Долг Жизни

«Только бы с Таней ничего не случилось» - промелькнуло в голове у Бейбарсова. За неё от готов отдать все на свете – жизнь, душу, Уаджет, наконец, лишь бы она осталась жива! Мысль была естественной для него, простой и искренней, как солнечный летний день, когда вокруг светло и ясно. Ни один артефакт в мире, вообще ничего, не стоит твоей любимой девушки, тут сомнений даже не возникало. Сжав в руке Уаджет, Глеб резко повернулся. Перед ним стоял Сет и испытующе глядел прямо в глаза. Вид древнего божества был грозен и торжествующ. Алая грива небрежно разметалась по его плечам, слегка прикрывая заостренные уши. Узкие глаза, цвета красного пустынного песка на закате, были так же сухи и бесстрастны, как сама пустыня. - Не заставляй меня ждать, Жрец! – Сет протянул руку к артефакту. Он был невооружен, но никто не обманывался на счет того, понадобится ли ему оружие для расправы вообще. Таня стояла невдалеке, по правую руку от бога. Самая легкая и самая быстрая добыча, если разгневать Сета. Он сотрет её с лица земли просто ради забавы, чтобы под ногами не мешалась. - Глеб! Не смей этого делать! Не отдавай ему Око Ра! Ты обречешь этот мир на страдания! – дрожащий голос Нефертити вывел некромага из состояния напряжения. – Вспомни, Имхотеп, в чем состоит смысл твоего служения Гору! И тут, в солнечные мысли Бейбарсова о Тане серым дымком проникло сознание Великого Жреца древности. Картины воспоминаний сменяли одна другую с пугающей быстротой. Служение Гору. Поддерживание равновесия. Не дать этому миру рухнуть, какую бы цену не пришлось заплатить за это. Рука некромага, которая уже поднялась, чтобы отдать артефакт, нерешительно опустилась. Губы, помимо воли Глеба начали твердить неизвестное ему заклинание. Тотчас же, со всех сторон, послышался тихий шорох и треск и из всех щелей и отверстий появились тысячи скорпионов. Таня сдавленно вскрикнула – она не очень-то жаловала подобных существ, особенно, ядовитых. Маланья Нефертити тоже побледнела. Она была жрицей и сильной магичкой, но в эту минуту, в ней проснулась обычная девчонка, которая впадает в шок при виде любой опасной живности, летающей или ползающей. Впрочем, держались обе девушки, несмотря на ужас ситуации, вполне хладнокровно и спокойно. Но скорпионы даже не обращали внимания на девушек и некромага. Все ядовитые твари, ведомые заклинанием Имхотепа, спешили к Сету. Бог пустыни не шевелился. Скорпионы облепили его с головы до ног, безжалостно жаля. Но Сет лишь надменно улыбался. - Это все, на что ты способен, Жрец? Он дернул плечом, и сонм скорпионов слетел с него хлопьями черного пепла. - Великий, спасай Уаджет, я задержу его! – крикнула Маланья, бросая ему под ноги свой браслет в виде крылатого солнца, что до сих пор охватывал её тонкое запястье. Вспышка яркого солнечного света ослепила всех. Сет упал на колени, сжимая руками виски. Было очевидно, что свет причинил ему немало страданий. Это дало магам небольшую передышку. И Глеб пришел в себя, с трудом возвращаясь в свое сознание. Насколько бы сознание Бейбарсова не было занято мыслями Имхотепа, о Тане он не забывал ни на секунду. Схватив её за руку, он потащил девушку к выходу. - А как же Маланья? – Гроттер оглянулась на Нефертити, которая бесстрашно стояла на пути у Сета, преграждая ему путь своей магией. - Мы должны спасти Уаджет любой ценой! Иначе этот мир рухнет! – Глеб разрывался между необходимостью спасти Таню и вступить в бой с божеством, чтобы отвлечь его от Маланьи. - Но он же её убьет! – тихо сказала Таня, останавливаясь. – Это