«Попробуй во вторник»

Когда после четырех часов дня Дин закончил возиться с учениками и их родителями (и не то чтобы ему платили за полчаса переработки), он вернулся в здание школы, чтобы проверить тетради с домашней работой. Будучи абсолютным гением, он оставил их в классе и попросил коллегу закрыть его, и, в конце концов, потратил еще полчаса на поиски охранника, который открыл бы ему класс. Он мог бы и сам сорвать замок – это пришло ему в голову, когда он собрал все научные проекты. Какой смысл иметь трудное детство, если он даже не использует свои навыки во взрослой жизни? Скиснув от этого факта, он потерял еще двадцать минут, отведенных на проверку домашних заданий, и достаточно скоро понял, что просто тянет время. Он собрал и уложил стопку бумаг на заднее сидение его трофейной Шеви Импала 67-го года и направился домой, заехав по пути в супермаркет. Он готовил ужин этим вечером для Сэмми и его очаровательной девушки (Джесс, не Джессика), и знал, что в шкафу у него ничего не припасено. Приготовление еды было радостью для Дина, большей, чем работа с детьми. Но, как и в случае с детьми, когда еда не ведет себя должным образом, он сходит с ума. – Я не знаю, что с этим случилось, это просто дерьмо, да! – орал Дин в телефон, пинком закрывая дверцу духовки. – Нет, я не могу взять еды на вынос! Я не зарабатываю как ты, мудачный адвокат! Успо… Успокоиться?! Однако Дин успокоился, закрыв глаза и молчаливо закипая, когда Сэм трещал о китайцах и когда они появились, и об отдыхе, и об остальном дерьме, и Дин отключился на пятом предложении. – Да, да, ладно, неважно, – вздохнул Дин, позволяя Сэму говорить в тишине. – Увидимся в половину седьмого, – наконец сказал Дин и закрыл телефон, прислоняя его к подбородку. – Ебаная мудаческая запеканка. Не зная, чем еще заняться, Дин убрал беспорядок, который он сотворил, оставил подгоревшие противни отмокать, а затем пошел выбирать, что надеть сегодня вечером. Не на ужин с Сэмом и Джесс – они могли смириться с его грязной и потной одеждой – а для Кастиэля. Сексуального библиотекаря. Сексуального парня-библиотекаря. Дин практически вытряс свой гардероб на постель, отделяя клетчатые рубашки от джинсов, а потом от футболок. Он хотел что-то подобное тому, что носил раньше, в чем ему было комфортно, в чем он обычно проявлял себя, но что-то не очень простое, а показывающее его достоинства. Он все еще выбирал между темно-зеленой рубашкой и черной футболкой с длинными рукавами и рядом пуговиц, когда от двери раздался ужасный грохот, означающий, что кто-то стучит в нее с другой стороны. Рукой с тканью он дотянулся до двери и открыл ее, чтобы Джесс и Сэм могли войти. – О да, – Сэм размахивал рукой перед своим лицом, – ты и правда сжег ее. – Теперь ты определенно умнее пятиклассника, – проворчал Дин. Он приветственно кивнул Джесс, которая тоже сморщила лицо. – Постарайтесь сохранить еду на столе, я буду через минуту. – Чем ты занят? – спросила Джесс, ее длинные светлые волосы разлетелись, когда она попыталась посмотреть, что складывает Дин. – У меня, эм… – не свидание, – дела сегодня. – Свидание? – усмехнулась Джесс. Дин поморщился. Это не было свиданием. Не будет свечей, фильма-и-ужина, и они не разделят кровать после этого. Это был просто поцелуй. Конечно, это не было что-то невинное в целом, но, честно говоря, насколько Дин мог видеть, этой ночью его ждали просто поцелуи и объятия. Как будто он мог взять больше, чем это. Бисексуальность была чем-то новым для него, черт возьми. – Не свидание, – твердо сказал он, – просто друг, я думаю. – Как ее зовут? Дин снова посмотрел на Джесс, скрестившую руки на груди. Сэм расставлял тарелки на крошечной кухне и метался, как ракета, так что Дин чувствовал себя в достаточной безопасности из-за шума и шепнул Джесс: – Его зовут Кас. – Друг, да? – она подчеркнула это слово, улыбаясь уголком губ. – Никогда не думала, что ты заботишься о том, чтобы надевать красивую одежду для своих друзей. Дин опустил взгляд на рубашку и футболку, которые он держал в руке, и пожал плечами, прикладывая их по очереди к