Talk to me (Поговори со мной)

Арты к этой главе: https://vk.com/photo-33291210_376766207 https://vk.com/photo-33291210_376766214 Приятного чтения) _______________________________________________ – Итак, – я захватываю ложечкой педантично маленький кусочек мороженого и отправляю его в рот, – мы уже были на Эйфелевой башне, в Нотр-Даме, на Монмартре, весь день гуляли по Парижу, и это официально мой лучший день рождения (Драко ухмыляется, вроде как «Ну, естественно»), только есть одно небольшое «но». Ты сказал, что Гарри подписал нам эту поездку как командировку с тем, чтобы ты встретился со своим другом, который располагает некоторыми сведениями об оборотнях. – Поразительная у тебя память, – мой Принц с истинно королевскими осанкой и манерами поглощает свой десерт, наслаждаясь легким ветерком, забредшим непонятно откуда в эту кафешку в жаркий летний день. – Я это все к чему. Ты наврал Гарри? – Слушай, мы проводим в самом деле фантастический, просто-таки идеальный день рождения, чего тебе неймется? – Ну вот чтобы сделать его окончательно идеальным, скажи, что ты не наврал Гарри. – Я не наврал… Поттеру. – А сейчас врешь? – Нет. Мы и в самом деле встретимся с моим другом. Но вечером. На балете. – Балете?! Мы еще и на балет пойдем?! – самообладание окончательно покидает меня, и я смотрю на Драко с видом восторженной маленькой девочки, которой довелось встретиться со своим кумиром. – В Париже русская труппа. Ставят «Лебединое озеро». Не скажу, что я поклонник русского балета, но нахожу его весьма достойным. – Он потрясающий! – по-детски восхищенно восклицаю я, доедая мороженое. Как же давно я не была на балете… А если мы пойдем в Опера Гарнье… Великий Перун, и в самом деле лучший не то что день рождения, просто лучший в жизни день! – Знаешь, с этой глупой улыбкой в пол-лица ты выглядишь… да, в общем-то, глупо довольно ты выглядишь, – легким движением стерев мороженое из уголка моего рта абсолютно бестактно Драко вытаскивает меня из моей же головы, заставляя посмотреть в витрину кафе. Н-да… Видок и вправду не самый умный, хотя… – Ты не лучше, сам лыбишься сегодня весь день. Драко скептически сводит брови и тоже обращается к витрине. – Мерлинова борода… Глупая, но такая замечательная улыбка пропадает с его губ, а на лице появляется озабоченное выражение, сохранить которое, впрочем, у него удается секунды две от силы. Тем не менее, он все пытается вернуть себе серьезность, даже отворачивается от меня и сурово складывает руки на груди. – Что-нибудь не так? – как можно осторожнее я касаюсь его плеча, пытаясь заглянуть в глаза. Он только качает головой и снова старается сжать губы, чтобы они не расплывались в улыбке. – Драко! Ты опять ведешь себя как ребенок, что порою умиляет, но сейчас просто бесит. Скажи уже, что не так? – Я… не могу этого сказать. – С каких пор ты мне что-то не можешь сказать? – Да это даже в голове у меня глупо звучит! И для справки, не могу с тех пор, как в наши… коммуникации (я ожидала другого слова, ну да ладно) замешаны мы без одежды в постели. – Обещаю, что бы ты ни сказал, это никак не повлияет на нас без одежды в постели, – выпаливаю я прежде, чем успеваю подумать, что вообще говорю, потому тут же чувствую, как кровь рванулась к щекам. – Ну ладно… – Драко закрывает глаза и глубоко вздыхает, подбирая слова. – Я… – мнется он, а потом выпаливает на выдохе: – будто могу взлететь без метлы. Вот. Очень глупо прозвучало? Глупо, конечно, – утверждает он, несмотря на то, что я качаю головой. – И вот еще одно. Я словно могу весь мир обнять. – Тут уж я не могу сдержать