Вопреки предрассудкам

Сегодня я как обычно встал в семь. В коттедже никого не было. Дядя Николс отправился улаживать срочные дела в фирме. Мама, которая незадолго до свадьбы опять сменила место работы, так же отсутствовала. Незадолго до переезда у них был разговор начет маминой работы. Мистер Палмер предлагал ей не нагружать себя лишними обязательствами, но мама ни в какую не соглашалась. Когда дела касались ее занятости, она становилось стальной леди, и крепко держала хватку. Так что сегодня я оказался на целый день предоставлен самому себе. Наслаждаться летними каникулами не получалось. В голове все время звенели тревожные нотки. Мне было не по себе. То ли отсутствие Грегори вселило в меня непонятную нервозность, то ли предстоящая с ним встреча. Я не понимал, что меня тревожило. Но что-то не давало покоя, как бы я не старался успокоиться. Дядя Николс собирался представить Грегори во время ужина, когда вся «семья» соберется за столом. Я без толку слонялся по дому, ничего не трогая, но с легким интересом осматривая окружающую обстановку и пытаясь немного себя отвлечь от непонятной тревоги. Вообще, оказавшись в новой обстановке я порядком растерялся. Прожив последние два года практически в нищете, экономя даже на чайных пакетиках, я ощущал себя неуютно среди всей этой роскоши. Она казалась мне чуждой. Что сказать, обустроен коттедж со вкусом: не скромно, не броско, дизайнер отыскал, что называется, золотую середину. Мебель стояла дорогая, но она удачно вписывалась в интерьер здания, создавая впечатление уюта. Я немного побродил по второму этажу. Здесь располагались спальные комнаты: первая – спальня родителей, дальше по коридору – моя, а за поворотом – комната Грегори и еще одно помещение, оказавшейся семейной библиотекой и комнатой отдыха в одном флаконе. Ух, каких книг здесь только не было! Собрания сочинений знаменитых классиков, историков, правоведов и философов. Это вам не бульварные романчики. Похоже, мистер Палмер очень любил читать. Или ему в наследство от дедушки досталось? Затем я спустился вниз. Сегодня у нашей домоправительницы, старой миссис Маклейн, был выходной, так что коттедж пустовал. Облазив его сверху донизу, я изрядно подустал и проголодался. Так что на кухню влетел как метеор. В холодильнике нашел молоко, в кухонном шкафу – хлопья. Но такой завтрак меня не удовлетворил. Придется еще порыться в холодильнике, поискать что-нибудь более существенное. В гостиной раздался щелчок, потом хлопок входной двери. Но я не обратил внимание. В этот момент меня интересовало, где находиться курица. Не обратил я внимание и на тяжелые шаги. Я так увлекся завтраком, что чуть не пропустил появление нового действующего лица. Грегори стремительно влетел на кухню и сразу же остановился, заметив меня. Я же в свою очередь замер, так и не донеся ложку до рта. Пронзительный взгляд Грегори прошелся по мне как каток, заставляя съежиться на месте. Ни у кого еще я не встречал такого тяжелого взгляда. Подавляющего и холодного. Будто к холодной стали прикоснулся. Я поежился, чем вызвал у брата легкую усмешку. Но теплом от нее не веяло. Она напоминала злое предвкушение. А в остальном парень как парень. Привлекательный, даже по меркам женского пола. Высокий — на голову выше меня. И шире в плечах, атлетического телосложения. Одет модно, но не броско. Светлая рубашка и темно-синие джинсы. Вот, пожалуй, и все. Правда, взглядом так и хочет пригвоздить к полу. Я прочитал легкое удивление вперемешку с яростью. Странно. Он в плохом настроении? Грегори неторопливо подошел ко мне, сел напротив. Молча, с каким-то злым интересом, он продолжал рассматривать меня как забавную зверушку. Я чувствовал себя не уютно. Мы молчали. Ни он, ни я не решались заговорить. Наконец, воспитание взяло верх, и я