груди: – Которая? Джесс откинула голову, расправляя и ту, и другую вещь. – Какие джинсы ты наденешь? – Те, нерваные. – Черная футболка? – Только если я надену куртку, – ответил Дин; он уже несколько раз бывал в подобной ситуации. Они вместе вошли в крошечную спальню из прихожей, и они едва могли идти рядом. Джесс задумчиво промычала, глядя на разложенную одежду. – Иди в черной футболке под зеленой рубашкой, а сверху надень коричневую кожаную куртку. На улице ветрено. – Но я хочу что-то, знаешь, полегче. – Черная футболка под зеленой рубашкой. Кожаная куртка. Да ладно, Дин, это никогда не подводило тебя раньше. Дин закусил губу. Да, это никогда не подводило его раньше, но это было для девчонок. – Но… он пижон. И гей. Джессика усмехнулась. – Привлекательная привлекательность привлекательна, Дин. Ты хорошо выглядишь в чем угодно. Кроме того, – она взглянула на кухню, проверяя, занят ли еще Сэм, – он правда собирается все время смотреть на твою одежду? Дин прижал свой выбор одежды к себе, загадочно улыбаясь. – Мы не… собирались заходить так далеко. – Таким образом, это свидание. Дин провел рукой по лицу. Он не знал, какого черта это было, если честно.

❖

Без пяти восемь Дин вышагивал вокруг библиотеки, вглядываясь в огромные стекла на входе. Он мог видеть свет, который струился из-за угла внутри, предположительно, от стойки. Он подумал, что мог бы постучать, но… Но это был его последний шанс… Господи. Спасти его гетеросексуальность? Хех, как будто это когда-либо вообще было возможно. Факт: Дину нравились парни. Факт: Дин оказался желторотым, когда дело дошло до парней. Таким образом, предложение очевидного, не обязывающего ни к чему поцелуя от парня, который, во-первых, точно входил в лигу Дина, во-вторых, тотально и абсолютно красив, и, в-третьих, действительно хорошо пах, было как взрыв для Дина. Он хотел замутить с другим парнем с тех пор, как был тинейджером, но делал ли он это когда-либо? Неа. Это был его шанс. Может, единственный шанс, когда он согласен будет взять на себя эти условия, потому что так редко у него было время просто сидеть и болтать с милым парнем. Не говоря уже о том, как он отпускал себя рядом с ним. Расслабься, думал Дин, продолжая шагать. Его сердце билось в смертельном ритме, а пальцы чесались взяться за руль его автомобиля и уехать далеко-далеко. Но затем свет в углу моргнул, Дин поднял голову и увидел улыбающегося Кастиэля, пересекающего пространство между его столом и стеклянной дверью. Дин усмехнулся в ответ, его напряженность уходила прочь. Кастиэль был таким успокаивающим. Он был похож на схваченную сферу шаровой молнии, на которую было так интересно смотреть – так загадочно – когда Дин подошел ближе и почувствовал это в его присутствии. – Я надеюсь, ты не очень долго ждал, – сказал Кастиэль, отпирая дверь и отворяя ее. Обычно она открывалась по датчику движения, но теперь он был отключен, потому что библиотека уже должна закрыться. – Я только что пришел, – Дин вошел внутрь, глядя на вставшего на цыпочки Кастиэля, который закрывал засов на двери. Кастиэль щелкнул пальцами, предлагая Дину следовать за ним, и они вместе прошли до стола выдачи. Свет от настольной лампы заливал все вокруг оранжевым светом, и Кастиэль направился к ней, поворачивая затем направо, приложив руку к стене. – Сюда. – Ты же не собираешься убить меня, а потом спрятать тело, правда? – спросил Дин. Кастиэль шокированно моргнул: – Почему ты так думаешь? Дин выдавил нервный смешок, разглядывая корешки книг, сваленных на столе. – Нет, я просто спрашиваю. Кастиэль встретился с ним взглядом, и они медленно улыбнулись друг другу. Кастиэль моргнул, опуская взгляд на собственную руку. Он не хотел переодеваться, и вечерняя щетина хорошо смотрелась в этом свете. Кастиэль протянул руку Дину, позволяя ей зависнуть в воздухе, пока тот не взялся за нее. Глаза Кастиэля блеснули, и он провел Дина через стеллажи в заднюю комнату. Здесь свет изменился – он был ярким, люминесцентным. Дин покосился на Кастиэля, и тот успокаивающе сжал его руку. – Мы не останемся здесь, есть еще одна