Cancer or You

Гарри выбежал из больницы, пребывая в полнейшей растерянности и смущении. Его мысли были размытыми и сумбурными. Сердечный ритм все учащался, не давая даже передохнуть. Парень совсем не помнил, как преодолел расстояние от процедурного кабинета до своего автомобиля. Он быстро открыл дверь машины и забрался внутрь, ерзая на сидении и стуча пальцами по рулю. Эмоции на лице были абсолютно нейтральными, и могло показаться, что Гарри или только проснулся, или уже засыпает. Он находился в таком состоянии с утра и никак не мог в полной мере сосредоточиться на действительности, которая оснащала его тернистый путь все новыми преградами. Что он натворил? Только что поцеловал парня, у которого вот-вот остановится сердце... Безумство. Гарри мысленно бичевал себя за содеянное, однако не собирался отказываться от Луи ни при каких условиях. Он его друг, его подопечный, его крест. Это уже не изменить, историю их жизней не переписать. Он думал обо всем этом, копался в сознании, стараясь хоть как-то упорядочить поступивший материал. Еще около десяти минут он не мог прийти в себя, но потом словно очнулся и понял, что ему нужно решать навалившуюся проблему прямо сейчас. Единственный вариант - взглянуть страху в лицо. Гарри шумно выдохнул, завел автомобиль и поехал прочь от клиники, в которой сейчас Луи получает очередную порцию химиотерапии, добивающей его, разъедающей изнутри. Он быстро проехал два квартала и в считанные минуты оказался у дома Луи. Сегодня деревья на заднем дворе зацвели, наполняя атмосферу сладким ароматом. Несколько минут Гарри боролся с собой, не решаясь покинуть машину и войти в жилище Луи. Три шажка вверх по ступеням, и парень уже на веранде. Он никогда не отдыхал здесь с ним, думая, что у них еще будет на это время. Окна были огромными и позволяли обозревать все великолепие округи. Несколько плетеных кресел и небольшой журнальный столик создавали необходимый уют. Гарри глубоко вздохнул, ощущая запах Луи, еле уловимый, но очень нежный. Ему было до боли страшно входить в сам дом, потому что он прекрасно знал, кто его там ждет. Сердце сразу же заколотилось в груди, отдаваясь едким шумом в ушах. Когда он прикоснулся к ручке входной двери, в глазах начало темнеть от волнения. Он понял, что ждать больше нельзя. Было не заперто, и он просто шагнул через порог, оказываясь в небольшой прихожей, совсем не освященной. Несмело он миновал коридор и прошел в гостиную. На диване сидела она, отвернувшись к окну. Когда он вошел, Ева едва заметно шелохнулась, но не повернулась и не посмотрела на гостя. Она чувствовала, что это был он. - Я знала, что ты придешь, - сказала она, не разворачиваясь и сильнее кутаясь в плед. - Ты такая догадливая, - он старался казаться уверенным перед ней, но его голос едва заметно дрогнул на последнем слове. - Чего ты хочешь? Признаться, я думала, что наши судьбы уже не пересекутся... - Потому что я умру, - закончил за нее Гарри. Напряжение было колоссальным, и казалось, что комната может загореться, если что-то не решиться. Оба были напуганы, оба старались казаться сильными и непоколебимыми, оба дрожали и не знали, чего ждать друг от друга. Ненависть пропитала каждую деталь помещения, и Гарри дышал ею, наслаждаясь ее соленым привкусом на языке. - Я не подстраивала твое убийство, - ответила она, собираясь с мыслями. - Марать руки о тебя? Это слишком. Ты все еще такой ребенок, Гарольд. - Я пришел сюда не за тем, чтобы доказывать твою причастность к тому случаю... Я хочу поговорить о Луи. Она вздрогнула и обернулась. Гарри наконец-то смог разглядеть