TARDIS.mp3

Ночь затягивает петлю на горле - мне становится трудно дышать. Мы одни в таком большом городе, но тебе от меня не убежать

Я люблю ночь. Безнадежно, безумно, самозабвенно. Обожаю до дрожи в кончиках пальцев в ожидании того мгновенья, когда солнце скроется за горизонтом. Это даже не любовь и не страсть. Настоящая зависимость. Почти наркомания. Потому что это время, когда все тёмное, порочное и запретное, что существует во мне, живет со мной, как моя неотъемлемая часть, выходит из той тени, в которой спит днем, ведомое лишь одной целью. Женщиной. Единственной женщиной, которая способна принять и выдержать всю тьму и силу моего «мистера Хайда»*. Ривер Сонг. Кто она? Для всех – доктор археологии, преподаватель университета «Торчвуд», профессионал своего дела. Привлекательная, умная и в целом незаурядная личность, а для меня – болезнь и лекарство в одном флаконе. Одержимость. Страсть. Темная и порочная, неправильная любовь, её обратная сторона, расцветающая алыми каплями на матовой коже.

Но я хочу тебя видеть молящей и слабой! Хочу узнать вкус твоих слез! Где от любви до убийства самая малость ты мне отдашь сердце свое.

Что меня привлекло в ней? Её невозможно сломать. Порою мне кажется, что она не знает, что такое страх или слезы. И порою мне до зубовного скрежета, до зуда, до дрожи хочется испытать её на прочность. Узнать, умело ли она скрывает свой страх или же действительно не боится рисковать всякий раз, когда я нахожу её в этом большом городе, оказавшимся для нас слишком маленьким. «Почему я с тобой, Доктор? Почему я не боюсь? Потому что это заставляет меня чувствовать себя по-настоящему живой. За свой успех я плачу одиночеством, ты сам это видишь. Но запомни – ты не средство. Ни в коем случае. Ты причина. Почему? Кто знает? Может быть, я просто люблю тебя, сама того не подозревая?» Вот что она ответила мне, когда я решился и спросил её прямо. И её ответ заставил задуматься и меня. Что чувствую я к ней? Может, я тоже влюблен, но, не зная, что это, опорочил и осквернил это чувство, исказив сквозь призму психопатической натуры и превратив в простую темную страсть или же я просто нашел себе идеальную игрушку, от игры с которой не устану очень и очень долго? Усмехнувшись, я посмотрел на ждущий своего часа тонкий нож. Ты права, Ривер, кто знает… Но пока я знаю одно – ты даешь мне то, что больше никто дать не в силах, и я чертовски благодарен тебе за это. Наверно, именно поэтому ты до сих пор жива. Благодаря своей силе или ловко спрятанной слабости. Но пока ты нужна мне.

Я – лишь тень от ночных фонарей! Встречай эту ночь, Я приду вместе с ней!

Набросив куртку, я выхожу навстречу не знающему сна даже в столь поздний час Лондону. Навстречу ночи. Навстречу Ривер. Зароненное ею сомнение продолжает мучить меня вопросами. Люблю ли я её? Не знаю. Как и то, способен ли такой психопат, как я, на любовь вообще? Если такие люди могут любить, то скорее да, чем нет. Но поскольку мне неизвестно, могу ли я любить, мне достаточно того, что я просто не хочу её убивать. Пока. Ведь с ней интересно не только играть. А вот что движет ею? Любит ли она меня? Если да, то она еще сильнее, чем кажется. И умнее, раз не показывает этого, потому что пока что она единственная, в ком я не увидел привязанности ко мне, порою граничащей с зависимостью. Возможно, что я нашел свой идеал.

Я знаю смысл слова «любовь» - люди тратят вечность ради секунд. Они рассуждают про зло и добро, и живут у своих заблуждений в плену!