комната. – Хорошо, потому что… эм. Кастиэль рассмеялся, большим пальцем проводя по тыльной стороне его ладони. Дину нравилось его тепло, и он позволил ему провести себя сквозь горы книг и по узким проходам между полками и стеной. В глубине этой комнаты была еще одна дверь, и Кастиэль повел его прямо к ней. Дин отодвинул неровно висящую красную штору, и Кастиэль мог увидеть ручку двери. Она распахнулась внутрь, когда Кастиэль толкнул ее, и порыв теплого воздуха поднялся от щиколоток вверх по джинсам Дина. Оттуда пахло старой бумагой и пыльной тканью. Кастиэль потянул за шнур, чтобы включить свет, и теплое желтое сияние от лампочки разлилось сверху. Это была крошечная комната хранения размером всего два шага в ширину и три шага в длину. Кастиэль втащил Дина внутрь, пятясь назад, и тот пинком закрыл дверь, даже не оглядываясь. Замок со щелчком закрылся, и они остались одни в компании деревянных полок и света. Дин увидел трепещущие веки Кастиэля, услышал его дыхание и мягко двинулся к нему. Кастиэль был на пару сантиметров ниже его, едва ли это вообще было разницей в их росте. Их губы были так близко, что Дин почувствовал вкус жвачки в дыхании Кастиэля, ощутил острый, теплый аромат, что его окружал. Дин облизнул собственные губы, толкая Кастиэля назад во внезапном порыве. Задняя стена комнаты была выкрашена светлой краской, и на ней не было полок. Дин увидел это, когда они сделали шаг назад; их горячее дыхание раздавалось в тишине. Дин рванулся вперед и поцеловал его. Он отстранился назад, вдруг тяжело дыша, бегая взглядом между приоткрытыми губами Кастиэля и его глазами с длинными черными ресницами. Он снова поцеловал его, чувствуя вкус мирры, мятной жвачки, сладкой слюны, тепло человека, прижимающегося к нему. Дин издал тихий вздох, когда отстранился снова. Его внутренности горели от волнения, в животе все натягивалось, но, в отличие от того, что было раньше, сейчас он был взволновал и доволен – Кастиэль был приятным на вкус, он хорошо целовался, и Дин наклонился снова… Их руки прошлись по талии друг друга, и Дин ощутил крепкие и упругие бедра Кастиэля под своими руками, большими пальцами проводя по выступающим косточкам и рельефным мышцам. Ничего похожего на то, как было, когда Дин касался любого другого человека, совсем не так. Его губы сжимались и дрожали; Кастиэль целовался, будто озаренный приглушенной яростью, как будто пытался что-то найти во рту у Дина. Дин задрожал, издавая возбужденный звук, не заботясь о том, чтобы сдержать его. Он хотел этого, и Кастиэль знал, что он хотел этого, так зачем пытаться его скрыть? – Ох, – выдохнул Кастиэль, когда оказался прижатым спиной к стене. Правую руку Дин завел ему за поясницу, притягивая его бедра ближе, и Дин сам прижался к нему, затягивая его губы в еще один поцелуй. Их глаза снова были закрыты, и Дин представлял себе теплое красное пламя, а его чувства были оглушены вечным запахом сладкого парфюма. Это было так мягко. Забыть о жестких линиях его тазовых косточек, забыть о мышцах на широких плечах Кастиэля. Когда они целовались, все было нежным, и да, это было необходимо, и Дин обрушивался в это, как будто он мог вырвать два поцелуя в одно и то же мгновение, но Кастиэль едва прикрывал рот, словно мягко смахивая перышко или быстро проводя рукой по спине хрупкого животного. Дин закатил глаза, позволяя Кастиэлю раздвинуть его губы и провести языком по задней стороне зубов. На мгновение Кастиэль отстранился, целуя только нижнюю губу Дина и щетину на его подбородке. – Ты как? – спросил Кастиэль низким и легким, как виски на крыльце в летнюю ночь, голосом. Дин пробормотал что-то неразборчивое, а затем приоткрыл свои глаза. На его лице трепетала улыбка, и он был несколько ошеломленным и застывшим от поворота событий. Глаза Кастиэля потемнели, и он прикрыл их, открывая влажные и покрасневшие губы. – Колюче, – выдохнул Дин, а Кастиэль усмехнулся. Дин лениво усмехнулся в ответ, выдохнув в губы Кастиэля, и наблюдал за ним, задерживая воздух в легких. – И… – Дин сглотнул, – и я чувствую бабочек. И это захватывающе. Кастиэль