Исповедь Неба

      POV Милы       - Что-то случилось? – обеспокоенно поинтересовался Арсений, выхватывая из моих рук пульт от телевизора.       Поскольку в воскресение вечером ни ему, ни мне нечем было заняться сидя каждому в своей квартире, а гулять на улице по многолюдным местам не сильно-то и хотелось, ровно как и искать безлюдные, Фильков пригласил меня к себе домой на, как он выразился, «чашечку кофе», подразумевая под этим просмотр кинокомедии, которая буквально на прошлой неделе вышла в кинотеатрах.       - С чего ты взял? – удивленно посмотрела я на парня, убирая за ухо выбившуюся прядь. Надо было их в хвост собрать. Вечно мешают. Или остричь их к чертям… О, Господи! Уже ругаюсь как Жеманов. Во всем виновато его отрицательное влияние на нас!       - Просто фильм закончился минут пятнадцать назад, а ты… - попытался объяснить учитель, но я не дала ему возможности договорить.       Встав с дивана и оставив в гостиной физрука наедине с самим собой, я направилась в сторону кухни в сопровождении скрипа паркета. Да, у него в квартире тоже имелось это половое «счастье». Практически во всех комнатах, окромя ванной и кухни.       Открыв синюю дверцу вечно подающего «признаки жизни» холодильника, я достала наполовину полную литровую бутылку минеральной воды. Выпив содержимое, я бросила пластик в мусорное ведро, а сама умостилась на табурете, уткнувшись лицом в ладони, предварительно уперевшись локтями об деревянную поверхность круглого стола, покрытую белой с легким оттенком синего кружевной скатертью.       До сих пор помню как мы ходили с ним полгода назад по магазинам в поисках подходящей!       - Эта слишком длинная, эта слишком короткая, эта чересчур уж белая, эта практически серая, эта вообще ромбиком! – возмущался тогда он.       И продолжались бы наши мучения и дальше, однако положение спасла университетская подруга Сени Лена, посоветовав нам поискать товар в интернете. Буквально через три дня на кухне Филькова красовалась новая скатерть, соответствующая всем нашим требованиям, а в благодарность Скоромохиной был послан торт «Наполеон». Ее любимый, как я вскоре узнала от любимого учителя.       Сеня, стоявший позади меня в дверном проеме, наверняка тоже вспомнил те деньки, поскольку услышала как он усмехнулся. А дальше все было как в той комедии, что мы смотрели. Торопливые шаги, поворот, и вот я, сидящая на табурете, смотрю на него, стоящего на коленях передо мною. Повинуясь появившемуся из неоткуда внезапному порыву нежности, я, наклонившись чуть вперед, обняла его, такого родного и любимого человека, за шею. Одна мужская рука легонько стала поглаживать по спине, вторая перебирала длинные пряди.       Не важно как мы выглядели со стороны, не важно как долго мы находились в такой позе, это было важно для нас, для нас и ни для кого больше…       - Мил? – позвал меня Сеня, услышав мой всхлип.       Отстранившись, он обеспокоенно всматривался в мое личико.       - Девочка моя, ты чего? – Обхватив ладонями лицо, Фильков большими пальцами принялся вытирать мокрые дорожки с моих пухлых щечек. Я отрицательно покачала головой, закусывая нижнюю губу и пытаясь остановить непрошеные слезы, которые и не собирались мне подчиняться. Временами мне кажется, что они живут своей жизнью. Хотят - идут, не хотят – все равно идут. – Я сделал что-то не так? – Опять мотаю головой, давая понять, что он здесь ни при чем. Но почему тогда я так странно себя веду? Только у беременных может быть такая резкая смена настроения, а мы с ним уже не раз обсуждали этот… этап в наших отношениях. Я знаю, что он хочет малыша, и полностью разделяю его желание, но мы решили, что до моих двадцати пяти ни-ни.       И все же… Я сейчас наверняка забавно выгляжу с красными глазами, распухшим носиком того же цвета и закусанной губой. Представив себе эту картину, я невольно улыбнулась и даже перестала лить слезы.       Шмыгнув носом пару раз, я приблизила свое лицо и мои губы накрыли его в нежном поцелуе. Арсения сначала охватил ступор, но он быстро пришел в себя и даже перехватил инициативу в свои… губы! И не только… Кончик его языка прошелся по нижней губе, умоляя меня приоткрыть ротик для более глубокого поцелуя, а руки притягивали все ближе и ближе, пока я не коснулась напряженными и жаждущими прикосновений сосками мужской груди.       - Сеня, хватит, - с трудом выдохнула я прямо ему в губы, прервав на мгновение поцелуй, грозящий перейти в нечто большее. – Ты же помнишь чем все это закончилось в прошлый раз?       - Конечно помню, малыш, - тяжело дыша прошептал Фильков и, зарывшись носом в мои волосы, продолжил: - Но соблазн слишком велик…       Конец POV Милы       - Избавьте меня от этих розовых соплей! – вскипел Жеманов. – Это совсем не те вещи, которые можно рассказывать в присутствии шестилетней принцессы!       Мила с Арсением переглянулись.       - Милый, ты чего? – спросила Лика, держа на руках Майю, которая во все свои любопытные глазки посматривала на взрослых, крепко прижимая к себе плюшевого коричневого мишку с синим бантиком на шее, которого сегодня ей подарил дядя Сеня, и не совсем понимая, почему папочка прервал рассказ крестной.       - Со мной все в норме, - ответил мужчина, не понижая уровня собственного гнева. – Но пускай эти двое, - и указал пальцем в рядом сидящую парочку, - не рассказывают тут всяких пошлостей!       - Ну, если ты простой, я бы даже сказал, невинный поцелуй считаешь пошлостью, то что говорить уже о…       - Фильков, гадёныш необразованный, на что это ты тут сейчас пытаешься намекнуть?       - Вот когда дойдем до «этого» места в рассказе, тогда твоя головушка поймет, и, зная тебя, я полагаю, что в этот момент твоей милой дочурки рядом не будет, - загадочно произнес Арсений и на глазах присутствующих поцеловал Милу.       Лика рассмеялась, явно догадавшись на что намекал будущий муж подруги.       - Горько! – радостно завопила малышка.       - Майа, прекрати!       POV Арсения       Перебравшись с кухни обратно в гостиную, я уселся на диван, а любимая устроилась под боком, переплетя свои пальцы рук с моими.       - Прошло уже три недели… - неуверенно начала Мила, посматривая на черный экран телевизора, и замолчала. Как будто боится озвучивать собственные мысли.       Иной раз сидишь вот так в четырех стенах и обсуждаешь сам с собою что-то, и невольно возникает мысль, что надо этими мыслями с кем-то поделиться, а потом понимаешь, что лучше ничего не говорить. До чужих проблем никому нет дела, своих хватает.       Но сейчас был явно не тот случай.       - С того момента как…       Я решил немного ее подтолкнуть к этому разговору, ибо интуиция мне подсказывала, что именно из него я смогу извлечь важную информацию и предотвратить появление каких-либо новых проблем, имея за плечами гору старых. А их приближение я очень хорошо стал чувствовать яц… жопой! С тех пор как познакомился с Жемановым. После этого они нас стороной даже и не думали обходить, наоборот, липли как магнит к металлу, фиг отдерешь.       И вообще, давно надо было сказать Гошану, что прежде чем вляпаться в очередное дерьмо, можно спросить разрешение на это самое внедрение у друга, а не как он всегда делает: сначала увязнет по самые гланды, а потом начинает вопит: «Сеня, протяни мне яйца помощи, ведь мы все-таки друзья!».       А еще этот парик Тёмновой…       - Сеня? – вывел меня из размышлений голос Милы.       - Прости, я задумался.       - Заметила. – Губы блондинки невольно растянулись в улыбке. – Значит, ничего не слышал из того, что я говорила?       - Ни слова, - и улыбнулся в ответ.       - Придется заново…       - Придется, - согласился я с ней и пересадил малышку к себе на колени, крепко обхватив руками за бедра, чтобы деру не дала. – Весь во внимании, моя госпожа!       - Не паясничай! – Она шутливо стукнула кулачком в грудь, а я даже не почувствовал.       - Прости, прости, - и быстро чмокнул в щечку. – Слушаю.       - Мы с ребятами заметили, что Варя, Аня, Лиза, а также пару ребят, которые с ними постоянно общаются, немного странно себя ведут, и это выражается не только в их поведении на уроках или во время перемен.       - Странно, - задумчиво произнес я, немного нахмурив лоб. – Ничего такого за ними не замечал. По крайней мере, в те дни, когда у вас мой урок.       - Но ведь после школы тебя или Жеманова с нами нет. Вот вы и не знаете всего.       - Что-то случилось? – А рука моя тем временем прошлась по внешней стороне ноги блондинки от бедра до коленки.       - Да ничего особенного, просто на днях после занятий мы решили зайти в торговый центр. Тот, что на площади, - пояснила Мила. – Знаешь?       - Конечно.       - Так вот. Пошли туда, ходили мы, ходили от магазинчика к магазинчику, и тут, повернув голову, я чисто случайно я заметила, как Артем и Дима за нами следят.       - Братья Дурмановы? – удивился я. – Которые уже два года сохнут по Красочкиным, ходят за ними как послушные собачонки, выполняют любую их прихоть, а те ими только помыкают? Те самые Артем и Дима?       - Ага.       - А ты уверена, что они следили? Может они тоже решили пройтись по магазинам в поисках очередного бесполезного подарка для своих дам, - предложил я ей свой вариант развитий событий, хотя сказанное Чикановой меня чуток заинтересовало.       - И при этом выглядывали из-за угла? – съязвила блондинка. – Сень, не будь маленьким! Даже Ира сказала, что чувствует на себе чей-то взгляд, хотя от витрин взгляда не отрывала, а эту парочку и в глаза не видела, - серьезно продолжила она. – Про Лику вообще молчу. За территорией школы она себя чувствует еще более не комфортно, чем внутри заведения. Стас вообще предложил связать ее по рукам и ногам и закинуть ее себе на плече. Ее поведение реально напрягает.       - Могу себе представить состояние Тёмновой с учетом того, что я видел во время уроков.       - Если учесть тот факт, что ты и Жеманов присутствуете только с понедельника по четверг, то вы кое-что упустили, - на полном серьезе произнесла Мила, притормозив поползновения моей шаловливой руки, которая за отвлекающим разговором умудрилась перебраться на внутреннюю сторону бедра девушки и стремительно приближалась к заветному местечку. Ах, как хорошо, что Чиканова любит юбки свободного покроя и длиной только до колена. Удобно, красиво, практично!       - А ты говоришь умные вещи, малышка, - вдруг ляпнул я. Главное, что рядом нет ничего тяжелого. Если и стукнет чем-то, то сотрясение мозга не получу.       - Спасибо за комплимент, - и почувствовал легкий поцелуй в щеку. – Надеюсь, это не был намек на то, что я блондинка?       - Никак нет, моя хорошая. Так что ты там говорила за отсутствие нас с Гошкой по пятницам? – решил я вернуться к разговору.       - Большая часть странностей как раз происходит в этот день, особенно перед уроком обществознания. И мне кажется, что все это не случайно. А на выходных, мне Лика рассказывала, ей на домашний и мобильный телефоны звонят с неизвестных номеров, а в социальной сети приходят сообщения с угрозами, - продолжала тараторить Чиканова с такой скоростью, будто куда-то опаздывала, и я даже не пытался ее прервать.       Но сказать, что я был в шоке от услышанного, не сказать ничего. Я, конечно, могу понять, что у родителей девочки не самый положительный момент в жизни, но нельзя же быть настолько безразличными к судьбе собственного отпрыска!       Стоп…       Она что-то сказала про урок обществознания.       - Кто его у вас ведет? – быстро спросил я у Милы, когда она на секунду замялась, словно думая, что бы мне еще такого рассказать.       - Что?       - Урок.       - Какой?       - Обществознание.       И почему у меня возникло ощущение приближающейся опасности? Вроде бы Жеманова нигде поблизости нет, и этот урок никак не может быть связан с химией!       - Тереза Люсьеновна, - как ни в чем не бывало ответила блондинка, но потом разочаровано вздохнула, когда я перехватил ее пальчики, стремящиеся к пуговицам на моей рубашке.       - А фамилия? Фамилия у нее какая?       - Не знаю, - честно призналась Мила. – И отвечаю на следующие твои вопросы: в классном журнале не записано, весь школьный персонал зовет ее по имени и отчеству, в личном деле этого тоже нет, и вы с ней не пересекались только потому, что у нее урок только в пятницу и только у моего класса.       Улыбнувшись, я крепко обнял ее и поцеловал в висок.       - Как же хорошо ты меня знаешь.       - А ты сомневался? – полюбопытствовала Мила и потянулась к моим губам.       Тереза… Тереза… Что-то знакомое… Из прошлого…       Конец POV Арсения       - А мне позвонить в тот же вечер и рассказать о своих подозрениях ты, конечно же, не мог?       - Если бы кто-то, не будем тыкать в этого человека пальцем, - начал было Арсений, но рассмеялся, когда маленькая Майя стала сказанным выше жестом указывать в сторону своего папочки. – Смышлёный ребенок, нечего добавить. Так о чем это я? Ах, да. Если бы кто-то брал трубку, когда ему звонят, то он был бы в курсе!       - У меня была важная встреча, - отмахнулся Жеманов.       - С моими родителями, - вставила Лика, поглаживая Майю по головке.       - А ты откуда знаешь?       - Милый, после их внезапного появления на выпускном они просто обязаны были мне все рассказать! – и улыбнулась мужу. – Прости, если они это сделали без твоего согласия и задолго до тебя. Они же любя.       - Ясно…       - Па-а, не отвлекайся! – закричала самая младшая Жеманова.       POV Георгия       - Георгий Александрович, какова вероятность в том, что придуманный вами план окажется успешным? – скептически заметил отец Лики, выслушав мое предложение.       