Пташка

Всякая эмоция непроизвольна, если она искренна. — Марк Твен

      Разноцветные машины грозно рычали в пробках. Люди врезались друг в друга, спеша куда-то по тротуару. Вымолвив без всякого сожаления вездесущее «Простите», они снова пускались в бега, рассекая живые потоки вокруг. Лавочки близ дорог в будние дни пустовали, и лишь изредка можно было встретить одиноко лежащую сплетницу на краю обтесанной скамьи.       Клубы ядовитого дыма вырывались из выхлопных труб грозных автомобилей и поднимались в небо. В городе с чистым воздухом была напряженка, так что только на окраине можно было вдохнуть отчасти чистый глоток. Но люди не жаловались, ведь им было некогда роптать на воздух сильнее, чем на работу, семью и нехватку денег. Маленькая стрелка часов приближалась к пятерке. Заводной механизм тикал на руке девушки, изредка привлекая ее внимание.       Эрика оторвала взгляд от окна и невольно вздохнула, заметив пачку тетрадей и стопку книг. Но через долю секунды она улыбнулась и принялась за работу. Откуда у нее столько сил, никто не знал, да и этот вопрос никогда не затрагивал чью-либо голову. Девушка все же иногда поглядывала на ту сторону стекла, чтобы снять напряжение с глаз, наверное, по привычке.       Ветер волновал деревья, чьи ветви каждый раз стучали в окно, как незваные гости. Темные пряди челки свисали, маяча перед глазами, но как бы не старалась девушка убрать их, рано или поздно они все равно возвращались на прежнее место. Волосы с самого детства не слушались свою хозяйку, так что бороться с ними различными методами было бесполезно.       Как-то ей все же удалось ослабить проблему, но сожаления о содеянном не переставали терзать ее. Девушка смутно помнит, как некогда светло-русые локоны медленно падали на кафельный пол, а в ушах звучало щелканье ножниц. Теперь же, когда шевелюра ее потемнела, а завивающиеся кончики немного путались на плечах, горевать о потерянном пучке волос было глупо, но людям существенны глупости.       На пальцах правой руки были вмятины, ведь писала она много, так много, что на указательном образовалась шишка. Хотя можно еще долго говорить о девушке и о ее прошлом, но какой в этом толк, если мы пока не знаем, как связать некоторые факты, что даются в каждой главе. Решать вам: принять во внимание или же просто читать дальше, но не делайте поспешных выводов.       Если спросить одноклассников о ее характере, то многие бы пришли в замешательство, а другие бы отделались типичными прилагательными: тихая, трудолюбивая, или же молчаливая. И эти качества действительно подходят ей, но этого мало, чтобы достойно описать человека. Люди-то и знают о ней очень мало, потому что никто не проявляет интереса к познанию. Да и Эрике это не особо нужно, хотя именно так думают ее одноклассники, что не есть правда.       Довольно трудно мне, автору, описать нашу героиню как внешне, так и внутренне, чтобы вам, читателям, было легче представить; я задам лишь определенные рамки, чтобы уж поменьше ограничивать вашу фантазию. Так что решать снова вам, как она выглядит, но внутренний мир я беру на себя, а так же факты. Вам лишь придется основываться на деяниях героини и ее высказываниях. Что ж... Продолжим.       Маленькая стрелка ускользнула за число шесть, но с цифрами и буквами было покончено. Потягиваясь на носочках, Эрика довольно похлопала себя по оголившемуся животу, а потом широко зевнула. Алое солнце спешило коснуться горизонта, уступая права теням и ночи. Но разве мрак когда-то мешал людям? Желтые огни стали загораться в домах прошлого века. Свет лампочек пробивался через томные шторки окон. Кажется, что все живое спешит спрятаться в кирпичных коробках с наступлением темноты.       Курточка, безмятежно висящая на вешалке в углу комнаты, так и манила нашу героиню на улицу. В кармане звонко зазвенела мелочь, когда девушка одернула длинный рукав. Наушники, или же "шнуры", как их называла мать, свисали с воротника, цепляясь за пуговицы на груди. Ключи болтались в замочной скважине двери; осталось лишь повернуть их и спуститься по лестнице. Телефон торчал из переднего кармана синих джинсов.       И хотя темнота спускалась на город, народу от этого меньше не становилось; остановки были забиты уставшими и серьезными лицами. В мелькавших мимо автобусах уже горел свет, озаряя набитые битком салоны общественного транспорта. Эрика вливается в усталую толпу на остановке, ожидая любую более-менее пустую будку на колесах.       