знакомые, такие привычные черты. Огромные коричневые глаза, точеный анфас, разомкнутые пухлые губы. Все еще красива, все еще мила, но свежесть с ее лица уже куда-то исчезла. - Как ты узнал, что я с ним? - уверенно проговорила она, прожигая Гарри своим печально- ненавидящим взглядом. - Я не знал. Даже не предполагал. Это вышло само собой, - ответил Гарри прохаживаясь по комнате. Его шаги казались очень громкими из-за повисшего молчания. Он остановился прямо напротив девушки, но не приближался больше, чем на три метра. - Ты лжешь. Просто лжешь мне. Ты собирался меня найти, наводил справки. Ты даже учишься в том же университете, что и я! Это не совпадение. Ты сумасшедший, пойми! - она срывалась на крик, потому что сейчас ей было страшно, она не чувствовала опоры за своей спиной. Рядом не было Луи, не было ни одной живой души, которая могла бы защитить её от парня. Гарри стал физически намного сильнее с тех пор, как она видела его последний раз. Если сейчас он решит ее прикончить, то ничего не сможет его остановить. - Я не одержим мыслью о тебе, Ева. В моей жизни нет места для такой подлой твари, как ты. Не смог бы пасть так низко. - Ты думаешь, что ты сможешь обидеть меня, оскорбить? - тихая злоба кипела в ней, и она не могла перестать сыпать язвительные замечания в адрес Гарри. - Тебе меня не сломать. Ничто меня не поколеблет, даже болезнь моего мужа. - Всего лишь жениха, - презрительный смешок вырвался сам собой. Ревность больно уколола парня и посеяла в душе сомнения и тихую скорбь. Ева уловила эту перемену и решила воспользоваться секундной слабостью своего противника. - Почему тебя это волнует? Ты знаешь Луи не так давно, какое тебе до него дело? - Я люблю его, - проговорил Гарри на одном дыхании. - Что ты сказал? - девушка начала медленно подниматься со своего места. Удивление, страх и искренняя насмешка сменяли друг друга на ее лице. - Я люблю его. Как только я встретил его в больнице, я сразу понял, что между нами что-то будет. Ты не сможешь этому помешать. Я тебе его не отдам. Ева подходила все ближе и остановилась в полуметре от него. Гарри заметно напрягся, стараясь не показывать своего волнения. Ему казалось, что от такого давления воздух вот-вот заискрится и едкий дым окутает их двоих. - С каких пор ты интересуешься парнями? Помнится, раньше ты любил девушек. По крайней мере одну, - она победно улыбалась, глядя на него исподлобья. - Я его не выбирал. И он меня тоже. - Что ты несешь?! Очнись! Он любит меня, он сделал мне предложение, - она всплеснула руками, и ее нервный смех наполнил Гарри какой-то странной уверенностью. - Он прикасался ко мне, обнимал все эти дни. Сегодня он целовал меня. Он дышит мной, но никак не тобой. - Ты лжец. Сумасшедший лжец, - сказала она, отходя назад. - Это правда, ты чувствуешь. Поверь, я сделаю так, что он будет счастлив со мной. - Поверь, я сделаю так, что ты исчезнешь из его жизни навсегда, - парировала она, едко усмехаясь. - Запомни мои слова, Стайлс. Ты не выйдешь победителем из игры. - Это не игра. На кону его жизнь. Ты даже не знаешь, как ухаживать за ним, ты не знаешь его потребностей. Тебя не было рядом, когда ему было до ужаса плохо. Ты не стояла рядом с ним, когда его тошнило, когда он не чувствовал ног, когда ему закачивали в вены эту гадость! Где ты была?! - несколько шагов, и они практически соприкасаются лбами. Секунда, и девушка ударяет Гарри по лицу. Он вздрагивает и хватает её, до боли сжимая ее запястье. - Не смей прикасаться ко мне своими грязными руками, - Гарри с силой швырнул ее не диван. Она вскрикнула и схватилась за