Сквозь преграды на крыльях

На Лысой Горе с Глебом Таня ещё никогда прежде не бывала. Нет, она и сама по себе, в принципе, никогда особо не залетала в такую местность, предпочитая не сталкиваться ни с местными жителями, ни с чем-либо другим. Лысая Гора пугала девушку и едва ли не доводила до исступления. Сейчас ощущения немного изменились. Таня, впервые увидев плешивую горку, отреагировала абсолютно равнодушно – неровная россыпь домов, множество светящихся посреди дня окон и всё прочее, что всегда прежде сопровождало Лысую Гору, ничуть не изменилось и тут, в параллельной реальности, и Гроттер почувствовала себя относительно дома. Подобного чувства у неё никогда не возникало в Тибидохсе за время собственной ссылки в непонятные миры, а сейчас вот Гроттер вдруг успокоилась и почувствовала себя до жути умиротворённой. Казалось, причины для подобного поведения у неё нет и не было никогда, но Таня даже не собиралась расстраиваться и задумываться над какими-то новыми философскими истинами, потому что на данный момент почувствовала себя даже относительно счастливой. - Ну, куда пойдём? – поинтересовался Бейбарсов, настойчиво обнимая собственную девушку за талию и целуя её в висок. Рыжеволосая пожала плечами – она не знала, куда именно хотела бы сходить, поэтому предпочитала не уточнять и совершенно ничего Бейбарсову не говорить. - Да куда угодно, - наконец-то протянула вполне спокойно Таня. – Только ты от меня никуда не уходишь! - Да я и не собирался, - удивлённо пожал плечами Бейбарсов, а после, усмехнувшись, весело поинтересовался. – А ты что, испугалась оставаться одна? Таня так и не успела ответить. Нет, она собиралась выдать нечто язвительно-весёлое, мягко улыбнуться и, для того, чтобы окончательно заставить Бейбарсова забыть о не слишком приятном инциденте, поцеловать его в щёку или даже в губы, но её настойчиво прервали. - А кк-к-кто тут у нас-с-с такой с-с-светленький бро-о-одит? – протянул непонятный мертвяк – Таня нахмурилась, едва не сорвавшись с места в попытке бегства. Судя по равнодушной реакции Бейбарсова, она вообще-то не должна была испугаться, но, тем не менее, это случилось. Мертвяк был просто отвратительным. Сначала у Тани возник вопрос, что именно он делает на Лысой Горе посреди бела дня, а после девушка припомнила, что из-за их небольшого соревнования в небе и полётов над океаном сейчас уже наступил вечер – просто никто в школе их не ждёт и ловить за руку не собирается… Вот чёрт! Ночь. Глупая, словно такая, которую столь настойчиво описывали в произведениях, подобных "Вечерам на хуторе близ Диканьки", ночь окутывала всю Лысую Гору сплошной пеленой. Солнце ещё было где-то там далеко-далеко, прячась за горизонтом и словно подмигивая путникам. Темнело тут почему-то достаточно быстро – наверное, сегодня должно было случиться некое магическое действо, на которое Таня прежде не особо-то и рассчитывала, и теперь придётся либо лететь обратно, либо принимать бой. Последнее показалось Бейбарсову идеальным вариантом – он смотрел на мертвяка настолько презрительным взглядом, что Таня на месте ходячего трупа давно уже сбежала бы. Увы или к счастью, она не была на его месте, соответственно, мертвяк упорно стоял и не сдвигался с места, что всех на данный момент не устраивало. - Так что, красавица, пойдёшь со мной? – спросил он у Гроттер. Рыжеволосая напомнила себе, что надо молчать, а после вдруг осознала, что ей как-то даже и не положено. Тёмная. Точно. Тёмным никогда не разрешалось разговаривать с мертвяками, правило это распространялось абсолютно на всех, и если бы она была элементарным магом, то ничего особенного бы даже и не произошло. Существовала только одна, совершенно небольшая, практически незначительная проблемка. Таня и тёмной простой не была. Она была некромагиней. Нет, не до конца, конечно же, но статус пособницы Чумы у неё пока что никто забирать не собирался, а значит, следовало активно ему соответствовать. Как это сделать, Таня понятия не имела, поэтому вела себя совершенно спокойно и попыталась припомнить хотя бы одно заклинание. - Чего молчишь? Это знак согласия? - Это знак отказа, - наконец-то, не сдержавшись, выпалила Гроттер, мрачно глядя на мертвяка – она сама не ожидала от себя подобной прыти и теперь внимательно посмотрела на отвратительный, покорёженный труп. Тот, усмехнувшись, точнее, попытавшись это сделать, после чего губы его стали ещё более полуразложившимися, протянул руку к Гроттер и попытался схватить её, но не успел – лишь получил тростью по своим полупрогнившим пальцам и с удивлением посмотрел на то место, где прежде была кисть руки. Теперь – исключительно какие-то ошмётки. Гроттер попыталась сдержать накатившуюся вдруг сплошной волной тошноту – ей стало как-то не по себе от того, что