Любовь зла, полюбишь и злодея

Первых десять минут Джилл сидела без дела и представляла, как собственноручно укорачивает жизнь злодею. Потом она решила, что не стоит марать об него руки, и теперь уже подлеца то уносило торнадо, то испепеляла молния, внезапно грянувшая посреди ясного неба. Затем ее посетила странная фантазия, в которой Крис пытается утопить Вескера в вулканической лаве и она встряхнула головой, возвращаясь в жестокую реальность, где суперзлодей не просто жив, но еще и побил все рекорды наглости. — Ладно, что у нас здесь? — себе под нос пробормотала Джилл, открывая гардеробный шкаф. На тремпелях* висело несколько вечерних платьев, и одно из них довольно простенькое, из легкой ткани нежнейшего голубого оттенка, сразу бросилось девушке в глаза. Джилл вытянула его, повертев в руках, одобрительно кивнула и отложила на кровать. Все остальные при беглом осмотре ей показались слишком вызывающими, и она закрыла шкаф. Девушка переоделась в выбранный наряд и посмотрела на себя в зеркало, встроенное в дверцу шкафа. Выглядела она очаровательно: платье подчеркнуло изящную фигуру, при этом не выставляя ее прелести напоказ и идеально подходило под цвет глаз. Джилл невольно улыбнулась своему отражению, чувствуя легкое приятное волнение. На секунду блондинка задумалась, как давно она ходила в последний раз на свидание, и тут же бросила копаться в воспоминаниях — цифра грозила быть ужасающей. С такой работой как у нее не до романтичных вечеров в компании приятного мужчины. К своему давнему напарнику Крису Рэдфилду девушка питала симпатию, грозившую перерасти во что-то большее, чем крепкая дружба, но с годами Джилл мысленно поставила ему неутешительный диагноз «тормоз с женщинами, каких еще поискать надо». К тому же неутешительному выводу пришли и остальные представительницы прекрасного пола в БСАА, так и не поймавшие в свои силки желанную добычу. Джилл отошла от зеркала в расстроенных чувствах. Вескер не заставил себя ждать и официально постучался в дверь, а затем отключил замок и вошел в комнату. Джилл вздохнула, мысленно сетуя на злодейку-судьбу, и уставилась на блондина, стараясь спрятать свою враждебность куда-нибудь подальше. — Выглядишь великолепно, — сказал Вескер, и это прозвучало не как комплимент, а скорее как простая констатация факта. «Да уж, самый странный поступок в моей жизни», — подумала Джилл и взяла под руку своего «кавалера». — Какие планы? — поинтересовалась она. — Всего лишь романтический ужин, моя прелесть, — сказано было абсолютно учтивым тоном, лишь на последних словах в голосе проскользнула тень сарказма. — Ужин… ну хоть что-то хорошее за этот день, — пошутила Джилл, ощущая, что не на шутку проголодалась. — А как же мое общество? — спросил Вескер, все так же тщательно скрывая насмешку. — Действительно, как я могла забыть о таком «подарке судьбы», — театрально закатила глаза Джилл. Она вдруг вспомнила, что вообще-то должна играть возлюбленную, а не язву, и покосилась на Вескера. Его лицо как всегда не выказывала никаких эмоций, и Валентайн решила, что раз признаков недовольства нет, значит, и так сойдет. Размеренным шагом они дошли до одной из комнат, и блондин галантно открыл дверь, пропуская Джилл вперед. На столе уже стояли блюда с едой, бутылка шампанского и фруктовая нарезка. За окном сквозь тюли пробивались солнечные лучи, так что слово «ужин» было пока еще натянутым за уши. Вескер задвинул зеленые гардины, и в комнате тут же потемнело. Отодвинув стул, он все так же учтиво усадил за стол Джилл, запалил свечи, открыл шампанское, и на этом вся его галантность испарилась: сев на кушетку в углу комнаты, «романтичный влюбленный» закинул ногу на ногу, достал карманный компьютер и принялся самозабвенно копаться в нем. — И как это понимать? — изумленно спросила Джилл. — Можешь угощаться, — равнодушно ответил Вескер, не отрываясь от своего занятия. Джилл пожала плечами и, положив на тарелку стейк и несколько ложек овощного салата, принялась уплетать их за обе щеки. От Вескера в комнате осталась только телесная оболочка, которая то злобно ухмылялась экранчику компьютера, то что-то сердито бухтела и грозилась кому-то поотрывать кривые руки и вправить мозги. «Да уж, даже в моем псевдо-свидании нет ни капли романтики. На мне что, проклятие?!». Джилл лениво щипала виноградную гроздь и уже успела заскучать, как вдруг дверь отворилась. В одно мгновение ока Вескер оказался на соседнем стуле от Валентайн, в одной руке держа поднятым бокал с шампанским, другой приобняв девушку за плечи. Джилл, с открытым от неожиданности ртом перевела взгляд с сидящего рядом злодея на вошедшую в комнату девушку невероятной красоты, и сразу почувствовала угрозу для жизни со стороны незнакомки, чей взгляд, если бы мог, обязательно бы превратил ее в горстку дымящегося пепла. — Вот вы где! — с истеричными нотками заявила брюнетка. — А я тут пришла скрасить ваше общество. — Спасибо, не нуждаемся, — со сдержанной вежливостью отказал Вескер. — Да ну, я же вижу, что вы заскучали, голубки, — последнее слово сочилось ядом. Экселла стала у «влюбленных» над душой. — Мы действительно хотели бы побыть вдвоем, — выдавив из себя всю любезность, на которую была способна, проговорила Джилл. Тяжелый взгляд девушки ей категорично не нравился. Она привыкла с легкостью располагать к себе людей, но в этот раз ее ждал провал — тучи ненависти лишь плотнее сгустились над незнакомкой. — Да что ты говоришь?! — перекривляла ее Экселла. — Я не дам тебе увести моего ненаглядного, змея! — Чего? — у Джилл снова от удивления отвисла челюсть. — Я не… — она залилась краской стыда, поняв, что рука Вескера все еще лежит на ее плече. — Ты его не получишь! — отрезала Экселла, и, решив, что переговоры на этом можно заканчивать, перешла к бою. Джилл вскрикнула от боли, когда «соперница» потянула ее за волосы. Вескер тщетно пытался разжать пальцы Экселлы. Джилл пришла в ярость, что страдает ни за что, и ударила ладонью по концу ложки, торчавшей из греческого салата. Хороший ком катапультировался прямо ее обидчице в лоб. Экселла взревела, как смертельно раненый лев, и Вескер наконец разжал капкан цепких пальцев. Почувствовав свободу, Валентайн тут же нырнула под стол и выползла на четвереньках с другой его стороны. — Я до тебя доберусь, разлучница, ты еще пожалеешь, что со мной связалась! — истошно вопила она, пытаясь вырваться из стальной хватки Вескера. — Джилл, спасайся! Йой!!! — взвыл Вескер, когда высоченная шпилька со злостью опустилась ему на ногу. Освободившись, Экселла снова пошла в атаку. Джилл продолжила метание содержимого тарелок, но брюнетка одним махом сдернула скатерть, скинув все на пол. Лишившись подручных средств, Валентайн вступила в рукопашную схватку. На попытку разнять девушек, они обе завопили в один голос: — Не мешай! После часа беготни по комнате, толканий, катаний по полу, девушки, наконец, выбились из сил, и все закончилось боевой ничьей, потому что «победила дружба» - это точно не про них.