смешок. – Говорил же, что это глупо. И странно. Я никогда еще… У меня так никогда не было. Оу… С трудом, но все же мне удается расцепить его руки, чтобы сжать его ладонь. – Это называется счастье. Драко долго с неверием смотрит на меня. – Серьезно? Хм. Странно, – бурчит он, но руку не отдергивает. – А ты знаешь, я тут подумала, – что нужно срочно отвлечь его, – это мое платье подойдет для балета? Оно не слишком-то изысканное. Он быстро оценивает мой выбор туалета. – Великий Мерлин, нет, конечно. Но я и не ожидал, что у тебя есть что-то подходящее. – Все-таки общаться ему стоит еще поучиться. – Я ведь именно поэтому оставил два часа в запасе. Здесь до Елисейских Полей* рукой подать. ____________________________ * Елисейские Поля – одна из главных магистралей в центре Париже, многим известна модными магазинами одежды. *** Серебряные серьги, бабушкин гребень, отделанный богемским стеклом, в убранных наверх волосах, на шее – ничего, волчица, вместе с кольцом и фотографией, оставлена на прикроватной тумбочке в Англии. Но морок все же прикрывает шрам, его я не стесняюсь показать только Драко. – Ты готова? Мы уже опаздываем! – кричит он из комнаты. – Минутку! Еще красная помада, может, слишком яркая для моих и без того полных губ. – Эва! – Иду! *** Драко проверил все еще раз: билеты, маггловские деньги, палочка (просто на всякий случай). Сзади щелкнул замок двери в ванную, и Малфой обернулся. В магазине он не пожелал смотреть, какое платье подобрала Эве миловидная продавщица, он хотел в полной мере ощутить удивление и восхищение от вида девушки при полном параде, готовой затмить всех напыщенных деланных почитательниц балета. Шанс ему представился. Она сделала несколько неуверенных шагов к нему, и рот у Драко медленно открылся. Кружевной лиф с неглубоким вырезом переходил в струящуюся до пола шифоновую юбку, которую Эва аккуратно приподнимала при ходьбе, совсем чуть-чуть и от этого особенно соблазнительно оголяя ноги. А кроваво-красный цвет… потрясающе шел к ее бледной коже, темным глазам и медно-золотистым волосам. Драко просто сбивал с толку противоречивый вид невинно сведенных домиком бровок и гордая осанка, в голове дурманом стоял сладковатый запах ее духов, но по-настоящему он не мог оторвать взгляд от губ. Он чувствовал острую необходимость поцеловать ее, с согласия или без. Что и сделал, страстно, властно, обняв ее поперек спины, поглаживая пальцами открытую линию позвоночника. – Драко, – тихо, почти задыхаясь позвала Эва, когда он уже переключился на шею и вовсю пытался справиться с маленькими пуговичками на платье. – Ты обещал балет, – уже более твердым голосом сказала девушка. Он слышал ее будто через пелену тумана, но все же поднял голову, чтобы посмотреть в возбужденные глаза, такие же, как у него. – Может, ну его к дьяволу, останемся здесь и отправимся сразу в постель? – с надеждой спросил Драко, тяжело дыша. – А как же твой друг? Который может знать что-то про оборотней? Вообще, Драко сильно сомневался, что Пьер сможет много рассказать, но в условиях, когда до предполагаемого ритуала оставалось две с половиной недели, а где искать оборотней было так и не ясно, любая информация о том, кто они, откуда пришли и делали ли что-нибудь во Франции, ценилась на вес золота. – Да… Да, – Драко отпустил девушку и трижды проклял свое благоразумие. *** – Mademoiselle est si belle! Во французском я ноль, зато испанский немного изучала, потому «belle» легко преобразуется в «bella», она же – красавица, с мадемуазель тоже все понятно, да и глаголы типа «быть» угадываются легко. Повернувшись на