улыбался, легко наклонив голову вбок. – Более захватывающе, чем с девушками? Дин закрыл глаза и задумался. Пытаясь думать об этом, – вызывая в воображении мысль о поцелуе с женщиной – он нахмурился, а мышцы его лица судорожно сокращались. Он вернулся взглядом к ожидающему выражению лица Кастиэля, вызывая приступ замешательства у себя внутри. – Я не знаю, – признался он, – я не помню, как это – целовать девушек. Глаза Кастиэля блеснули, и он перевел взгляд обратно на губы Дина. Оу, подумал Дин. Кастиэлю это понравилось. Кастиэль наслаждался этим, наслаждался поцелуем с Дином. Он сам не знал, почему был удивлен, но все, о чем он действительно думал, – это собственные ощущения. Ему понравилось это, конечно, понравилось. Но Кастиэлю? Он потянулся вверх, поднимая подбородок повыше. Дин ухмыльнулся. Лучше дать Касу то, что он хочет, не так ли? Их губы встретились в более теплом и влажном поцелуе, рты скользили друг по другу, а мягкие звуки поцелуя ласкали слух Дина. Кастиэль издавал еле слышные стоны, такие тихие, что Дин бы не услышал их, если бы они не были направлены в его открытый рот. Длинные силуэты их тел прижимались друг к другу, плечи Кастиэля касались стены, а бедра Дина постепенно притирались между его ног. Дин прижал одну руку к стене, другой сминая ткань жилета на Кастиэле и прижимая ее к спине Кастиэля. Дин удивленно моргнул, когда с его плеч стянули кожаную куртку. Он прервал поцелуй и посмотрел на куртку, висящую на предплечьях. С любопытством он перевел взгляд на Кастиэля. Кастиэль смотрел с небольшим чувством вины в глазах, почти с извинениями. Но все было в порядке, все равно Дину стало слишком жарко под этой кожей. Он убрал руки от Кастиэля и позволил куртке упасть на пол. Ударом стопы он отпнул ее подальше. Он хотел большего, хотел нагнуться, но оказалось, что его сдерживает поднятая рука Кастиэля. – Что? – спросил он, его глаза блестели между тонкими пальцами ладони Кастиэля. – Хочешь остановиться? Язык Кастиэля прошелся по губе, когда он покачал головой. Рука оказалась прямо на груди Дина, сминая черную футболку, когда Кастиэль дотянулся рукой вперед. Дин затрепетал, чувствуя его руку сквозь одежду, ему нравилось, какой широкой была ладонь Кастиэля и какой сильной. – Ты не ответил на мой вопрос раньше, – пробормотал Дин, снова выдыхая слова в рот Кастиэля, их челюсти одновременно задвигались, и шею под воротником залило теплом. Рука Кастиэля терла сосок Дина, и тот не мог делать ничего, кроме как стонать, потому что его вопрос был потерян в беспорядке из сосков, рук и рта. В джинсах все уже напряглось, когда Кастиэль повел носом: – Какой вопрос? – Что ты делаешь... – поцелуй, губы к губам, губы к щеке, – качаешься? Улыбка Кастиэля изменила их поцелуй, щетина стала покалывать губу Дина, заставляя кожу гореть. – Я бегаю. – Бегаешь? – Я… эм… – Кастиэль вздохнул, пытаясь зарыться рукой в светло-русые волосы Дина. Дин толкнулся бедрами ему навстречу, простонав в голос, потому что ощутил эрекцию Кастиэля через слои одежды. Дин так сильно возбудился от одного ощущения мужского члена, прижатого к его собственному, что мог только стонать и ритмично раскачивать бедрами. – О, тебе это нравится? – выдохнул Кастиэль, улыбаясь и оставляя крошечные, легкие поцелуи на его ухе. – Тебе нравится, что я возбужден. – Да, – признался Дин, хватая Кастиэля за бедра, сжимая их руками, и толкнул его к стене. Кастиэль позволил толкнуть себя, и на его лице появилась улыбка, когда Дин поймал его взгляд. – Да, боже, у тебя стоит. – И ты никогда не ощущал другого мужчину прежде, – хрипло заметил Кастиэль. Его руки нашли плечи Дина и схватили их, чтобы остановить их обоих. Дин был возбужден, его член твердел, посылая искры желания по всему телу, и каждый еле ощутимый толчок встречал такую же твердость в брюках Кастиэля. – Всегда хотел, – прорычал Дин сквозь зубы и приблизился к лицу Кастиэля, чувствуя его член у себя между ног, одной рукой придерживая Кастиэля за бедро, чтобы он тоже его чувствовал, – всегда хотел этого, так сильно, так чертовски сильно… – И под этим