Спаси меня, дух

Джек со всей силы ударился о стенку, что аж искры из глаз посыпались. Он охнул и повалился вниз, успев размахнуть рукой, чтобы его встретил поток ветра, а не твердый пол. - Ну ты и скотина, - прохрипел Хранитель, утирая с губ выступившую кровь. Он приземлился на одно колено и с ненавистью посмотрел на хохочущего Кромешника, подтанцовывающего напротив. Вся эта его расслабленность, как Джек уже выучил, была только показной. На самом деле он в любую секунду готов был выдать такой мощи атаку, что Джек захлебывался тьмой. - Ну же, Хранитель! Где твоя злоба?! Покажи мне ее! – Кромешник, не дожидаясь, когда он сообразит, неизвестно откуда одним плавным движением достал свою огромную косу и замахнулся. Джек, только успевший подняться на ноги, не придумал ничего лучше, чем отскочить и в эмоциях выкрикнуть что-то невнятное, выписав ладонью движение наверх. За его движением выросла огромная ледяная глыба, в которую со звоном, треском и ужасной силой врезалась коса. Кромешник усмехнулся и посмотрел на застрявшее в плотном куске льда лезвие. Он разомкнул руки, а коса осталась во льду. - Интересно, браво, - протянул он и снова засмеялся. Джека начала раздражать эта веселость – этот дьявол чуть не убивал его! И ржал! И так каждый чертов раз! Джек поднялся в воздух и представил, как лезвие окажется полностью во льду. Он направил на косу ладони и постепенно она начала обрастать сгустками. Кромешник с каким-то умильным лицом посмотрел на это. Неожиданно он начал растворяться рядом с ручкой косы и вскоре черный песок, извиваясь вокруг оружия, поднялся почти к лицу Джека. Тот изумленно замер, глядя, как перед ним из песка вырастает хитрое лицо Кромешника и он сам. - Ой зря, зря ты силы потратил, - сказал Кромешник и хлопнул два раза в ладоши. Джек смотрел, как коса, по велению хозяина, растворилась в тени, будто бы ее и не было. Лед не удержал ее, даже не смог помешать ее исчезновению. Джек хотел метнуться в сторону и обогнуть свою ледяную глыбу, но Кромешник уже отправил два метких потока черного песка с обеих сторон. Хранителю пришлось увернуться сначала от одного, а затем от другого, но потом его осенила гениальная мысль. Он тоже хохотнул и резко соскользнул вниз. Джек пролетел под Кромешником и вырос за его спиной, гаденько улыбаясь. Он наскоро создал вьюжный поток и, как раз когда темный дух обернулся, ему в лицо прилетела куча, просто тонна снега. Он закрыл лицо руками, принимая остатки царапающих ледышек на ладони. Когда поток закончился, Кромешник медленно отнял руки и Джек увидел, как на его лице повсюду протянулись маленькие царапины. Так же, как и на руках. Кромешник увидел их и зарычал. - Квиты? – развеселившись, спросил Джек и отпорхнул от закипающего Кромешника подальше. Тот рванул за ним и снова призвал свою громадную косу. Джеку оставалось только выписывать в воздухе резкие, непонятные фигуры, уходя от замахов. С таким оружием можно было особо и не напрягаться – зашибет, если не рассечет. Две фигуры, темная и светлая, кружили друг напротив друга. У Джека мелькнула мысль, что это похоже на странный танец. Только вот коса здесь была явно лишняя. Но Кромешнику, похоже, тоже надоело пытаться атаковать этого наглого духа оружием ему не по размеру, поэтому он отшвырнул косу. Она тут же исчезла. Кромешник вдруг завис в воздухе, разведя руки в стороны, и прекратил что-либо делать. Джек тоже остановился. «Закончили?», подумал Джек, оставляя невысказанный вопрос при себе. Он знал, что с Бугимэном нужно всегда быть настороже. Хранитель подлетел чуть поближе и с сомнением уставился на не движущегося Кромешника. Тот закрыл глаза и только глубоко дышал. Их обоих изматывали эти занятия, только почему-то Кромешник все равно с каждым разом начинал их