восклицание, я вижу высокого темнокожего француза, улыбающегося мне во все тридцать два зуба. – Belle, – повторяет он. – Простите, я не говорю по-французски, – смущенно сообщаю я. – О! Ви р’усская! – вдруг восклицает он по-русски с жутчайшим французским акцентом. – И она занята, Пьер, – твердо заявляет Драко, подошедший сзади. – Др’акон! Mon ami! – Пьер сердечно обнимает моего Принца, чуть не выбив бокалы с шампанским у него из рук. – Какими судьбами? Уж тебя-то не ожидаль здесь увидеть! Ведь у тебя сегодня день р’ождения? Пр’азднуешь в Пар’иже? – Да, – отвечает Драко совсем сухо. – А пр’едставишь меня своей очар’овательной спутнице? – Пьер аккуратно берет мою руку и невесомо касается ее губами. – Пьер, Эва. Эва, Пьер, – мой Принц грубо вырывает мою руку из ладони Пьера и всучает мне бокал с шампанским. – Пьер имеет некоторые академические интересы относительно оборотней и сотрудничает с французским Мракоборческим отделом, консультируя их по поводу всякой нечисти. – А чем же занимается Ева? – Пьер смотри на меня со смущающим интересом. – Она работает со мной, – Драко слишком сильно упирает на последнее слово. – Значит, ми коллеги в некотор’ой степени. – В очень маленькой степени, – мой Принц кладет руку на мою талию, придвигая меня ближе, будто ребенок, охраняющий любимую игрушку от других детей. – Дольжен сказать тебе, Ева, ти безумьно кр’асива, – игнорируя его, говорит Пьер по-русски, снова обаятельно улыбаясь. – Мерси, – я краснею прямо в тон своему платью и гордо распрямляю плечи. – Мы, вообще-то, надеялись встретить тебя здесь. Ты, наверное, слышал о проблемах с оборотнями в Англии? – О, да! Ужасно! Я могу помочь вам чем-то? – из обалдуя-соблазнителя Пьер в секунду превращается в серьезного человека. – В Англии довольно строгая политика относительно регистрации оборотней, и мы, естественно, проверили всех волков, зарегистрированных в Британии, только ни один из них непричастен. Вот мы и подумали, что они, наверное, пришли с континента. У вас тут… не было оборотней? – Ну… это било еще в конце декабр’я того года… но, в общем-то, думаю, это они и есть. Они пр’ишли с востока, огр’омная стая, мне таких кр’упных объединений не встр’ечалось еще. Впр’очем, до Пар’ижа они так и не добр’ались. Может, не смогли, но скор’ее, не захотели. Они и во Фр’анции то пр’обыли всего ничего – несколько дней, напали на фер’му на север’е, пор’езали овец, пастуха… загр’ызли и исчезли. Мы ждали новостей из Испании, но тишина. Потом услышали о том, что пр’оисходит в Англии. – Не густо… – прикусив губу, Драко усиленно размышляет. – Ты сказал, что они убили пастуха? – Да, загр’ызли насмер’ть. Может, хотели только укусить, но не сдер’жались. Я слишаль, что до этого стаю видели в Гер’мании и Польше. Но и там нападения были только р’ади еды. Они… шли куда-то. Но только в тольк не возьму, что им понадобилось в Англии? – Это секретная информация, – быстро говорит Драко, пока я не успела раскрыть рот. – Мы тут еще одним вопросом озадачены. Как найти волчью лежку? – Как найти вольчью, тебе любой дер’евенский мальчишка подскажет! – усмехается Пьер. – Как найти лежку обор’отней – вопр’ос нер’ешаемый пр’актически. Обор’отни что люди – пр’ятаться от вр’агов умеют, на какой-то опр’еделенный лес в пляне еди не полягаются. Хотя без «чуда», – мужчина осторожно оглядывается по сторонам, убеждаясь, что магглы ничего не поняли, – им тяжелё пр’иходится. Звенит первый звонок, и Драко готов воспользоваться им, чтобы уйти, ибо вся полезная информация вытянута. – Что ж, спасибо, Пьер, – он жмет французу руку, а по лицу моего Принца