Смазанные фигурки проносились по ту сторону стекла. Изредка косясь на свое отражение, она водила пальцем по сенсорному экрану. Куда она едет? Ей все равно, ведь она делала это не в первый раз, сходя на конечной. Некогда раскаленный асфальт остывал под ногами Эрики. Завяжите ей глаза, и она дойдет до нужного места целой и невредимой, невзирая на любое время суток. А ослепляющий алый шар уже стремился нарушить тонкую грань земли и неба.Так кончается день в простом городке, в ничем не приметном городке где-то на западе Европы.       Огромные трибуны стадиона возвышались над крышами трехэтажных домиков, которыми усыпана окраина. Светодиодные прожектора подсвечивали комплекс изнутри. Юркие тени мелькали меж железными прутьями калитки. Коснувшись неуверенной рукой холодного металла, девушка потянула дверь на себя и протиснулась в щелку. Зрительские места пустовали, и лишь на другом конце поля виднелась небольшая толпа болельщиц, глазеющих на парней в яркой футбольной форме.       На самом же деле, комплекс не был таким большим: всего восемь тысяч мест для города, население которого давно перевалило за отметку "сто". Расположившись на ряду No 5, Эрика достала книгу в мягкой обложке и зашелестела страницами. «Странная», — скажете вы, и это правда. Но ей все равно, что вы думаете, потому что если в ее руках книга и она увлеченно читает, то девушка далеко не в нашем мире.       Эта команда занималась еще с лета того года, но состав иногда менялся, хотя Эрика даже не знала ни одного из них, но ей хорошо было известно, что игроков всегда тринадцать. Скорее всего, те ее даже не замечали, приходящую раз за разом на стадион.       Алые лучики догорали последние минуты, цепляясь за горизонт и заливая темнеющее небо багровыми красками. Время шло быстро, но на поле все еще резвилась команда футболистов, гоняющая мяч. Страниц в книжке становилось все меньше, а далекие огромные часы на городской площади пробили девять ударов. Один за другим прожектора стали выключаться по всему стадиону, оставляя бегающие силуэты в полумраке.       Обиженно поджав губы и еле ориентируясь в темноте, Эрика неуверенно зашагала по широким ступеням. Ветерок дул в спину, пальцы озябли, и, кутаясь в легкую курточку, она смахивала волосы с бледного лица. Благо, фонари горели вне комплекса, так что все было не так плачевно. Погода быстро испортилась. И почему же она сразу не обратила внимания на багровый закат, предвещающий холод? Хотя уже все равно.       Сильные порывы ветра сносили плетущуюся по тротуару фигурку. До центра еще далеко, но она даже была рада, что не скоро вернется домой, в который ей так не хотелось. Держа капюшон, который все время сдувало, Эрика хваталась за фонарные столбы, чтобы ее не унесло куда-нибудь в соседние кусты. Свист быстрых потоков воздуха заложил уши. «Ничего, бывало и хуже», — подумала девчушка, идя против ветра.       Авто различных марок проносились мимо, создавая очередные завихрения, так что нашему пешеходу оставалось ничего иного, как только смириться. Почему-то большинство машин покидало город. На одну приезжую приходилось около шесть-семь штук уезжающих. Неожиданно свет ксеноновых фар бросил длинную отчетливую тень перед девушкой.       Эрику передернуло от такой резкой вспышки. Машина медленно приближалась к девушке. Та в порыве страха лишь ускорила темп, не оборачиваясь на едва слышные звуки мотора. Когда же некто уже ехал на одном уровне рядом с нашей героиней, Эрика услышала свое имя из открытого окна авто. Каково же было ее удивление при виде знакомого лица.       Карие глаза смотрели на нее, сверкая задорными огоньками. Немного усталый юноша ожидал реакции нашей героини, держа руку на руле и добродушно улыбаясь. — Эрика Мария Старк, — мягко повторил парнишка. — Откуда ты знаешь мое второе имя? — испуганно спросила названная. — Тебя это сейчас волнует намного больше, чем эта ужасная погода? Или же ты все-таки хочешь сесть в машину? — отчасти прочитал мысли Робб, смахивая кудри с глаз. — А вдруг ты маньяк, преследующий меня? — подняла девушка бровь в свете тусклых фонарей. — Да, определенно! Одноклассник-маньяк, прям классика фильмов ужаса. Ну... Отчасти здесь есть правда, но если бы я действительно преследовал корыстные цели, то у меня было много шансов осуществить их за прошедшее лето каждый раз, когда ты уходила со стадиона, — парировал парнишка с наигранным упреком в голосе. — Откуда? — повторила Эрика, сложив руки на груди. — Да садись ты уже, глупая! Сейчас дождь начнется! — повысил тон Робб, и серьезно посмотрел на нее.       