Порождение Тьмы

      Наверное, самым неприятным аспектом ее полной беспомощности была необходимость непрерывно слушать музыку. После выхода из парка Азантуль достал откуда-то из кармана пальто маленький компактный mp-3 плеер и, размотав провода, засунул один наушник себе в ухо, а второй отдал ей. Через секунду по измученному мозгу Клэр ударили ритмы мрачной и довольно агрессивной музыки, как нельзя лучше подходившей к ситуации.       — Would you love a monsterman? Could you understand beauty of the beast? – Азантуль подпевал этой песне с какой-то маниакальной увлеченностью. Он буквально выкрикивал ее слова в ночь, пугая немногочисленных в этот поздний ночной час прохожих своим, мягко говоря, не совсем адекватным поведением и заставляя бродячих собак заливаться в подворотнях лаем. Послушав его пару минут Клэр, нехотя признала, что поет он весьма неплохо.       При таких вокальных и артистических данных Азантуль вполне мог бы выступать где-нибудь на MTV и смотрелся бы не хуже многих, так называемых артистов. Возможно, он даже был бы популярен... «И что заставило его выбрать стезю маньяка?» – думала девушка, бросая на похитителя косые взгляды из-под ресниц.       — I would do it all for you, would you do it all? Do it all for me? – Клэр не ответила на заданный в столь экстравагантной форме вопрос, предпочтя полностью погрузиться в страдания. Не смотря на то, что Азантуль позволил ей двигаться самостоятельно, «прогулка» по ночным улицам не доставляла девушке удовольствия. Мало того, что она мучилась от холода, впивавшегося в ее тело ледяными иглами, ее босым ножкам тоже приходилось не сладко. Тонкие белые носочки промокли насквозь и не защищали от камешков так и норовящих впиться в стопы.       «Интересно, сколько я еще продержусь прежде, чем свалюсь с ног от усталости?» – с мрачной отрешенностью думала Клэр, вполуха слушая песнопения Азантуля. Страдания пересиливали страх, укоренившийся в ее душе.       — Fire at will – yeah I would kill, – соловьем разливался молодой человек, демонстрируя свою поразительную музыкальность. – Yeah I would slay. Yeah I would maim. А Клэр пыталась одновременно отрешиться от боли в замерзших, сведенных судорогой ступнях и не потерять равновесия. Ведь упади она на асфальт, похититель просто перехватил бы контроль над ее телом и заставил бы двигаться до тех пор, пока она не умрет от усталости.       «Ну почему бы нам просто не вызвать такси?» – думала про себя Клэр. Автобусы, троллейбусы и маршрутки уже давно не ходили, и такси было единственным доступным транспортным средством. Но Азантуль категорически отказывавшийся садиться в машину, заставил ее шагать босиком по заледеневшей дороге. И сейчас ей хотелось бить его, кусать, царапать, чтобы только стереть с его лица наглую самодовольную ухмылку.       — Would you love a monsterman? Could you understand beauty of the beast? – спросил Азантуль, неожиданно остановившись и поглядев на Клэр своими серебряными глазами. Девушка едва удержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. «Ты сошел с ума? О какой любви может идти речь?! Да я бы все сделала, чтобы избавиться от тебя!» – подумала Клэр, понимая, что вряд ли отважится сказать ему это. Но искушение было очень велико.       К тому же, ее усталый взгляд неожиданно наткнулся на то, что придало ей решимости. Угасшая надежда вновь зажглась в ее сердце ярким факелом, согревая измученную душу и придавая сил уставшему телу.       — Даже не мечтай, – выпалила блондинка, поражаясь собственному безрассудству. Конечно, голос ее слегка вибрировал от ставшего почти привычным страха, а тон получился не таким едким, как ей хотелось, но все же... Все же это была победа. Маленькая, но победа. Потускневшая улыбка похитителя доставила ей удовольствие.       — Я ведь могу и заставить, – так же тихо прошипел Азантуль, нависая над ней и демонстрируя свое кольцо.       Клэр тяжело вздохнула, с замиранием сердца готовясь принять наказание, а боковым зрением следя за полицейским патрулем, мелькнувшим невдалеке. Она понимала – звать на помощь бесполезно – Азантуль просто придавит ее мысленной хваткой и прикажет заткнуться. Но если бы он ударил ее и привлек их внимание...       