Ouroboros

- Я не обижаюсь, не волнуйся,- заверивал Кенсу, - может, это просто не твоё. Ничего не стоит просто извиниться перед Кенсу, но заставить себя прийти в мастерскую...Лухан надеялся, что не встретит тут Сехуна. - Может, - коротко соглашается оленёнок. - Сехун такой угрюмый стал. Наверно, это из-за того, что ты ушёл, - Кенсу хихикнул, когда увидел смущённое лицо Хана. Перед самым выходом Лухан заставляет себя притормозиться и собирает всю свою смелость, чтобы спросить: - Кенсу-ши. - Да? - Та статуэтка. Статуэтка ангела. Можно я заберу её?

***

Уже вечер, но на улице все ещё светло, от солнечных лучей под ногами бродили тени. Всего лишь март, а на улице печёт как в Африке. Но, кажется, никого это не волновало, ни толпу весёлых подростков, что проходили мимо идущего Ханя, ни противоположных им стариков, которые занимались спортом по вечерам коллективами. - Ты извинился перед Кенсу? - спросил Чонин Лухана, что шёл рядышком. - Да, он не обижается, - отвечает тот. - Эй, тебе не стоило так поступать. Ты делаешь из меня плохого рекомендателя! - пошутил младший, но вмиг посерьёзнел, - и все же, что случилось? Я имею в виду Сехуна. Услышав вопрос, Лу остановился, опустил голову и как-то по-детски пнул рядом стоящий камешек. - Я ему отказал, - сказал он тоном "поставил точку над i" , на что Чонин удивлённо округлил глаза. - Эм, повтори? - не верил тот сказанному. - Он сказал, что я ему нравлюсь, я потребовал объясниться, он не ответил, я его выгнал, - объяснил Лухан, использовав минимум слов. - Думаю, просить тебя поподробнее рассказать тут бесполезно, - Чонин закатил глаза. - Прости... Я виноват... но мне так обидно. Лу печально хмыкнул, почувствовав как сердце забилось. Сехун ушёл, когда старший опять уснул под давлением жара, не удостоившись даже попрощаться. Лухан, который очнулся после сна и не нашёл никого рядом, очень испугался. Вспоминает, как тогда ненароком упал с кровати, когда пытался звать младшего. Да, он сказал то, что тогда вылилось, но он не отталкивал никогда. Но ситуация настолько двулична, что непонятно: Сехун сам ушёл или это Лухан его выгнал?! Приквыв глаза, Хань поднял лицо, поддаваясь встречному ветру. - Ой, - вскрикнул Лу от неожиданностей, когда проходящий мимо маленький мальчик задел его. Он пошатнулся, потеряв равновесие, упал на землю. Семилетний мальчик, небрежно бросив писклявое извинение, убежал дальше по своим делам. Хотя, какие у семилетних могут быть дела, подумал обиженный Хань. - Хён, что с тобой? - растерянно спросил Ким, смотря сверху вниз на старшего. - Я упал, меня толкнули, ты не видишь? - разозлился тот на бездействие младшего, пока он лежит на земле. - Чонин, не собираешься мне помочь? Парень молча перевёл свой взгляд, в котором Хань отчётливо видел застывшие нотки недоумения, почему, он так и не смог понять, взгляд лишь направлялся в ту сторону, куда побежал тот наглый мальчик. - Нин? - обеспокоенно звал Лу застывшего танцора. Чонин ведёт себя странно. Даже, можно сказать, иногда немного заторможено, постоянно оглядывается по сторонам, словно ищет что-то. Хань нехотя отпускает парня домой, провожая взглядом понурившую спину отдаляющегося донсена. А ведь только недавно тот скакал по танцполам, пытаясь выучить новое движение. Дорога домой проходит через городской парк, что было очень удобно для размышления. Хань останавливается у светофора, на котором засветился красный цвет, предупреждая о движующемся потоке машин. В какую-то секунду у Лухана внезапно ёкнулось сердце, будто что-то приближается сзади. Парень оборачивается, но ничего особенного не замечает. Лишь парочку детишек, играющихся с надувным мячиком. Детишки милые, думает Хань, вспоминая, как в детстве играл с таким же надувным мячиком, красным, ярким, как маяк колеблющийся. Но куда бы ни уходили мысли, чувство тревоги не исчезает. Хань слышит сзади детский, беззаботный смех и невольно улыбается им в ответ, прежде чем с ужасом расширяет глаза, когда через секунду из-за спины выскакивает тот самый ярко-красный мячик, отбиваясь о землю, в сторону дороги. " О бо...." - смутно слышит он сквозь глухой гул в голове, - " Кт..ниб...". - Кто-нибудь, вызовите скорую! - кричали люди. Все вокруг было повёрнуто вверх дном, а голова разрывалась от боли и шума. С каким-то облегчением, но и с удивлением, Хань понимает, что жив, хоть и должен был перенести удар. Но почему тогда на асфальте кровь? - С-Сехун-а? Лухан нервно шёл кругом, ожидая, когда выйдет доктор, чтобы разузнать о состоянии младшего. Час с лишним назад их привезли в больницу, Сехун был в безсознании: на голове и руке шла багровая кровь. Этот парень принял за него удар. Лухан сел на скамейку и посмотрел на свои окровавленные руки, на которых застыла кровь колориста. Как это могло произойти?!... - Вы Лу Хань? - раздался голос врача, отчего Хань вздрогнул. - Да! - взволнованно воскликнул он. - У вашего друга перелом правой руки, машина проехала по ней. Мы наложили ему гипс. Также, кроме раны на голове, у него нет жизненно важных повреждении,- проговорил доктор. С души оленёнка упал тяжёлый груз, он положил руку на сердце, чтобы почувствовать своё учащённое сердцебиение и облегчённо вздохнул. - Спасибо, доктор. Я могу его увидеть? Когда дверь со скрипом открывается, Лухан чертыхается про себя за эту небрежность, ведь он не хотел так сразу быть обнаруженным, так как уверен, что его встретят с разъерённым взглядом. Таким же, как и в тот день. И он не ошибся. Слеза скатывается с глаз прежде, чем они оба успевают произнести хоть слово. Уже почти 2 часа прошло, но только сейчас Хань полностью осознаёт весь ужас случившегося. Он не выдерживает под напором взгляда младшего и начинает плакать в широкие плечи, беспомощно цепляясь за испачканною кровью толстовку. - Все хорошо, - успокаивал Сехун, уцелевшей рукой нежно гладя по волосам Лухана. - Т-там была девочка, - невнятно лихорадочно бормотал тот,- она б-бежала за мячиком. Я всего лишь пыт-пытался оттаскать её... - Я знаю, - голос колориста выговаривал короткие, но такие успокаивающие сейчас слова, - ты молодец. Сехун пах мокрым асфальтом с примесью крови, но этого человека сейчас не волновали ни его сломанная рука, ни больная голова. - Мне было страшно, - тихо сказал Лухан, уткнувшись в тёплую толстовку парня, - когда я очнулся... ты лежал... Что ты там делал? - Я шёл за тобой, - не задумываясь ответил колорист. Лухан удивлённо моргнул и посмотрел своими красными глазками на Сехуна. - С самого университета. - Сталкерил? - Хань сощурил свои глазки. - Можно и так сказать, - слабо улыбнулся Се, - предчувствовал.