заново и заново. Джек заметил, как силуэт Кромешника начал медленно… Отделяться? И через секунду Хранителя окружали уже не один, не два, а целая толпа Кромешников. Они все одновременно усмехнулись и осклабились. Джек изумленно крутился. Он решил использовать ту же уловку, что и прежде, но только он опустился ниже, как под ним тут же нарисовалось еще два Кромешника. Джек метнулся вправо, влево – везде вырастали черные фигуры. - Это подло! – заорал Джек настоящему Кромешнику, который по-прежнему находился выше. - А кто сказал, что мы играем по правилам? – отозвался тот. Джек вспыхнул – Кромешник даже не скрывал своего обмана! Хранитель разозлился. Он подлетел к нему и злобно исподлобья уставился. - Ну? – спросил Кромешник, подняв брови, - что ты сделаешь? Мальчишка, словно зверенок, показал зубы и замахнулся рукой. Очевидно, он хотел устроить старый добрый мордобой. Или просто хотел от души врезать. Но Кромешник перехватил его кулак и мягко увел вверх, подтягивая Хранителя к себе. Ему так нравилось, когда Джек злился. - Совсем отчаялся? – выдохнул он ему в лицо. Джек почувствовал, как Кромешник тянется к его губам, и попытался сопротивляться, забившись в его руках. Питч хмыкнул и оттолкнул Хранителя от себя, словно ненужную вещицу. Джек не ожидал, попытался сохранить положение, но все равно полетел вниз. Благо, он научился на своих предыдущих ошибках, поэтому мобилизовал свои силы и удара не предвиделось. Он мягко опустился спиной на пол. Не успев даже изменить положение, он увидел, как Кромешник, словно черная пантера, кинулся за ним вниз. В следующую же секунду он нависал над его лицом, удерживая себя, чтобы не лечь на ледяного духа, только локтями и коленями, уперев их в пол. Джек так и остался - распластавшись на полу. Кромешник наклонился к его шее и с шумом втянул воздух. - Ну, Хранитель, не поджимай губы так обиженно, - сказал он с улыбкой, так и не сходящей с его лица, - мы по-прежнему играем не по правилам. Но ты так очарователен, когда сердишься. - Очень, - сквозь зубы выдохнул Джек, смутившись. Он вспомнил последний раз, когда они так лежали – он под Кромешником. Похоже, мысли отразились на его лице, потому что Кромешник глухо, картинно простонал, покачивая головой, смотря ему в глаза. - Ты так правильно думаешь, Джек, - сказал он и приник поцелуем к открывшимся от возмущения губам. Джек что-то замычал ему в рот и как-то слабо шлепнул ладонью по округлому плечу. Это он так, якобы, сопротивлялся. Кромешник оторвался от него и посмотрел в упрямый, строптивый взгляд Джека. Мальчишка был настолько правильным, просто до искр упертым, каждый раз искренне смущающимся, и одновременно таким идеально ему подходящим, что у Кромешника моментально тяжелело в штанах. Если бы не его отношение к насилию, то он бы уже давно самозабвенно трахнул его. Но не факт, что успокоился бы. Он опустился к плечам Джека и еще раз втянул запах. Хранитель пах страхами, восхитительными неуверенностями и смущением, которые сводили голову. Погибшая однажды молодость и неопытность, навечно заточившая Джека в его теле. Кромешник провел рукой по талии Джека, заводя ладонь под поясницу, и погладил пальцами ямку, надавив на нее. Хранитель шумно выдохнул и изогнулся, но промолчал. Кромешник опустился к его шее и моментально нашел укус, который сделал в прошлый раз. На Джеке будто повсюду сохранялись его отметки: на ране, на шее. Осталось оставить только еще одну. Кромешник присосался, словно пиявка, к старому укусу. Джек почувствовал, как его повело. Кромешник был теплый, ласково приглаживал его, как пугливое животное, кусая и сладко мучая. Хранитель ощутил, как ладонь с его поясницы плавно опустилась на задницу, обтянутую черными штанами, и слегка сжала. Они оба замерли. - Джек, - тихо