болевшее место. - Запомни, я буду до последнего бороться за него и за его жизнь. Представить не могу, что ты касаешься его, ласкаешь и целуешь. Вся ты омерзительна. Я заставлю тебя пожалеть, заставлю тебя корчиться в муках. Только подожди. - Твои угрозы на меня не подействуют. Луи - мой жених, и ничего не поменяется. - Я думаю, что на сегодня мы закончили, - Гарри быстро развернулся и вышел из дома, направляясь к своей машине. Ему казалось, что он находился в каком-то сне, что он скоро проснется у себя в кровати в объятиях Луи. В последние дни он только и делал, что представлял парня рядом с собой. Счастливым и здоровым, дарящим ему свои чистые улыбки... Реальность оказалась намного жестче, намного отвратительнее и безнадежнее его фантазий. Он был зависим от Луи и часто корил себя за то, что у него просто не получается влюбится в кого-то, кто может ответить ему взаимностью. Как это получилось? Он полюбил парня, который находится на грани жизни и смерти. Гарри сильно сомневался в способности Луи выжить. Но он уже точно знал, что будет с ним в случае его смерти. Гарри уже все для себя решил... *** POV Луи. Я выпал из жизни на несколько долгих часов. Может, я потерял сознание, а может, это была абсолютная апатия ко всему. Из головы никак не выходил поцелуй с Гарри. Никогда я не чувствовал такого беспокойства, как сейчас. Мне не нравятся парни, они просто не могут мне нравится, но... Это Гарри, который был совсем необычным парнем.Теперь я окончательно запутался в своих мыслях и никак не мог обнаружить выход из дебрей сознания. Казалось, что я готов признаться себе в том, что я не равнодушен к нему, но также я прекрасно осознавал свои обязанности перед невестой. Я не гей и не могу им стать. Болезнь поломала меня, но я не думал, насколько это серьезно... Прерывая поток моих бессвязных мыслей, в палату вошла Эмма: - Привет, дружок. - Привет, Эм, - сказал я. Она пребывала в дурном настроении и была озадачена какой-то проблемой. Я понимал, что грядет серьезный разговор. - Луи, я хотела спросить тебя о Гарри. - Что именно? - Между вами что-то есть? - Нет. Мы просто друзья. - Луи, я не хочу в это лезть, - она замялась, теребя край своей униформы. - Но мой мальчик очень ранимый. Если ты не можешь дать ему того, что он хочет, то и надежду, ему тоже давать не стоит. Материнское сердце всегда чувствует беду. Я был немного удивлен, но соглашался со всем сказанным ею. Она защищает своего ребёнка, желает ему только лучшего. А я? Я не могу быть лучшим для него, не могу играть с ним в чувства только тогда, когда это удобно для меня. - Эмма, я постараюсь больше не занимать его время. Глупо веду себя,- я закрыл лицо руками. - Я запутался в себе, понимаешь? - Тебе нужно все рассказать своей маме, поговорить с ней, спросить совета. Я не могу помочь тебе с разрешением твоих душевных мук. - Да, ты, наверное, права. Я обманываю себя, родителей, невесту, его... Тут на пороге кабинета появился Гарри. Он не дал нам закончить беседу и, кинув еле слышное приветствие, схватил меня за руку, вывел из процедурного. Выражение его лица было не читаемым: казалось, что он сосредоточен на чем-то, но это очевидно было не так. - Эй, ты и не заговоришь со мной? - проговорил я шепотом. После моих слов он словно очнулся и остановился почти у выхода из больнице. Он повернулся ко мне и аккуратно взял за обе руки, сплетая наши пальцы. Он все еще молчал, но его прикосновения говорили о многом. Мне стало неловко, косые взгляды градом обсыпали нас, но ему было всё равно. Он смотрел мне прямо в глаза, заражая таким привычным