решил сделать первый шаг. -Эээ, привет. Ты должно быть Грегори? Я – Дэвид. Дядя Николс как раз сегодня вечером должен был представить нас. Не ожидал увидеть тебя здесь. Слышал, ты работаешь вместе с дядей в фирме. Но раз уж ты заглянул, приятно познакомиться… Улыбнувшись, я встал и протянул руку для дружественного пожатия, но тот ее проигнорировал. - Ты уже обжился, как я погляжу. Нравится новый дом? В другой жизни у тебя такого и быть не могло. Зато теперь, ты у нас богатенький. Неприкрытый сарказм выбивал из колеи. -Ты это к чему? – мой голос звучал спокойно. Но внутри уже поднималась волна негодования. Да как он смеет? -Ой, да ладно. Прекрати строить из себя дурака. Если отец без ума от вашей расчётливой семейки, это не значит, что я куплюсь на дешёвые трюки любительской игры. Я недоуменно посмотрел на брата и вздрогнул. Его взгляд выражал откровенную ненависть и презрение. Он пронзал насквозь, уничтожал. Еще ни у кого я не встречал столь сильные негативные эмоции. Я постарался взять себя в руки. -Послушай, — начал я. — Не знаю, что ты себе напредставлял, но, ни мне, ни моей матери ничего от вас не нужно. И… -Да, да, конечно. Сама невинность. Только не прокатит, змеёныш. Я насквозь вижу такую мразь, как ты. Сделаешь, что-то, что не понравиться лично мне, вылетишь отсюда вместе со своей мамашей. Уж я об этом позабочусь. Я задохнулся от ярости. В приступе привстал со стула, вперив злобный взгляд в сидящего передо мной человека. -Так, слушай сюда, умник. Ни ты, ни кто-то другой не посмеют мне диктовать условия, ясно? Я имею столько же прав, сколько любой гражданин Англии. И если у тебя заскоки на нервной почве, это не значит, что я буду отдуваться. Не нравиться — не смотри. Проблемы? Сходи к психологу. А лучше к психиатру, чтобы наверняка. А ко мне не лезь! Я не собираюсь плясать под твою дудку. Тот прищурился, как будто от удовольствия. Сейчас он походил на садиста, намеренно -Ммм. У змейки режутся зубки. Не ожидал, не ожидал, - хмыкнул Грегори. — Вот только тебе это не поможет. -Мои зубки – не твоя забота. Я ощетинился, яростно полосуя взглядом сводного брата. Он лишь прищурился и склонил голову на бок, словно кот. -Ты меня удивляешь. Прыткий змеёныш. Только знаешь что? -Что же? – издевательски протянул я, нахально глядя на Грегори, который наклонился ещё ближе. -Тебя ожидают большие проблемы, если не научишься во время прикусывать длинный язык. -Следи за своей речью, глыба льда! -Маленькая змейка всё время норовит ужалить. -Пошёл на фиг, ублюдок. -Не перечь мне. Или я превращу твою жизнь в ад. А может быть, — он окинул меня хитрым взглядом. — Преподнесу свадебный подарок твоей мамочке… Кровь отлила от лица. Я в бешенстве соскочил со стула, хватая Грегори за воротник рубашки. Брат довольно ухмыльнулся. -Только пальцем её тронь! -Маменькина дочка уже нюни распустила. Всё от тебя будет зависеть, змейка. Грегори издевательски засмеялся, отдирая и выкручивая мои руки. В мгновение оказался прижатым животом к столу. Грегори повалил меня на гладкую поверхность, сбивая посуду и накидываясь сверху. Сводный брат с лёгкостью преодолел моё сопротивление. Он зафиксировал руки за спиной так, чтобы я не мог лишний раз дернуться. Грегори был выше и сильнее. И сейчас успешно доказывал свое физическое превосходство. Я несильно трепыхался, надеясь, что акт агрессии со стороны Грегори вскоре пройдет, и он отпустит меня. В самом деле, не будет же он меня бить! Самостоятельно вырваться я не мог — Грегори держал крепко. Я чувствовал, как запястья начинают ощутимо покалывать, и морщился от боли. -Отличная поза, тебе идет. Будь послушным мальчиком, и я, может быть, не стану доставлять твоей матери неприятностей, — прошептал он мне на ухо. -Слезь с меня, извращенец. -Ты ещё не знаешь, насколько