неправильно! «Беги прочь, забудь обо всех, сохрани Око Ра ради всего человечества, и пусть мелкие жертвы не останавливают тебя! На пути к великой цели часто бывают потери, но они – ничто, по сравнению с величием служения миру и равновесию!» - твердил Имхотеп в голове у Глеба. «Я не смогу жить без Тани. Любимая девушка и весь мир – понятия, конечно, неравнозначные. Она мне дороже. Что я буду делать в этом мире без неё? И Маланью жалко! – неожиданно подумалось некромагу. - Ты права! Это неправильно, - Бейбарсов нежно прикоснулся к Таниной щеке, как бы благодаря за подсказку при принятии важного решения. И решительно развернулся лицом к Сету. - Что же ты делаешь? Тебе против него не выстоять! – с горечью воскликнула Маланья. Силы её иссякали, а сражение близилось к своему логическому завершению – расправе Сета над остальными. Занеся руку, бог пустыни приготовился убить Нефертити. Бейбарсов сжал в руке Уаджет. Он вдруг ощутил пробудившуюся мощь артефакта – как будто до сих пор он дремал, а в этот момент проснулся. Источник живой стремительной силы поглотил Глеба, и теперь уже не он управлял Оком Ра, а оно – им. Ослепительный луч света ударил бога пустыни в грудь - золотой луч, вырвавшийся из Уаджета. Сет упал, не выдержав удара. Но, хоть атака была сильной, божество с легкостью перенесло это нападение и теперь вставало, готовясь ответить своей мощью. - Маланья, беги! – крикнул некромаг. – Пока Уаджет у меня, Сет не сможет причинить нам вреда! - Ты заблуждаешься! – Маланья, все же, последовала совету Бейбарсова, отбежав от Сета на безопасное расстояние. – Нужно было спасать Око Ра, а не меня! Что же ты делаешь? О, всемогущий и всеблагой Гор! - Я здесь! - вдруг отозвался негромкий мелодичный голос. Все взгляды обернулись к тому, кто это произнес. У входа стоял высокий статный мужчина, одетый по-древнеегипетски. Его длинные темные волосы стягивал золотой обод в виде крылатого солнца. Восторженная Маланья склонилась перед ним в почтительном поклоне, шепча традиционные для встречи с богом слова. - Ну же, хватит! – Гор нежно погладил её по волосам. – Ты - лучшая жрица Исиды и моя, и даже больше, - он подмигнул ей. – Мы почти родственники… могли бы быть, - с грустью закончил он. - Я счастлива видеть вас! – глаза Нефертити сияли от радости. - Взаимно. Кстати, Имхотеп, - Гор обернулся к Бейбарсову, - я потрясен тем, что ты вернулся, и спас мою милую Нефертити. Это был не совсем правильный выбор – нужно было, в первую очередь, спасать Око Ра. Но это был прекрасный поступок. - Здравствуйте, - вежливо поздоровался Глеб, склонив голову перед богом. - Какой же я невежливый! – спохватился Гор. – Здравствуй, Имхотеп! Ты, вроде, изменился? Или я давно тебя не видел? - Скорее, и то, и другое, - предположил некромаг, с беспокойством поглядывая на Сета, уже начавшего приходить в себя. Но Гор, казалось, не обращал внимания на своего извечного врага. - Главное, что у нас внутри, верно? – он подошел и положил Глебу руку на то место, где билось беспокойное и дерзкое сердце некромага. Бейбарсов коротко кивнул в ответ, протягивая Уаджет Гору. - Благодарю, что сохранил его, - бог торжественно принял артефакт, приложив его ко лбу в знак почтения. - Ты не получишь его! Он мой! – вскричал окончательно пришедший в себя после атаки Уаджетом Сет, взмахнув руками, чтобы вызвать песчаную бурю. В помещение резко потемнело, и сухой горячий песок, врываясь извне, закружил в сумасшедшем танце, впиваясь раскаленными иглами в кожу, слепя глаза, не давая дышать. Глеб повалил Таню на