***

Дома не убрано, а Сехуна внезапно выписывают. Лухан же никак не мог позволить младшему вернуться в место, непригодное для жилья, мастерское, которое колорист называет домом. Именно поэтому он сейчас лихорадочно бежит по квартире, пытаясь прибраться хоть чуть-чуть, чтобы не опозориться... опять. - Прости, тут не убрано, - краснея, извиняется Лу. - Ничего, - заверяет Сехун, аккуратно присаживаясь на край потрёпанного дивана. - Я помогу, тебе нужно переодеться, - заметил Хань. Краснея, он дотрагивает до толстовки Сехуна, намереваясь потянуть её вверх. Стянуть с гипса становится сложнее, и от Хана не уходит, как морщится лицо младшего. Но когда приходит очередь до штанов, рука оленёнка начинает дрожать и он стыдливо зажмуривается. Помочь хотел, ага. - Я сам, - прерывает Сехун и перехватывает запястья Хана от своей ширинки. Он улыбается, наклоняется, чтобы почти невинно чмокнуть в губы раскрасневшегося старшего. Это было уже для них обычным явлением, но Лухан никак не прекращал смущаться. - Я пойду в магазин, - перевёл тему Хань, затем выбежал к выходу из квартиры. - Лухан! - крикнул Чонин, который стоял у подъезда дома Хана. - Чонин, - удивился Лу, спускаясь по лестнице,- засранец, где ты пропадал всё это время? Лухан заметил, что одежда на младшем была такой же, как и несколько дней назад, да что там, Чонин выглядел точно так же, как тогда, когда он в последний раз видел его. - Ты куда-то уехал? - Я? - переспросил Нин, затем замялся, - я... всё время был здесь... хён... - Тогда почему ты не навестил и даже не звонил, когда я был в больнице? То есть, когда Сехун был в больнице, - гневно расспрашивал Лу, ведь он правда очень обиделся и даже сам начал волноваться, где пропадал друг, когда он чуть не попал под колёса. Конечно Хань пытался дозвониться до друга, и не раз, но всё было тщетно. - ... - Чонин? - Хён... - еле слышно произнёс Нин, - ты же не видишь этого? - Ты о чём? - Лухан был напуган состоянием друга. Впервые тот выглядит так напугано. - Ты ничего странного не замечаешь? - спросил он и поднял свой стеклянный взгляд, переполненный непонятным страхом. Чонин переломил свои брови, кусая нижнюю губу, и растерянно оглядывался, словно не знает, где находится, прежде чем, наконец, продолжает: - Город... пустеет.