Инстинкты-2

Вывалившись из камина в Блэк-холле, Гарри и Северус переместились в спальню. Круглая кровать, сделанная по тайному спецзаказу для самого Гарри Поттера, занимала теперь добрую половину комнаты и напоминала огромную чашу, выкованную из особого гоблинского сплава. Она, эта чаша, была заполнена невесомой мягкой периной и целым ворохом подушек и одеял. - Ммм… люблю тебя. Постарайся не сломать меня о борт этой хитрой конструкции, - Гарри покосился на «ложе любви», его бортики доходили довольно высокому Поттеру до середины бедра. Северус осторожно подхватил его под ягодицы, как-то странно встряхнул, а потом в один взмах огромных крыльев оказался со своей обнаженной драгоценной ношей посередине экзотической кровати. Гарри спружинил на потрясающей перине, спиной ощущая мягкость материала, а грудью и животом – жар сильного тела своего супруга. - Сев, - Поттер нежно провел рукой по уродливой роже своего личного монстра, - ты мой теперь. Осознал? Горгулья рыкнул и лизнул его в нос, заставив фыркнуть. - Хочу тебя. Монстр склонил свою шишковатую башку к плечу, будто размышляя о чем-то, а потом медленно, будто извиняясь, лизнул его в шею, царапнул длинными когтями соски, потерся членом о поджавшийся от остроты ощущений живот. Гарри застонал и вдруг развел колени в древнем как мир приглашении. - Я твой, Северус. Ничего не изменилось. Только, - он задумчиво провел рукой по внушительному члену горгульи, - размер, по-моему, стал еще больше. Так что ты не спеши, ладно? Северус тяжело дышал, глядя своими нечеловеческими глазами на сумасшедшего мужа-хозяина, а потом тихо, жалобно рыкнул и принялся нежно вылизывать его всего, благодарно, неторопливо, чувственно. Гарри закрыл глаза, привычно выгибаясь в родных объятиях. Для него внешность супруга действительно не имела особого значения. Хотя вид такого сильного тела, тугих перекатывающихся мышц, крепкого члена, прижимающегося к бедру, возбуждал его неимоверно. - Еще, Сев, - простонал Гарри, когда гибкий язык оплел его член. – Мордред и Моргана! Завидую твоим предкам, не боявшимся темных существ. Это так сексуально. Сееев! Горгулья тихонько ухнул, легко перевернув супруга на живот, и принялся вылизывать его спину, ягодицы, ступни, проникая горячим мокрым языком между пальцами, щекоча подъем, оглаживая под коленями. Гарри уже орал в голос – настолько хорошо это было. «Если бы люди знали, какими могут быть горгульи, они бы не истребляли их, а наоборот, берегли, как зеницу ока, - подумалось ему. – Впрочем, это просто мне так повезло. Я люблю Северуса. А он привязался ко мне раньше, чем стал монстром, так что…» На самом интересном месте этих высокоинтеллектуальных размышлений гибкий горячий язык коснулся его задницы. Не то, чтобы Гарри ожидал, что Северус станет растягивать его когтистыми лапами, но происходящее настолько превзошло его ожидания, что он не нашел ничего лучше, как выгнуться, раскрываясь еще больше, и скомкать руками подвернувшееся покрывало. - Да… черт, Сев… хорошо… я знаю, ты не любитель, но… - тут длинный раздвоенный язык ввинтился внутрь, сразу попадая куда нужно, и Гарри взвыл, утратив способность связно выражаться. От бесстыдства супруга, его жадности и непосредственности Гарри бросало в жар. Ни одной мысли в голове не осталось, хотелось отдаваться, брать и снова оказываться распятым, придавленным сильным телом Северуса к кровати, раскрытым, растянутым до предела, нанизанным на огромный, удивительно гибкий член. - Да… еще немного… Сев… о, Мерлин! Ты огромный! Нет-нет, не останавливайся. И зубы свои верни на мой загривок… ммм… чувствую себя течной самкой… да… Сев… Еще… Северус действительно не торопился, был удивительно нежным и терпеливым, так что если бы не сомкнувшиеся на его загривке клыки, Гарри бы подумал, что занимается любовью с очень крупным мужчиной. Хотя из знакомых крупнее Поттера был только Кингсли. Но вот с Северусом он теперь чувствовал себя маленьким и хрупким. В Гринготтс гоблины измерили рост Снейпа – почти два с половиной метра. И член у него, похоже, оказался пропорциональным. Гарри по локоть. И толщиной с приличный такой черенок от лопаты. Северус задушено хрипел, сдерживая инстинкты, проникая очень медленно, постоянно останавливаясь и переводя сбившееся дыхание. Гарри сходил с ума от сумасшедшего натяжения и одновременно – от возбуждения. Было хорошо, хоть и немного больно. Наконец, упрямые мышцы поддались натиску и расслабились, пропуская. - Сев… все хорошо… давай. И Северус дал. Не позволяя Гарри опомниться, он осторожно ринулся назад, а потом снова вперед, так мощно, что тот проехался коленями по постели, едва не упершись головой в бортик. Тогда горгулья подхватил своего супруга поперек груди, прижав спиной к себе и осторожно, медленно насадил на себя, стараясь не теряться в сумасшедших ощущениях и не причинять боли. Гарри полностью расслабился, доверяясь сильным рукам, и вскоре его крики гулко отдавались в пустых коридорах Блэк-холла. Ночь была бессонной. Новоиспеченные супруги не прерывались даже на еду, будто боялись, что их разлучат. Злыдень-Малфой оказался прав, когда говорил о любвеобильности горгулий: Северус был ненасытен, как дорвавшийся до воды кочевник, вынослив, как мул, и терпелив, как христианские святые. Утром Гарри, измотанный длительным марафоном, еще раз излился в горячую, тесную глубину сильного тела и обессиленно растянулся на Северусе сверху. - Все, - сонно сообщил он. – Я больше не могу. Ты совсем меня заездил, Сев. «Мне хорошо. Мне спокойно. Это мой Гарри. Я буду его защищать», - вдруг раздалось у него в голове. Поттер с трудом поднял голову с широкой груди супруга и, сонно моргнув, спросил: - У меня глюки от счастья, да? «Я не знаю, что такое «глюки», Гарри». - Ты… отвечаешь. Я слышу твои мысли! Горгулья рыкнул, и в ответ раздалось: «Так бывает, хозяин. Когда… - прозвучало какое-то заковыристое слово. – Когда… близость». - Секс? «Нет, Гарри. Здесь». Северус, глядя своими нечеловеческими красными глазами, медленно коснулся сначала его груди, а потом своей. - Любовь? «Я знаю аррагахх. Близость. Днем скажу. Сейчас… трудно». - Хорошо, - Гарри улыбнулся и поцеловал крепко сжатые тонкие губы супруга. – Аррагахх, так аррагахх. Я же считаю, что это любовь. «Это больше. Близость. Днем. Спи, Гарри». Поттер счастливо вздохнул и выпал из реальности на целых десять часов, успев порадоваться, что взял отпуск в аврорате.