Коллекционер

— И ты его переписал? — а что мне оставалось делать? Какаши грустно посмотрел на друга и влил в себя очередную порцию алкоголя. Имея печальный опыт пьянства в одиночестве, Хатаке решил сегодня пригласить в бар Генму. И после пары чашек саке выложил ему всю эту историю. — Ну... А тебе было противно? — Переписывать отчет? — Да нет же, целовать его. — Да в этом-то и проблема. Мне не было противно. Наверное... Думаю, мне даже было приятно. — Вот как... — Да не... ну не то чтобы... Я... Генма! — Да, друг мой. — Я ведь... не... — Не что? — Не гей? — Нет, что ты. Конечно, ты не гей. Пока. — Что? — Да ладно... Я, например, не считаю это чем-то таким уж плохим. Если ты действительно любишь кого-то, то какая разница. — Генма! Я не люблю Ируку! Ну... то есть, он хороший человек, добрый, умный, понимающий, возможно, даже красивый и тело у него ничего... но любить его... это неправильно. — Почему? Ты перечислил столько хорошего про него... Я даже думаю, может и мне стать геем... — Генма, ты идиот. — А я думаю, это ты идиот. Он ведь не просто так затеял эту игру. — Думаешь, он что-то затеял? — Эй, разве это не он заставил тебя целоваться с ним? Думаю, ты ему нравишься. — Я должен выяснить, чего он хочет. Чего добивается. — Вот и не сиди тут как алкоголик. Иди и ... напиши ему отчет. Ласково так. И Какаши пошел. Смелости, возникшей благодаря алкоголю, хватило на то, чтобы пнуть ногой двери штаб и гордо прошествовать к столу Ируки. Но перед лицом чунина смелость скромно спряталась за спину смущения. — Эээ... Йо, Ирука-сан. Я это... Отчет написать... — Конечно, Какаши-сан, присаживайтесь. Вот бумага, пишите. Что-то еще? — Ир... Ирука-сан. Может, Вы мне поможете? — Ну... Я мог бы. Но при одном условии. Какаши глубоко вздохнул и попытался успокоиться. — При каком же? Ирука сложил руки на груди, посмотрел на джонина с вызовом и произнес: — Я хотел бы увидеть Ваше лицо. Хатаке чуть наклонился вперед и прошептал: — Но Вы же уже видели. Ирука пугающе улыбнулся. — Ну, там было темно, к тому же, Ваше лицо стоит того, чтобы увидеть его дважды, — и добавил себе под нос, — или больше, чем дважды. — Что, простите? — Не важно. Ну так Вам нужна моя помощь? — Может, я сначала сам попробую? — Ну попробуйте. Ирука снова зловеще оскалился. Трижды отчеты джонина были украшены красной полосой. На четвертый раз Хатаке сдался и печально посмотрел на чунина. — Думаю, мне придется согласиться на Ваши условия. Чунин тут же взял из его рук лист бумаги, что-то подправил и положил в стопку с проверенными отчетами. — Вот и славно. Жду Вас в восемь у себя. Какаши еще минуту смотрел на него, затем с обреченным видом подошел к окну и выпрыгнул на улицу.