позвал Кромешник, - ты не знаешь, как это бывает? Джек не знал, что ему ответить. Такое, кроме Кромешника, спросить, конечно, никто не мог. - Нет, - он решил, что проще всего честность. - Невероятно, - протянул Кромешник, - всё достанется только мне. Кромешник вернулся к его чуть припухшим губам и вновь принялся целовать. Джек не то так отвечал, не то пытался отталкивать настойчивый язык, но получалось, что он с увлечением принимал процесс. Одной рукой Кромешник согнул колено Хранителя, надавив под ним, и подтянул ногу к себе на талию, чтобы еще ближе прижаться к холодеющему духу. Джек постепенно возбуждался, а страхи перед неизвестностью уходили. Кромешник, чтобы сменить обстановку, прогнал свою мантию, отправляя в тени, и остался в одних штанах. Он прижался своей грудью к груди Джека и со вздохом отреагировал на температурный контраст. Джек, тоже почувствовав, что на один предмет одежды стало меньше, оторвался от поцелуев и с любопытством посмотрел на Кромешника. Он был худой, как и сам Джек, но в нем не было ни намека на подростковую фигуру Хранителя. У него были широкие плечи, сильные руки, он весь был крупнее. И совершенно серый, как руки и лицо. Джек закусил губу и посмотрел ниже. Под мантией этого обычно не было заметно, но теперь он видел довольно внушительных размеров бугор под штанами Кромешника. Джеку сам по себе пришел вопрос: а ТАМ тоже… серый? Он перевел глаза на ухмыляющееся лицо Кромешника, который все заметил, и вспыхнул: - Ну что?! - Тебе интересно? – со смешком спросил он, - что же прячет страх Средневековья - Бугимэн - в своих штанах, да? Джек чуть не подавился. В качестве мести за такие разговоры он поднял обе коленки и стукнул ими с двух сторон по бокам Кромешника. Тот чуть вскинулся и засмеялся. Он прижал эти колени к себе руками и жадно погладил их. Хранитель неожиданно взволнованно выдохнул и прикрыл глаза. Кромешника заинтересовала такая реакция и он, в качестве эксперимента, подтянул к себе тощую лодыжку и с силой сжал пальцы под косточками, сделав круговое движение. Джек еще раз вздохнул и облизнулся. Кромешник, поняв, что нашел еще одно волнующее место, сел, положив под себя ноги. Он поймал ступни Хранителя и опустил их себе на бедра. Джек удивленно приподнялся на локтях и наблюдал. Кромешник ухмыльнулся и подумал, что его приказы, подкрепленные особо приятными действиями, возымели эффект еще после первого раза. Он схватился за край штанов и одним движением ловко их стянул. Судя по открывшемуся виду, Джеку очень… Нравилось происходящее. Кромешник погладил тощенькие голеностопы и взялся за одну пятку. Джек попытался выдернуть ее и согнул пальцы, снова выкидывая всплеск запаха смущения, но Кромешник уверенно вернул ногу на место. Он начал растирающими, сильными движениями разминать его стопу, чуть сгибая в середине, трогать пальцы, придерживая и не оставляя без внимания лодыжку. Он делал все неторопливо, иногда дразня до щекотки, а потом надавливая на эти места. Потом он взялся за вторую ногу и проделал то же самое. К этому времени Джек уже свалился на спину и закрыл лицо руками. Ему казалось, что щеки нещадно горят. Он почти вскрикнул, когда почувствовал, как что-то влажное коснулось выступающей косточки на щиколотке. Джек приоткрыл руки и увидел, что Кромешник целует его ноги. Джек простонал. - Так вот почему ты ходишь босиком, - хрипло выдохнул Кромешник, спускаясь губами по икрам, сначала по левой, а потом по правой ноге. Он задержался рядом с коленкой и, чуть задрав ногу, провел языком по подколенной ямке. Кожа там была особенно нежной, холодной и приятной. Он не удержался и решил, что там его след останется тоже. Джек мелко задрожал. К тому времени, как Кромешник добрался до внутренней стороны бедер и примкнул к