Мальчик, который хотел тепла

      За окном шёл дождь. Не осенний, несущий с собой холод, но дождь весны, дарующий радость и надежду. Но ни радости, ни надежды не было для маленького мальчика, у которого отобрали детство. Впрочем, его почти и не было.

- Мама, папа, глядите, что я нашёл! Золотоволосый пятилетний ребёнок со счастливой улыбкой на лице показывает родителям ракушку, найденную на берегу реки. - Красивая! - восклицает мать. Волосами её, такими же золотыми, как и у её сына, играет ветер. А отец просто улыбается и берёт ребёнка на руки.

      Отец... Мальчик плохо помнит его. Только то, что он был красивым и очень добрым. А вот мать... Её образы были выжжены на самом мозгу. Тот, радостный, принадлежащий здоровому человеку, и другой, который был, когда она умирала.       Гроб, слова молитвы, звук земли, падающей на крышку. И его мать там, в земле, холодная, не дышащая, которая никогда не придёт утешить его, не сможет защитить. И он не увидит её ласковых карих глаз и золотистых кудрей, таких же, как и у него. Теперь ему остается жить в кошмаре. И теперь он совсем один...

- Молчать, свиное отродье! Разносится звук пощёчины. - Не трогай маму! - И ты туда же! - кричит отвратительного вида старик, - Щенок! Следующий удар достаётся ребёнку. - Слушайте вы, оба. Я пригрел вас, ничтожеств, дал своё имя, крышу над головой. Ты, стерва, давно уже раздвигала бы ноги ради куска хлеба, чтобы прокормить себя и своего молокососа. Но я оказал тебе милость, а ты смеешь нарушать установленные мною правила? Я тебе сказал - не смей ничего покупать этой мелкой сволочи! Он обойдётся и без мороженого. Ишь, чего захотели! Сидите на моей шее, пользуетесь моим жильём, и смеете проявлять такую наглость? Обоих вышвырну на улицу подыхать, если не будете оказывать мне должного почтения. Ясно вам, поганые животные? Я спрашиваю - вам ясно!?

***       Холодно, очень холодно... Мальчик дрожит под одеялом, глотая слёзы. Всё тело болит. Никто ему не поможет, никто. А завтра утром вместо мамы его разбудит отчим, который совсем недавно причинил ему невероятную боль. Завтра воскресенье, а значит не надо в школу и они будут вдвоём. Джим рыдал от ужаса. Звал мать. Но тишина встречала его мольбы.        Он заснул только под утро.       - Быстро вставай! - печально знакомый голос раздаётся в спальне. Джим в испуге забился в угол кровати. - Что? Ты снова плохой мальчик? - голос отчима стал ласковым и мальчик понял - сейчас снова будет больно... - А ведь вчера вечером ты был хорошим, послушным. Ты что, больше не хочешь радовать папочку? Транси резко подскочил к ребёнку, и безо всяких церемоний сбросил его на пол. - А ну, встать, щенок! - вскричал он, отвешивая Джиму пощёчину. Мистер Транси больше всего любил издеваться. - А ну-ка, что у тебя там? Транси резко повернул пасынка к себе спиной и наклонил вперёд. Руки бесцеремонно развели в стороны ягодицы. Мальчик всхлипнул. - Ничего, пройдёт. Вначале всегда больно. А затем привыкнешь. А что, ты думаешь, мне хватит одного раза? Ладно. Одевайся. Транси выпустил Джима, тот упал, и снова заплакал. - Не ной, не ной. Тебе потом ещё и понравится. Всем нравилось и тебе понравится тоже, не сомневайся. ***       Мистер Транси вышел из знатной семьи. И с самого детства его приучали к мысли, что всё лучшее должно принадлежать ему. Родители твердили об его необыкновенном уме и многочисленных талантах, хоть это и было полным враньём. Транси рос редкостным лентяем. К тому же, от него пострадало множество других детей. Добротой он также не отличался.       Когда же он повзрослел, то стал ещё хуже. Но родители на всё закрывали глаза. Им было, в общем-то, наплевать, и они сквозь пальцы смотрели на его выходки.       Когда ему было всего шестнадцать, он изнасиловал свою соседку, девочку младше его на два года. Это было первым шагом на пути к окончательному падению. Родителям девочки не удалось добиться справедливости. Чета Транси была очень богата, и дав взятку, позволила своему отпрыску избежать наказания. И убеждённый в своей безнаказанности подросток уже не остановился.       Гулянки до утра с сомнительной компанией, издевательства над младшими ребятами, наркотики, алкоголь... Юноша развратился дальше некуда.       Восемнадцать лет. Он заманил одного из своих друзей на развалины старинного поместья... Не составляет труда догадаться, что он сотворил с приятелем. И снова преступление осталось без наказания.       Двадцать лет. Отец умирает, завещав сыну все свои богатства.       Двадцать три года. Умирает мать. Он отдал её в дом престарелых и не вспоминал о ней, пока ему не прислали извещение о её смерти.       Богатство, знакомые, многие из которых были весьма нехорошими личностями, продажные женщины... и невинные мальчики, коих он искусно заманивал в свои сети. Иных из этих детей больше никто не видел... Призвать его к ответу было решительно невозможно - он был богат, имел связи среди бандитов, и полиция не вмешивалась.       Жизнь, представляющая из себя погоню за плотскими удовольствиями, потраченная на потакание самым низким страстям превратили когда-то симпатичного юношу в потёртого, несмотря на весь лоск, старика, отличающегося крайне мерзкой внешностью и слабым здоровьем. Но ни старость, ни болезни не смягчили его пороков. В это время он встретил молодую женщину с ребёнком, отчаянно нуждающуюся в жилье и деньгах. Женщина эта была потрясающе красива, и старик Транси, как и всегда, решил, что и это должно принадлежать ему. Он претворился преданным другом, убедил несчастную в том, что он именно тот, кто сможет дать все блага ей и её сыну, и та, не имея выбора, приняла его предложение стать для него подругой жизни. Это была для Транси несказанная удача - полностью зависимые от него люди, не имеющие никаких сил на сопротивление. Он сбросил маску, и показал всю грязь своей натуры. Ни единого счастливого дня не прожила Эмили, став его женой. Побои, страх, невозможность ничего изменить, превратили эту роскошную женщину в тень самой себя, а после и вовсе отняли жизнь. Транси не тосковал. В его руках оказался весьма соблазнительный мальчик, обладатель редкостной красоты. И старик вовсю решил пользоваться этим. ***       Джим дрожал всякий раз, как видел отчима. А сейчас, в воскресенье, это происходило очень часто. И даже то, что завтра в школу, не смягчало отчаяния мальчика. Ведь после школы ему придётся возвращаться сюда. И проводить в этом доме много-много ночей...        По счастью, мистер Транси словно бы забыл о существовании ребёнка. Он постоянно кому-то звонил, ругался с этими людьми, бегал по дому из угла в угол, то и дело на что-нибудь натыкался, и разражался по этому поводу страшнейшей бранью.        Но Джиму всё равно было страшно. Он сидел у себя в комнате, на кровати, на той роковой кровати, где канула никуда его невинность.        - Я уйду ненадолго. Заеду кое за кем. - отчим заглянул к нему. Мальчик отпрянул, обняв себя руками. - Только посмей что-нибудь натворить, я тебя... Кстати, ты должен понравиться моему гостю, так что не смей рыдать, как вчера. И старик удалился, напевая что-то себе под нос, оставив пасынка думать о том, что будет дальше.