землю, закрывая её своим телом от волны раскаленного жара, пронесшейся над их головами. - И тебе привет, дядя Сет! – насмешливо сказал Гор, и повелительно взмахнул рукой. Буря тотчас же стихла. - Бог-Сокол! – зло усмехнулся Сет. – По-прежнему силен? - Желаешь проверить? – с вызовом спросил Гор. - Желаю. Сейчас же! – коротко ответил Сет. *** Сет вырвал из своей гривы волосок и, пошептав над ним, бросил его на землю. Тотчас же из песка, покрывающего пол пещеры поднялся пляшущий смерч, который резко метался то вправо, то влево, как будто пытался обмануть. Его мощь крепла с каждой секундой, и скоро гудящий звук магически сотворенного смерча заставил Таню, Глеба и Маланью прикрыть уши руками – он был невыносим и вызывал волнообразные приступы боли. - Таня! – Глеб прижал девушку к себе, чтобы хоть как-то заглушить её боль. В эту минуту Гор, взмахнув рукой, указал на место за своей спиной и что-то выкрикнул приказным тоном. Слышно было неразборчиво, но смысл угадывался: следовало отступить и держаться за спиной бога-Сокола. Маги подчинились приказу, отступая назад. Гор начал читать заклинания, но это мало помогало. Смерч становился все сильней и подбирался ближе к нему. Заклинания Гора зазвучали быстрее и отчетливее, но бушующую стихию остановить не смогли. Налетев на бога-Сокола, смерч поглотил его, скрыв от глаз отбежавших в сторону магов на несколько мгновений. К счастью отчаявшихся девушек и спокойного с виду Бейбарсова, они длились недолго. Когда Сет уже начал торжествовать, смерч внезапно распался легкой дымкой, как будто его и не было, открывая обрадованным взглядам магов невредимого Гора. - Нет! Я должен тебя победить! – с досадой и злобой воскликнул Сет. На его лице отобразилась какая-то странная гримаса, но это было уже не лицо, а звериная морда. Миг – и перед Гором стоял огромных размеров черный шакал с раздвоенным хвостом, красной гривой и алыми, горящими ненавистью глазами. Зверь не колебался ни секунды, бросившись на своего противника в прыжке. Таня вскрикнула, теснее прижимаясь к Бейбарсову. Казалось, ничто уже не сможет спасти Гора. Но зверь не настиг своей жертвы. С места, на котором только что стоял Гор взметнулся огромный величественный сокол. В следующее мгновение он уже терзал шакала мощными когтистыми лапами и острым клювом. Шакал завизжал и попытался схватить птицу зубами, но поймать летающее божество было не так-то просто. Сокол находился в своей естественной стихии – в воздухе, где ему не было равных. Спикировав, Гор сам напал на Сета. Какое-то время в клубке дерущихся тел невозможно было разобрать, кто побеждает. Но, когда пыль немного улеглась, магам открылась следующая картина: изрядно израненный шакал, тяжело дыша, держал зубами за шею поверженного сокола. Глеб, было, дернулся вперед, чтобы прийти на помощь, но Нефертити остановила его: - Не лезь! Это их бой! Без твоей помощи обойдутся! - Ты уверена? – с сомнением произнес Глеб. – Мне кажется… - Я верю в Гора! – стальным голосом перебила его Маланья. - Глеб! Тебе, действительно, лучше не вмешиваться, - поддержала египтянку Таня, которая, по правде говоря, до жути боялась того, что Бейбарсов полезет в битву богов, а то, что после него останется… да ничего не останется, это же силы, неизмеримо превосходящие воображение! Согласно кивнув, Глеб с тоской посмотрел на уже подходящее к концу сражение. Сейчас шакал добьет сокола, а после разделается и с ними. Так что, недолго девчонкам его удерживать. Нужно готовиться к последнему бою. Но тут произошло невероятное. Впившись когтями в