МЕРТВЫЕ СОЛОВЬИ НЕ ПОЮТ

— Там, на помосте, это у тебя пуповина выпала, — осматривая Шерлока, тихо пояснял Джон. — Ты не волнуйся… Я этих родов… у вампиров… — доверительно сообщил он. — Ты хоть у самок принимал когда-нибудь роды? — стараясь не стонать, спросил Шерлок. — А то! — бодро ответил акушер. — Ну… в университете на практике… видел, да. Знаешь, в армии никто при мне не рожал, все как-то обходились своими силами. Но я справлюсь, — нетвердо пообещал Джон, отчего-то стремительно теряя навык беспощадного и хладнокровного хирурга. Шерлок напрягся, взвыл, вцепился в руку Джона, едва не ломая ему пальцы. — Не волнуйся, все будет хорошо, главное, дыши, дыши, — успокаивающе бубнил Джон и нежно гладил испуганное лицо. — У тебя уже живот опустился, плод готов к выходу… — Я это уже и без тебя понял! Сделай что-нибудь, больно! Джон знал, точно знал, что нужно делать. Шерлока одолевал голод, обессиливал, душил, выворачивал внутренности, выстуживал кровь. Его жизненные силы были настолько подорваны, что только одно лекарство могло бы помочь ему немедленно. Нет, не одно – два. Если вампира не покормить, то он уснет и больше не проснется. Шерлоку нужна была кровь, его кровь – Джона. Но Джон не мог напоить сейчас Шерлока, такая жертвенность была бы истолкована плохо. Оба могут погибнуть. Черт! Он покосился в сторону. За решеткой, буквально влипнув между прутьев, стояли начальник тюрьмы с лицом удивительной приятности и звероватого вида стражник с дебильно-похотливой рожей. Масляные глаза так и бегали по голым коленям Шерлока и его дрожащим бедрам. Ну, что ж, есть и другой метод. Порой это не выбор между плохим и хорошим, а выбор между плохим и необходимым. Просто выбор. — Шерлок! — прошептал Джон, откашлялся. — Ты, тварь! Взгляд на меня! — рявкнул он. — Я тебе помогу, но чем ты станешь расплачиваться за это? Шерлок смотрел на него прозрачными от боли глазами и молчал. — Ты понимаешь? — похлопал его по щекам Джон и обернулся к зрителям, подмигнул, выпукло подвигал у себя за щекой языком. — Он не понимает! — Давай, давай! — первым среагировал стражник, заоблизывался, рука его потянулась к ширинке засаленных штанов. Директор непонятно переводил взгляд с Джона на своего засуетившегося подчиненного. Потом сообразил, два красных пятна вспыхнули на его щеках, но лишь пожал плечами и прикрыл тяжелые веки, как бы не разрешая, однако и не запрещая. Джон слышал, как участилось его дыхание. — Давай, открывай рот, — привставая на коленях, приказал Джон. — Сделаешь мне хорошо, и я тебе помогу, больно не будет. Шерлок медленно моргнул. Джон волновался, понял ли? Наклонился, нажал на подбородок пальцами, тихо прошептал: «Прости, Шерлок, прости…» — Укусишь… — Джон завис скальпелем над глазом Шерлока. — Убью медленно. — Вы там все-таки поосторожнее, — отмер вдруг директор. Ну, как действительно, что-то случится со столичным доктором? — Поосторожнее, говорю. — Не мешайте доку, — заволновался стражник, сдвигаясь, чтобы было лучше видно. — Он лучше знает, ага? — Больно… не надо… — довольно громко сказал Шерлок. Джон облегченно выдохнул, понял! — Твою мать, какие мы нежные! Урод, разевай хлебало! Джон схватил его за волосы, приподнимая, впечатывая лицом себе между ног. Другой рукой расстегнулся, достал наполовину эрегированный член. — Соси, давай, ну! Кому сказано! Шерлок вдохнул запах, разомкнул обветренные губы, неловко поймал головку. Джон толкнулся крепнувшим членом: — Молодец, продолжай. Джон, умирая от стыда и возбуждения, ритмично трахал Шерлока в рот, страстно мечтая кончить как можно быстрее. Шерлок, наверное, почувствовал его зажатость, постарался сомкнуться посильнее вокруг члена, задрожал горлом, и Джон, не сдержав стона, излился в него. Как же давно…черт… Шерлок торопливо глотал, и его губы растягивались в непроизвольной улыбке. — Огхрррр... Джон обернулся. Директора не было. Толстый охранник сполз по решетке и пытался отдышаться, застегивая свои штаны. — Вы… — он махнул на Джона. — Хочешь воды? Док, попить хошь? Этот человек хотел поблагодарить за спектакль. Ну, что же… Джон кивнул. — Ща… принесу, ща… Тяжелые шаги стихли. Джон наклонился к порозовевшему Шерлоку. — А теперь рожаем, да? — прошептал он. — Вот, — прервал их голос. — Вот, док, попейте, ага? И этому что ль, дайте. Я вот тут принес еще… Джон подошел к решетке, взял кувшин. Охранник, уводя взгляд в сторону, смущенно всунул ему в руку какие-то тряпки. — Это… рубашки старые. Мои. Док, они чистые, старые просто… Ну, вам ведь все равно это… Док, я пойду, это… Не могу я смотреть, ага? Позовете, если что. Погромче, ага? Джон проводил его удивленным взглядом. Чудны дела твои, господи!