подразумевается не что иное, как поцелуй, – усмехнулся Кастиэль и уткнулся лицом в плечо Дина. – Если это был всего лишь повод, чтобы забраться ко мне в штаны, мистер Винчестер… – Нет, не был, я клянусь, это не так, – обещал Дин, тут же глухо простонав, отчего в штанах стало еще тверже. – Я думал… думал, мы просто пообжимаемся, я просто хотел попробовать… Кастиэль застонал, его голова со стуком ударилась о стену. Его спутанные волосы были растрепаны еще сильнее, когда Дин прижал его к стене и двигал бедрами то медленно, то быстро. Стояк Дина становился все сильнее, и нижнее белье уже стало влажным. – Я хочу… – начал Дин, тяжело выдыхая в ключицу Кастиэля, – боже, Кас, я хочу… – Скажи мне, – ответил Кастиэль, целуя Дина в щеку. Его дыхание было очень горячим, – скажи мне, чего ты хочешь, Дин. Ты странный, подумал Дин. Он едва знал этого мужчину, этого библиотекаря. Дин не был тем парнем, что трахается на первом свидании – он вообще не ходил на свидания уже какое-то время. Он не встречался с людьми, он не трахал незнакомцев. Его друзья находили ему девушек, заставляли его красиво одеваться, заставляли выходить куда-то для его же блага. И да, он был здесь. С мужчиной, которого узнал только сегодня, который сразу начал общаться с ним, заставил полюбить то, что он делает. Заставил полюбить его… – Боже правый, Кас, я хочу засунуть свои руки к тебе в штаны, – прошипел Дин, прикусывая дешевый материал рубашки, ощущая на зубах волокна ткани. Кастиэль заскулил. Дин едва мог дышать, один только звук голоса другого мужчины заставлял его истекать смазкой, увлажнять брюки – он чувствовал прохладу от этого даже через джинсы. – Это нормально? Я могу сделать это, Кас? Кастиэль оттолкнул Дина от себя, и тот подался назад, поднимая руки в оборонительном жесте, беспокоясь, что зашел слишком далеко. Но глаза Кастиэля были голодными, его губы были искусанными и влажными, и на мгновение он застыл. Оба мужчины просто смотрели друг на друга, Дин видел выпуклость на брюках Кастиэля и маленькое влажное пятно, демонстрирующие его возбуждение. Руки Кастиэля дрожали. Дин видел, как Кастиэль поднес обе руки к серебряной пряжке ремня, дергая кожаный ремешок и вытаскивая его из застежки. Затем он расстегнул пуговицу. Затем опустил молнию вниз. Звук расстегиваемой молнии никогда не заставлял Дина так волноваться, но на этот раз все так и было. Дин медленно моргнул, его ум был затуманен. Воздух в комнате был заполнен развратом, как будто огонь подсвечивал его. Дин расстегнул свои джинсы, наблюдая, как Кастиэль облизывает свои губы, опуская вниз бегунок молнии. Дразняще медленно. Кастиэль поднял руку, чтобы притянуть Дина к себе, хватаясь за лацкан его рубашки. Дин потянулся за ним, ощущая, как дыбом встали крошечные волоски на руках, чувствуя жар этой маленькой комнатки. Ткань холодила его кожу, как лед, когда Кастиэль провел ладонью по бицепсу Дина. Еле удерживаясь на ногах, он увидел себя со стороны: глаза загорелись, когда Кастиэль без предупреждения засунул теплую ладонь Дину в штаны. Жар охватил Дина ниже пояса, зрение расфокусировалось, когда Кастиэль начал ласкать его. Тотальное, абсолютное понимание, что мужчина, обернувший свою руку вокруг члена Дина, пробрался в его голову и читал мысли с каждым движением, поглаживанием вверх и вниз, с каждым изгибом ладони Кастиэля вокруг головки его члена. Кастиэль опустил взгляд, наблюдая, что он делает, и мысли Дина прояснились. Он тоже посмотрел вниз и громко вздохнул от одного только вида. Кастиэль не был похож на парня из постановочной порнографии, которую тайком смотрел Дин. Его крайняя плоть была оттянута назад, а член держала резинка боксеров. На головке сверкала капелька жемчужной жидкости, медленно стекающая вниз. Его розово-красный член плотно прилегал к темным лобковым волосам прямо посередине живота. На щеках Дина появился румянец, когда Кастиэль буквально оторвал его руку от своего жилета и направил ее к своему нетронутому члену, задавая свой ритм. Дин был так восхищен представлением, показанным перед ним, что не смог даже двинуться, теряясь