Когда сны становятся явью

Укрытие представляло собой что-то вроде сарая. Плюс его состоял в том, что задней стенкой служила отвесная гранитная скала с небольшой нишей у самого подножия, а минус… …Ветхие и гнилые доски кровли с оглушительным треском рассыпались в труху, едва Алина оказалась внутри строения. Звук, который с высоты слышался как клекот, сейчас напоминал «смех» гиены. Собственно, существо и напоминало бы крылатую гиену, если бы не было таким крупным. При этом оно было достаточно ловким и чересчур уж настырным, если преследовало Тихоню до самого входа, вид сверху на который был скрыт деревьями. Вот только напасть решило только тогда, когда женщина оказалась внутри. Очевидно, чтобы избежать опасной для себя растительности. Тварь продолжала крушить крышу… События ночного кошмара продолжали преследовать Алину даже по дороге в Управление. По идее, женщина должна была лететь туда, как на крыльях, ведь это был первый день её официального возвращения на службу. Пусть пока в должности эксперта, но это уже хоть что-то. А тут эти сны, которые неотступно преследуют уже больше недели. «Прознают особисты — и жди отправки на психиатрическую экспертизу…» — невесело усмехнулась Тихоня, ступая на пешеходную часть первого пролёта Литейного моста, с Выборгской стороны. Своей привычке ходить пешком, когда это было возможно, женщина не изменяла. На обгоняющих её прохожих, так же как и на то и дело срывающиеся с пасмурного неба мелкие капли Алина не обращала внимания. В голове была дикая мешанина из мыслей и образов, в основном, связанных со снами… Жуткие кривые когти едва не задели плечо, и Тихоня упала на земляной пол. «Хохот » чудовища стал злораднее: ещё пара рывков — и крыши у сарая не будет. Укрытие превратится в открытое место — излюбленное место охоты этой зверушки. Нырнуть в нишу? Нет, не успеет. Женщина перекатилась на спину и выставила перед собой оружие, которое сама в данном случае считала смешным и ненадёжным… По поводу снов мелькали мысли обратиться за помощью к Алексу или его братьям — в конце концов, они должны были быть более сведущими в подобных тонких материях, чем самый лучший психиатр. К тому же, в том, что она не сходит с ума, Тихоня была абсолютно уверена. Странные сновидения были не просто яркими и реалистичными. При всей фантастической подоплёке сны переплетались между собой, подчиняясь некой внутренней логике, которую невозможно было не ощутить. Что-либо сформулировать без длительного анализа было сложно, но, казалось, — протяни руку, и тонкая грань меж мирами лопнет… Обратиться к Найтрейнам мешали многие соображения. Самым тревожным и значимым было то, что Алина слышала от мужа. Сначала, можно сказать, краем уха, а потом буквально вытрясла из Володи. С Алексом происходило что-то очень нехорошее, что-то, что грозило ему даже гибелью. Честно говоря, женщина плохо поняла, да и муж не знал толком… И трубку этот крылатый засранец не брал, и звонки упорно сбрасывал… Игоря, и, тем более, Олега, Тихоне тревожить хотелось ещё меньше. Не говоря уже о четвёртом близнеце… Погружённая в тот хаос, что творился сейчас у неё в голове, редко поднимающая взгляд Алина не заметила, как пересекла половину моста. И поэтому едва не столкнулась с двумя мужчинами, что стояли у парапета точно на середине. Ян сделал шаг назад, уступая дорогу той, кого он знал под именем Алина. Или Тихоня. Человек, когда-то появившийся в жизни его брата и сыгравший в ней далеко не последнюю роль, надо сказать. Особенно, в истории с потерей человеческой сущности. Черный вальтаар стоял, скрестив руки на груди, чуть позади своего брата. Одетый во все черное, похожий на телохранителя. А объект его охраны задумался, похоже, настолько глубоко, что не реагировал вообще ни на какие внешние раздражители. Только курил, одну сигарету за другой. Ян терпел, хотя больше всего на свете хотелось вырвать пачку из рук этого оболтуса и запустить далеко. И надолго. Пачку. Не брата. — Ну, раз так пристально смотришь в землю, значит, не споткнешься, — усмехнулся, глядя на Алину сверху вниз. Тихоня мотнула головой, и наваждение растаяло. Окружающий мир вдруг расцвёл перед глазами женщины всеми своими красками. Она вдруг увидела прохожих, разноцветные «спины» движущихся по мосту автомобилей. Обоняние вдруг уловило сырость Невы, а проходящее под мостом судно резануло слух гудком, таким громким, что заныли зубы. Ветер внезапно бросил в лицо Алины капли дождя, который всё никак не мог по-настоящему начаться. Наверняка ведь не в первый раз, потому что лицо было чуть влажным… А она только заметила. — Ян… — ей понадобилась пара секунд для того, чтобы понять, в которого из братьев она чуть было не врезалась. В сердце что-то неприятно кольнуло… наверное, потому, что отношение Чёрного вальтаара к людям и его манера поведения всегда задевали женщину. И тут она увидела Алекса, заросшего, какого-то потрёпанного, и, к тому же, с сигаретой. — Ну, здравствуйте, господа маги, — не скрывая досады, негромко проговорила Алина, проигнорировав шутку, от которой так и веяло прохладной иронией. Откровенно говоря, сигарета покоробила Тихоню гораздо больше. — Здравствуй, человек, — фыркнул в ответ Ян. Он сделал небольшой шаг в сторону, вставая вроде бы и между Алиной и братом, и чуть поодаль. Умный человек намек всегда поймет. Если он действительно умный. Алекс вздохнул и потер рукой лицо, затем повернулся, чтобы что-то сказать Яну. И вздрогнул, увидев Тихоню. Сильно вздрогнул, потому что даже не почувствовал ее приближение. Да и что таить, не слышал их с Яном своеобразное приветствие. Сигарета выпала из пальцев и упала на мостовую, обиженно зашипев в маленькой лужице под ногами. — Привет… «Ну-ну» — колючий ёжик, который периодически просыпался в Алине, не мог не заметить движение Яна. Что-то в этом движении было от… «Тебе бы гарнитуру в ухо, дружок…» — внутренне усмехнулась Тихоня и остановилась, даже не пытаясь приблизиться к «охраняемому лицу». «Плюшевый мишка», как однажды пошутил Игорь, был в своём репертуаре. Он будет мрачно ворчать на Алекса, всячески демонстрировать свою ненависть. Но, случись что, убьёт за брата любого. Не задумываясь, и без сожаления. — Привет, — женщина невольно, как зеркало, скопировала жест Яна. Скрестила на груди руки, «забросив» сумку подальше за плечо. — Я смотрю, ты охраной обзавёлся… — Это охрана мной обзавелась, — тихо сказал Алекс. Он слегка склонил голову и посмотрел на старую знакомую. Точнее, на хорошего друга. — Ты чего такая лохматая? — поинтересовался Белый вальтаар, вытаскивая из пачки новую сигарету и заталкивая ее за ухо. — Причем, как в плане волос, так и мыслей. «На себя посмотри!» — чуть было не ляпнула Тихоня, но вовремя прикусила язык. Алекс выглядел настолько измученным, что женщина вдруг разом вспомнила всё, что слышала от мужа о его состоянии. На Яна она уже не смотрела, разом забыв о надменном Чёрном вальтааре. На мгновение задержала взгляд на плавающем в луже окурке… На ум почему-то пришло дурацкое сравнение с дохлым карасём. Наверно, это был отголосок настроения, которое и уловил маг. — Не важно, — произнесла Алина вслух, пожав плечами. Перед глазами возникла морда крылатой гиены, но женщина отогнала подальше это видение. — Ты лучше скажи мне, чем я перед тобой провинилась? — Ты о чем? — не понял Алекс. Действительно не понял. — Я вроде тебе не делал никакого вреда. А в душе колыхнулся страх. И Ян это почувствовал и подошел ближе. После кратковременной смерти у Коллекционера у Алекса начались проблемы с контролем силы. Любая мало-мальски сильная эмоция могла вызвать 'всплеск'. Этого Чёрный вальтаар и опасался. Белый вальтаар боялся кому-либо навредить. — Алекс… — Тихоня с явным усилием постаралась придать интонации мягкость. Хотя мысли, как протуберанцы на поверхности взбесившейся звезды, устроили в мозгу настоящий хаос — это Найтрейн заметил верно. К тому же, невесть откуда вдруг пришло абсолютно нереальное ощущение того, что приближается гроза, и это ощущение заставило Алину зябко передёрнуть плечами. — Когда друг упорно сбрасывает мои звонки, а затем отключает телефон… я невольно начинаю думать, что в чём-то виновата. — А, ты об этом, — Найтрейн нахмурился, — просто люди, набирающие мой номер, постоянно попадают в моменты, или когда я занят на работе, или… — маг с виноватым видом почесал затылок. — кажется, Алексоустойчивые телефоны еще не изобрели. Последний я разбил вчера. Он не врал. Просто не договаривал. Например, по