Сила и Слабость

      Эта встреча знаменовала нечто большее, чем просто встреча двух людей. Омега и Альфа. Конец и Начало. Добро и Зло. Такие встречи случаются один раз в миллиарды лет. И это свершилось. Минутный импульс, пронзивший два одиноких сердца. Электрический ток, пробежавший по позвоночнику. Они стояли и смотрели друг другу в глаза, наслаждаясь таким обществом. Всё это длилось буквально секунду.        Кивнув, доктор Лектер впустил Уилла в помещение. Проводив фигуру взглядом, мужчина прикрыл за ним дверь, провернув ключик в замке, тем самым ограждая их частный разговор от чужих ушей. Уилл действительно не представлял из себя ничего особенного: средний рост, бородка, вьющиеся тёмные волосы, одежда, которая совершенно не выделяет его из толпы. Приятным сюрпризом были чистые ботинки на ногах Грэма, и судя по цветовой гамме его одежды, за обувью он ухаживал сам. Не женат, ни с кем не состоит в отношениях. От него не исходит запаха. Бета? Неужели Бета? Но насколько известно было доктору, Беты также могли иметь пару, но, видимо, Уилл один из тех случаев, когда люди предпочитают быть или вынуждены быть одни. Сделав пару шагов к бару, доктор задал свой обыденный вопрос "Не желаете выпить вина?", на что мужчина ответил отрицательно, ведь алкоголь туманит разум, и, скорее всего, сеанс не даст никаких результатов. Руки доктора остались на маленьких ручках бара и вскоре отпустили их. Он повернулся и прошёл к своему привычному месту - креслу, сидя на котором, он находился спиной к двери. Грэм устроился в своём кресле поудобней, облокотившись на него спиной, поставив локоть на подлокотник, пальцами немного прикрыв губы. Доктор Лектер закинул ногу на ногу и подтянул штанину на ноге, которая была сверху. Взяв с маленького столика чистый блокнот, Ганнибал быстро записал уже известную о пациенте информацию и очертил её прямой горизонтальной линией.       - Надеюсь, мы подружимся, - слегка улыбнувшись, сказал психиатр.       -О, я в этом сомневаюсь, - затравленно рассматривая мужчину, ответил Уилл.       - Спорим?...

***

       Это было начало декабря. Снег ещё не давал о себе знать, но было ощутимо холоднее, чем неделю, или даже две, назад. Убитые девушки. Подражатель. Эбигейл Хобс. Ночные кошмары. Её сумасшедший папаша и приобретение новой семьи? Эбигейл осталась не одна. Вместо одной семьи, она приобрела другую, и как бы это смешно ни звучало, но в её семье стало два папы. Кроуфорд, Блум, Лаунс, Катц - все они часто подшучивали над отношениями Уилла и Ганнибала, называя их самой милой супружеской парой. Это было до абсурда смешно, и Грэм, нервно улыбаясь, поправлял очки, стараясь не обращать внимания на издёвки коллег и собственной приёмной дочери.        Эбигейл была необычной девушкой. Уилл почувствовал это сразу, ещё тогда, когда пытался её спасти. Она была жертвой. "Патологической жертвой" - как называл её Лектер.        Пять пуль. Почему-то в последнее время, Уилл стал чаще корить себя за содеянное в тот день. Грешник, праведник? Убийца или герой? Эти понятия были так близки друг другу, что, казалось, они отделены тонкой невидимой ниточкой, которая вот-вот порвётся, и всё станет ещё запутанней, чем есть. Грэм запутался. Грэм запутался в своих поступках, в себе. Но одно он знал точно... Грех есть Грех.       Но когда ты стоишь перед убийцей, держащим в своих когтях заложника, особо времени на размышления нет. Нет времени кинуть монетку, поиграть с маньяком в "да или нет", самому осмыслить всю ситуацию, взвесить за и против. Времени на размышления не дают, и в таких ситуациях стоит полагаться лишь на собственные инстинкты, условные реакции и безусловные рефлексы. Каждую секунду мы делаем выбор. Каждый выбор кардинально меняет нашу жизнь. И чаще всего, выбор мы делаем в порыве каких-то эйфорических чувств, в состоянии аффекта. Но Уилл мыслил трезво, и знал : "Маньяк никогда не даст тебе фору", если конечно он не собирается умереть, а папаша Хобс не собирался.        Держа противника на мушке, у Грэма есть лишь доля секунды, чтобы решиться. Резкий выброс адреналина - и указательный палец пять раз жмёт на курок. В глазах проваливающегося в бездну Хобса безумный блеск и издевательская улыбка. "ВИДИТЕ?!..ВЫ ВИДИТЕ?!. Хрупкая девушка на полу истекает кровью, задыхается, дрожит. Её язык беспомощно хлюпает во рту, ведь она знает, что умрёт. Всего лишь пешка в пьесе, разыгранной сумасшедшим маньяком. И занавес падает, она чувствует, что умирает. В её глазах всё плывёт и темнеет. Наверняка, это невыносимо больно, но у Уилла нет времени представлять себя на её месте. Судорожно он зажимает её рану, в панике, в нервах он пытается спасти её от неизбежного. Она слишком молодая для такой участи; он не даст пелене смерти накрыть её глаза. Или же он просто боится быть виноватым?        В тот же момент его озаряет свет. Альфа опускается перед девушкой на колени, и приподнимая её голову, надёжно перекрывает её шею, замедляя потерю крови. Спокойно смотрит на заляпанные кровью очки Уилла и внезапно он чувствует запах. Не изменяясь в лице, он снова тихо втягивает в себя воздух, пытаясь понять, кто так пахнет : Эбигейл, папаша Хобс или всё же Грэм? Но как следует принюхаться он не успевает: приезжает наряд полиции и скорая. Эбигейл забирают, они едут в больницу.