в быстрых движениях руки Кастиэля. – Полегче, – выдохнул Кастиэль с легкой улыбкой, – ох… да. Дин приподнял лицо, чтобы они снова могли поцеловаться, и они выдохнули одновременно. Они повернули головы, экспериментируя с положением своих рук и губ. Дин пытался прикусить губы Кастиэля – нет, Кастиэлю это не понравилось; Кастиэль пытался надавить на уздечку большим пальцем – и, святые небеса, Дин почти кончил от этого. Они словили ритм – ритм, который менялся и варьировался, когда они находили новые способы, новые возможности сплести языки. Дин услышал свое дыхание, осознавая, что каждый раз нежно выдыхает, когда Кастиэль проводит большим пальцем по щелочке, размазывая по головке смазку. Кастиэль расслабился, прислонившись к стене, и зародившееся было желание прикоснуться возросло до кипения. Дин был доволен просто стоять здесь, положив левую руку на мышцы бедра Кастиэля, а правую – на его член. Послышался стук ботинок, и Дин прикоснулся ногой к внутренней стороне бедра Кастиэля. Дин почувствовал запах жидкости на их руках, и он никогда раньше не был таким резким. У него никогда не было ничего подобного, но и от Кастиэля так не пахло. Он почти ощущал запах на своем языке, когда коснулся губ Кастиэля жестко, потом мягко, пробуя на вкус с каждой минутой меняющие цвет губы. – Кас? – Хм? Дин поцеловал скулу Кастиэля, так сильно прижимаясь губами, что щетина колола, словно иголки. – У тебя есть какая-то инфекция, о которой мне стоит беспокоиться? Кастиэль фыркнул в подбородок Дину. Затем он рассмеялся, отталкивая лицо Дина настолько, чтобы он мог посмотреть ему в глаза. – Что? – защищался Дин, поводя плечами. – Я могу спросить. Кастиэль склонил голову, соглашаясь, но не смог удержать улыбку: – Я чист. – Хорошо, – Дин поднял уголок губ. Он хотел сделать это правильно, но здесь было так много возможностей ошибиться, – хорошо… потому что я собираюсь… Он с силой надавил языком на губу, ловя взгляд Кастиэля и замирая. Потом он упал на колени. – Ох… – простонал Кастиэль. Дин почувствовал, как колени Кастиэля задрожали под его руками, и он скользнул ими выше, мимо бедер, потом вниз, и остановился, наконец, на лодыжках. – Дин, ты знаешь, что ты… Что ты… Я правда не думаю, что это… Дин уставился на затвердевшую плоть перед ним, мошонка в виде перевернутого сердца была справа от приподнятых трусов Кастиэля, а сам член направлен вверх. Дин не мог отвести взгляд, рассматривая темно-голубые вены на нем и ярко-красную головку. Он покачал головой: – Без понятия, – пробормотал Дин. – Д-дин, это правда не очень хорошая идея, если ты… Ох… Рот Дина опустился на кончик члена, и, боже, это было легче, чем он слышал – это даже было хорошо. Соленый и горький запах с острыми нотками мускуса заполнил ноздри. Член Кастиэля полностью был между губ Дина, и он ощущал влажное тепло на нёбе, держа рот приоткрытым. Его язык опустился к стенкам щек, отстранился назад с чавкающим звуком, чтобы он мог приставить язык к щелочке на головке. О, да. Дин ощутил резкий кислый привкус, и он знал, что это общее впечатление, и ему это нравилось. Он любил то, чем это было, что это значило. Он любил того, кому это принадлежит. – Дин… Дин, пожалуйста… Дин сильно сжал пальцы вокруг основания члена Кастиэля, поглаживая мягкую, шелковистую кожу. Он был таким горячим под ладонью Дина и уже влажным от смазки, но он все же с силой провел по нему рукой несколько раз, улыбаясь, когда еще одна капля жидкости просочилась сквозь слюну. – Это типа круто, – признался Дин, ухмыляясь и поднимая взгляд на Кастиэля, – на вкус нормально. Он опустился на дюйм, жадно обхватывая губами член и мудро убирая зубы. Он оторвался от головки, и от нее протянулась ниточка слюны; он наслаждался этим грязным вкусом, разливающимся по языку. – П-поверь мне, – заикнулся Кастиэль, хватаясь пальцами за плечо Дина, – ты еще узнаешь минусы. Небесный запах… охх… в первый… Дин! Дин улыбнулся вокруг члена Кастиэля, закрыв глаза, когда втягивал мягкую кожу Кастиэля в рот, желая взять еще больше. Он знал, что наверняка ему нужно больше практики – он