какой причине разбиваются все его телефоны. Алина только хмыкнула в ответ и прищурилась. В памяти вдруг промелькнуло то, что она слышала от Володи о той истории с Коллекционером… Крылатый сумасшедший снова это сделал. Использовал свою сущность, спас всех, а сам едва не… «А это, значит, последствия…» — подумала Тихоня, цепким взглядом окидывая мага. Бледный, потрёпанный, напоминает чуть ли не бродягу. И эти сигареты… Алина скрипнула зубами. Вспомнила, как он сам появился из ниоткуда едва ли не в новогоднюю ночь и принялся выгонять из неё депрессию… И эта манера отталкивать любую руку, что пытается протянуть ему помощь. Идиотская черта, доведённая до абсурда. Вдруг непреодолимо захотелось врезать хорошенько этому белокрылому засранцу. Захотелось настолько сильно, что невольно сжались кулаки. — Ясно, — проговорила женщина вслух, чувствуя, как внутри тугим горячим комком зарождается злость. — Проблемы с телефонами… Продолжать дальше разглагольствовать о том, что нормальные люди в таких случаях берут трубку и говорят нечто вроде «Я занят», Алина не стала, потому что знала, что это всё равно, что биться лбом о бетонную стену. Но… нервы Тихони, очевидно, действительно были на пределе, и… — Ты просто скажи мне, почему? — в голосе помимо воли проявилась горечь. — На кой-чёрт ты вот уже который раз упорно пытаешься покончить с собой? Ян понял, к чему ведет этот разговор, и посмотрел на брата. Быстрый взгляд сначала на Найтрейна, потом на Тихоню. — Алина, не надо. Прошу вас, нет нужды дальше продолжать этот разговор. Он положил руку Алексу на плечо, как бы предостерегая, и слегка сжал. Однако небо над тем местом, где они стояли, изрядно потемнело. — Я не пытаюсь покончить с собой, — ответил Волк, пытаясь говорить спокойно. — Я просто не могу ЭТО игнорировать. Женщина едва ли не с яростью оглянулась на Яна, подавив желание огрызнуться, как огрызаются взбешённые кошки. У неё мелькнула мысль о том, что Алекс, по сути, прав… Что по-другому он не может. Только вот Алина никогда не мирилась даже с ничтожной вероятностью потери тех, кто занимал хоть какое-то место в её сердце. Всегда ради этих немногих готова была броситься хоть в омут. Кто знает, возможно, это тоже была глупая черта… Человеческая черта. Тихоня вдруг вспомнила, как Найтрейн пытался стереть память ей и «тайфунам», даже не спросив, нужна ли им подобная «забота». И как после этого в баре пытался провозгласить себя абсолютным НЕчеловеком. Кто знает, возможно, память сыграла с Алиной злую шутку и вспоминать этого не следовало, потому что захлестнувшую женщину с головой едкую горечь можно было без труда ощутить на губах… — Ну да, конечно…- очень тихо произнесла она, опустив взгляд туда, где он пребывал всё это утро. — Нам же, идиотам, жалким людишкам, не понять… — Алина! — почти испуганно выкрикнул Ян, но было уже поздно. Алекс почувствовал, как горячая волна захлестнула его с головой. Словно цунами. С той же силой. С тем же намерением сломать и разорвать. — Да что ты знаешь о понимании?! Никто никогда не сможет почувствовать и понять то, что чувствуют вальтаары! Глаза мгновенно сменили цвет с зеленого на темно-серебряный, и в зрачках заплясал отблеск внутреннего пламени. Яркого и сильного. Ян почти молниеносно обошел брата сзади и обхватил его руками, обнимая и прижимая к себе. — Тихо, Алекс, спокойно. Успокойся. Как маленького перепуганного ребенка. Только мало кто знал, что у этого испуганного ребенка есть сила, вышедшая из-под контроля. Сила, способная стереть этот мир с лица Вселенной. Руки Волка засияли, объятые белым пламенем. Маг посмотрел на них, затем на Алину. Теперь страх был очень явным и четким. Сдавленный крик. Алекс откинул голову назад и уткнулся затылком в плечо брата. — Просил же… — выдавил из себя Чёрный вальтаар. Он ощущал ту волну, что рвется из Найтрейна. Ощущал, что она вот-вот накроет его, грозя переломать все кости. И… Такой выброс силы вальтаар может пережить, а вот человек — нет. Поэтому Ян переместился на несколько шагов вперед и закрыл собой Тихоню, прижав ее к себе резко и внезапно. И, вдобавок, прикрыв появившимися крыльями. За этим последовал резкий удар в спину. «Надеюсь, человек, ты стоишь того, чтобы я бросил брата и спасал тебя…»