Как по команде девчушка запрыгнула в машину, сама не осознавая того. По стеклу забарабанили капли дождя, и отчетливые горящие силуэты различных баннеров растеклись, как вода по капоту. Вопросы, морочившие голову девушке, неожиданно перестали волновать ее. Обняв колени, она просто провожала глазами несущиеся мимо машины. Минут десять, а то и пятнадцать они ехали в полном молчании. — Сразу пропали вопросы? — спросил Робб, на миг переведя взгляд от дороги на Эрику. — Скверно водишь... Прям как Огастус Уотерс*, — язвительно пробубнила девушка в рукав куртки. — Да, здесь мои звезды в чем-то виноваты, но все же? Хотя бы скажи, куда тебя везти? — добивался своего парень. — Тебе же все известно обо мне. Давай же! Удиви меня еще раз! — в голосе прозвучал сарказм. — Я понимаю, что все так резко и неожиданно, но можно проявить хоть каплю уважения? — серьезно сказал Робб, крутя руль. — Ладно. Знаешь, где синий газетный ларек, который рядом с зоологическим колледжем? — дала координаты Эрика, и паренек понимающе кивнул. — А ты действительно рассеянная, как о тебе говорят, — заметил Робб, ожидая ответа. — Что есть — то есть... Имя? Откуда ты его знаешь? — спросила наша героиня. — На форзаце учебника по литературе было написано, — прозвучал бархатистый голос юноши. — А мои похождения на стадион? — Слушай, то, что ты не от мира сего, я уже понял, но не настолько же?! — воскликнул Робб. Девушка недоумевающе посмотрела на водителя, а тот лишь состроил гримасу. — Ну, хоть футбольные тренировки ты замечала на поле? — спросил паренек в надежде на положительный ответ. — Да, одиннадцать человек в команде и небольшая группа «отчаянных болельщиц», — Эрика особо выделила последние два слова. — Слава тебе, Господи. Так вот... Я один из них с начала лета, — протянул Робб. — Из болельщиц, что ли? — скривилась Эрика. — Да нет же! Ты издеваешься? — затормозил паренек на перекрестке, заметив красный свет. — Пф... Я уже обрадовалась, — подколола его наша героиня, на что парень недовольно вздохнул. — А у тебя второе имя какое? — старалась поддержать разговор Эрика. — Энтони, Робб Энтони Свеар, — гордо ответил парнишка. — Значит, «Тони из отчаянных болельщиц»? Впечатляет! — саркастично поджала губу наша героиня, а потом засмеялась. — Ха-ха-ха, — передразнил обиженно Робб. — Я бы на твоем месте не смеялся, если бы ты так и осталась брести по тротуару под дождем! — Но не осталась же, — ответила она и продолжила хихикать. — Какие же вы, бабы, наглые... — вздохнул парнишка — Что? Ты сам предложил подвезти! — возразила Эрика. — Вот и сожалею, — хмыкнул Робб, поворачивая руль. — С кем не бывает? Да, Робби? — продолжала она паясничать. — Смейся, смейся, — бурчал себе под нос паренек, тормозя машину близ уже известного ларька.       Подперев подбородок кулаком, он стал задумчиво разглядывать огни в зеркале заднего вида. Можно было с уверенность сказать, что наш Робб отчасти обижен, но, скорее всего, возмущен насмешливой реакцией Эрики на услугу, которую он свершил чисто из добрых побуждений. На его лице была едва заметна хитрая улыбка, а девушка даже не осознавала, что все сказанное пошло далеко не в ее пользу.       Дома в этом районе были так сильно прижаты друг к другу, что окна, расположенные с торца зданий, отделяла всего пара метров, не говоря уже о балконах. Эрика застегнула молнию на куртке, взяла книжку и накинула капюшон, чтобы не промокнуть. Последний раз она взглянула на кудрявого одноклассника , но почему-то сказать благодарность у нее не повернулся язык. — Подожди, — схватил ее юноша за руку, когда та уже коснулась ботинком асфальта. — Иногда посматривай вон в то окно. Робб указал на окно четвертого этажа с торца, улыбаясь как-то слишком невинно и непринужденно. Девушка лишь с подозрением сощурила глаза и захлопнула дверь, спеша под козырек подъезда. Парнишка провел рукой по волосам, повернул ключ в скважине, но не двинулся с места. Глупая улыбка не сходила с его лица, и Робб ловил себя на этой мысли. — Я много чего знаю о тебе, Эрика Мария Старк, — шепнул паренек себе, не замечая, как загорелся свет в окне напротив того, на которое он указал несколькими минутами ранее, потому что уже свернул на другую улицу, рассекая растущие лужи.