Идея, или как этот врачишка выразился план был реально рискован. Но риск заключался как раз не в том, что что-то может пойти не так, а в том, выдержит ли психика Тёмновой-младшей то, что я задумал. А задумал я ухайдохать Ликуськиных предков! Не в прямом смысле. Всего лишь инсценировка с помощью друзей Сени, только они об этом еще не знают.       - Вероятность успеха равно вероятности провала, тоесть пятьдесят на пятьдесят, - спокойно ответил я ему, просматривая записи в блокноте.       - А если серьезно?       - Я именно так и сказал Вам, - немного раздраженно бросил я, отрывая глаза от личных каракуль и впиваясь взглядом в этого… этого… выёбщика в галстуке! Я ему тут помочь пытаюсь, жизнь стараюсь спасти, в прямом смысле слова, а он еще и недоволен как я ему отвечаю. Вот возьму, плюну на это дело, встану и уйду! И срать мне на Вас с Эйфелевой башни!       Увы, сказать сейчас такое я не могу, ведь обещал его жене помочь. А обещания надо выполнять. Вот что-что, а это правило мне маман очень хорошо вбила в мой мозг. Даже не знаю, сказать ей за это «Спасибо» или не стоит?       - Миша, Гоша, не ругайтесь! – упрекнула нас моя мамулечка-красотуличка, ставя на стол четыре чашки с чаем. – Все как ты и любишь, - добавила она, ловя на себе строгий взгляд Михаила Геннадиевича.       - Хорошо, что мы решили собраться у тебя на квартире, Маш, - миролюбиво произнесла Анна Петровна, тыкая своего мужа локтем в бок. Слабова-то, женщина! Надо было сильнее и желательно между ног.       - Почему? – Маман заняла свое месту между мной и подругой.       - Если они набросятся друг на друга, то по крайней мере свидетелями будем только мы с тобой да битая посуда.       - Не забудьте про возможные телесные повреждения для вашего мужа, - язвительно выплюнул я, протягивая руки к чашке.       - И вашего сына, - не остался в долгу Михаил, повторяя мои жесты относительно элемента фарфорового сервиза. И ради этого человека надо было его доставать?! Можно было и обычные чашки поставить на стол!       - Жеманов!       - Тёмнов!       - Он первый начал! – выкрикнули мы одновременно, тыча пальцами друг в друга. После чего оба получили подзатыльники. Я - от маман, он – от жены. Хих, а она хорошо его треснула, с душой так.       - Итак, господа, если вы угомонились, то я предлагаю продолжить разговор, ради которого мы здесь собрались, - заявила Анна Петровна после сделанного глотка чая. – Прекрасен как всегда, Машуль.       - Спасибо, Ань.       По словам матери, патриархом в их семье подрабатывает Михаил, в чем я сегодня немного засомневался. Вот это женщина! При желании наверняка и в избу горящую заскочит, и коня на скаку остановит. Всем нос утрет! Если бы дочка была хоть немного похожа на нее, а то Лика слишком уж скромная. Надо будет заняться ее раскрепощением!       - Гоша, прошу тебя, еще раз напомнить, в чем состоит твой план по вывозу нас из страны. Вдруг возникнуть новые нюансы, которые надо решить как можно быстрее. Все должно быть без единой загвоздочки, иначе Лика не поверит.       Только я приготовился говорить, только открыл свой рот, звук даже не успел сорваться с моих прекрасный уст как у меня в спортивных штанах в катастрофически яркую клеточку зазвонил мобильный. Засунув руку в карман, я сбросил входящий звонок. И только я вновь собрался что-то сказать, но опять потерпел неудачу. Проделав ту же операцию, я встал из-за стола и вынес телефон к себе в комнату. Вернувшись на кухню, мне удалось таки произнести пару-тройку предложений, но этот настойчивый абонент…       Смачно выругавшись (и плевать хотел на то, что обо мне подумают эти старперы), я вернулся в спальню и даже не взглянув на экран мобильника вырубил аппарат к чертовой матери, бросил его на кровать, так еще и накрыл его подушкой. Так, на всякий случай. Вдруг самостоятельно включится!       Через час после разговора, родители Лики засобирались домой, чему я был несказанно рад. И даже не скрывал этого, когда приплясывая подавал сумочку Анне Петровне и мысленно засовывал тросточку в зад Михаила Геннадиевича. Что поделать, если я не привык к такому количеству людей в этой квартире.       - Гош, а ты уверен? – спросила мама, когда дверь за гостями закрылась на все замки и мы перешли из прихожей в гостиную.       - Хочу быть уверенным в сто процентном положительном результате.       - Почему? – Присев рядом со мною на диван, женщина поладила меня по голове, словно я маленький ребенок.       - Не знаю, мам, не знаю.       И вправду, почему?       Не мог же я…       Конец POV Георгия       - Не мог же ты что? – мгновенно заскулила Майа, догадавшись, что рассказ на сегодня подошел к концу.       - Завтра узнаешь, малышка, - пробормотал отец, забирая девочку из рук матери.