Огонь во тьме: Арена

Настало время, когда солнечная тень перестала ложиться на обогретый песок, золотые песчинки перестали играться искрами на свету, а по пустыни прошлось холодное дыхание ночи. Время всепоглощающей тьмы и невнятного страха, что поселяется в душе, как тайный союзник и враг. Он может спасти от смерти, а может погубить. И верить ему или нет — выбор каждого. Нирилия стояла перед выбором на протяжении всего времени, с тех пор, как поприветствовала незнакомку средь раскалённой степи песков. Она боялась верить, ведь ошибка могла лишить её единственного, что всё ещё оставалось с ней — жизни. А сейчас ей приходилось объяснять, почему эта самая незнакомка наставила пистолет на её "спасителей", чего она хочет и зачем. Она вовсе не хотела этого, но вынуждена платить свою цену за веру в юную девушку с оружием в руках. — Опусти, — потребовала Сара, её взгляд намертво впился в дуло пистолета, она смотрела на него исподлобья, как будто могла испугать. — Это вынужденная мера, — слабо проговорила Нирия, но продолжила значительно громче, — Вы выслушаете нас. — ... или умрём. Это ты хотела сказать? — с неким омерзением бросила Сара, её рука незаметно потянулась за спину, но Альф вовремя её отдёрнул. — Хорошо, — Альф посмотрел в землю, а затем на Нирию, его взгляд не посылал доверия или понимания, но был прислан не худшими намерениями. Он снял с глаз тёмные очки, которые явно сейчас не давали ему разглядеть угрожающую пулей девушку. Затем малозаметная улыбка пришлась на лицо, как издёвка, но он собирался слушать, следуя своим словам. Сложив руки за спиной, он стал ждать речи, которая всё объяснит. Его глаза отливались янтарным блеском, Нирия тут же поняла куда делась охрана с этажей. Но какую же силу нужно тогда иметь? Нирию объял лёгкий туманный страх, она могла оказаться в плену иллюзии, а может они уже там, но не знают. Вряд ли эти двое спасли её по собственной доброй воле, скорее, это идея Картера. Передержав взгляд на глазах Альфа, она выдала это чувство в себе, а ещё большую ошибку она сделала, когда резко отвела взгляд на Энигму. Однако девушка не встретила её тем же, она присматривалась к Саре, следя за ней, как верный страж, готовый на всё. — Итак, — снова нарушил тишину мужской голос, ускоряющий ход диалога. Но Нирия не знала что сказать, слова связались в узел, а мысли выстроились поперечным строем, шагая вровень, но ни одна из них не вела впереди. — Я Энигма, — вдруг представилась девушка, — И я единственный вам шанс выйти отсюда живыми. — А не рановато? — язвила Сара, но взглядом Альф усмирил её злобный пыл, она замолчала. — Простите её, милая леди, — сказал он затем — Меня зовут Альф, а моя спутница — Сара. Нас всех смутила ваша юность, но, пожалуйста, продолжайте. Нирию пугала эта учтивость и воспитанность, она вызывала подозрения. Но девушка видела, что на Энигму это никак не действует, она не ослабляла хватку. Сейчас девушка даже завидовала этой изящной храбрости. — К вашей удаче, мне нужна ваша помощь, — продолжала та, — В скором времени сюда придёт сам слуга демона, а наш долг — отсрочить его появление в Цитадели. — Ваш долг, — вмешалась Сара с грубой поправкой. — Зачем же нам задерживать кого-то? — тон Альфа держался на одной ноте, хитро воздействуя на своих собеседников, но Энигма всё ещё игнорировала это. — Чтобы посодействовать мои друзьям в спасение этого мира, — фраза звучало окончательно, хоть и ничего не объясняла , — Цитадель вас не выпустит, разве что, если мы сделаем всё так, как скажу я. — Мы согласны, — кивнул Альф, — А теперь ты можешь убрать оружие, мне неловко, когда в меня тычут пистолетом и угрожают. Нирия вздохнула с облегчением, а юная воительница вложила оружие в кожаную кобуру на поясе. Но вскоре он понадобился снова. Когда все замолчали, каждый начал вслушиваться в мёртвую тишь пустыни, чувствовать этот мёрзлый стоящий воздух. Сюда не могли пробраться монстры, но человек мог, и вот, он уже ступил с горизонта на пути к Цитадели. Все видели его, но не все понимали что это несёт за собой, этот чёрный силуэт, который надвигается, и неизвестность пугала куда больше всего прочего. Нирия приняла от Альфа его второй кинжал, Энигма снова схватила пистолет, а Сара владела длинным кликом. Девушка стала наскоро примерять в руках оружие, крепко сжимая в ладони. Никто не говорил, безмолвное ожидание томило души. Кто же предстанет перед ними? Добрый путник или беспощадный убийца? Но завидев пламя, что вилось следом за близким образом человека, Нирия невольно сделала шаг назад, выронив оружие. Её сковало некое чувство, что пронзало и резало нервы, игралось с ними, как неумелый музыкант. В висках стучала кровь, а сердце билось, как в последний раз, желая надышаться. Энигма закрыла своей спиной Нирию, а та стояла с раскрытыми глазами, беспомощная, как ребёнок. Нирилия видела умершего человека, по которому долго горевали они с Лили, постепенно узнавала его черты под огнём лезвия его легендарного меча. Внезапно она бросилась на Альфа, с одним желанием убить. В её голове воспламенялась та мысль, что он загнал их в иллюзию, что всё это неправда. Она ударила его в лицо, со всей силы, что была. Малейшее движение Альфа, когда он лишь повернулся к девушке от удара, вогнало острый конец кинжала в бок Нирилии, та вскрикнула от нарастающей колющей боли, из раны выступила кровь. Только тогда она осознала реальность всех событий, отпрянув назад. Холодное лезвие вырвалось из глубокой раны, оставив за собой след. Нирия ощущала, как постепенно её руки омывает собственная теплая алая кровь. Из глаз выступили слёзы, она забыла обо всём, уже думая, что умерла. Бросив оружие, Альф не позволил её рухнуть на землю, а лишь аккуратно опустил её на мёрзлый песок. Он извинялся, причитая одни и те же слова, пока главная опасность уже явилась к ним, наблюдая за всем со стороны. Энигма целилась в слугу демона, высокого парня с крупным ожогом на щеке, карими глазами, дьявольской ухмылкой. Длинные припаленные волосы ещё сохраняли прежние черты, какие были у него до того, как его убили служители. Дэниэль с пламенем в руках жаждал лишь уничтожить всё, но его так забавляла происходящая сцена смерти, что он решил даже отложить всё. Он, естественно, не помнил давнюю подругу. — Держись, — велела Энигма, её хотелось верить, что эта ночь не унесёт жизнь едва знакомой, но понравившейся её девушки, тем более так глупо.