понятно, что мысли его совершенно заняты тем фактом, что у наших оборотней есть «чудо», и это осложняет задачу. – Обр’ащайтесь, – улыбается мужчина. – Думаю, мы еще поговор’им об этом на твоей свадьбе, Др’акон. Лицо у Драко бледнеет, как полотно, да и мое, уверена, не лучше. – А ти слишком кр’асива, чтоби р’азвлекать такого, как он, – добавляет Пьер, снова касаясь губами тыльной стороны моей ладони. – À bientôt!! – Пойдем в зал, – угрюмо говорит Драко, со стуком ставя нетронутый бокал на маленький круглый столик. *** Малфой отправил Эву в ложу, чтобы она, не дай Мерлин, снова не пересеклась с этим соплохвостовым Казановой, а сам пошел в уборную умыться холодной водой, потому что лицо горело от негодования. – О, Др’акон, мы сегодня пр’осто р’асстаться не можем! – Пьер со своей вечной улыбкой вышел из кабинки. – Здравствуй еще раз, – Драко ополоснулся водой. – Ждю не дождюсь твоей свадьби. Очевидно, не с этой миловидной славянкой. – Откуда тебе знать? – А откуда я знаю пр’о свадьбу? Я полючил пр’иглашение, Др’акон. Видимо, р’ассылкой занялись твои р’одители. Последний загуль пер’ед женитьбой? Драко молчал, отчаянно пытаясь найти какие-нибудь едкие, саркастичные фразы. – Др’акон… я столько р’аз показиваль тебе, каких девушек использовать для загулев. Она слишком… нежная. Конечно, пр’иятно р’азвр’атить невинность, но всему есть пр’едель. У нее ведь на лице написаны далеко не двадцать лет счастливой жизни. Оставь ее, не мучай девочку. – Ты? Учишь меня? – усмехнулся Малфой. – Оставить? Тебе что ли? Пошел ты, Пьер. Можешь перетрахать хоть всех европейских шлюх и девственниц, но ее… к ней тебе в жизни пальцем не прикоснуться, не дорос еще до такого, – Драко гордо направился к выходу, удовлетворенный тем, как поставил Пьера на место. – Не бойся, Др’акон, – спокойно сказал тот вслед, – когда она будет р’идать на твоей свадьбе, мы еще посмотр’им. Малфой слишком громко хлопнул дверью. *** После жаркого дня теплый вечерний воздух приятно окутывает тело. А если бы не мрачное настроение Драко, все было бы совсем прекрасно. – Тебе понравился балет? – я пытаюсь разрядить напряженную обстановку между нами совершенно глупым вопросом. – Нормально, я его уже видел, – Драко медленно направляется в сторону отеля. – А я вот нет. Это была труппа Мариинского театра. Один из самых больших и известных театров в России. Он ведет свою историю еще с конца восемнадцатого века. Я хоть и живу под Питером с тех самых пор, как в школу пошла, но там бывала всего пару раз. Конечно, Опера Гарнье шикарнее, и внутри, и снаружи, но в Мариинке… Ой! – я врезаюсь в спину внезапно остановившегося Драко. – Что он тебе сказал? – резко спрашивает он. – Прости? – Пьер. По-русски. Он выучил русский, потому что ему нравятся славянские девушки, он их соблазняет так. Поэтому мой вопрос: что он тебе сказал? Драко тяжело дышит, его губы сжаты в тонкую линию, глаза просто безумные. Я хочу взять его за руку, но кулаки мне позволяют мне этого. – Он сказал, что я красивая, – спокойно отвечаю я, чтобы не злить его еще больше. – И все?! – возмущается мой Принц. – Он просто сказал, что ты красивая, и ты вся распушила хвост, как самка павлина в брачный сезон?! – он довольно точно (что уж тут говорить) пародирует мои расправленные плечики. – Во-первых, – не сдержавшись, я толкаю его в грудь, – шикарный хвост есть только у павлинов-самцов. Во-вторых! Ну а что такого? Он сказал, что я красивая, и, веришь или нет, девушкам приятно слышать такое. Ты ни разу мне не говорил! – Говорил! – Неправда! Даже сегодня. Цитирую: может, останемся здесь и отправимся