Человеку нужен человек

На следующий день, после разговора с Эми, Канкуро решил-таки исполнить обещанное, а именно навестить дом семьи Кояма. Купив в местной кондитерской большой шоколадный торт, парень незамедлительно пошел по уже известной ему дороге. Было послеполуденное время, и солнце ещё не успело сбавить жару, поэтому кукловод решил ускориться из-за страха, что торт потеряет приличную форму. Взлетев по лестнице на крыльцо, Канкуро энергично постучал в дверь, заранее допустив на лицо широкую добродушную улыбку. Через несколько мгновений перед шиноби предстала юная жительница сего дома, а именно Эми. Она тут же улыбнулась неожиданному гостю в ответ. - Канкуро, вот так сюрприз! – удивленно воскликнула девочка, поправляя свой белый фартук, надетый поверх ее синего платья. - Здравствуй, Эми. А я решил к вам в гости заскочить, - на этих словах кукольник протянул собеседнице торт, который, на его счастье, выглядел ещё вполне нормальным. - Надеюсь, я не помешал? - О нет, госпожа дома и не занята ничем важным, - покачав головой, убедила его Эми, аккуратно принимая выпечку, - Заходи. Канкуро послушно прошел внутрь и последовал по уже знакомому маршруту, а именно в сторону кухни, без посещения которой не обошелся его прошлый визит. Моммо Кояма сидела за небольшим обеденным столом и производила какие-то подсчеты. Перед женщиной лежала открытая толстая тетрадь с какими-то записями и числами, а на носу располагались очки, обрамлявшие ее сосредоточенный взгляд. Услышав приближающиеся шаги, она подняла взгляд в сторону дверного проема и увидев, кто пришел, тут же изменилась в лице, превращаясь из угрюмой и серьезной хозяйки в счастливую и гостеприимную старушку. - Канкуро, рада видеть! – хозяйка дома сняла очки, прикрыла тетрадь и поднялась из-за стола. - Ты что, ещё и торт приволок? – убирая свои вещи на соседний шкаф, чуть недовольно цокнула женщина, когда увидела в руках преемницы сладость. - Вот делать тебе нечего! - Что вы, это ещё так, мелочь. За свитки, что вы вручили мне неделю назад, и за ту пользу, что они принесли, я придумаю что-нибудь получше в качестве благодарности. А это всего лишь гостинец к чаю, - отмахивался парень, подходя к столу. Вдова ещё раз цокнула губами, после чего вернулась на свое прежнее место. - Ставь чайник, Эми, - торжественно скомандовала Моммо, - а ты садись, дружок, сейчас нам все подробненько расскажешь.

***

Гаара разглядывал очередной документ, не несущий никакой важной информации, а скорее представлявший собой формальность. И таких тут было довольно много. Как бы это было не прискорбно, но все дела государства всегда закреплялись официально в виде вот таких вот многочисленных бумажек, каждую из которых относили на подпись главе деревне. С секунду подумав, Гаара отложил документ в стопку «второсортной документации», подписание которых не требовало поспешности в выполнении, и принялся за следующие. Он сортировал их для того, чтобы сенсею потом было легче подписывать все это. Его ужасно раздражал тот факт, что уже более месяца он не ходил на полноценные миссии, потому что теперь, входя в состав Совета, Сабаку но почти все время посвящал разборке всей информационной базы Суны. А причиной тому была халатность большинства представителей этого органа, которые не считали нужным выполнять свои обязанности в нужной мере. Поэтому сказать, что информационная база данных была в состоянии хаоса, это все равно, что ничего не сказать. А учитывая, что никто из Совета не считал должным заняться этим, Гааре пришлось взвалить эту работу на себя. Как бы Баки не старался привести все в порядок сам, в одиночку ему это было сделать трудно, и именно поэтому он попросил помощи у своего верного ученика. Вот почему Гаара посвящал все свободное время бумажным делам, пренебрегая своим долгом шиноби. Часто юноша ловил себя на мысли, что если бы он стал следующим Казекаге, то непременно бы принял соответствующие меры для «фильтрации» уже столь зараженного ленью Совета. А что-то в глубине души ему подсказывало, что все то, чем он сейчас занимается, сможет однажды принести ему хорошие плоды. Ведь вся бумажная работа лежала на сильных плечах главы Сунагакуре, а если он уже сейчас разберется что к чему, то в будущем выполнять обязанности Казекаге будет куда проще. Правда в такие моменты в памяти юноши всплывали слова Ямамото Кэтсуми и поток мыслей жесточайшим образом прерывался, утекая в никуда. Гаара не собирался себя тешить пустыми надеждами на столь заветное будущее, по крайней мере уж точно не сейчас. Единственное, что твердо решил для себя Джинчурики Однохвостого, так это то, что не зависимо от того, получит он заветную должность или нет, он все равно будет отдавать всего себя без остатка ради благополучия Суны.

