Немой Разведчик.

Мои силы утекают вместе со временем, подобно песку в песочных часах... Медленно и безвозвратно. А я всё ещё молчу. Ещё ни одного стона, ни одного крика от меня не слышали ни полые стены проржавевшей камеры, ни не знающий меры и рассудка Ач, ни я сам... И это очень и очень плохо... Ач невероятно терпелив и опытен в пытках: раза в три больше, чем я в разведке. Но даже он постепенно перегибает металл... Уже дважды за последние три дня меня пришлось лечить ровно настолько, чтобы оставить в живых. Ач тихо, но верно вскипает. Ещё ни разу я не признал его превосходства даже с помощью крика. Я сделал - хоть и отдав за это страшную цену - так, что любые причинённые мне страдания становятся визуально пустяками. Я ничем не выдаю того ужаса, что я испытываю в ожидании пыток; я всеми силами держу свои крики безумной боли и это приводит Ача в бешенство. От этого мои мучения лишь сильнее... Но это, всё равно, победа. Я сменил позиции между мной и Ачем. Теперь я в какой-то мере управляю ситуацией. Информация не отдана и я доказал, что так будет продолжаться до самой моей кончины. Но Ач настойчив: каждый день он придумывает новый способ пытать и каждый день у меня новое испытание, новая угроза сохранности информации. И каждый день я заново должен собирать по частицам свою волю и свой разум, свои нейроузлы и свой план, чтобы потом молчать, когда вновь боль разорвёт меня изнутри, когда вновь энергон вязкими тёплыми струями потечёт по моему корпусу, когда вновь грянет вечность... Порой, почти соприкасаясь с дном пропасти, куда отправляюсь каждый солнечный цикл, я проявляю бредовое подобие уважения к Ачу. Такую фантазию, как у него, я не встречал ни у кого. И от осознания, насколько далеко могут простираться его идеи, мне становится страшно, ведь любой следующий солнечный цикл может стать для меня непосильной ношей и крики сорвутся с цепи, а за ними, признание и предательство... В конечном счёте - убогая смерть на свалке. Чёрт, и кажется, сегодня тот самый солнечный цикл. Обычно в камере пыток меня подвешивают, чтобы лишить сумасшедших шансов на побег и эффективнее взывать к моим глубоко затаённым крикам, но сегодня меня просто бросают на пол. И от этого становится не по себе. Я чувствую, как энергон в шлангах дрожит, как туманный страх застилает мне и без того мутный обзор. Лёгкий, но быстро разгорающийся ужас вспыхивает в моей искре. Я вспоминаю прошлый цикл солнца, когда путём ввода в мою оптику некого вируса Ач лишил меня зрения левого окуляра и значительно ухудшил чёткость правого. Что же он мог выдумать сегодня? Я пытаюсь унять бунтующую тупую боль почти в каждой моей гайке. Обычно Ач пытает изящно и аккуратно, но вчера, ослепив меня, он буквально выжег себе последние остатки ума. Я ведь так и не крикнул и даже робкого стона я не выпустил в расплывчатый мглистый воздух камеры пыток. От осознания непреклонности моего дорогого молчания, Ач отчаянно избил меня, но это казалось мне блаженством... Помятый корпус - чушь, если сравнить его со страшными манипуляциями Ача с моими нейроузлами и моим центральным процессором. Чудесно... Теперь ясно, почему я не подвешен под потолок. Ач считает, что с моральной точки зрения меня не пробить и попытается подойти ко мне с другой стороны. Он хочет биться со мной в открытую. И это для меня плохо... Я разведчик, не воин. Мои боевые таланты малы, по сравнению даже с самым обычным рядовым солдатом десептиконов. Уж что думать о выживании в драке с Ачем... Открытая небольшая рана прямо над искрой, выполненная скальпелем, вновь пускает мучительные струи и без того ничтожно малой энергии. Чёрт... Моё оружие не в том виде, чтобы даже подать небольшой залп золотистых искр. Уж об этом Ач позаботился тщательнее всего. Под его манипулятором лишиться оружия всё равно, что было потерять свободу личности, свою волю... Потерять себя в чёрной дыре, режущей разум подобно сотням тысячей острых мечей... Снова думаю не о том. Опять отвлекаюсь не на то, что следует. Я должен собраться, встать и главное - молчать. Сейчас молчание, как путь, по которому следует доставить информацию. Моё молчание - это часть моего долга, как разведчика. Я должен не просто доставить