аппетитной округлости, Джек мог думать только одним местом. Вокруг него по полу расходился иней, причудливо завиваясь и, как живой, захватывая большие территории. Он был и белый, и черный, соединившись в двуцветный узор. Магия плескалась и радостно высвобождалась куда попало. Кромешник, оторвавшись от подергивающихся ног, облизнулся. Он не сразу заметил, что мальчишка уже начал подтягиваться бедрами наверх и постанывать. Кромешник поднялся к его лицу и прикоснулся к закрытым векам. Джек открыл посиневшие глаза и с просьбой во взгляде посмотрел на него. Он был готов. Наконец, Джеку стало это нужнее, чем его внутренние моральные домыслы и ограничения. Он втянулся в игру, которая началась уже давно. Кромешник кивнул и наклонился к уху Хранителя. - Перевернись, - коротко шепнул Кромешник и потянул его за волосы назад. Джек торопливо перевернулся на живот и ощутил, как сверху навалилось теплое тело. Кромешник прогнал с себя остатки одежды, сделав из этих теней подушку, которая перетекла мальчишке под живот. Она расширилась и мягко разошлась под ним, не позволяя упираться в жесткий пол. Кромешник взял его за подбородок и горячо зашептал ему в ухо: - Тогда я покажу тебе, Джек. Всё покажу, - пообещал он Хранителю, опуская свободную руку по его бедру и сжимая твердеющий член в руке. Джек всхлипнул, - покажу, насколько тьма подходит к холоду. Он провел рукой вниз, чуть оттягивая кожу, и снова наверх, и укусил Джека за торчащую косточку на шее. Джек дернулся ему в руку и охнул. Он чувствовал, будто сверху на него насыпали раскаленных углей, и готов был расплавиться. Кромешник был везде, его руки были везде. Кромешник, лаская Джека, постепенно дошел до заветного места и осторожно опустил руку между ног Хранителя. Джек чуть напрягся, почувствовав ладонь, легшую на середину ягодиц. Кромешник выдохнул ему в затылок и перевел руку, чтобы вцепиться в белый загривок. Он чуть надавил пальцами другой руки и прикоснулся к тугому отверстию. Джек неопределенно промычал. Тени, начиная формироваться где-то на сгибе локтя Кромешника, спустились по его руке и влажно обвили пальцы. Кромешник, не дожидаясь приглашения, просунул один внутрь. Джек зашипел и застонал, дернувшись вперед. - Тшшш, - Кромешник поцеловал его в ухо и привалился грудью посильнее, - придется немного потерпеть. Джек почти не чувствовал, как он дышит, дышит ли он вообще, все ощущения слились к пальцу, размеренно двигающемуся внутри него. Это было странно, непривычно, такая открытость Кромешнику была пугающей. Он отдавался своему бывшему врагу, существу, магия которого и без того была в его крови, не думая о последствиях. Он даже не понял, когда серый Дьявол стал для него «бывшим» врагом. Когда к первому пальцу добавился второй, Джек потихоньку начал подвывать и пытаться отползти от настойчивых откровенных движений. Кромешник зарычал и укусил Хранителя за плечо. Он понял, что если не сейчас, то следующие пальцы Джек уже не выдержит. Кромешник приподнялся, подавшись еще чуть вперед, заводя руку перед лицом мальчишки. Тот моментально обвил ее своими ладонями, уткнувшись носом, и засопел холодным дыханием. Джек почувствовал, как Кромешник вытащил пальцы, чуть задержав их у входа, и позволил густым и тяжелым по ощущениям теням до конца стечь с его руки. Эти тени шевелились внутри Джека, дразнили и создавали ощущение и невыносимо приятной, но непривычной наполненности. Прикосновения рук сменились острым ощущением твердой головки. Джек невольно укусил серую руку, лежащую перед ним, и замычал в горьковатую кожу, когда Кромешник вошел и продвинулся чуть вперед. Кромешник в это время судорожно сжал зубы и положил руку на талию Хранителя, не позволяя ему дергаться. Внутри мальчишка оказался чертовски, невыносимо горячий. Кто