в кровать? Что, видимо, подразумевает твое желание переспать со мной. Еще одна цитатка, пару месяцев назад на этом пошлейшем аукционе грязнокровок: у тебя классные сиськи. Очень изысканные комплименты! Но ты ни разу, ни разу, Драко, не сказал, что я красивая. – Так важно, чтобы я это говорил?! – О, Мерлин! Драко! Ты, очевидно, никогда не был вовлечен в… «коммуникации» с женщинами! Конечно, я хочу это услышать! – Ты красивая! Не в том, обычном понимании. Астория красива, и я могу найти таких еще сто штук, стоит только прошвырнуться по барам. Но… я никогда не встречал такой красоты, как у тебя. Я смотрю на тебя, и вот передо мной умная, серьезная, спокойная девушка. Но раз! Ты поднимаешь глаза, и у меня мурашки по коже бегут, и я забываю все слова, которые для тебя придумывал! Так нормально? – Драко заканчивает монолог на все тех же повышенных тонах. Щеки его горят, руки мелко дрожат. – Идеально, – хриплым шепотом отвечаю я. – Здорово, – бурчит он и грубо сжимает мою ладонь. Мы медленно бредем по узким Парижским улочкам, сцепив руки, переплетя пальцы. На мне накинут его пиджак, не потому что холодно, просто так я могу лучше чувствовать его запах, заставляющий мозг сходить с ума от пьянящего головокружения. – Может, хочешь выпить чего-нибудь? Вина? – нарушая тишину, вдруг спрашивает Драко, остановившись у ресторана. – Пойдем лучше в отель, – как-то неосознанно отвечаю я и только по его слегка удивленному «О… ладно» понимаю, что сказала. Снова молчание прерывается только нашими неспокойными вдохами и выдохами. Значит… сегодня это и произойдет… В отеле я сразу скидываю каблуки, от которых уже дико болят ноги, и, отпустив руку Драко, инстинктивно пытаюсь удалиться от него на максимальное расстояние. Он все чувствует, знает, что я напугана. Не зажигает свет и не приближается ко мне, словно дает время обвыкнуться с мыслью. Приподняв шлейф, я только со второго раза справляюсь с нетривиальной задачей залезания на кровать. Дрожа и сжимая тонкую ткань платья, стою и смотрю на Драко, который, засунув руки в карманы, сначала стягивает туфли, а затем осторожными вальяжными шагами подходит к постели. Будто я лань, которую боится спугнуть хитрый охотник, а его искренний взгляд снизу вверх заставляет мое тело трястись еще сильнее. – Я не принуждаю тебя, – тихо говорит он, не делая попыток прикоснуться ко мне. Несмотря на темноту ночи, нарушаемую только отсветами фонарей из окна, мне видно, как быстро опускается и вздымается его грудь, а глаза сверкают жадным блеском. Невольно, я усмехаюсь. – Привез в Париж, купил роскошное платье, повел на балет… Какая девушка устоит? – я нервно сглатываю чуть ли не после каждого слова, но все же нахожу в себе силы и кладу руки ему на плечи. На его губах появляется та самая сдерживаемая гаденькая улыбочка, и, толкнувшись от пола, он встает на кровать подле меня. Я шумно выдыхаю, и сердце срывается в галоп. Не торопясь, Драко снимает с моих дрожащих плеч пиджак и бросает его рядом с постелью. Мой Принц медленно обходит кругом, сминая простыни, и прижимается сзади. Еще один судорожный выдох, сопровождаемый невнятными звуками, срывается с моих губ, когда Драко начинает целовать шею. – Тшшш… – шепчет он на ухо и успокаивающе гладит ладони. Разворачивает меня к себе. – Я хочу, чтобы ты была со мной, как не была ни с кем другим, – представляю, как тяжело ему далась эта короткая фраза. Драко убирает прядь с моего лица и нежно проводит по щеке костяшкой пальца, будто стирает невидимую слезу. Ни с кем другим значит с Ваней. Англичанин-аристократ ревнует к моему прошлому. К