Не с той ноги (Off on the Wrong Foot)

Лестрейд был Джону симпатичен, что, в общем не удивительно. Инспектор обладал легким и добродушным нравом – даже когда пускался в пьяные разглагольствования. - Ну моя жена мне и говорит: «Нам нужно к брачному консультанту», а я ей говорю: «Всегда готов». И ведь я действительно готов. И тут прямо-таки вижу, что она совсем такого не ожидала, так что она говорит: «Ты же так и не придешь», а я ей: «Давай сюда номер. Я сам договорюсь о встрече». Ну а потом начинается, что, может, мне следует идти самому, ведь «какой смысл работать над нашими проблемами», когда мне со своими бы сперва разобраться, которых у меня до черта. - Ой. Лестрейд махнул рукой. - Ну а единственная проблема – единственное, что у нас не так – это моя работа. Я ей говорю, что людей не убивают по графику. А она в ответ меня обвиняет, что мне нет до нее дела. Что трупы меня интересуют больше, чем она, - Лестрейд принялся вертеть пустой бокал. – Я думаю, у нее есть любовник. Или был. Иначе бы она так не злилась. Но я не хочу знать наверняка. Я сказал Шерлоку, чтобы он мне не говорил. И я вышвырну его из расследования, если только он проболтается. Вот уж о Шерлоке Джону не хотелось разговаривать ни капли. - У вас есть дети? - Да, Энни. Ей восемь. Только из-за нее и стоит держаться. Если бы речь шла только обо мне и ее матери, я бы не… в смысле, у меня уже не один месяц не было настоящего секса. - Сочувствую. - Да все в порядке. Жаль, что – ее ведь Сара зовут, да? – что ее здесь нет. На вид она была очень даже. - Ну и ладно, - пожал плечами Джон. - Ну, - Лестрейд окинул паб взглядом, - я такими вещами не занимаюсь, но в этом море можно половить и другую рыбку. - Если бы у меня было желание порыбачить. Слушай, я действительно в норме. На лице Лестрейда появилась непонятная ухмылка. - Ты ведь его знатно оттрахал, да? - Кого? - Не прикидывайся дурачком, - Лестрейд переставил бокал. – У Шерлока всегда хватало тараканов в голове, он только и знает, что донимать всех, но на этой неделе их там развелся целый выводок. - Это было… - но Джон еще не достаточно опьянел, чтобы рассказывать об этом. – Даже не знаю. Лестрейд откинулся на спинку стула. -Дай угадаю, он вел себя странно и действовал спонтанно. Ты поступил как и всякий нормальный человек, а затем психанул. - В общем, да. Лестрейд счастливо улыбнулся. - Остальную выпивку сегодня оплачиваю я. - Только не надо меня жалеть. - Ничего подобного. Мои ребята скинулись на спор, что… К концу вечера Джон явно слегка захмелел, а вот Лестрейд сделался пьяным просто вусмерть. - Не думаешь, что Молли следует хорошенько оттрахать? - Лестрейд с грохотом стукнул кулаком по столу. – Ты видел, с каким угрожающим видом она орудует буром – там же полно сдерживаемой агрессии, а? - С чего бы это? – захихикал Джон. Впрочем, почему он захихикал, он понятия не имел. – Готов потрудиться? - Бог с тобой, - вид у Лестрейда сделался совершенно ошеломленный. – Она не в моем вкусе. Я предпочитаю таких, кому палец в рот не клади. Но, может, все дело во мне. - Возможно. - Ты-то водишься и с теми, и другими, что с мужиками, что с женщинами. Так, наверно, проще? - Кажется, я все еще один, разве нет? – фыркнул Джон. - Слушай, там тот же парень, что и в тот вечер. Он на тебя пялится. Джону понадобилась минута, чтобы понять, куда указывает Лестрейд (но, возможно, все дело было в том, что палец у того ходил ходуном). И ох ты ж, глянь-ка. Тот же парень, что был здесь тем вечером. И снова вместе с другом. Стоило ему заметить, что Джон и Лестрейд смотрят на него, как на его лице тут же засияла улыбка. Лестрейд снова обернулся к Джону. Вид у него был слегка растерянный. - А