Любовь зла, полюбишь и злодея

Романтическая обстановка развеялась, не выдержав таких надругательств, и теперь даже дорогая меблировка не спасала интерьер от вида комнаты общежития после празднования Дня студента. Впрочем, от утонченной элегантности самих зачинщиц погрома тоже практически ничего не осталось. Взлохмаченные, помятые девушки стояли в разных углах комнаты, соревнуясь друг с другом в убийственности взглядов. Только Вескер оставался относительно спокойным и выглядел как всегда безупречно. Он мужественно стоял у двери, чтобы заслонить вход собою, если девушки надумают перенести боевые действия еще куда-нибудь. Но, к его облегчению, дамам вполне хватило и этого «поля боя». - Если ты его любишь, то должна отпустить, - елейным голосом сказала Джилл, приглаживая свои взлохмаченные блондинистые волосы, и завязала их в высокий конский хвостик. - И не надейся, - огрызнулась Экселла, вытирая платочком лицо от остатков салата, - настоящие мужчины на дороге не валяются, чтобы ими вот так разбрасываться. Джилл невольно покосилась на Вескера в размышлениях, за какие заслуги он стал таким «сокровищем» для этой женщины. В голову, как назло, не желал приходить ни один достойный контраргумент того, что злодей может быть настоящим мужчиной, и девушка отвела взгляд с чувством обреченности. «Я подралась с бывшей пассией своего злейшего врага и теперь уговариваю ее не мешать нашему счастью? Как я только докатилась до такой жизни!» - горестно подумала Джилл. Вескер теперь находился рядом с ней, и его рука по-хозяйски легла на ее талию. Острый локоток Джилл уткнулся ему в бок, девушка сделала громкий вдох-выдох, подавляя выработанный годами рефлекс при близком контакте со злодеями переходить на рукопашный бой. - Мое сердце уже принадлежит другой, но ты обязательно найдешь себе достойного мужчину, – заверил Вескер, со скрипом выдавив в интонации голоса добродушие и тепло. – Ты же потрясающая во всех отношениях женщина. «А ты, оказывается, не такой хороший лицемер как я думала», - мысленно съязвила Джилл. Экселла поправила руины аристократической прически на голове и проворковала с приторной улыбкой на губах: - Что ты, зайка, мне никто не нужен кроме тебя, - и удалилась, эффектно вздернув подбородок до поднебесья и соблазнительно виляя полноватыми бедрами. - Да уж, действительно потрясающая женщина, - проворчала Джилл, провожая ее не самым доброжелательным взглядом. - Она сводит меня с ума, - страдальческим тоном пожаловался Вескер. Джилл убрала его руку со своей талии и отодвинулась. - Ничем помочь не могу, - в глубине души злорадствуя, произнесла Джилл и направилась к двери. Вескер опередил ее, загородив собой выход, и возмущенным полушепотом переспросил: - Как это, ничем помочь не можешь?! Мы ведь договаривались! - Ты не говорил, что эти несколько дней в качестве твоей возлюбленной могут оказаться для меня последними. К тому же она от тебя все равно не собирается отставать, – Джилл попыталась спихнуть Вескера со своей дороги, но тот явно надумал пустить в дверном проходе корни, пока не добьётся своего. - Да, план оказался провальным, но пока продолжим этот спектакль, а я попробую придумать что-нибудь получше. Я спас тебя, не забывай об этом. - А из-за кого я чуть не погибла? Случайно не из-за тебя? – огрызнулась Джилл. - Раз уж взялась помогать, то доведи уже дело до конца, - деловым тоном сказал Вескер, - а потом сочтемся, я за ценой не постою. - Мне не нужны твои деньги, - возразила Джилл из принципиальности, хотя за помехами, создаваемыми совестью, слышался внутренний голос, который говорил, что хорошая сумма наличных была бы очень кстати. - Полезно иметь в должниках человека вроде меня, - спокойно возразил Вескер. Джилл слегка нахмурила брови, задумавшись. Вескер больше не угрожает ей расправой и, более того, готов признать себя ее должником. Значит, у нее действительно есть право выбора. И Джилл, внезапно для самой себя, задала вслух самый логичный вопрос, пришедший ей в тот момент в голову: - Чего ты добиваешься? - По-моему мы это только что обсудили. Я хочу свободы от этой «потрясающей» женщины. - Это я поняла. Я спрашивала про себя. Чего ты от меня добиваешься? - Твоей помощи, чего же еще? – невозмутимо ответил Вескер, но его тонкие губы тронула едва заметная хитроватая улыбка. Джилл сузила глаза, смотря на него с подозрением. И ей очень хотелось стащить с него темные очки, скрывающие его взгляд, но она сдержалась. - И всё? - Может и не всё, - уклончиво ответил Вескер. Злость придала сил Джилл, и, упершись ладошками в грудь Вескера, она таки вытолкнула его в коридор особняка. - Ты куда? – спросил он у поспешно удаляющейся девушки. - Пойду обрадую кое-кого, что ты бросил меня ради нее! – громко объявила Джилл на весь коридор. Вескер молнией бросился ей наперерез и снова преградил дорогу: - Не наглей, Валентайн, не то уроборосу скормлю, - процедил он сквозь зубы. - Не боишься, что подавится? – съязвила девушка, понятия не имеющая, что собой представляет этот уроборос. - У него очень крепкая пищеварительная система, так что я за него спокоен, - заверил Вескер. Джилл фыркнула. - Ты так и не ответил на мой вопрос. - Поговорим лучше у тебя, - сказал Вескер, кивая на дверь с электронным замком. Джилл пожала плечами и вошла в комнату, ставшую ее временными апартаментами. Вескер зашел следом, и дверь за ним тихо закрылась. - Так что ты хочешь от меня узнать? Интересуюсь ли я тобой, как женщиной? – неожиданно спросил он с иронией. - Конечно же, нет! – задохнулась от возмущения Джилл. - Тогда что? «Действительно – что?» - растерянно подумала девушка, вдруг осознав, что сама не понимает, чего добивалась этой ссорой. Точнее внутренний голос подсказывал, что Вескер был прав, и она намекала на то, что нравится ему как женщина, но Джилл не собиралась прислушиваться к таким глупостям. - Я лишь проверяю, насколько тебе нужна моя помощь, - соврала Джилл. - Проверила? – язвительно спросил Вескер. - Угу. - Ну и? - Если я помогу, то ты будешь мне должен, и не надейся от меня легко отделаться. - Поздравляю, мы пришли к тому же, с чего начинали этот разговор. Джилл лишь пожала плечами. - Ладно, отдыхай, - Сказал Вескер, и, повернувшись к девушке спиной, пробормотал. - Знаешь, Валентайн, ты сводишь меня с ума… не в самом худшем значении этой фразы. Он вышел из комнаты, оставив девушку в полном недоумении.