фотографии, подвеске и кольцу, которые привязывают меня неразрывной нитью к дому за тысячи километров отсюда. Руками обвиваю его шею и доверчиво смотрю в глаза. Это предел, и, если сегодня утром я еще могла развернуться, то теперь путь назад отрезан. Но… кто против? Семнадцатилетняя девочка во мне уже давно готова, с тех самых пор, как собиралась идти под венец и произносить клятву вечной любви. И теперь я помню Ваню и никогда не прощу себе его смерти, но Драко… заставил меня перевернуть страницу и начать писать новую главу… Он целует меня и пытается справиться с многочисленными декоративными пуговками на спине. – Молния сбоку, – не сдержав короткий смешок, подсказываю я. Пробормотав что-то типа «Соплохвостовы женские примочки», Драко быстро справляется с замком, и платье составляет компанию пиджаку. Выдернув гребень, мой Принц встряхивает длинные волосы. Несмело я расстегиваю пуговицы на его рубашке, обнажая торс. Пальцы скользят от шеи к животу, ощущая, как мышцы перекатываются под кожей. Откинув рубашку, я чуть давлю на плечи волшебника, заставляя его опуститься на кровать. Стоя на коленях, в то время как он уже сидит, я оказываюсь чуть выше него и могу растягивать удовольствие, медленно проводя по его щеке тыльной стороной ладони, теребя пряди платиновых волос, едва касаясь губ. Драко напряженно притягивает меня к себе, крепко сжимая бедра, ведя глубокую линию по позвоночнику. Он находит застежку бюстгальтера и легко справляется с ней одной рукой. Мой простенький белый лифчик в черный горошек летит в общую кучу одежды у кровати. Руки Драко сразу находят, чем заняться, и сжимают грудь. Когда пальцы начинают перекатывать соски, я невольно коротко вскрикиваю, и он сразу бросает это занятие, продолжая нежно и медленно поглаживать тяжелые полушария, будто отслеживает мою реакцию. И все же, терпением мой сероглазый Принц не отличается, поэтому он падает на спину, утягивая меня за собой. Быть снизу ему тоже явно непривычно, и мы перекатываемся по кровати, оказываясь на самом краю. Драко отрывается от меня, чтобы взглянуть в испуганные, окончательно потемневшие глаза с расширенными от возбуждения зрачками. Он нервно сглатывает, облизывает сухие губы и снова приникает ко мне, целует скулы, несильно дергает за мочку уха, оставляет влажную дорожку на шее. Торопливо, почти уже не сдерживаясь, Драко опускается все ниже, касаясь каждого участка кожи, словно пытаясь запомнить мой вкус и запах. Языком он теребит затвердевший сосок, отчего я стону в голос и выгибаюсь под Принцем, сводя ноги, не в силах сдержать пульсирующее желание. Своими потрясающими длинными пальцами он проводит тонкие линии по моим ребрам и талии, чуть приспустив трусики, целует тазовые косточки, а потом поднимает глаза на меня, словно ждет разрешения. Я сглатываю и неуверенно киваю, закусывая нижнюю губу. Его руки дрожат, когда Драко стягивает с меня последнее, что хоть как-то прикрывало наготу. Все еще боясь открыться, я резко сажусь в кровати, инстинктивно сводя руки на груди и сгибая колени. Скрыв легкое раздражение за улыбкой, он гладит меня по щеке и убирает за ухо упавшие на лицо волосы. Я чуть приподнимаюсь и все так же несмело тянусь к его брюкам. Нетвердыми руками долго борюсь с дракловой пуговицей. Сверху доносится приглушенный смешок. Подняв голову, я нахожу его довольное до ужаса лицо. Справиться с пуговицей он может и помочь, но моя неумелость значит, что опыта у меня в этом нет (что его, кажется, даже радует). Впрочем, эту битву сложно проиграть. Намного тяжелее заставить себя стянуть с него одежду, и мне