Спаси меня, дух

Посмотрев свои воспоминания, Джек узнал, что будучи человеком, он дожил до того возраста, когда родители, кроме сказок о разных духах, начинают говорить о религии. Особо проникнуться темой Бога и Дьявола у юного парня не получилось – всегда находились дела поинтереснее. Но примерную концепцию он знал. Сейчас, лежа на своей кровати, Джек грустно смотрел на своды и думал, что продал себя тому самому Дьяволу. Правда пока Дьявол об этом не знал, но скоро должен будет. Какое бы вынужденное положение у Джека ни было, его никто не просил соглашаться на сделку с Питчем. Тем более на такую подозрительную – Кромешник не попросил ничего взамен. Ни посоха, ни Хранителей, ни Джейми – ничего. Но Джек уже заскучал по снегу, веселью и больше всего по свободе, а Кромешник сам предложил вложить в его руки оружие. Не согласиться тоже было глупо, а он, в конце концов, в любой момент может прекратить свое добровольное соглашение, воспользовавшись новыми навыками. Таков был его план. Но сначала Джек упорно не хотел поддаваться. Когда Кромешник предложил научить его магии без посоха, то первой и самой «умной» реакцией у него получилось хохотнуть и спросить у темного духа, в своем ли он уме. Дух, конечно, позлорадствовал над ним, но дал еще один шанс и сказал, что придет через пару дней за ответом. И добавил, что, несмотря на то, что он не рядом, Кошмары прекрасно следят за ним. Рана, тем временем, все еще беспокоила Джека. Когда он вставал с кровати или с пола, то голова непременно кружилась, а тряпки даже становились тяжелее – судя по всему, внутри все же была кровь и во время движения активно пыталась покинуть свое место. Джек понял, что те пару дней, что Кромешника не было, его повязка стала совсем плохой. Под животом стало чесаться и жечь, не смотря на активизировавшуюся магию. Даже сейчас он ощущал, что постепенно это влияет на его голову и тело в целом – он снова вспотел, а в висках стучало от температуры борющегося с гниением тела. Хранитель поднялся с кровати, когда услышал топот тяжелых копыт – это был, конечно, самый огромный и страшный конь-Кошмар Кромешника. Джек подошел и сполз по стеночке у самого входа в пещеру, тупо смотря перед собой. Он слышал, как Кромешник разговаривает внизу. Тот не заставил себя ждать. Джек увидел, как он появляется все из той же темноты сбоку и медленно подходит к решеткам. Кромешник с сомнением его разглядывал и собрался что-то сказать, когда Джек его перебил: - Я согласен. – Сказать эти слова у него получилось хрипло и измученно. Кромешник с удивлением прислушался к интонации, не обращая внимания на суть, не понимая, что происходит. Джек выглядел, прямо сказать, снова очень плохо – под глазами нарисовались не свойственные бледному лицу круги, а дыхание было глубоким и тяжелым. Питч прошел сквозь решетки и опустился рядом с Джеком. Тот вяло посмотрел и даже не дернулся. - Да что с тобой, Хранитель? – поморщившись, прошептал Кромешник. Он потянулся к Джеку и взял его за руки – те были холоднее льда. Так первое время проявлялась болезнь. Кромешник привстал, нависнув над Джеком, и осторожно подхватил его за спину одной рукой, а другой под коленями. Хранитель что-то пробурчал, но не стал сопротивляться, когда темный дух поднял его на руки. Он донес его до кровати и бережно положил на нее. - Кромешник, что ты делаешь? – медленно проговаривая слова, спросил Джек, отмахиваясь от рук. - Вылечить тебя пытаюсь, придурок. – Буркнул Кромешник, используя любимое ругательство детей, и принялся за повязку. Он предполагал, что упертый Хранитель попытается снять ее, поэтому сделал защиту и между слоями проложил тонкую темную материю, сотканную из магии. Она быстро подчинилась и разбежалась в тени в углах, словно живое существо, когда первый слой ткани был убран. Кромешнику предстало странное зрелище. Не то чтобы Король Кошмаров каждый день лечил Хранителей. Но он знал несколько больше о магии и о всем их существовании, так что взять на себя лечение духа мог с полной надеждой на успех. Несмотря на его собственную ослабевшую магию, он много знал, имел при себе кое-какие книги, и его умелого расхода сил должно было хватить. Но Джек реагировал на лечение как-то… Необычно. Его взору предстала страшная рана, полоски которой складывались крест-накрест. Таким Кромешник Джека уже застал – из них вытекала голубоватого цвета кровь, обнажая все, что было внутри. Такую рану духу мог нанести только дух, и очень сильный. У него получилось заставить рану рубцеваться, хотя красоты он и не обещал, но процесс пошел лучше, когда Джек постепенно начал приходить в сознание. Кромешник добился, чтобы рана заросла коркой и начала покрываться первыми слоями кожи, что он и видел последний раз. А теперь новая кожа на ране стала вырастать… Черной? - Ну, Хранитель, придется потерпеть, - примирительно протянул Кромешник, когда Джек застонал на ощупывания раны. Он провел ладонью со здорового участка на больной, ощутив яркий контраст между холодной кожей Джека и теплой кожей на ране. Нет, она совершенно точно затягивалась и становилась плотнее, но почему она вбирала магию Кромешника в прямом смысле? - Не-ет, этого не может быть. – Недоуменно сказал Питч самому себе. В его голове мысли рушились, словно фишки домино. Но факт оставался фактом – магия Джека не пользовалась