Альтернативная история

Просторный, светлый покой, обставленный без особой роскоши, массивный рабочий стол, кресло с высокой деревянной спинкой, украшенной резными изображениями волков… И человек, сидящий в кресле, живо напомнил Ричарду старого волка, виденного много лет назад в Надоре — матерый, много зим переживший зверь, как сказал тогда капитан Рут — «раньше времени не прыгнет, а прыгнет — не промахнется». Мало радости столкнуться с таким на узкой тропе. Ариго уже был здесь, он стоял чуть в стороне, у камина. К нему присоединился вошедший следом за Ричардом бергер. Кто они при ноймарском герцоге — советники, доверенные лица? И почему-то больно ударило по глазам то, что регент был в черно-белом мундире. Конечно, это королевские цвета Талига, а Ноймаринен мечтает о короне, но… — Ричард, герцог Окделл. — Голос регента, ровный и светски-спокойный, заставил его очнуться. — Последние дни принесли много сюрпризов, и ваше появление — из них далеко не последний. Еще по пути, Дик пытался представить, что может здесь услышать, и придумать достойные ответы. Но, как нередко с ним бывало раньше, все пошло совсем иначе, и нужных слов в нужный момент не нашлось, и он, злясь на самого себя, промолчал. Смотреть в лицо регенту не хотелось, но отворачиваться или глядеть в пол Повелителю Скал не пристало, так что он выпрямился и гордо вздернул подбородок. И тут же понял, что сохранять невозмутимое спокойствие будет очень непросто. Хотя бы потому, что герцог Ноймаринен был похож на герцога Алву не только цветом мундира. — Не нужно такой торжественности, вы не перед судом и не перед палачом. Во всяком случае, пока. Дик вспыхнул и прикусил язык, едва сдержав первый пришедший на ум ответ. Конечно, его постараются унизить и толкнуть на что-нибудь, недостойное Человека Чести, нужно просто не поддаваться… — То, что сейчас сила на вашей стороне, еще не дает вам права обращаться ко мне подобным образом. — Кажется, это прозвучало с подобающим презрением. — И не надейтесь, что герцога Окделла можно запугать или купить, как какого-нибудь… дриксенца. Ноймаринен остался невозмутимым. Только, едва повернув голову, обратил вопросительный взгляд на Ариго. Тот ответил, хотя вопрос и не был задан вслух: — Ожидая меня, герцог Окделл успел познакомиться с господином Кальдмеером. И, по-видимому, счел его поведение предосудительным. — Вот как? — Рудольф снова смотрел на Дика. — Так сразу повздорить с потенциальным союзником? Вы очень скоры на выводы… герцог. — Чтобы понять очевидное, много времени не нужно, — сквозь зубы произнес Ричард. — А такие союзники мне не нужны тем более. — И тем не менее, вы сделали серьезный промах. Поспешные суждения не украшают ни политика, ни воина, ни… короля, чьи приближенные считают подобное нормой. Ричарда снова бросило в жар — не столько из-за того, что его суждение сочли ошибочным, сколько из-за другого — как он, в самом деле, мог забыть, что здесь по его поведению будут судить об Альдо?! Нужно, нужно было сдержаться… — В таком случае, может быть, вы окажете мне честь разъяснить мою ошибку? Он очень хотел, чтобы вопрос прозвучал издевательски, но Рудольфа этим, похоже, было не пронять. — Ледяной Олаф знает, что такое долг и честь, получше иных высокородных господ, — спокойно произнес регент. — Обмануть его очень сложно, запугать нельзя, купить — тем более. Таково ли было ваше мнение? — Нет, — зло бросил Ричард, лишь мельком удивившись именованию «Ледяной». — В таком случае, вы можете считать, что получили разъяснение своей ошибки. Впрочем, речь сейчас не о Кальдмеере. И запугивать вас «как дриксенца» никто не собирается. Вот узнать, сколько стоят шпага и верность нынешнего наследника герцогов Окделлов, было бы весьма интересно... — Что?.. — Ричард вмиг забыл и о намерении не позволить себя спровоцировать, и о том, как следует себя здесь вести. — Вы… Да как вы смеете..?! Кажется, он даже шагнул вперед… вернее, почти шагнул. Почти, потому что в следующий момент его локоть и плечо оказались в крепком — очень крепком — захвате, потом был короткий рывок вправо и назад, и Повелитель Скал чувствительно врезался спиной и затылком в спинку кресла напротив регентского стола. — Воздержитесь от резких движений, герцог Окделл, — услышал он над собой невозмутимый голос бергера. — Прошу прощения, монсеньор. Ноймаринен спокойно кивнул. Ричард, окончательно разозленный и растерянный, еще пытался придумать подходящий ответ — хотя что ответишь на ТАКОЕ?.. — когда регент, наконец, что-то для себя решил. — Генерал Ариго, командор Райнштайнер, вы свободны. Ариго молча поклонился и повернулся к выходу; бергер задержался. — Монсеньор считает разумным оставаться наедине с… — Монсеньор считает разумным не преувеличивать опасность. Вы свободны, Ойген. Второй раз Райнштайнер возразить не осмелился. Поклонился, вышел следом за Ариго и плотно притворил двери. Ноймаринен поднялся из-за стола, даже не взглянув на сжавшегося в кресле Окделла. С видимым усилием выпрямился во весь — весьма внушительный — рост, пересек комнату и остановился возле камина. Он ничего не делал, просто стоял, сцепив руки за спиной, и молча смотрел на огонь, но почему-то именно сейчас Ричарду стало по-настоящему страшно.