с мужиками не больно? - В таком пабе, как этот… не всегда. Вот если пойти в гей-клуб… - пожал плечами Джон. К чести Лестрейда, он быстро сменил тему и заговорил об оружии. - Во времена моей юности мы, бывало, ходили поохотиться. У моего папаши была винтовка, так что я умею с ней обращаться, но пусть даже я сейчас и инспектор и мог бы получить разрешение, заводить себе винтовку я не хочу. - Понимаю, - при всей своей любви к войне, Джону слишком часто доводилось латать раны после винтовки, чтобы спорить. - Ну, у меня есть электрошокер. Результат от него такой же, но с ним куда как забавнее. Не то чтобы не было забавно на охоте, - Лестрейд сложил пальцы пистолетом. – Бах! О, глянь туда. Какая хорошая тень на стене, - он помахал рукой, чтобы тень задвигалась. Как оказалось, Лестрейд умел делать поразительное число фигурок театра теней. Продемонстрировав сперва несколько связанных с огнестрельным оружием, он перешел к животным. Под конец у Джона живот заболел от смеха, а Лестрейд вовсю улыбался, хотя и выглядел усталым. За последнюю минуту он зевнул целых шесть раз. - Пора тебе отправляться домой, - заметил Джон. Лестрейд запротестовал, но ни словом не возразил, когда Джон поднял его на ноги. Инспектор был выше и на два стоуна тяжелее, так что когда они добрались до входной двери, все, что удалось Джону, это не дать ему расколотить себе лоб об стену. Впрочем, успех оказался сомнительным, поскольку, стоило Джону оттащить Лестрейда от стены, как того потянуло к двери. Джон бы удержал его, если бы Лестрейд не наступил ему на ногу, а ведь Джон не сороконожка. Ну а в качестве контрольного выстрела тень раскололась и подхватила Лестрейда под руку. Спасителем оказался тот самый парень из паба. Сегодня на нем были темные джинсы и тонкая серая футболка. Не отличаясь мощным телосложением, он удерживал Лестрейда с легкостью и грацией танцора. - О, надо же. Мои благодарности, - Лестрейд улыбнулся парню, а затем обернулся и самым безобразным образом подмигнул Джону. - Счастлив быть полезным, - рассмеялся незнакомец, а затем повернулся к Джону. – Посадим его в такси? Каким-то образом им удалось запихнуть Лестрейда в салон целым и невредимым. Стоило машине уехать, как Джон обернулся к парню. - Я Джон. - Джим, - представился тот. Вблизи в свете уличного фонаря он был меньше и выглядел не настолько эффектно, как казался в пабе. Несмотря на светлые пряди в волосах и однозначные следы укладки, в нем явно ощущалось что-то резкое. Губы Джима изогнулись в улыбке, карие глаза взглянули с интересом. Джон убрал руки в карманы. - Ты был как раз вовремя. Спасибо. - Всегда рад помочь, - улыбка Джима была полна двусмысленности. Ситуация становилась многообещающей. - Пить мне определенно хватит, но, может быть, ты хочешь кофе? Джим улыбнулся так, словно Джон только что сделал его счастливейшим из смертных. Джим умен. Джим хорош собой. Джим не ведет себя так, словно у него не все дома. И еще у него есть настоящая работа. - У меня тоже докторская степень, - сообщил Джим, - только не по медицине. Я профессор в Кингсе. Занимаюсь ближневосточной политикой. После этого разговор неизбежно перешел на то, как Джон воевал, какого цвета бывает небо в пустыне, каково быть геем в исламском государстве и так далее. А еще с Джимом очень интересно. Он говорит о самых неожиданных вещах. - Мне нравится изучать войну. В мирное время с мировой историей ничего особенного не случается, а сейчас происходит столько всего, что относится к сфере моих интересов. Я без ума от этого. Но с другой стороны сейчас и в отпуск съездить некуда, все наиболее приятные места в руинах, не так ли? Джон бросил взгляд на телефон, чтобы узнать время. - Как