хватает выдержки только на то, чтобы приспустить брюки. Бедняга! Как ему, наверное, неудобно в боксерах! Не знаю, почему, но первое, что приходит в голову – гора Рашмор. От этой глупой мысли с губ сразу слетает ехидный смешок, которому Драко, очевидно, не очень радуется. Злобно сузив глаза, резким движением он стягивает с себя остатки одежды и грубо укладывает меня на лопатки. Я испуганно выдыхаю и подбираюсь всем телом. Еще пару секунд он напряженно глядит в мои глаза, измеряя степень испуга и убеждаясь, что уже победил. А потом… целует. Бережно, осторожно, пока его рука пробирается ниже и начинает гладить набухший клитор. Вверх-вниз, как на американских горках, его пальцы скользят по влажной поверхности, каждый раз заходя чуть дальше и глубже. Немного помедлив, Драко неспешно проникает внутрь, и я, выгнувшись дугой, инстинктивно сжимаю мышцы. Один палец – это не больно, просто непривычно ощущать в себе что-то чужеродное. Мой Принц осторожно двигает им и смотрит на мое раскрасневшееся лицо, ловя несдержанные вздохи. Снова нервно сглатываю и свожу ноги, как бы намекая, что прелюдия окончена и я готова. Он вынимает палец, и я чувствую его внизу. – Расслабься, – тихо просит Драко, проводя рукой по щеке, пытаясь унять мою дрожь. Легко сказать! Тысячи мыслей крутятся в голове: мне будет больно? Конечно, будет, без сомнений. Ты будешь осторожен? Только попробуй не быть, иначе я… А что я сделаю? Ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО… – Мне страшно… – невольно срывается с губ, и лицо тут же загорается с новой силой, потому что я понимаю, как по-детски глупо это прозвучало. Он молча целует меня, снова заставляя вспоминать тайный, такой неоднозначный язык прикосновений. Пытается войти одним резким толчком, но я сразу сжимаюсь, как пружина. – Расслабься, – просит он, и шепот его больше похож на раздраженное змеиное шипение. Мне хочется бросить что-нибудь очень едкое и ехидное, типа «Попробуй засунуть огурец себе в задницу и расслабиться!». На счастье моего Принца даже на столь короткий сарказм я в этот момент не способна. Закрыв глаза и вцепившись в его плечи будто в последний в жизни шанс, я послушно расслабляю мышцы. Еще один резкий толчок, короткий вскрик в его губы, и Драко во мне. Он не двигается, а терпеливо ждет, пока я прекращу болезненные попытки вытолкнуть его из себя. Целует, отвлекает. И вдруг я понимаю, что падаю. Будто прыгнула из космоса на Землю, ее гравитация не должна чувствоваться, но я все равно лечу мимо звезд и солнечных систем в одну точку – маленький отельчик в центре Парижа. *** Драко не смог бы остановиться, даже если бы очень сильно захотел. Она рвано дышала под ним, царапала ногтями его плечи и иногда болезненно вскрикивала, но потом протяжно глубоко стонала, и он знал – все в порядке. А еще знал что больше не может сдерживаться. Голова закружилась, и он потерял контроль, резко прижавшись к ней последние несколько раз. Перед глазами стояли белые пятна, тело говорило, что сил нет уже ни на что, но глупое бившееся внутри ощущение счастья твердило, что он сможет перевернуть землю и без точки опоры. – Драко… – тихо позвала Эва через непонятное количество минут, – ты… вроде как немного тяжелый для меня. Он наконец смог посмотреть ей в глаза не так, будто был пьян, и обнаружил, что действительно просто свалился на девушку. Малфой откинулся на спину и долго тупо глядел в потолок, восстанавливая дыхание, не зная, что сказать, да и не желая разговаривать. Эва тоже молчала, натянув одеяло по самый подбородок. – Ты… ты в порядке? – Драко повернулся на бок, чтобы