***

- Значит, вы не просто мирный житель, так ещё и родом не из Суны? – продолжая ковыряться ложкой в куске торта, с интересом спросил Канкуро. Прошло около часа с прихода парня, и сейчас все трое сидели за столом, заканчивали пить чай, но не собирались прерывать бурную беседу. Сначала Канкуро счёл нужным рассказать немного о себе: своей карьере, жизни, прошлом, кроме, конечно, ситуации с младшим братом. Все жители деревни и без него знают ее не понаслышке, поэтому он не видел нужды как-то оговаривать столь больную тему, особенно сейчас, когда за столом царила такая веселая и дружелюбная атмосфера. После же тема разговора переключилась на вдову. Кукольник ещё из ее первых предложений сделал вывод о том, что она не является коренной жительницей Суны, и именно это спросил в ранее заданном вопросе. - Ты прав, не из Суны, - Кояма говорила размеренно, с неким умиротворением, с каким люди в возрасте вспоминают свои былые деньки. - Я родилась в стране Рек, в маленькой деревне, что даже не имеет определенного названия. Кояма чуть усмехнулась, сделав очередной глоток чая. Эми с милой улыбкой смотрела, как меняется лицо ее покровительницы. Казалось, женщина вспоминает что-то очень приятное, то, что приносит ей радость. - А в Суну меня привез мой муж, - продолжила Моммо, отставив пустую чашку в сторону, - Мы познакомились, когда мне было около двадцати лет. Он выполнял какую-то миссию как раз в моей деревне, а учитывая, что она малоизвестная и ее редко посещают, там даже гостиницы не было. Наша семья согласилась предоставить ему временное жилье. Тогда все и завертелось… По истечению месяца, когда мой будущий муж закончил выполнение своей миссии, мы знали, что уже сильно полюбили друг друга и не сможем жить по отдельности. Он сделал мне предложение, и, получив мое согласие, увез в Суну. Кояма остановилась, чтобы перевести дыхание. Она заметила, что и ее преемница, и кукловод внимательно и с интересом слушают повествование, поэтому ей ничего не осталось, как продолжить. - Сейчас об этом легко говорить, а ведь на деле все обстояло куда сложнее. Сколько документов, справок, разрешений мы собирали для того, чтобы я стала жителем страны Ветра. Но мы все преодолели. Я даже смирилась с столь непривычным для меня климатом, хотя сейчас уже наверно настолько полюбила его, что не смогла бы уехать отсюда. Эми, увлеченная рассказом, только сейчас заметила, что чашка вдовы пустует. Девочка судорожно схватила ее, заодно и прихватив не менее пустую чашу Канкуро, и подошла к плите, заливая сосуды кипятком. - Это невероятно,- медленно и задумчиво проговорил парень, изучая взглядом женщину, что с каждым мгновением открывалась для него с новых сторон. Теперь шиноби знал, что Моммо Кояма определенно ему нравится как человек. Но его мучил ещё один вопрос, который он оставил на последок, ведь после того, как Канкуро его задаст, вся идиллия их общения может быть нарушена. - Кстати, хотел спросить. Простите, если я слишком любопытен, но как погиб ваш муж? – очень аккуратно и с нужной интонацией преподнес юноша свой вопрос Кояма. Эми грустно вздохнула, предвещая, как печаль и тоска завладеют Моммо. Женщина не ожидала такого вопроса, поэтому сначала чуть повела плечами, а улыбка перестала излучать жизнерадостность, сменяясь более минорными тонами. Но после она постаралась изобразить гордость и спокойствие на своем лице. - Мой муж погиб смертью героя и истинного патриота своей страны, защищая ее от врагов при обороне границ! - фраза была пропитана стойкостью, уверенностью и безмерной любовью. Вдова говорила это от чистого сердца. Далее повисло недолгое молчание. Эми, уже вернувшаяся к столу с новой порцией чая, с долей сожаления смотрела куда-то в сторону. Канкуро, пожалевший о сказанном, уже хотел принести свои извинения, но Кояма опередила его. - Не беспокойся, твой вопрос нисколько не расстроил меня. Наоборот, мне приятно, когда кто-то интересуется таким прекрасным и сильным человеком, как господин Кояма, - женщина взяла чашку с чаем, любовно заваренным ее девочкой, и сделал глоток, увлажняя пересохшее от волнения горло. - Одного только жаль, - тихо и скорее самой себе прошептала вдова, - что не послала судьба нам детей. Канкуро и Эми грустно переглянулись, и шиноби уже хотел что-то сказать, но его оборвал звонок в дверь. Все трое немного растерянно оглянулись в сторону коридора, откуда раздавался звук. Эми, наспех вытерев руки полотенцем, удалилась в темь коридора, чтобы открыть дверь нежданному гостю. Канкуро, ещё с секунду смотревший вслед девочке, вопросительно посмотрел на женщину. - Странно, я никого сегодня не ждала, - словно отвечая на немой вопрос кукольника, пожала плечами дама. В это время послышались тихие голоса из дальней части дома, после сменившиеся на приближающиеся шаги. Первой, выходя на свет, в кухню прошла Эми. Было видно, что девочка обеспокоена и крайне растеряна. - Госпожа, к вам… - но она не договорила, так как в этом момент в комнату зашел тот, кто следовал за «служанкой». От одного взгляда на этого человека вдова побледнела, подскочив со своего места. Она, охваченная шоком, не могла вымолвить не слово, а Канкуро только и успел подумать, что, кажется, их милому вечеру пришел конец.