He's coming to take me away!

Чё-то я долго лечу. Нет, серьёзно. Мимо пролетают тысячи предметов - книги, кухонные ножи, розы, клубника... А мне... А мне бы долететь побыстрее. Внезапно плюхаюсь на что-то. Громко так. С треском. Больно, блин. Встаю, отряхиваюсь. Так. На мне вроде была больничная байда, которую почему-то обзывают сорочкой, но которая всё равно не прикрывает зад. И с какой это радости меня нарядили в голубую юкату? Она колени едва прикрывает! Да ещё белое оби повязали! На кой?!.. На голове ободок. Нащупываю его - метал. (*Разряд* Не хочу. *Увеличить напряжение!* Не надо.) Нет, мне всё-таки это решительно не нравится. И какой, блять, урод меня так нарядил!?.. Слышу писк. Вижу как маленький жёлтый шарик скрывается за очередной дверью. Подхожу. Смотрю. Дверь величиной чуть больше ладони. Утёнок туда попадёт... Ну, кролик, в принципе, тоже... Заебись. И как я туда попаду? Осматриваюсь. Комната круглая. На полу светлый паркет, выложенный причудливым кругом, а стены... стены обклеены страницами из книг. Какой-либо мебели не наблюдается, равно как и других дверей. Да и потолка, что совсем не удивляет... Нет, мне серьёзно стало любопытно. А что? Чувство тошноты прошло, жизнь прекрасна. "Мисаки смотрел на Акихико затуманенными от страсти глазами..." - Чё? - да, я сказал это вслух. "...чувство слишком сильного удовольствия нахлынуло словно..." На меня чувство тошноты нахлынуло, снова! Что за извращенец это писал? Почти на каждой странице - гейская порнушка! И я в главной роли! Снизу... Становится противно и я отворачиваюсь. Забавно. Этого столика не было - я точно знаю. На стеклянной поверхности стоит жутко пыльная бутылочка зелёного стекла. Что тут делает виски? Ёмкость, конечно, слишком маленькая, да и горлышко слишком широкое, только характерные форму и этикетку я ни с чем не спутаю. "Пей" - гласит этикетка. Забавно, звучит как приказ. Плевать на безопасность - хватаю бутыль за покрытые толстым слоем пыли бока и залпом выпиваю. Глотку будто окатывает кипятком. Я пытаюсь вздохнуть, но грудная клетка не желает менять своего объёма. (- Иногда неплохо дышать воздухом знаменитостей... *Чем дышать этим воздухом я бы лучше глотнул члена Мисаки.*) Слёзы сами катятся из глаз. (Ты плачешь из-за меня. *Ну умер этот писатель, ну и что? Он же был для тебя совсем чужим человеком!*) Я уже не просто плачу. Я рыдаю навзрыд. Даже не понимаю, из-за чего. (Я тоже так любил... Тоже так...) Сквозь солёную влагу замечаю, как комната становится всё меньше и меньше, равно как и воды на полу... Это я столько наплакал? Эй, я утону!.. Барахтаюсь в воде, отяжелевший наряд тянет меня на дно... Нет, не хочу! Это Они всё подстроили! Они! От неожиданной нагрузки руки сковывает судорогой. Класс. Мне крышка. Нет, если Они хотят меня утопить - зачем нужна была вся эта хуйня с полётом длинною в чёрт-знает-сколько часов, книжными страницами вместо обоев и круговым светлым паркетом? (Оставь деньги на старость!) Меня куда-то несёт течением. Я не смотрю, нет. Меня больше волнует, как бы не задохнуться, хотя на плаву меня уже держит замечательно. Я уже приноровился держаться на поверхности своего "моря слёз". Небо охуенное. Скажу Им спасибо, когда встречу в следующий раз. Звёзды такие яркие... Как будто (бесконечное одеяло из бриллиантов, которое вот-вот накроет меня с головой.) Да, что-то в этом роде. Странно, но теперь я не так пугаюсь возникающим из ниоткуда мыслям. Просто я всё отчётливее понимаю, что эти мысли - воспоминания. Я понял это когда читал страницы из книги в круглой комнате. Это как deja vu - ещё не случившееся, но уже пережитое. Мне от этого страшно. В той комнате эти мысли - как удары по самому сердцу. Такая же боль. Я не знаю, сколько дрейфую. Я должен найти кролика - не знаю, почему и зачем. Должен.