же поздно. Мне на работу меньше чем через шесть часов,- простонал он. - Проклятье. А я надеялся, ты поедешь ко мне… - Джим подался вперед и положил ладонь ему на руку. Интересно, Молли убьет его, если он опоздает? Наверняка. Они и так уже выбились из графика не на шутку. - Я хочу, серьезно, но… в пятницу? Джим с улыбкой согласился, и они вышли на улицу. Они дошли до угла, когда Джим прижался к нему и поцеловал. Джон думал, что поцелуй будет сладким, быть может, с некоторой долей сосредоточенности, но вышло совсем не так, как он ожидал. Зубы Джима сомкнулись на его нижней губе, язык нашел язык Джона, и тут Джим с силой втянул его в себя. Сперва Джон даже слегка опешил. Он застыл на месте, но затем - да, черт возьми - руки Джима сжали его плечи, и Джон с жадностью принялся хвататься за что-то – за все, что попадалось под руку, чтобы притянуть его еще ближе. Они стояли на углу улицы. Джону показалось, что он расслышал отдаленный свисток, но Джим приник к нему с такой жадностью, словно Джон – последняя его пища на этом свете – с обещанием десерта по ту сторону светового туннеля. Джону хотелось взять его тут же, прямо здесь, в этом переулке. Но Джим отстранился, произнес: - До пятницы, - коснулся губами кожи под подбородком и с улыбкой пошел прочь. Придя в морг на следующий день, Джон чувствовал себя жутко уставшим и рассеянным. На его письменном столе стояла уже шестая чашка кофе, и теперь он гадал, заметит ли Молли, если он отправиться за седьмой. Сейчас он набирал отчет – длиннющий и до ужаса нудный. Труп пролежал в Темзе три дня, и Джону нужно было указать, какие повреждения были нанесены рыбами, а какие напрямую относились к причине смерти. В общем, ничего интересного. Впрочем, телефонный звонок с сообщением, что доставили новое тело, тоже не добавил радости. Молли возилась со вскрытием, и Джон отправился принимать его сам. До нового трупа руки дошли только через несколько часов. К тому времени Джон все-таки смог влить в себя стакан воды, но затем сдался и теперь запивал антацид очередной, девятой по счету чашкой кофе. Когда Молли расстегнула молнию на мешке, кружка выскользнула у Джона из рук. Кофе обжег пальцы, но он едва ли это заметил. Сэм Робертс. В последний раз Джон виделся с ним на базе в Кабуле, вернувшись с задания. Требовалось ликвидировать террористическую группу на севере, занимавшуюся подрывом грузовых поездов. По большому счету все прошло без сучка и задоринки. Взрывчатку они уничтожили всю, но Сэм заработал тошнотворного вида рану в предплечье, и Джону пришлось зашивать ее на обратном пути. Джон опустил взгляд: шрам был все еще виден. Он разобрался со всем за минуту: сказал Молли, что может опознать погибшего, вытер кофе и, наконец, извинившись, заверил Молли, что с ним все в полном порядке. А затем вышел в коридор и принялся расхаживать взад-вперед, погрузившись в раздумья. Это не случайность. Таких совпадений попросту не бывает. Что делать? Можно позвонить брату Шерлока. Майкрофту. Нет. Мерзавец, возможно, и так все знает. Тело уже побывало в Ярде, так что разведка в курсе. В конце концов, Джон решил набрать Билла Мюррея. Если он кому и мог доверять, то Биллу. Именно Билл вытащил его из-под огня, когда его подстрелили. Благодаря Биллу он до сих пор жив. Услышав напряженное джоново «Привет», Билл тут же понял, что тот звонит по делу. - Ты насчет Алана Рейнхардта? Я собирался спросить у тебя, пойдешь ли ты на похороны. А ведь Джон совсем забыл о них. - Сэм тоже мертв. - Сэм? - Он сейчас прямо передо мной в морге. На мгновение повисла тишина. - Что? - На прошлой неделе пропала Кейт, - когда Билл заговорил, его голос понизился до шепота. - Кейт тоже? Это… - Много