истекал слюной, как черт – но прямо сейчас? Да, он любил издаваемые Кастиэлем звуки и ногти, впивающиеся в его футболку. – Ди-и-и-ин… Дин свободно двигал губами, вытирая рот тыльной стороной ладони. Он вдохнул воздух, вместе с ним втягивая горький запах, который скатился вниз по горлу. – Встань, – Кастиэль тяжело дышал, его грудь вздымалась, – я хочу поцеловать… Дина подбросило на ноги, и он уставился на губы Кастиэля, наклоняясь. Кастиэль ждал его с уже приоткрытыми губами, и тихий, приятный шум появился в голове Дина, когда их губы соприкоснулись. Рот Кастиэля был таким сладким после его члена, и он, кажется, был рад, что губы Дина вернулись к нему. Их глаза снова закрылись, и Дин толкнул Кастиэля спиной к стене, позволяя его руке взять оба их члена вместе. Член Кастиэля был более влажным, чем у Дина, он был покрыт слоем слюны, и Дин потерся о него, когда рука Кастиэля чуть сдвинулась. Кастиэль отчаянно стонал почти все время, оба они взлетали все выше в этом ощущении двигающейся вверх и вниз руки. Рука Дина быстро присоединилась и сжала их члены настолько сильно, насколько могла, и Дин двигался в этом жестком и горячем сцеплении рук, будто двигался внутри кого-то. Как будто он был внутри Кастиэля. Их взгляды встретились, и они смотрели друг другу в глаза, что бы они ни делали; так часто их глаза могли бы закрыться от ошеломляющего удовольствия или зажмуриться от сжигающего желания. Дин был легко застигнут врасплох одним только возбуждением, отдельно от секса, его сознание кружило вокруг мыслей о завершении. В конце концов, он знал наверняка: он любил это. Больше, чем он мог ожидать. – Я почти, – выпалил Кастиэль; за этими словами последовали несколько вздохов, а между его бровей появилась глубокая морщина. – Ох, Дин, пожалуйста… просто… не останавливайся, пожалуйста. – Ни за что, – заверил Дин, облизывая губы Кастиэля, а затем мягко прижался носом к впадинке под его горлом. – Верь мне, Кас, держись… Держись, я здесь. Кастиэль хныкал, задирая свой ковбойский сапог и пытаясь зацепиться им за ногу Дина. Тот помог ему, хватая его ногу под колено, поднимая ее к собственному бедру и отстраняя обе их руки как можно дальше от их членов. Влажная ладонь Кастиэля легла на шею Дина, и тепло от нее опьяняло. Дин потянулся за прикосновением, наклоняя голову и затягивая Кастиэля в долгий, страстный поцелуй, позволяя их языкам касаться друг друга, а губам – свободно прижиматься. – Ох… Дин. Это… лучший поцелуй… Дин усмехнулся, и их ритм нарушился на мгновение, прежде чем они отстранились друг от друга, и Дин улыбался Кастиэлю куда-то в адамово яблоко. – Черт, да, лучший… Давай, Кас, я рядом. Я держу тебя. Дин почувствовал, что Кастиэль уже близок. Он ощущал тепло, его всеобъемлющую любовь к прикосновениям, его желание, растущее все больше и больше, но пока не достигшее пика. Кастиэль рухнул прямо на него. Футболка Дина намокла от влаги, пролившейся на его живот, и горячая жидкость капала на пояс его джинсов. Кастиэль сдавленно простонал, когда Дин придвинулся к нему, не останавливаясь и не замедляясь и даже не разрешая Кастиэлю успокоиться после оргазма. – Дин… – раздался шепот, горячие губы коснулись его уха и переместились на щеку. – Продолжай, Дин. – Да, – проворчал он, и с этого момента это стало единственным словом, которое он мог произнести. Он выдыхал его, шептал, произносил его прямо в губы Кастиэля. Рычал его, скручивая на языке и отправляя к звездам в миллионе миль над ними. – Да… Да-а-а… – Почти все, – успокаивал Кастиэль, еле ощутимо задевая ресницами щеку Дина, – ты почти у цели, Дин, ты так близко. Дин заскулил, издавая ужасный звук, хватаясь вспотевшими руками за рубашку Кастиэля, а смазка с его члена капала прямо на его собственные джинсы. В нем было так много жара, и он никуда не уходил. Он хотел всего Кастиэля, хотел, чтобы он почувствовал это желание… – Да, о, да… – Давай, – прошипел Кастиэль, командуя ему. Он взял лицо Дина обеими ладонями и не сводил с него взгляда, даже когда Дин пытался закатить глаза; Кастиэль смотрел на него синей радужкой своих