***

      Дальше, дни снова потеряли всякий смысл. Повседневность будничных обязательств наскучила. В операх Балтимора какие-то нелепые спектакли, комедии. Кажется, даже искусство решило подвести нашего утончённого гения. Ничто не интересует его. Грэм пропадает на незначительных дельцах маньяков-любителей, которые, по видимому, не выработали своих особых "изюминок" и ловить их - как орешки щёлкать. И всё же Уилл пришёл. Сидя напротив, сцепив пальцы в своеобразный замок, он запинаясь рассказывал о своих чувствах по делу Хобса. Исчерпав все свои запасы речи, он замолкал, прикрывая рот рукой, и смотрел в никуда. Чаще, такое состояние затягивалось на несколько минут, а то и часов. Всё что мог сделать Лектер - задать пару вопросов, проанализировать информацию, помолчать вместе с ним. Грэм был довольно скрытен, и поэтому о детстве и молодости своей он не распространялся. Когда же Ганнибалу надоедало бездействие ( а он привык быть хоть и в пассивном, но движении) он шёл в уголок, чтобы поставить чайник. В этот раз, Уилл тоже не остался сидеть на месте. Он смерил шагами комнату, и подошёл к большому столу, на котором всё ещё лежали фотографии с мест преступлений подражателя. Он пытался понять его. Даже сейчас, он не переставал бороться с неизвестным, стараясь расшифровать то самое послание.        Лектер подкрался незаметно. Как кот, он тихо стоял за спинной мужчины, который был ему чуть выше плеча. Сейчас, тот самый момент, чтобы убедиться. Ганнибал слегка наклонил голову вправо, и приблизил её на достаточный уровень, чтобы унюхать. Ноздри немного дёрнулись. В голову ударил божественный аромат : яблоко и корица, но только всё это немного сладковато, так, как не пахнет ни один пикантный соус в мире. Так, как не пахнет ни одно вино и ни один парфюм. Запах Омеги. Уникальный, заставляющий вдохнуть его почти полной грудью,ощутить,почувствовать его полностью. Прочувствовать тугой узел возбуждения внизу живота. Альфа запомнит этот запах, но, он слишком шумно выдохнул. Это то, что и выдало нашего романтика.       - Вы.. меня..обнюхали?