решил сотворить Бейбарсов, и она отступила на шаг, пытаясь успокоиться и усмирить собственное сердце, запланировавшее с какой-то там радости очередную бешеную кадриль. Чёрт. Мертвяк вновь осклабился и потянулся уже к Глебу, планируя подключить к жителям своей могилы уже как минимум двух новых особей, но не успел. Для Бейбарсова не составило труда двинуть ему тростью ещё и где-то между глаз – очевидно, не просто ради того, чтобы ударить, а и приправив каким-то заклинанием, потому что мертвяк, мерцнув своими водянистыми и отвратительными глазами, вдруг рассыпался. - Круто, - присвистнула Гроттер. - Этот был слабый, потому и сработало, - равнодушно промолвил Бейбарсов, так спокойно, как будто ему действительно было абсолютно всё равно. – Если бы он был сильнее, то пришлось бы вспоминать, что там говорила наша чокнутая старуха. - А я струсила, как последняя дура, - с уверенностью мотнула головой Таня. – Даже как-то стыдно стало, чёрт возьми, веду себя так, как малый ребёнок. Глеб лишь улыбнулся – он явно не считал рыжеволосую малым ребёнком, поэтому, приобняв её за талию, потянул за собой. - И всё-таки, не говори мне, что мы прилетели на Лысую Гору исключительно ради того, чтобы полюбоваться на звёзды. Так я совершенно не согласна, - вздохнув, потребовала Таня. – Ну? - Нет, я не собираюсь тащить тебя смотреть на звёзды, - усмехнулся Глеб. – Если хочешь, мы запросто можем куда-то сходить. Да хоть вон в то кафе, - некромаг кивнул на некое подобие не особо приличного здания с ободранной чуточку дверью – впрочем, Гроттер почитала это даже хорошим признаком, поэтому тут же кивнула, соглашаясь и понимая, что лучше спорить немного меньше, если она не желает остаться тут одна, рядом с мертвяками. Внутри в этом заведении сомнительной наружности, к её огромному удивлению, было очень тихо и спокойно. Таня с удивлением осмотрелась, пытаясь понять, что это вообще за место такое, а после, заняв свободный столик – а таких было много, принялась оглядываться. Ровные ряды столиков, накрытых какими-то весьма приличными скатерками, стулья, новые, а не разваливающиеся под посетителями, что тоже весьма чудно для такой местности, да и много чего другого, привлекающего взгляд. - Тут даже можно есть, не особо опасаясь? – поинтересовалась Таня. – Хотя, сомневаюсь, что это возможно на Лысой горе. - Лучше только пить, - кивнул Бейбарсов. Даже учитывая регенерацию, он предпочитал не использовать в виде пищи хмыриное мясо, а его тут более чем могли подать, поэтому Глеб и не собирался угощать чем-нибудь подобным Таню, девушку с куда более хрупким здоровьем, чем у него самого. Наконец-то официантка, подбежавшая было к паре, принесла какое-то вино, которое Таня понятия не имела, как следует пить, потому что вообще не воспринимала алкоголь – но, к удивлению рыжеволосой, это позволило расслабиться, и она забыла даже о собственных комплексах. Спустя несколько минут Таня уже весело смеялась над какими-то шутками Бейбарсова, не обращая внимания на то, что ещё кто-то решил вдруг навестить данное заведение, и даже не оглядывалась в поисках чего-либо. Прижилась, что ли? В любом случае, сейчас вопросы расположения миров и прочей ерунды интересовали её мало. Очень. Гроттер до жути хотелось вдруг признаться Бейбарсову в том, кто она такая на самом деле и как оказалась в этом мире, но Таня вовремя прикусила язык, внимательно глядя на Глеба и всматриваясь в его слишком уж чёрные, просто до ненормальности тёмные глаза. Что-то не то. - Ты выглядишь очень задумчивой, - протянул Глеб. - Это тебе кажется. - Да неужели? – удивился некромаг. – А как по мне, ты сильно изменилась в последнюю неделю… Тебе что-то сказала Чума? Гроттер хотела ответить, но не успела – она как-то крайне неловко взмахнула рукой, и от кольца оторвалась практически невидимая, но, увы, абсолютно реальная красная искра – и Таня вспомнила о том, что творила прежде в своём мире. Чума. - Да нет, - отмахнулась она, стараясь не сосредотачивать на этом внимание, и подалась вперёд, чувствуя, как Бейбарсов сжимает её ладонь. – А что, такой я тебе совершенно не нравлюсь? - Ты нравишься мне абсолютно любой, - хмыкнул Глеб. – Просто мне хочется понять, что случилось. Таня лишь отрицательно покачала головой, показывая, что всё уж точно в порядке. Ну, почти. Вино окончательно ударило в голову – она предпочитала не думать о том, что у неё красные искры слетают с кольца, к тому же, для этого мира это только лучше. А что это кольцо молчит – тоже не так уж и плохо. Она же не виновата. Она ничего не думала. Куда приятнее было осознавать, что тут она относительно счастлива, а тут нет никакого выбора, да и вообще… Нет, правда, целоваться с некромагом действительно намного приятнее, чем думать о проблемах сего мира.