наших. Я знаю. Не то чтобы мы официально были в строю, но… - Но это наши ребята – нас не так-то легко убить. Слишком похоже на то, как было, когда меня подстрелили… - Я по-прежнему считаю, что нас предали. Ты сказал, что видел кого-то с голубыми глазами. - Погибли все, кроме меня. Может, я смотрел на собственное отражение в луже. - Ты знаешь, что это не так. Тела так и не нашли, - прошипел Билл. - Никто из наших ребят не стал бы предателем, Билл. - Тогда почему нас продолжают убивать? - Разведка занимается этим. Просто… Я позвонил потому, что творится какая-то заварушка. Вот и Кейт тоже пропала. Будь, пожалуйста, осторожен, ладно? - Ты тоже. Я хочу пойти на похороны Алана, но, возможно, это… Билл продолжил говорить, но Джон его уже не слушал. В дверях, прислонившись головой к стене, стоял Шерлок и смотрел на Джона с огромным вниманием. Джон подумал, не запустить ли в него чем-нибудь, но все же он был выше этого. По крайней мере, в это хотелось верить. Следующие несколько минут он всеми силами Шерлока игнорировал, но подобная задача относилась к разряду практически невыполнимых, так что в конце концов он попрощался с Биллом. И вот они с Шерлоком остались наедине. - Да? – скрестив руки на груди, Джон выжидательно посмотрел на него. Шерлок сделал шаг вперед. - Бывших сослуживцев продолжают убивать. - Поздравляю, удачно подслушал. - Тебе следует завязывать с кофе. Он дурно влияет на нервную систему, - тонко улыбнулся Шерлок. Ну конечно, самое время обсудить предпочитаемые напитки. - А я-то думал, ты любишь стимуляторы, - отбил мяч Джон, но, не успел он пройти в дверь, как Шерлок схватил его за руку. - Я здесь не для того, чтобы обсуждать, что я люблю, а что нет. Плевать, что это значит. Джон тряхнул рукой, высвобождаясь из хватки. - Это что? Какая-то дикая попытка извиниться? - Я не извиняюсь, - зло глянул на него Шерлок. Джон закатил глаза. - Я же сказал, дикая. Шерлок прищурился. - Ты шутишь и совсем не агрессивен, - он нахмурился. – Ты с кем-то встречаешься. Его взгляд метнулся к карману Джона. Джон успел убрать свой телефон из зоны доступа Шерлока прежде, чем смог его выхватить. Шерлок опоздал буквально на мгновение. Джон толкнул его. - Тебе что, десять? Не смей красть у людей мобильники, засранец. И не смей удалять из них номера. - Ты с Сарой только попусту потратил бы время. - Я сам выбираю, как и с кем тратить свое время, - он попытался обойти Шерлока, но тот распахнул пальто, точно крылья летучей мыши, полностью перегораживая проход. - Так кто он? Джон толкнул его. - Хватит меня изучать. - Я прошу прощения за то утро. За то, что повел себя грубо. - Я тебе не верю, - Джон потер бровь. – И мне плевать. Шерлок фыркнул. - Подвинься. Шерлок и не подумал подчиниться. Вместо этого он поцеловал его. Краткое прикосновение его губ к губам Джона было сладким и совершенно невинным. И все равно оставляло впечатление подвоха, потому что ловкость, с которой Шерлок это проделал, ни в чем не уступала искусству и ловкости его рук, когда тот залезал в чужие карманы. Миг – и все заканчивалось. - И чего ты добивался? – губы Джона все еще покалывало. - Хотел посмотреть на твою реакцию, - вид у Шерлока был до крайности недовольный. Джон вдохнул, стараясь взять себя в руки. Видимо, сегодня у Шерлока по расписанию разминка в виде опытов с чувствами других людей. Невольно вспомнилась Гарри, которая в четыре года могла надрываться во все горло, просто из любопытства, как все отреагируют, когда она, наконец, замолчит. Родители окрестили такое ее поведение периодом «исследования эмоций». Она проверяла свои силы. Прямо как Шерлок сейчас. - Повзрослей уже, - бросил Джон и протиснулся мимо Шерлока.