Сила и Слабость

      Морозный воздух полностью заполоняет лёгкие. Снежок лежит ровными слоями на тёплой земле. Серое зимнее небо подчёркивает темноту голых деревьев. Домик посреди леса- маленький островок надежды в этом страшном густом пространстве. Быстрое дыхание собак в тишине, мягко поскрипывающий снег - это та гармония, которую о привык слышать на протяжении двадцати лет. Умиротворение в душе, это то, что он чувствует, находясь у себя на территории. Нетронутой, непорочной территории.       Собаки всегда были его друзьями: маленькие и большие, трусливые и агрессивные, но они все любили Уилла, и верой и правдой завоёвывали своё место в его гнёздышке. Никто не может быть вернее собаки. Такие мысли очень часто мелькали в его голове, когда он оставался один. Дневной свет не пугал его. Он освещал не только дорогу, но и его сердце, переливаясь в кристалликах снега. Когда ты бежишь, твоё сердце бьётся быстрее. Ветер, что гулял между спутанными тёмными кудряшками, позволяет чувствовать себя свободно. Напрягающиеся икры, напряжённые ступни. Так хотелось бы бежать и бежать в перёд, в никуда, в пустоту.

***

      Машина тихо въезжает по асфальту и останавливается возле дома. Леди, вылезшая из машины, поправляет подол своего пальто, и быстрыми шагами добирается до открытой веранды. Лай собак заставляет её обернуться, и увидеть старого доброго друга в нескольких метрах, улыбающегося, играющего с собаками. Уиллу комфортно, думает она и улыбается. Для неё безумно важен этот человек. Она не найдёт ни одной причины, почему его можно не любить: красив, умён, с хорошей фигурой и обворожительной улыбкой. Весь он, в флисовой клетчатой рубашке, простой до безумия, привлекает её, и возможно, ещё женщин. Но он ведь бета, и поэтому её глаза опускаются с ощущением светлой печали.       Уилл подошёл к ней через несколько минут. С улыбкой пожал ей руку, пригласил в дом, но на удивление, Алана отказалась от его предложения. Конечно же, после отказа последовала лёгкая неловкость, но психиатр разу же перешла к делу.       -Уилл, вчера я была на приёме у Ганнибала Лектера, ты наверно знаешь об этом?-она заглянула в его глаза, и как только он кивнул, продолжила.- мы говорили о тебе, и о ваших отношениях с ним. На секунду, мужчина заволновался. Не зная характера альфы, он не мог угадать о чём именно они говорили, поэтому зелёные глаза стали бегать по её молодому лицу в поисках ответа.       -Что-то случилось?-ненавязчиво предположил он. Алана Блум для него- изящная пантера со своим мутным колодцем.       -Нет, конечно нет, просто я всё думаю о тех убийствах, и о том, как могло пошатнуться твоё состояние из-за них.       -Ты считаешь меня морально не устойчивым?-эта мысль всегда терзала его. Недоверие со стороны друзей, это очень болезненно. Мужчина тяжело выдохнул и отвёл взгляд, устремляя его в сторону крон голых деревьев.       -Нет, я не считаю тебя морально неустойчивым, Уилл...-она коснулась его запястья, возвращая его внимание на себя.-Я просто хочу сказать, что немного переживаю за тебя. Понимаешь? Грэм несмело кивнул, заглядывая в её преисполненные нежности глаза. Порыв неизведанных чувств накрыл их обоих. Мягко и не торопливо она коснулась его тонких губ, сливаясь в поцелуе. Кончик его языка скользнул по нижней напомаженой губке. Тёмные ресницы мужчины закрылись, и он обнял её за талию, не желая разрывать момент интимной близости. Ему нравится, как пахнет Алана. Чем-то цитрусовым и мятным одновременно. Она отстраняется от его горячего рта, поглаживая его щетинистые щёчки. В объятьях они стояли не больше пятнадцати минут. Телефон в кармане Уилла завибрировал, и он поднял трубку, отойдя на пару шагов.       -Ты же помнишь, что у нас сегодня приём?-голос Ганнибала в телефоне заставил пробежать мурашки по спине. В этом было что-то такое ужасное, словно он знал, кто рядом с ним. Словно он ощущал это тихое женское дыхание. Но конечно же, этого быть не могло?       -Да, я помню. Я приеду.-произносит Грэм, и ещё с минуту стоит в лёгком ступоре, даже не смотря на то, что вызов был закончен. Это был настоящий гипноз, подумал он. Каждая клеточка замирала от тембра бархатного голоса. Он чувствовал себя оленем, к которому примеряются голодные волки. Взрослые олени никогда не бегут. Они принимают оборонительную позицию, и умирают в одиночестве. Отбиваясь от хищника до самого последнего вздоха. Поверженный, он падает наземь, издавая последний в жизни рёв. В зелёной бесконечности глаз, Алана видит это покорное смирение,и увиденное, повергает её в лёгкий шок. Потому что теперь он в Его власти.

***

-Ты опоздал.-Почти строго произносит альфа и замыкает дверь на ключ, оставляя его в замке. Уилл не торопится садиться, медленно снимая свою дублёнку. Жадный взгляд мужчины очерчивает фигуру омеги. Сегодня. Желание закипает внизу живота, заставляя сглатывать подступающую слюну. Слишком долго сдерживался, и уже остановиться невозможно. Ничего личного, он медленно подходит к мужчине, смотря на его лицо. Почуяв неладное, Грэм отступает назад, не видя куда, и спиной прижимается к лестнице. Было бы не плохо сейчас просочиться сквозь эти деревянные ступеньки, через эти стеллажи с книгами. Лишь бы убежать. Ведь угроза слишком близка. Это чувствуется в сильном пьянящем запахе Лектера. Голова омеги закружилась ещё сильнее, когда Ганнибал наклонился над его шеей, почти сомкнув свои губы на гладкой коже, но резко выпрямился. Глаза исполненные ненавистью и яростью бегали по лицу Грэма.       -Запах Аланы Блум, Уилл. Запах этого грязного животного.