели? — жалостливо хлопая глазами, спросил Джон, забираясь теплой ладонью в его шикарные штаны. — Тактильный контакт не так важен, как его… это ты что там такое… Я вроде порядочный омега, — вдруг пояснил Шерлок, непроизвольно выгибаясь. — Оу… надеюсь, что нет. Раздвинь немножко ноги… Дай я тебя раздену. Дурацкая шнуровка на рубашке… — Что ты делаешь? Это ты чем? Языком? Молочные железы у мужчин… — Шерлок, да не зажимайся ты! Ты… ты девственник? Правда? — Я ни с кем еще не совокуплялся! Я же тебе говорил про принци… — Да прекрати ты! Как же ты прожил столько лет и ни с кем никогда не только не трахался, но даже и не обнимался? Поласкай меня, погладь вот тут и тут… да, очень хорошо… ты чудесный, правда! Нет, не зажимайся снова, я тебя просто потрогаю. У тебя же нет течки… О, как он у тебя гордо стоит в моем присутствии… — Джон с трудом скрыл довольную улыбку. — Джон… а-а-а… какой у тебя большой пенис! Это что, такая особенность человеков? — Нет, не у всех, Шерлок. Не шарахайся ты, не буду я тебя сейчас трахать, течки твоей подождем. — И, с огнем грядущих перемен во взоре, Джон опустился перед Шерлоком на колени. — А как же… о, какой ответ от гормональной системы… сделай так снова… — Ну, наконец-то… — пробормотал откуда-то снизу Джон. — Давай… ты меня хочешь? А как насчет минета? А хочешь попробовать меня трахнуть, Шерлок? Что с тобой? Шерлок моргнул, с усилием отводя взгляд от руки Джона на своем члене. — Погоди, — севшим голосом пробормотал он. — Погоди… Умеренное повышение адреналина в крови усиливает ассоциативное мышление. Джон разочарованно вздохнул. — Покажи на себе, что ты хочешь сейчас… — неожиданно строго потребовал Шерлок. — О, господи! Ну, что же мне с тобой делать-то? — в сердцах воскликнул Джон. — Давай с простого начнем. Клади свою руку вот сюда. Да, так, обхватывай и смотри, как это делаю я. У мастурбации есть свои преимущества. Джон, не вставая с колен, немного отполз назад, выпрямился, чтобы Шерлоку было лучше видно, и обхватил ладонью свой член. — Шерлок, сначала просто погладь его, нет, не надо так сильно сжимать. А теперь пробегись пальцами вокруг мошонки, под яичками чуть постучи подушечками пальцев… хорошо? Тебе нравится? Оставь там руку, тебе же приятно. Если хочешь, закрой глаза и фантазируй. — О чем? — слегка задыхаясь, спросил Шерлок. — Кого бы тебе хотелось трахнуть, как бы ты это сделал, какими способами… Или мечтай о том, что тебя кто-то трахнул и каким способом. — Нет… Я лучше посмотрю на тебя. Сексуальные фантазии я оставлю на потом. Джон с трудом сдержал польщенную улыбку: — Ты хочешь кончить? Шерлок молча смотрел на него, чуть приоткрыв рот, учащенно и мелко дыша. — Мне надо знать, ты хочешь кончить вот так, мастурбируя, или попробуем по-другому? — Что? — спросил Шерлок. — Я не понимаю… не знаю… — Целью мастурбации является, по сути, лишь оргазм, — деловито пояснил Джон. — Хотя она и может быть элементом сексуальной игры, когда мы можем кончать, лаская каждый самого себя и глядя друг на друга. Но это мы попробуем как-нибудь потом. — Оргазм при мастурбации и телесном контакте отличается? — При телесном, как ты сказал, контакте, возникает чувство близости, которое нельзя себе нафантазировать. Для этого требуется партнер. Шерлок недоверчиво хмыкнул. — А у вампиров детей летучие мыши приносят? — поинтересовался Джон. Ему хотелось как-то разрядить обстановку. Шерлок посмотрел на него, как на умалишенного. — Ну, из серенады сеньора не выкинешь… — несколько сконфуженно пояснил Джон. — Я получил раба-идиота, — сокрушенно констатировал Шерлок. — Кхм… если что, то это шутка была, — шумно вздохнул Джон. — Со своим дурацким юмором ты похож на дешевого клоуна. — А ты, значит, на дорогого? — огрызнулся Джон. — Все равно идиот, — буркнул Шерлок. — Нет, Шерлок. От того, что в твоей голове по полочкам разложена куча всяких знаний, не значит что ты умнее всех. Просто у меня другие знания, не такие, как у тебя. Но я и не собирался шевелить континенты твоих мыслей. Давай лучше продолжим. А то наши дружки слегка поникли. Джон был начеку. Шерлок хрипло взвыл, когда губы Джона мягко обхватили головку его члена. На мгновение Джону даже почудилось, что Шерлок сейчас выдернет его и убежит, поэтому Джон, на всякий случай, одной рукой сжал ягодицу Шерлока, другой поймал в горсть тяжелые яички и одновременно насадился глубже, потираясь языком и прижимая горячую плоть к нёбу. И Шерлок толкнулся еле-еле в это влажное и плотное. Джон повел головой назад, выпуская, облизывая яички и стараясь достать языком до сжавшегося ануса, снова насаживаясь ртом на член. Он поднял взгляд, и Шерлок, полыхнув алыми глазами, резко наклонился, напугав Джона скрипом зубов и оскаленными клыками. Вампир, вглядываясь в лицо обмершего раба, потрогал нежно-нежно громадными когтями запавшие щеки, согнул палец и чуть поддел верхнюю губу. Джон осторожно раскрыл рот, показывая. Шерлок посмотрел на свой мокрый, темный член, лежащий на языке, хотел то ли что-то сказать, то ли сделать, но Джон пошевелил нижней губой, и Шерлок резко и сильно кончил, заливая спермой рот и подбородок Джона. Пришлось придерживать Шерлока за ягодицы, пока того скручивало спазмами наслаждения. — Не смог… — едва отдышавшись, прохрипел Шерлок. — Ерунда какая, — сглатывая и обтираясь рубашкой, великодушно сказал Джон. — Ну, подумаешь, быстро кончил. Мужчины оргазм не симулируют. В следующий раз… — Я не об этом! Я посмотреть хотел… — расстроено пробубнил Шерлок. — А глаза сами собой почему-то закрылись. — Оу… Дело поправимое, — Джон не терял энтузиазма. — Хочешь у меня посмотреть? А то мои яйца сейчас взорвутся. — Давай! Давай сюда, — с восторгом ребенка, забредшего в глубокую лужу, Шерлок подставил раскрытую ладонь. «Ох, бля…», — только и успел подумать Джон, приподнимаясь на коленях и надрачивая свой член. — Джон, Джон! Это замечательно, — шептал вампир, размазывая его сперму по рукам. "Намучился парень без… э-э-э… мужика, — сочувственно подумал Джон, оседая на пятки. — Вот какое причудливое существо! Все-таки чрезмерное увлечение науками до добра не доведет». — Ну, как оно? — не утерпел Джон. Ему хотелось, чтобы его похвалили. Шерлок затих, по всей видимости, прислушиваясь к своим ощущениям и анализируя их. — Все хорошо. — Повертелся, подумал, пошевелил липкими пальцами и добавил: — Не считая мелких неприятностей.