К сожалению, юноша не только не выдал себя, но и жестко пресек ее дальнейшие попытки к сопротивлению. Простой взмах кистью левой руки, заставил Клэр закрыть рот, круто развернуться и продолжить путь. Она ослушалась похитителя, и тот установит контроль над ее телом, направляя ее, будто марионетку. В таком состоянии девушка прошествовала в сторону одной из безликих серых десятиэтажек, открыла дверь крайнего подъезда, поднялась на третий этаж и открыла перед Азантулем дверь своей скромной однокомнатной квартиры.       «Ну вот, мой дом больше не моя крепость» – с тоской подумала Клэр, отдавая ключи Азантулю. Тот запер дверь, небрежно сбросил ботинки и, оставив ее топтаться в прихожей, принялся обследовать квартирку, попутно задергивая шторы на окнах. Окружающая темнота и непривычная обстановка нисколько не мешали молодому человеку ориентироваться. Его глаза мерцали в темноте, как у дикого зверя. И вот глядя на то, как он рыщет по ее квартире, Клэр все больше убеждалась в правоте своих мыслей, которые посещали ее и раньше и которые она, до этого момента, упрямо гнала прочь от себя. Отказывалась верить тому, что видели ее испуганные глаза.       «Он движется абсолютно бесшумно и хорошо видит в темноте. У него острые уши и сверхъестественные способности. Он не человек. Он действительно не человек!». Но озвучивать свои догадки и, тем более, задавать вопросы Клэр не спешила. После произошедшего инцидента страх с новой силой накинулся на нее, пожирая изнутри. Поэтому она молча оставалась в прихожей, отогреваясь после затяжной «прогулки».       По мере того, как Азантуль обследовал ее квартиру, прилив безысходности, вызванный его бесцеремонным вторжением в ее жилище сменялся любопытством. С некоторым удивлением Клэр поймала себя на мысли, что ей интересно: «Каким Азантуль находит мое пристанище? Кажется ли моя квартира убогой привыкшему к роскоши и богатому убранству молодому человеку? Или, может быть, он находит ее… миленькой? Ну хоть чуть-чуть?..».       Впрочем, девушка и сама понимала, что гордиться ей особо нечем. Это была самая обычная однокомнатная квартира: чистая, опрятная, насыщенная едва уловимым ароматом вишни. Недорогая мебель, оставленная ей хозяевами во временное пользование. Письменный стол?.. Вот тут ей стало стыдно за отсутствие серьезных книг и обилие глянцевых журналов, обложки которых пестрели заголовками статей о спорте, сексе, диетах и модах.       Брезгливо подцепив один из них двумя пальцами, Азантуль продемонстрировал его Клэр, многозначительно приподняв бровь. Девушка залилась краской и поспешно опустила глаза. Он скептически хмыкнул в ответ на эту ее реакцию и, отложив злосчастный журнал, вернулся к осмотру. Следующей его целью стал ее гардероб.       Юноша с некоторым любопытством изучал ее кофточки, топики, юбки и джинсы. Затем переключился на ящик с нижним бельем. Покопавшись там довольно непродолжительное время, он выудил на свет узкие розовые трусики и, развернув их, продемонстрировал хозяйке. На его лице был безмолвный вопрос: «А зачем так много?».       — Знаешь, ты просто Барби, – весело усмехнулся Азантуль. – Этакая блондинка в розовом. Забавно. Ладно, хватит стоять без дела. Пойди и зажги свечи. Я ненавижу ваш мертвый, искусственный, электрический свет.       Поскольку контроль над телом ей никто не вернул Клэр послушно исполнила его приказание. Разумеется, в ее доме была всего пара свечей. Да и те ароматические; предназначенные для создания романтической атмосферы. Искренне надеясь, что этого будет достаточно, она вернулась в комнату, поставила их на стол и зажгла.       — Неплохо, – на лице Азантуля появилась рассеянная улыбка, когда он вдохнул их сладковатый дурманящий дым. Его глаза остановились на замершей в ожидании следующего приказа девушке, скользнули по чувственным изгибам ее фигуры, надолго задержавшись сначала на туго обтянутых джинсами бедрах, а потом и на груди.       — Раздевайся, – его следующий приказ прозвучал как гром посреди ясного неба, заставив Клэр дернуться.       — Нет... я... – пролепетала девушка, силясь превозмочь сковавшие ее тело незримые путы. К такому повороту событий она оказалась не готова. Нет, конечно Клэр ожидала, что за дерзость он может ее ударить или избить, но она и не предполагала, что он... что он решит ее... Да она даже думать о чем-то подобном боялась!       — Я сказал: раздевайся, – молодой человек повторил свой приказ тоном, не терпящим возражений . Несколько секунд Клэр еще сопротивлялась его давящей воле, но все было тщетно. Несмотря на отчаянные попытки остановить их, руки сами собой схватились за край толстовки и стянули ее через голову. Затем пришла очередь джинсов. Парочка отработанных движений и она уже стояла перед Азантулем в одном лишь нижнем белье. Смущенная и испуганная.       — Марш в душ и приведи себя в порядок, – распорядился юноша, снимая свое пальто и небрежно вешая его на спинку стула. Расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, он спохватился и, остановил Клэр, буквально в дверях.       — Наденешь вот это, – с этими словами он швырнул ей комплект кружевного розового белья, извлеченный из ящика ее шкафа. Поймав его на лету, девушка юркнула в ванную и торопливо закрыла за собой дверь.       Ее била крупная дрожь. Худшие, не озвученные даже в мыслях опасения начали сбываться. И она ничего не могла с этим поделать. Она была беспомощной и безвольной жертвой, обреченной на беспрекословное подчинение.       В каком-то полузабытьи Клэр наблюдала за тем, как ее тело само собой выполняет все необходимые в таких случаях приготовления. Сначала душ с ароматическими мылами. Затем сушка феном, укладка, макияж. Отражение в зеркале затуманили облака пудры, испарения дезодоранта и лака для волос. Аккуратно наложив яркую и блестящую розовую помаду, Клэр в последний раз попыталась освободиться от незримой хватки Азантуля и, не преуспев в этом направилась к двери, пытаясь замедлять шаг и хоть так оттянуть неизбежное.       Не знающие жалости челюсти страха впились в плоть девушки, отыскивая сердце. Они стискивали при каждом ударе с такой силой, что кровь пульсировала в горле. «Нет… Не надо! Пожалуйста... Я не хочу! Не хочу!».       Едва выйдя из душа Клэр тут же столкнулась с Азантулем. Брюнет властно притянул девушку за талию и, не давая опомниться, сразу же толкнул ее, припечатав спиной к жесткой стене. Их тела составляли потрясающий контраст: она вся такая мягкая, нежная, золотисто-розовая, и он резкий, очерченный черно-серебряный. Его пальцы заскользили по ее все еще слегка влажному от воды телу, игриво очерчивая контуры самых чувствительных мест, пока еще прикрытых тонкой кружевной тканью. На его лице была жестокая усмешка, глаза горели ярче свечей.       Клэр испуганно сжалась в объятиях «любовника», пытаясь пошевелить хотя бы пальцем. Она захлебывалась беспомощными рыданиями, которым власть проклятого кольца даже не позволяла прорваться наружу. «Нет! Этого не может быть! Этого не должно быть!». – Ее беспомощный разум бился в узилище предавшей его плоти.       Ее руки, тем временем, уже обвили шею Азантуля, а нога обернулась вокруг его талии. Его рука скользнула ей на затылок и их губы встретились вновь в долгом и болезненном поцелуе, оставившие несколько кровоточащих ранок на ее губах и языке. Отстранившись, молодой человек без усилий поднял Клэр на руки и перенес на кровать.       При весьма субтильной комплекции Азантуль был довольно силен. Толкнув девушку на кровать он навалился сверху, прижимая ее к перине. Его губы скользнули по ее шее, оставив влажную дорожку, и приникли к ушку:       — Тебе страшно? – с плохо скрываемой злобой в голосе спросил молодой человек, на миг прекращая ласки.       — Да, – ответила девушка, даже не делая попыток скрыть это. Ее голос дрожал от сдерживаемых рыданий. В небесно-голубых глазах, устремленных сейчас на своего мучителя, блестели непролитые слезы. Но, несмотря на весь ужас своего положения, она рада была вновь обрести возможность хотя бы говорить самостоятельно.       — Вот и отлично. Хорошенько запомни это чувство, Клэр, потому что я могу сделать с тобой все, что угодно. И ты не сможешь даже возразить мне. Поэтому лучше не зли меня, – с этими словами Азантуль скатился с нее и, как ни в чем не бывало, встал с кровати, оставив несостоявшуюся жертву всхлипывать от облегчения. Худшей участи удалось избежать, но в этот раз похититель запугал ее чуть ли не до полусмерти, и теперь Клэр лежала на кровати, сжимаясь в маленький хнычущий комочек.       — А теперь спать, – распорядился Азантуль, сделав кистью легкий круговой жест. Усталость навалилась на девушку огромной бесформенной глыбой, распластав ее по кровати. Ее веки отяжелили и закрылись, тьма сомкнулась над ней, заключив в мягкие объятия, и Клэр утонула в кромешном мраке беспамятства...