Theatre Of Shadows

Жизнь – необыкновенно коварный сценарист. И очень хитрый режиссёр в одном лице. Каждый раз доказывает, что плохих актёров не бывает. Каждый раз иронично и безжалостно смеётся с этих актёров-людей. И каждый раз объясняет им, что тривиальных сюжетов никогда не было. Собственно говоря, их и нет. И, конечно же, никогда и не будет. По крайней мере, никто гарантий не даёт. Вот только один вопрос: зачем? Даже сильные мира сего очень даже зависят от её капризов... Да что там говорить: если бы не весьма удачные повороты судьбы, то кто знает, в какой бы сточной канаве они загибались в яростной боли ломки? И как бы не был могуществен человек, всегда есть сила, которая выше и влиятельней, чем эта жалкая пешка в руках настоящего игрока. И, похоже, что некоторые поплатились за это непростительное пренебрежение истинными правилами игры. А впрочем, и поделом. Правильный ответ таится где-то рядом, но каждый раз не хватает сил дотянуться до него. Каждый раз на пути к осознанию истины появляются преграды. И поиск правды превращается в театр теней. Красивый. Завораживающий. Но абсолютно бесполезный. Одно неверное движение – очертания теряют свою чёткость, фигуры теряются, превращаясь в непонятное месиво. Один неверный шаг – и освещение падает под другим углом, придавая картинке иной смысл, окрашивая всё в иные полутона. Другое сплетение пальцев – другое изображение, иная правда. Иной занавес – иная суть. - Послушай, Джон я же дал тебе обещание, что ты в любой момент можешь быть... - Но за последнюю пару суток ты не позвонил мне. Ни разу. Лестрейд в отчаянии. - Тебе нужно было... - Нет, не нужно, - категорически отказал Ватсон, - Грэг, ты не понимаешь. Озарение взрывается в его голове водородной бомбой. Как вовремя. - Грэг, моему телу неуютно в спокойной обстановке. Мой мозг требует капитальной встряски. Какой тут, к чёрту, отдых?! Грегори обречённо вздыхает и закрывает лицо ладонью. Он где-то уже это видел. Определённо. Лестрейд всё прекрасно помнит, будто это было вчера. Те же фразы, точно такие же взгляды, точь-в-точь такой же жёсткий, не терпящий возражений тон с лёгким налётом мольбы. Вот только вместо зрелого мужчины, военного медика перед ним сидел ещё зелёный выпускник Оксфорда. Джон снова выходит из себя, и ему это... нравится? - Я начинаю подозревать, что ты мыслишь неадекватно. Может, тебе психиатрическую экспертизу назначить? Я могу, ты знаешь... – Грегори тоже на пределе. - Со мной всё нормально! – он переходит на утробный рык. - Прыгать под автомобиль – это нормально? Ты сходишь с ума, Джон! Очнись же! - Я не прыгал! Посетители кафе неодобрительно косятся на этих двоих. - Я жив и здоров, как видишь. Руки-ноги на месте. Что тебе ещё не хватает для полного счастья?... Ай, ладно... Если не хочешь меня видеть – то так и скажи, и мы не будем друг другу парить мозги. Лестрейд смотрит в свою чашку с кофе и тихо шепчет: - Извини. Его удивлению нет предела. Молодой человек ещё никогда не видел, чтоб тяжёлая потеря напрочь отшибала инстинкт самосохранения. Он боится, что это только начало, что самое страшное ещё впереди... Чего уж скрывать, он начинает нервничать... Нет-нет, пока всё хорошо. Дни складывались в недели. В дымке алкогольного обмана всё кажется таким правильным. Таким естественным. И пустота внутри уже не так пугает... Абсент в сочетании с текилой – что может быть лучше? Вот только почему-то их действие так непродолжительно... Разгульная молодость? Возможно. В пьяном угаре всё слишком красочно... Алая-алая кровь повсюду, застилая глаза пеленой, потёками стекает по стенам. Холодный асфальт теряется под толщей теплой багровой субстанции. На конце улицы стоит фигура высокого мужчины, и Джон спешит к ней, не обращая внимания на красные разводы и брызги на одежде. Ему плевать, ведь кровь – вечный спутник солдата. Мнительные пациенты вместо свиста пуль – как же это обыденно. Может, это действительно решение? Если однообразие вгоняет в смертельную тоску... То почему бы и нет? Терять же больше нечего? В театре теней все элементы начинают находить свои места. Или это пока мираж? - Сэр, инспектор Лестрейд... - Он меня не интересует, - чересчур жёстко ответил мужчина. - Простите... - Ну так что? - Инспектор Лестрейд предлагает ему рискованное дело. - Насколько? - Седьмой уровень по десятибалльной шкале. На его лице не дрогнул ни единый мускул. - Хорошо, вот твоя плата на сегодня, - он вытягивает из портмоне несколько купюр. - Спасибо, сэр. В этом новом мире его никто не встретит... Если только ветер...