глаз прямо и страстно. – Кончи для меня. Дин. Дин рванулся вперед, захватывая его губы и язык в глубокий поцелуй, ощущая, как сила толчками сотрясала его кости и мышцы. Он едва заметил момент своего пика; он был отвлечен этим предвкушением, статическое электричество обжигало его пальцы, когда он коснулся ими сферы шаровой молнии. Он вздрогнул, выпуская сдавленный вздох. – Ох, – успокаивал Кастиэль, проводя руками по бокам Дина и собирая его футболку в складки. Дин мог только дышать в пространство между плечом и шеей Кастиэля, моргая и задевая ресницами горячую кожу. Его губы прикасались к ткани рубашки Кастиэля, и это давало хоть какую-то прохладу по сравнению с жаром в воздухе. – Боже. Боже, Кас, – прошептал Дин, качая головой так, что их уши соприкасались. – Я не могу поверить, что только что произошло. – Ну, если честно, – Кастиэль улыбнулся, – чего ты ожидал? Дин откинул голову назад, сжимая губы, чтобы снова ощутить собственный вкус, без чужого языка во рту. – Честно? Кастиэль кивнул. – Я думал, это может быть неловко. Типа, мы стоим близко друг к другу, ты говоришь мне, что все хорошо, и мы слегка касаемся губами, – Дин поднял плечи и раздраженно опустил их вниз. Кастиэль ухмылялся, когда позволил телу Дина двигаться, чтобы они могли надеть штаны, пряча засыхающую сперму под бельем. – Я рад, что было по-другому, – пробормотал Дин, застегивая молнию. – Знаешь что, ты погубил меня для девчонок, сволочь. Кастиэль рассмеялся, откидываясь на стену. Ему было по-настоящему весело, он даже прищурил глаза. – Если бы я только мог такое сказать, то и для других парней тоже. Дин усмехнулся, выгибаясь, чтобы надеть рубашку и кожаную куртку. – Как знать, Кас, – он натянул куртку и поднял воротник. Его руки были липкими. – Я могу найти девчонку, которая будет напоминать мне о тебе. Кастиэль моргнул пару раз, склонив голову вбок. Его улыбка оставалась на лице, но глаза не улыбались. Но он не произнес ни слова, и Дин понял, что он не только ляпнул что-то глупое. Ради бога, его ум настолько был затуманен сексом, что он даже не смог вспомнить, что только что сказал. Он ухмыльнулся: – Я пойду? Улыбка Кастиэля медленно ускользала. – О, – он поднял брови и опустил взгляд на ремень Дина, – я понимаю. Конечно. Кастиэль открыл дверцу подсобки и направился в главный зал библиотеки. Дин щелкнул выключателем и закрыл за собой дверь, шагая за Кастиэлем. Кажется, здесь холоднее. Кастиэль держал дверь открытой, пока Дин не вышел; его спина была освещена оранжевым светом от лампы. Флуоресцентный свет из задней комнаты прорезал тьму; Кастиэль схватил связку ключей со стола и в тишине запер дверь. Дин ощущал странное желание остаться. Но что это было, для чего он сюда приехал? Это не было свидание. Они не вели себя как друзья. Это не был типичный быстрый перепих. Это было запутанно-отчаянно-быстро, и… это было так. Дин моргнул, когда Кастиэль опустил взгляд и шел так всю дорогу до стеклянных дверей наружу. – Все в порядке, Кас, я сделаю это, – опередил его Дин, отталкивая руку Кастиэля, прежде чем тот потянулся к засову. Ночной весенний воздух ворвался под футболку Дина, когда дверь распахнулась, и он глубоко вздохнул, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он улыбнулся. Все было хорошо. Он повернулся, как только они сделали шаг за дверь. – Эй, я думаю, мы увидимся? – с надеждой спросил он. Кастиэль выдавил из себя улыбку. Собственная улыбка Дина померкла, потому что Кас определенно не чувствовал то же самое. Дерьмо. Кастиэль облизнул губы, держа обе руки на двери, готовый закрыть ее. – Да. Уверен, мы поздороваемся, если ты снова придешь сюда с классом. – Конечно. – Хорошо. Доброй ночи, мистер Винчестер. – Спокойной ночи. Дверь между ними защелкнулась, и Кастиэль даже не посмотрел Дину в глаза, когда снова закрывал засов. Дин остался стоять на улице, засунув руки в карманы. Со спины его освещала луна, а легкий ветер трепал его волосы. Он остался стоять там один, потому что с любым человеком, к которому у него были чувства, он лажал. Чувствуя опустошение, Дин направился домой.