морду шакала, сокол вывернулся из пасти Сета и вцепился ему в загривок. Острые, как бритва, когти на лапах птицы рвали кожу зверя, как бумагу. Беспомощно крутясь и подпрыгивая в воздух, шакал пытался достать Гора или, на худой конец, увернуться сам от его когтей, но тщетно. Сокол уверенно побеждал. Скоро обессиленный Сет свалился на пол, истекая кровью. У него не хватало сил даже для того, чтобы обернуться в свое человеческое обличье. - Я помогу, дядя Сет, - вновь превратившийся в человека, Бог – Сокол опустился на одно колено возле поверженного шакала. – Только ты должен пообещать, что подчинишься мне и признаешь мое право на верховное правление. Черный зверь издал невнятный хрип, согласие в котором можно было только предположить. На условия, выдвинутые Гором, он мог согласиться только на пороге смерти, а это был как раз тот случай. Достав Уаждет, Гор принялся колдовать над Сетом, возвращая тому человеческий облик. - Я исцелил тебя! Пришло твое время выполнить обещание! – требовательно произнес Бог-Сокол. - Я не давал никаких обещаний! Оно лишь пригрезилось тебе! – все еще слабый и израненный, Сет открыл глаза. Раны на его теле регенерировали с нечеловеческой быстротой, и даже не со скоростью некромага. Следы от ран таяли быстро и бесследно, как сахар в горячем чае. Гор печально вздохнул. - Тогда мне придется убить тебя! – твердо сказал он. - Или мне – тебя! – охотно согласился Сет. В его алых глазах светилась ярость. Внезапно он изловчился и ударил Гора по руке, в которой тот держал Уаджет. Артефакт со звоном упал на каменный пол, неподалеку от Тани. Сет метнулся за ним. Недолго думая, Гроттер бросилась на защиту Ока Ра, демонстрируя прекрасную реакцию и умение быстро принимать решения в экстремальных ситуациях. Не зря она была звездой драконбола – именно вышеперечисленные качества и отличали просто хорошего игрока от высококлассного. Сейчас же Тане казалось, что происходящее – тоже, своего рода игра. И она не могла допустить поражения своей команды. Игра заняла несколько секунд – все действия совершались в ней почти одновременно. Таня схватила Уаджет – Сет бросился на неё – Глеб яростно выпустил по Сету сноп голубых некромагических искр – Сет отшатнулся – Таня бросила Уаджет Маланье – Маланья передала пас Гору – Гор поймал Око Ра и бросил в Сета сгусток светлой энергии, заставив того упасть. Бейбарсов бросился к Гроттер, помогая ей подняться и отводя подальше от лежащего без сознания бога пустыни. - Таня, ты как? Все в порядке? – Глеб схватил её за плечи, вглядываясь в лицо, и только сейчас заметил, что любимая девушка смеется. - В порядке, - улыбаясь, ответила она, совершенно не стараясь избежать рук Бейбарсова, что она делала постоянно до этого. Сейчас же она чувствовала себя с Глебом легко и свободно, как будто всю жизнь была с ним знакома. - Ты почему смеешься? – с недоумением спросил некромаг, осторожно прижимая Таню к себе, все еще беспокоясь, как бы с ней ничего не случилось. - Наверное, потому, Великий, - иронично сказала подошедшая Нефертити, - что ты мог спокойно призвать силы Имхотепа, а воспользовался жалкой некромагией. - Подумаешь! Сработало же! – мрачно буркнул Бейбарсов, все еще переживающий за Таню. – Ничего смешного, - он в упор посмотрел на Гроттер, вздергивая бровь коронным Бейбарсовским жестом. - Я не с тебя смеюсь, Глеб, - заверила его девушка, улыбаясь. – Просто подумала, какое подходящее название можно подобрать для новой игры, в которую мы только что сыграли? Артефактобол? Некромаг улыбнулся и, уже не стесняясь