ощущением теплоты и уверенности. - Гарри, что ты делаешь? - проговорил я. Он сильнее сжал мои ладони, будто убеждаясь, что я всё еще рядом. - Я держу тебя за руки. Тебе это нравится? - он смотрел так пронзительно, что отпираться было бессмысленно. - Д-да... Но... Я не знаю, чего ты ждёшь от меня, Гарри, но боюсь... я не смогу сделать тебя счастливым, - выдохнул я, пытаясь разнять руки. - Я ничего не прошу от тебя, Лу. Я просто хочу быть рядом. - Ты рядом, - сказал я, поглаживая его теплые ладони. - Сейчас всё поменяется, потому что появилась она, - он опустил голову, устремляя свой взгляд в пол. - Ева была со мной и до этого. На самом деле, я думаю, что она не заслуживает этой жизни, - я замялся. - Ты тоже ее не заслуживаешь. - Не отталкивай меня, - он растерянно замотал головой, не веря моим словам. - Гарри, я не отталкиваю тебя. Я хочу, чтобы ты жил нормально. - Я не хочу ничего такого без тебя, - он никак не мог осознать происходящее и старался всеми силами отогнать его на второй план. Сейчас на всём свете были только мы вдвоём, но через несколько минут всё должно было закончится. - Гарри, милый, посмотри на меня, - я коснулся пальцами его лица, проводя по щеке. Невероятно красив и невероятно печален. В душе был ураган, который разметывал по внутренним стенкам волнение и тоску. Сейчас он рядом, его ладони греют мои, и я чувствую, как что-то внутри меня буквально расходится по швам. - Луи, я просто хотел сказать, что... - Тсс, - я приложил палец к его губам, пытаясь не допустить опрометчивых признаний. В глубине души я хотел услышать подтверждение своим догадкам, но в этом не было смысла. - Зачем тебе это? Ты же знаешь, что мой случай почти безнадёжен, и мне осталось жить от силы два месяца. - Луи, ты не должен так говорить. Ты не имеешь права говорить мне такое. - Прости меня, но это правда. Я не хочу держать тебя, не хочу, чтобы ты страдал вместе со мной. Уходи, - я буквально умолял его в то время, как внутри меня всё кричало об обратном. Не отвечая, он расцепил наши руки и выбежал из больницы. Несколько секунд я стоял растерявшись, но потом,поддавшись чему-то абсолютно необъяснимому, я выскочил за ним. - Гарри! - крикнул я, он остановился. Я быстро преодолел разделявшее нас расстояние и буквально бросился ему на шею. Он обнимал меня в ответ, потому что был не в силах оттолкнуть. Я отстранился и заглянул в его печальные глаза. Мгновение, и я прижимаюсь к его губам, целуя и зарываясь рукой в шоколадные кудряшки. Гарри отвечает, углубляя наш поцелуй. Второй раз я совершаю эту чертовски приятную глупость. Гарри целовал нежно, медленно, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным со мной. Несколько часов назад его губы впервые коснулись моих, но это было совсем не похоже на то, что происходило сейчас. Всё это время я стоял на носочках, едва не наступая на его ботинки. Он обнимал меня за талию, слегка прижимая к себе и позволяя держать равновесие. Его всего трясло, мелкая дрожь передавалась и мне. Сейчас казалось, что мы одно целое и уже ничто не должно нас разделить. Несколько секунд, и Гарри разрывает поцелуй, утыкаясь носом мне в щеку. - Ты нужен мне, дурачок, - произносит он и снова целует в губы. Я не отталкиваю его, стараясь запечатлеть этот приятный момент в своей памяти. Кажется, что мне мало двух поцелуев, чтобы отпустить его. Через минуту здравомыслие возвращается ко мне, и я отстраняюсь от него. - Прощай, - шепчу я. Он отпускает меня и быстрыми шагами уходит на стоянку, даже не оглядываясь на одиноко стоящего у входа глупца. Все закончилось, не успев начаться...