развратным я могу быть. Я попытался ударить его ногой, но промахнулся. Мои ноги тут же оказались зафиксированы. Я сбавил обороты, стараясь расслабиться. Мысленно уговаривал себя оставаться спокойным. Мое бешенство постепенно уступало место раздражению. Мне надоели его игры. -Если ты думаешь, что это очень смешно, то глубоко ошибаешься. Пошутили и хватит. У меня уже шея затекла, — сказал я спокойным тоном. Даже немного расслабился. Грегори склонился к моей шее. Я почувствовал его дыхание, и молниеносно отклонился назад, намереваясь разбить нос или хотя бы скулу. Не получилось. Грегори успел отдёрнуться. -А ты не из робкого десятка. И коварный словно змея!- хохотнул сводный брат. Он сжал мои запястья одной рукой, вторую опустил мне нашею. Нежно помассировал мою шею, а потом нажал на какую-то болевую точку. Меня пронзила острая боль по всему телу, так что я не смог сдержать вскрика. От груди до кончиков всех пальцев она прокатилась огненной волной, сводя судорогой конечности, перехватывая дыхание, заставляя извивать в приступе паники и боли. Секунда, две, три, десять. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем ослепляющая боль прекратилась, и я смог нормально вдохнуть. Съежившись, с полувывернутыми конечностями в неестественной позе, зажатый между телом брата и столом. Я спиной ощущал ненавистный взгляд Грегори. Все что я мог сейчас делать – это судорожно хватать воздух, боясь повторения. Я, конечно, раньше испытывал боль. Когда с кем-нибудь дрался, когда неосторожно ранился. Но та боль не шла, ни в какое сравнение с тем, что я испытал сейчас. Чувство будто внутри все переворачивается, скручивается в тугой узел, будто все органы, вены и артерии начинают меняться местами, и ты не можешь им воспрепятствовать. Ужасная ослепляющая боль. Пока я приходил в себя, Грегори просто наблюдал за мной. Не знаю, что происходило в его голове, но, видимо, увиденное ему понравилось. Он сильнее сжал мне руки, минуту раздумывая о чём-то. Потом резко отпустил, отходя на полшага назад. - Я тебя предупредил. Одно лишнее движение, одно лишнее слово – и собачья конура тебе Раем Земным покажется. Я медленно встал, потирая запястья, на которых явственно проступили гематомы. -Сволочь, - проворчал я сквозь зубы. - Урод. Клоун недобитый. Под пристальным взглядом ледяных глаз я быстро собрал разбросанную посуду, и поспешил убраться из кухни. На пороге меня достигло еще одно предупреждение: -Я буду наблюдать за тобой, змеёныш. Возмущение кипело внутри, и требовало выхода. Я не мог смириться с несправедливостью. Откуда безосновательные упреки и всепоглощающая ненависть? Знал бы он, что я и так не горел желанием сюда переезжать. Меня полностью устраивала наша «двушка», и старый колледж. Но семья есть семья. Мама хотела жить с дядей Николсом. Она бы сильно расстроилась, если бы я отказался переезжать. Мама уговорила меня потерпеть, пока я не закончу обучение. Да я согласился даже колледж сменить по её просьбе. Всё ради её счастья с мистером Палмером. Мама была моей слабостью. Той слабостью, которую так легко отыскал во мне Палмер младший. Решено! В следующий раз я должен пресечь любые поползновения со стороны брата. У него ко мне претензии? Отлично! Я тоже в долгу не останусь. В конце концов, кто он такой, чтобы обвинять меня? Хотя, я не был уверен, хватит ли у него смелости привести угрозы в исполнение. В конце концов, он же взрослый парень. Облить грязью? Что ж, брат с успехом доказал, что способен на заковыристые фразы. Вот только и я не лыком шит. Повернувшись на другой бок, я зацепил краешек книги. Нужно отнести в библиотеку. Потом, все потом. До вечера я не выходил из своей комнаты. Валялся на постели, читал книги, лазил по интернету. Родители приехали в шесть. Дядя Николс подобрал маму