никого, прижал девушку к груди. Ей только что грозила смертельная опасность, а она смеется! Странные создания, эти девушки…Он тут чуть не свихнулся от страха за неё, а она названия играм придумывает! И Нефертити тоже стоит, посмеивается… да, девушки создания, воистину, непостижимые! Гор, тем временем, благосклонно взглянув на своих спасителей, подошел к богу пустыни и, сняв с головы золотой обруч, надел его на голову вечного и непримиримого врага, по совместительству, родного дяди, Сета. Прошептав несколько слов, он коснулся Уаджетом обруча, и тот плотно обхватил голову оглушенного Гором божества. - Теперь он подчинен моей воле. Мы оба предстанем перед судом Ра, и пусть он решит исход нашего противостояния, - заключил Бог-Сокол. - Однажды Ра уже изъявил свою волю, - запальчиво сказала Маланья, склонив, однако, голову в поклоне. – Не думаю, что он изменит её. Исход предстоящего разбирательства был ей ясен. Править, по её мнению, должен был Гор, а не Сет. Бог-Сокол снисходительно кивнул, но не стал выражать своего мнения столь однозначно, хотя знал, что Нефертити права. - Спасибо, Нефтис Мерит, - обратился он к Нефертити, а Глеб, обладающий, благодаря Имхотепу, знаниями древнеегипетского, шепотом перевел Тане, что Гор называет Маланью « возлюбленная госпожа дома», что еще раз подчеркивало отеческое отношение божества к египтянке. Но тут взгляд Гора обратился к Тане, скромно стоящей рядом с некромагом. - А кто это прекрасное дитя с сердцем льва и телом нимфы? – спросил он, поглядывая на изумленную девушку. Таня зарделась. Такими изысканными эпитетами её еще никто не награждал. Даже Бейбарсов, хотя он был специалистом в этом вопросе, по крайней мере, Тане так всегда казалось, когда некромаг окутывал её красивыми и загадочно-тонкими комплиментами. Но здесь совсем другое дело, бог все-таки! - Я люблю её, - лаконично сказал Глеб, неосознанно загораживая Таню от взглядов Гора. – Так получилось, что она случайно оказалась здесь, когда я неосторожно загадал желание, не осознавая сил Имхотепа. Её зовут… Гор жестом прервал его речь. - Случайностей не бывает, жрец. Значит, так должно было произойти. Могу я услышать ваше имя из ваших уст, милое дитя? Таня была так поражена публичным выражением чувств Бейбарсова по отношению к ней, что не сразу смогла сконцентрироваться на словах божества. - Таня Гроттер, - представилась она, покраснев от волнения и радости, которое доставило ей признание некромага. - Вы были великолепны, Таня, благодарю вас. Береги её, Имхотеп, встреча с такой девушкой, как она – величайший дар судьбы! «Сам знаю!» - чуть было не ляпнул некромаг, но вовремя спохватился. - Спасибо за пожелание, обязательно! – уважительно поклонился он. Гор лукаво улыбнулся – наверное, прочесть мысли Глеба для него не составило труда. Затем, слегка посерьезнев, он обернулся к Маланье: - Нефтис Мерит, прими Уаджет. Ты знаешь, что с ним делать дальше. А мне пора уходить, - сказал Бог-Сокол, протягивая Око Ра жрице. - Это честь для меня! - Маланья благоговейно приложила артефакт ко лбу. – И я действительно знаю, что с ним делать дальше, - закончила она вполголоса, так, что отошедший в сторону бог уже этого не слышал. Вернее, просто не слушал, озаботившись своими, бежественными делами. - Вставай, Сет! – приказал Гор. Бог пустыни, придя в себя, поднялся, недоуменно потряхивая головой. - Что ты сделал со мной? – он схватился за обруч и в ужасе отдернул руки. - Подчинил, - кратко ответил Бог-Сокол и, махнув на прощание магам, исчез вместе со своим побежденным родственником.