информацию, не просто добыть, не просто найти, а ещё и сохранить, иначе передавать уже будет нечего. И я сохраню, если буду думать об этом, а не о своих проблемах. Моя боль - принадлежит только мне и только мне её терпеть и переносить. Никто за меня не победит в этой нечестной схватке. Я медленно встаю. Как бы в насмешку мне, Ач велел не надевать на меня кандалы, чтобы я чётко знал: связанный иль нет, - я жалок и ничтожен, я беспомощен и не нужен никому, кроме самого себя. И я нужен себе живым, иначе проку от меня не будет. Я должен доставить информацию Скауту... Эти мысли отвлекают меня от ежесекундной боли, вспыхивающей в различных участках моего тела. Размышление помогает справляться с бесчисленными недугами, переламывать себя. Встав на сервоприводы, я ощущаю, как страх, клокочущий внутри меня пускает по жилам раскалённые потоки энергона, будто нелепо подбадривая меня. Ладно, это неважно... Главное, - я в нахожусь в онлайне и я молчу. И больше ничто в этом мире в эту самую частицу вечности значения не имеет. Двери камеры открываются с почему-то невероятно громким скрипом. Я вздрогнул от внезапного и сильного шума. Я не помнил, чтобы эти двери с такими громкими звуками отпирались... Возможно, это старания Ача. Большую часть вчерашнего солнечного цикла я метался в бреду и возможно тогда, по случайности или намеренно, Ач повредил мне аудиодатчики... Но если это так и скрип двери кажется мне уже слишком шумным, что будет, если... - Друг мой, я восхищён твоей силой, - отбивается эхом от глухих полых стен. Ач входит без охраны в полутёмную комнату. Мне кажется, или он никогда не даёт мне увидеть больше, чем смазанный блеск его корпуса, неясное свечение оружия и горение двух ядовито-зелёных глаз? Интересно, есть ли в этом что-то важное? Хотя, неважно. Я практически этого не вижу... Несмотря на относительную чёткость своих мыслей, страх перед неизвестным растекается горячими, побуждающими к бегству потоками. Но я стараюсь держать в процессоре очень важную деталь: мой страх столь же бесполезен, как моё оружие. Если бояться, то желание крикнуть возрастёт, а оно и так слишком высокое и мне всё сложнее его удерживать, не говоря уж о том, чтобы не выдавать этой самой "сложности" Ачу. Предостерегающая боль вновь взболтала энергон в моих магистралях. - Но как бы я ни был восхищён, а ты - силён, ничто не вечно, кроме боли. А это значит, что и твоё молчание рано или поздно даст сбой и исчезнет... Ты это прекрасно знаешь, - двери с хлопком закрываются, от неожиданного громкого звука я отдёргиваюсь назад, вызывая ломку в каждом механизме. - Я уже насмотрелся на твой героизм... Но кое-что не даёт мне покоя... И спрашиваю я один раз, просто из любопытства... Я не на шутку тревожусь. В каком-то смысле Ач предлагает скрытую сделку, что ему не свойственно... И скорее всего, не ответь я на вопрос, Ач опрокинет на меня небо и взорвёт планету подо мной, но принесёт такие страдания, каких я и похожих не ощущал... Ач в бешенстве. Я довёл его. Довёл свои молчанием. Это понятно и протоформе. И как я предчувствовал, сегодняшний цикл солнца решает мою судьбу: молчать или кричать. И Ач хочет склонить меня ко второму варианту. - Ответить ты сможешь когда захочешь. Времени у тебя будет вечность... - прошуршал Ач и сделал несколько максимально тихих шага, но и они казались мне взрывами. Странно только, что голосовой модулятор Ача мне совсем не кажется шумным, даже наоборот, я едва могу его расслышать. - Итак, вопрос: хочется ли тебе кричать сейчас? Я замер. Этот вопрос не простой. Я могу ответить сейчас и сказать "не хочу", а могу ответить в разгаре битвы "хочу". За простыми словами будто скрывается некий подвох, но мне некогда разбирать на шестерёнки возможные планы и мысли Ача, которые, собственно, мне никогда не удавалось и не удастся расшифровать. Хотя, данные мысли значения не имеют. Я в любом случае должен молчать и хранить информацию, как собственную искру. Хватило несколько секунд мёртвой пугающей тишины, чтобы Ач понял мой безмолвный ответ. Он медленно вентилирует системы и притушает оптику. В следующую секунду мне кажется, словно на мне сходятся все близлежащие галактики, а в процессоре взрывается сверхновая...