его собственной, чтобы восстановиться. Она вбирала ее в себя и проявлялась прямо с ней. И живот Джека было тому доказательство. Это было нечто не то, что предполагало его лечение, но несколько более… Затратное. - Тьма и холод лучше всего подходят друг другу, да? – пробормотал Кромешник и сел на кровать рядом с Джеком. Ему ничего не пришло в голову лучше, чем просто помочь этой магии и дать ей столько, сколько нужно. Корки пульсировали и требовали тьмы. - Давай, дорогой, пора мне помочь, - хозяйственно сказал Кромешник и потянул Джека за плечи на себя. Тот недовольно промычал и явно собирался отключиться. – Ну-ну, все не так плохо. Джек, похоже, понял, что с ним происходит, и неожиданно выставил обе руки, вперив их в грудь Питчу. Конечно, сопротивление было делом благородным, но сил для него требовалось слишком много, поэтому руки где-то на ходу соскользнули и он прилетел лицом прямо в шею Кромешника. - Да что за хрень, - неформально отреагировал Джек, невесть откуда вспомнив любимую фразу Джейми. Кромешник вздохнул и обнял Хранителя за плечи, гладя по голове одной рукой. Тот сопел холодным тяжелым дыханием в ключицы. Похоже, разговаривать сейчас с ним было также бесполезно, как кидать камнями в цунами. Поэтому Питч решил, что будет достаточно и того, что он относительно в сознании. Другую руку Кромешник положил на рану Хранителю, стараясь полностью накрыть ее пальцами и ладонью. Он в очередной раз попрощался со своими итак истраченными силами и начал отдавать их ледяной магии Джека, запрокинув голову наверх. Он не шептал заклинаний и не делал никаких других вещей, он просто отдавал все то, что у него было. Ощущения были еще более странными, чем сама рана. Силы Джека, будто в дикой жажде, ринулись к тому месту, где рука Кромешника соприкасалась с Хранителем, и начали жадно ее поглощать. Темный дух ощущал, будто в его руку впились маленькие осколки льдинок, похожие на зубы, и забирали, забирали, забирали… Джек, тем временем, понял, что его живот перестал чесаться. Ему будто стало легче, и он ощутил, что лихорадка постепенно отступает, принося его родной холод. Медленно он отнял голову от шеи Кромешника и посмотрел на него. Тот, казалось, не замечает, что происходит. Он закрыл глаза и поднял голову куда-то наверх. Джек, удивленный их близостью, хотел было отпрянуть, но понял, что не может. Он посмотрел вниз и с ужасом открыл рот. - Луноликий, что здесь происходит? – едва слышно вымолвил он. На его животе лежала рука Кромешника, окруженная ледяными шипами, впившимися ему в кожу, исходящими прямо из Джека. Хранитель прищурился и разглядел, как сквозь прозрачное стекло этих шипов сочится что-то темное, разносясь куда-то внутрь под кожу. Оно вибрировало. Не выдержав, он завопил и дернулся назад. Кромешник тут же открыл свои потускневшие желтые глаза и ринулся за мальчишкой, чтобы их контакт случайно не разорвался. Еще рано – магия не успела взять ей нужное. Он успел схватить того за затылок и скинуть обратно на кровать, придавив своим весом. Голубые глаза Джека смотрели на него с непроходимым ужасом и метались из стороны в сторону, переводя взгляд то на лицо, то куда-то вниз. Кромешник чувствовал этот страх и его природу – не зря ведь он есть Король Кошмаров. Но питаться этим страхом сейчас даже и не думал. - Тихо-тихо, - прошептал он Джеку в лицо, - сейчас все закончится. Распластанный под Кромешником Джек только что не орал. Увиденное для него моментально стало символом ужаса и раздавило психику, еще лишь чуть окрепшую после обмороков. Но почему-то он перестал дергаться и уставился в глаза темного духа. Так было спокойнее. В глазах нет никаких льдин из кожи и тьмы. В них, вон, крапинки есть. - Умница, лежи спокойно, уже почти все. – С одобрением сказал Кромешник и попытался улыбнуться. Выходило плохо – ему ведь тоже было больно. Он прикоснулся к лицу лежащего под ним Джека и погладил его по еще не острой, подростковой скуле. Ему бы и хотелось продолжить, но чертовы ледышки так впились в пальцы, что достали чуть ли не до костей. Но он чувствовал, что скоро они отпустят. Он спрятал лицо на плече у Джека. Когда Кромешник наконец скатился и без сил упал рядом на кровати, Хранитель осторожно посмотрел на свой живот. Прежде он не видел этой раны, а теперь с сожалением провел по огромному кривому кресту. Но, слава всем духам, ледышки пропали. Там были обычные рубцы, хоть и страшного вида. Рубцы он как-нибудь переживет. Джек со странным облегчением выдохнул и откинулся на подушку. Но тут же сел на кровати снова. Кромешник был будто бы без сознания. Одной рукой он закрыл глаза, а другая безвольно лежала рядом, зияя ранами на ладони, и пальцах, и даже запястье. Из них почему-то не вытекала кровь, а струился черный дым. Джек взял эту руку в себе на колено и осторожно осмотрел кратеры – там, где входили шипы, остались круглые дыры с неприятными оборванными краями. Он с сожалением перевел взгляд на лицо темного духа, но тот, похоже, не мог даже пошевелиться. Джек не знал, что сейчас произошло, но это точно произошло ради него и в его же пользу. Джек, осторожно положив руку, растянулся рядом с Кромешником. Он решил, что сейчас он спокойно побудет рядом, чтобы потом еще раз сказать «спасибо» за то, чего он совершенно не мог уразуметь. Да и, к тому же, бежать было некуда.