встретить ее озадаченный взгляд. – Да… дааа… думаю, да, – она смущенно улыбнулась. – Ну, тебе… понравилось? – Малфой впервые задавал девушке такой вопрос, и более того, его впервые действительно интересовал ответ. – Это было… неплохо. – Неплохо?! – Мерлинова борода, Драко! Это был мой первый раз, что ты хочешь услышать? Ооо, это были лучшие десять минут в моей жизни? – Пятнадцать! И да, так звучит намного лучше. – Ты такой… – Эва покачала головой, но, видимо, не решилась произносить реальную мысль, чтобы еще больше его не обидеть, – ребенок. И для такого вот ребенка у меня есть подарок. – У тебя есть подарок? – оживился Драко, думавший, что получил на сегодня уже все приятности. – У тебя день рождения, у меня подарок, – Эва обернулась одеялом, слезла с кровати и, подойдя к шкафу, достала из своей сумки наспех завернутый в подарочную упаковку кулек. – Вот, – она протянула его Драко. Быстро и жадно он сорвал и откинул обертку. – Не может… – Малфой крутил книгу, осматривая со всех сторон, будто боялся, что это только морок. – «Секреты приготовления редчайших зелий». Даже у крестного ее не было! Где ты ее взяла? – Ну, так… – девушка отвела глаза и покраснела. Наставник уже давно предлагал ей отдать книгу в качестве «взятки», но теперь Эва дарила старинный фолиант по собственной воле, потому что хотела, чтобы он был у Драко. – У меня тоже для тебя подарок есть, – ухмыльнулся он, прошел к своей сумке, не удосужившись хоть немного прикрыться, и достал оттуда сверток в дорогой подарочной бумаге с изящной бархатной лентой. – А я думала, поездка в Париж – мой подарок. – Я привез тебя сюда, чтобы заняться сексом, – бросил Драко с единственной целью – наблюдать возмущенное выражение на лице девушки. – Так что это скорее мой подарок. Открывай! – он положил перед Эвой коробку. Сначала девушка пыталась развернуть ее аккуратно, но плотная бумага плохо поддавалась, и кончилось тем, что они вместе с Драко сорвали упаковку. Уже предвкушая, что найдет внутри, Эва открыла большую бархатную коробку и восхищенно ахнула. *** На подушечке изумрудного цвета передо мной лежит потрясающий набор украшений из серебра и жемчуга. – Драко… – Это моей прабабки по маминой линии. У нас немного сохранилось украшений, но вот это мне подарила моя тетя, Андромеда. Точнее, не мне, она передала его маме, чтобы та отдала своей дочери или сыну. Ну… еще до того, как она вышла замуж за маггла. – Драко… он безумно красивый, но… я не могу его принять. – Что? – Он… он слишком дорогой, и в смысле денег, и в смысле того, что значит для твоей семьи! – Слишком дорогой?! Да ты вообще в курсе тогда, сколько стоит книга, что ты мне подарила? Видимо, нет, раз говоришь такое. Это подарок! Точка! Он выхватывает кольцо из набора, берет мою левую руку, смотрит на нее с пару секунд, потом передумывает и берет правую. Кольцо скользит по коже и идеально подходит на безымянный палец… Да что он творит?! Неужели, не понимает, как много для меня это значит! Или… понимает? – Вот. Неплохо смотрится. И вправду… – У меня еще кое-что есть, – из сумки появляется несколько свитков. – Пришлось порыться, чтобы их отыскать, но все же у меня получилось. Я разворачиваю плотный пергамент, и взгляд выхватывает из длинных рассуждений отдельные слова: оборотень, лекарство… Внутри все переворачивается: вот она, цель всего моего путешествия. – Знаешь, это и вправду лучший день рождения в жизни, – Драко заставляет меня оторваться от изучения свитка, в котором я все равно половину не понимаю, и берет мою правую ладонь в свою руку. – Лучший… день в жизни, – признаю я.