бы мог подумать, что Ледяной Джек холодный только снаружи. Внутри он был живой, без намека на свое существование духа. Стенки входа с силой пульсировали, плотно окруженные тенями, что создавало двойное давление. Кромешник двинул бедрами еще немного вперед и глубоко выдохнул. - Джек, - позвал он почти бессознательного Хранителя, который будто боялся дышать, - слышишь? Ты еще понимаешь меня? Джек расцепил зубы с руки Кромешника, которая тут же убралась, и слабым голосом ответил: - Да. - Выталкивай меня, - Кромешник опустился к его затылку и поцеловал в макушку, - делай, как я говорю. Джек зажмурился. Сказать было легче, чем сделать. Он попытался сжать внутренние мышцы, а в ответ получил рычание. - Черт возьми, Джек, я сказал тебе выталкивать, а не сжимать еще сильнее, - у Кромешника перед глазами чуть не заплясали звезды, настолько мальчишка выдаивал его от одного проникновения. Сознанием он нащупал тени, которые были внутри Джека, и направил их на заветную точку. Тени прикоснулись к простате и надавили на нее, накрывая собой, а Джек задергал ногами и застонал. Вкусно, протяжно, наконец, отзывчиво. Кромешник почувствовал, как он расслабился, и толкнулся вперед, войдя в него до конца. Он замер на несколько секунд, давая Хранителю привыкнуть, и подался назад. Затем снова резко вперед и назад… Джек поддался ярким ощущениям внутри себя, перестав давать себе отчет. Он вообще перестал думать. Это не шло в сравнение ни с какими поцелуями, ни с чем прежде, что у него было. Ему было хорошо и плохо одновременно, но он чувствовал себя живым, он чувствовал себя настоящим. Он существовал. Как только влажная теплая ладонь Кромешника вновь вернулась и обхватила его спереди, двигаясь в такт движениям сзади, он не выдержал. Сдался. - А-ах, да-а-а, - простонал он, подаваясь назад и утыкаясь лицом себе в руки, - да-а, еще… Кромешник усмехнулся ему в плечо, усиливая толчки и ритм. Подросток не мог долго сопротивляться – у него получилось пробить смущение и неуверенность Джека. Его ноги податливо разъехались в стороны, открывая весь доступ. Кромешник собирался воспользоваться этим сполна. Он изменил угол входа и толкнулся. Джек завыл. Попал, значит. - Мой дорогой Хранитель, - прохрипел Кромешник, вбиваясь все сильнее, - мой Ледяной Джек, мой хороший мальчик… Где-то внутри постепенно начало нарастать тягучее, тянущее ощущение, с каждым толчком взрываясь новыми красками. Джек не мог не всхлипывать, не мог не подаваться назад, он перестал контролировать что-либо и отдавался под уверенные движения. Кромешник шептал ему на ухо какие-то собственнические слова, будто пытаясь доказать свою власть, смешивая их с гортанными довольными стонами. Напряжение и температура в точке их соприкосновения нарастали все выше, а дыхание обоих духов становилось все сбивчивее. Сливались и боль, и удовольствие, и дикое возродившееся чувство жизни. Джек кончил первым. Он вскрикнул и впился пальцами в неизвестно откуда взявшийся под его руками снег, собрав его в кучу. Кромешник, сделав пару сильных движений, излился внутрь Хранителя, зашипев. Он свалился сверху, придавив его окончательно, и тяжело вздыхая в затылок. Немного погодя, он вышел из Джека и плюхнулся рядом на спину. Джек приподнял голову от рук и лукаво посмотрел на него одним глазом. Кромешник заметил это и слабо хохотнул, сам не понимая почему. Он облизал губы и вопросительно кивнул: - Чего? - Кажется, теперь я видел действительно всё, - со смешинками в глазах сказал Джек, - даже как Бугимэн, страх Средневековья, кончает. Кромешник цокнул языком и покачал головой, удивляясь такой наглости. Он подумал, что некоторые тощие бледные Хранители поразительно быстро забывают свои смущения и напрашиваются. Джек определенно знал толк в веселье.