Ха, любовь… Что это такое? Я не знаю. Такие, как я, не знают. Нежность, забота, желание защищать… Нет, это не я. Привязать к себе, играть, сломать – вот я. Это мой удел. Но Ривер изменила все. Она приняла меня, рискнула своей жизнью и начала игру с огнем. Наверно, когда-нибудь я убью её, как и многих до этого – сломанных, рабски преданных и привязавшихся к своему мучителю. Я убью её, когда мы оба поймем, что она сломалась. Ривер сама попросила меня об этом. «Если я сломаюсь, если я стану твоей очередной покорной куклой – убей меня. Я знаю, что это - последнее удовольствие, что я доставлю тебе. Так пусть так и будет».

Но я поджег все мосты - Ничего не вернуть! С каждым часом огонь возрастает. Твои секунды в вечность могу обернуть, ну а цену, ха! А цену ты знаешь….

Она понимает, что это неизбежно. Она знает, что я – убийца. Опасный и непредсказуемый психопат. Но все равно танцует над бездной. Со мной. И танец этот будет длиться, пока жив один из нас. Почти как брак.

Запри все двери – мне это льстит! Значит, ты ждешь… Значит, не спишь…

Я вхожу в холл и с шумом, словно хищник, втягиваю носом воздух. Я прекрасно знаю, что она живет здесь и недавно вернулась с работы. Она всегда возвращается довольно поздно, засидевшись за проверкой работ студентов или документацией, и вот сегодня она прошла тут совсем недавно - в воздухе все еще висит тонкий флер сладко-терпкого, по-восточному пряного «Опиума»*, невероятно ярко и точно подчеркивающего её образ.

Я открываю дверь, я знаю, ты здесь - Я чувствую твой сладкий запах! Он наполняет меня, пьянит, словно хмель, И во мне просыпается, сама знаешь, дьявол!

Она прекрасно знает, когда я прихожу, ведь я никогда не изменяю своим привычкам, поэтому входная дверь открыта. Я вхожу в оформленную в колониальном стиле квартиру. Конечно, поначалу это резало взгляд, однако потом я привык и уже не мог представить себе Ривер в другой обстановке. Оставив куртку в прихожей, я иду вглубь квартиры, раздеваясь на ходу. Из ванной доносится шум воды – значит, сегодня она встречает меня там. Это тоже своего рода игра, придуманная ею для меня. Что ж, так и есть. Створки душевой кабины гостеприимно распахиваются, стоит мне закрыть за собой дверь ванной и сбросить остатки одежды. - Привет, сладкий, - улыбается Ривер, когда я подхожу к кабинке. Изящные руки привлекают ближе, а губы обжигает поцелуй. Долгий, томительный, жгучий, а потом… меня отталкивают. - Не здесь, - жаркий шепот обжигает ухо, - Не хочу синяки на спине, - поясняет она, прежде чем повернуться ко мне спиной, демонстрируя причудливый тонкий узор между лопаток. Мое клеймо. Знак принадлежности. Оставленный мною еще в первую нашу ночь - единственный раз, когда мой нож, пусть и нежно, но оставил свой след на моей будущей собственности.

Но ты играешь со мной, прогоняешь и манишь, смеешься в лицо, для тебя я никто! Но от любви до убийства самая малость и ты мне отдашь сердце свое!

Да, Ривер такая – позволяет себе немного покапризничать, зная, что её или простят, или накажут. Ей можно это позволить - она знает меру, подходящий момент и мое настроение для подобного. И она удачно выбрала как раз такой случай. У меня хорошо настроение, но без внимания я все равно это не оставлю. Усмехнувшись, делаю шаг в кабинку и прижимаю её к влажной стене, оставляя поцелуи-укусы на спине. - Ты говорила лишь о синяках, - шепчу я, слыша её тихий смех в ответ. Это будет прекрасная ночь. Одна из тысячи таких же, но все равно неповторимая, как и каждая из них. Когда-нибудь все это закончится: или сломается она, или изменюсь я. Ибо уже одно то, что в утренних новостях перестали передавать об убийствах девушек, уже о чем-то говорит. Но вот только о чем? Пока что о том, что мне хватает Ривер Сонг, обернувшейся и припавшей к моим губам в голодно-обжигающем поцелуе. Пожалуй, сегодня можно побыть и немного нежным.