"Девушки чужой мечты"

Ведущая, а вместе с ней и Арбитро, ожидали чего угодно. Но явившаяся дама не выглядела угрожающе. Более того, смотрелась она застиранной тряпкой: в далеко не новом строгом костюме, с собранными в пучок волосами и замученным взглядом она напоминала призрака, причём отнюдь не призрака графини. Скорее, это был призрак служанки, которая в недобрый час умудрилась утонуть на кухне в кастрюле с манной кашей. - Эм, вы, надо полагать, госпожа Кирико? – с очаровательно натянутой улыбкой затрещала Ведущая, - Насколько мне известно, вы… Не дав Ведущей договорить, дамочка прошествовала к Арбитро: - Мы с тобой одной крови! – заголосила дама, чем ввела всех присутствующих в состояние ступора. После чего, откашлявшись, нормальным голосом пояснила, бесцеремонно отбирая у Ведущей микрофон: - Кто поймёт отца-одиночку лучше, чем женщина, вынужденная после кончины мужа воспитывать семерых детей?! Никто! Поверьте, война стала для нашей семьи настоящей трагедией! Сколько жизней она унесла, а ведь у многих из сражавшихся мужчин были семьи. Ах, мой милый был среди погибших! Я была так молода, мне было всего каких-то двадцать девять лет, и я была беременна седьмым ребёнком, в то время как шестеро уже были у меня на руках! Представьте, как тяжело нам пришлось в послевоенные годы! Думаю, история нашей семьи могла бы быть очень поучительной, и мой пример мог бы вдохновить многих женщин из числа тех, что так же, как я, лишились на войне мужей и вынуждены были бороться с жестокой нуждой… - Сколько детей? – жалким голосом переспросил Арбитро, и на какой-то миг Ведущей даже стало его жаль. Вот бедолага… Начальница Дубль Два, похоже, сильно не любит бедного и всеми покинутого наркобарона… Вспомнив, где и зачем она находится, Кирико вновь повернулась к Арбитро: - Насколько я слышала, у вас есть дочь, верно? Расскажите нам, как же так вышло, что вы лишились супруги! Арбитро оказался в весьма и весьма неловкой ситуации. С одной стороны, продемонстрируй он себя как морального урода, Кирико могла бы оскорбиться и отказаться связывать свою судьбу с подобным жестоким человеком. С другой – не хотелось портить свою репутацию. Пока он молчал, Кирико всплеснула руками: - О, понимаю, вам тяжело говорить об этом! Простите за такой неделикатный вопрос, я ведь так хорошо вас понимаю… Этой своей фразой она избавила Арбитро от возможности сообщить всему миру о том, что жены у него никогда не было, а дочку ему наглым образом подкинула одна из временных любовниц, сопроводив младенца трогательной запиской в духе: «Твоя дочь – твои проблемы». А сознаваться в своей сентиментальности и в том, что он всей душой полюбил очаровательное создание, отрывавшее в детстве головы куклам и фотографировавшее кукольные «трупики» на папин фотоаппарат, было всё-таки ниже его достоинства. Тем более что сейчас он был в основном поглощён мыслями, где бы добыть новый фотоаппарат для дочурки. - Да, я вас понимаю, - твердила тем временем Кирико, смахивая с ресниц несуществующие слёзы, - Но поймите и вы меня! Мои сыновья растут без отца, и им нужна твёрдая мужская рука, чтобы идти по жизни без страха… Судя по вмиг ставшему заинтересованным лицу Арбитро, он готов был предоставить сыновьям дамочки кое-что другое твёрдое и мужское – а что, мало ли, вдруг симпатичные. Но, естественно, вслух он этого не сказал. Ведущая же, видя, что все прекрасно разбираются и без неё, робко подала голос: - Скажите, а… Арбитро, уже успевший продумать всё на свете, вплоть до того, как он избавится от Кирико и какой ей поставит памятник, радостно подскочил: - Дорогая, я согласен, что мы прекрасно понимаем друг друга! Думаю, дальнейшие разговоры излишни! После чего радостно утащил Кирико из студии под взорами оставшихся в зале личностей. - Он её точно прибьёт, - лениво проговорил Мотоми, закуривая сигарету. Ведущая улыбнулась: - Ну, зачем предполагать самое плохое? Кстати, следующая претендентка ваша. Мотоми едва не подавился сигаретой, всем своим видом демонстрируя искренний ужас. А Ведущая тоскливо покосилась на листочки сценария: сколько там ещё судеб ей осталось устроить?..