по пути. Ужин накрыли быстро. Сидеть за столом рядом с Грегори было неприятно и непривычно. Я то и дело кидал на него настороженные взгляды, боясь, что он выкинет какую-нибудь глупость. А стервец всё замечал и только издевательски ухмылялся. С мамой он говорил холодно, однако не выказывал ненависти или злости. Со мной держался отстранённо. Откровенно говоря, наш диалог сводился к обоюдному приветствию и пожеланию приятного аппетита. Я с неохотой копался в тарелке. Есть не хотелось. Гнетущая атмосфера давила. Родители пытались разрядить обстановку, но у них это плохо получалось . Они задались целью нас разговорить. Но Грегори отвечал сухо и односложно, а я не желал общаться с братом. -Ты сегодня рано ушел, – это дядя Николс обратился к Грегори. -Да. Возникли дела. -Что ж. Может это и к лучшему. Вы успели познакомиться раньше, чем я предполагал. Надеюсь, ты был приветлив, - дяди Николс посмотрел на Грегори чуть нахмурив брови. Тот лишь пожал плечами. Дядя перевел взгляд на меня, и его глаза потеплели. -Как тебе здесь нравиться, Дэвид? Уже все осмотрел? Я улыбнулся и кивнул. -Да, всё здорово. Спасибо. -Чем планируешь заняться на каникулах? -Пока не знаю. Впереди целое лето. Хотелось бы съездить повидаться с друзьями. Да и летнюю подработку не мешало бы найти. Кто-то закашлялся. Мистер Палмер перевел взгляд на поперхнувшегося Грегори. -Грегори, будь осторожен. Не торопись. Может воды? – запричитала обеспокоенная мама, наблюдая за пасынком. Тот лишь покачал головой. -Вечно ты куда-то торопишься! Вся жизнь в спешке пролетит, и не заметишь, вот в мои годы… Грегори незаметно закатил глаза. Бурчание отца, так же как и его юношеские воспоминания, которыми он делился со всеми и каждым, было обычным делом в этой семье. Дядя Николс не мог ни на минуту остановиться. Истории сыпались из него одна за другой. Я как раз накладывал салат, радуясь, что внимание переключилось с меня на другой объект. Но мое счастье было не долгим. Мистер Палмер, спохватившись, минут через десять, оставил тему его юношеских подработок, и вернул разговор в прежнее русло. -Значит, не хочешь сидеть без дела. Весьма похвально. -Какое рвение. – Протянул Брат, скосив на меня злой взгляд. Дядя Николс не стал заострять внимание на прозвучавшем в голосе сына сарказме. -Помнится, в школьные годы, Грегори тоже пропадал, целыми днями на работе. Курьер, промоутер, мойщик окон. Что он только не пробовал. Правда и продержаться ему удавалось не долго, либо увольняли, либо сам уходил. Мне как-то почти силком удалось впихнуть его в один летний лагерь. -Пап. Не думаю, что это интересно. -Надо же, – рассеялась мама и обратилась уже к Грегори. – Ты очень увлекающаяся личность. Вы с Дэвидом чем-то похожи. -Это вряд ли.- Пробурчал я себе под нос, и уже вслух. – Мам, кстати, как дела на работе? -Замечательно, - она мечтательно улыбнулась и переглянулась с дядей Николсом. Она стала рассказывать о новом проекте, который их фирма хотела воплотить в жизнь. Я не особо вникал. Просто наблюдал за родителями. Теперь уже обоими родителями, а не только матерью. Глядя на эту счастливую пару, я начинал верить, что островок счастья и правда существует. Если бы не Грегори, мы могли бы стать замечательной семьей. Не могу понять, почему он настроен против нас с мамой? Радует, что при отце он держал себя в руках и не выказывал открытой враждебности. Я скосил взгляд на объект моих размышлений. Палмер младший положил салфетку, намереваясь выйти из-за стола. Я тоже поспешил закончить ужин. Уже в своей комнате, засыпая, подумал, может, стоит все же попробовать подружиться? В конце концов, если он узнает нас ближе, то, возможно, поменяет свое мнение. Не знаю, какие тараканы бродят в его голове, но не верю, что он способен навредить собственной семье.