Веселые каникулы Китнисс Эвердин

Поезд, который отвезет нас в столицу Панема, отходит в семь утра. Билеты мы купили через три дня после того ужасного инцидента, из-за чего все и началось. Все те четыре дня ожидания отъезда мы с Питом никак не пересекались. Это не так уж и странно, если не брать в счет то, что мы вообще никак не разговаривали, не подкалывали друг друга или издевались. Видимо, оба поняли, что напортачили. Я уже подумала, что родители отменят поездку, но они все же не изменили решения. Но я готова. Пообещала себе находить хорошие стороны во всем, что происходит, но пока не получается. Иногда кажется, что я вообще не способна быть довольной. Хотя я счастлива, когда моя семья здорова, когда мы веселимся с Прим, когда я общаюсь с друзьями, но стоит моим устоям пошатнуться, как я впадаю в депрессию. Забавный факт: если в моей жизни происходит что-то новое, например приезд Мелларков, то меняется все! Наша поездка в Капитолий, первый поцелуй с парнем... Гейл. Вот что мучает меня уже четыре дня. Что я ему скажу? Тот поцелуй он наверняка принял за согласие быть его девушкой. Но согласна ли я? Написать ему или же уехать, ничего не сказав? Расстроится ли он или поймет меня? Или же скажет, что Пит тогда был прав? Мерю комнату шагами, обдумывая свои действия и проклиная все на свете. Как же все сложно! Вот поэтому я и сторонилась отношений - одни проблемы с этим. Надо же, как быстро дружба перерастает в любовь. В этом моя проблема: я боюсь узнавать о людях что-то новое, менять отношения между мной и ними. Так же с Питом. Я так не могу, потому что привыкла к другому. - Китнисс, спускайся! - зовет меня мама. Беру, собранный с вечера, чемодан, в котором почти нет вещей, и спускаюсь вниз. Все уже готовы, отцы взялись за чемоданы, одного Пита нет. - А где он? - безразлично интересуюсь я. Мама улыбнулась, отчего я закатила глаза. - Он сейчас спустится, - и почти в эту же минуту послышались шаги с лестницы. Неся с собой черный лакированный чемодан, к нам спускается Мелларк. - Выходим! - крикнул отец. - Твои друзья уже там, Китнисс? - спросила Миссис Мелларк. Я кивнула, зевая. - Вон они, - заметила Прим. У входа в поезд, дожидаясь нас, стоят три моих друга: Финник, Джоанна и Диадема. Одэйр, как всегда, приоделся по последней моде, в Капитолий же направляемся. Диадема всегда выглядит, как на праздник, а Джо, по большей мере, вообще всё равно, надевает то, что нравится, даже если это несочетаемые вещи. - Привет, Китнисс, - приветствуют меня друзья. - Готова? - ответом поступило мое безразличное лицо. Если честно, то я уже устала думать, что да как, поэтому делаю то, что мне говорят делать. - Пит, привет, - промурлыкала Диадема. - И тебе, - без эмоций поприветствовал ее Пит. - Ну, вы долго будете обниматься?! У нас поезд, быстрее, торопитесь! - хлопает в ладоши Мелларк, толкая нас к поезду. Прощаюсь с родными и Мелларками, целую в макушку сестру и взъерошиваю волосы Ника. Увижу я их только через несколько недель. Обещаю маме звонить почаще и слушаться Хеймитча. До Капитолия полсуток езды. Думаю завалиться спать сразу же, чтобы проснуться либо в столице, либо у себя дома. Без всех проблем проснуться в теплой постели в два часа дня, пока летние лучи солнца светят в глаза, раздражая меня. Поэтому я встану, закрою шторы и предприму попытки заснуть заново, но безуспешно. После чего спокойно приберусь, умоюсь и спущусь на завтрак. Если все уже позавтракали, то Прим всё равно посидит рядом со мной и что-нибудь расскажет, пока я ем вкуснейшие оладьи с шоколадом. Вот таким было бы мое каждое утро, не приехав к нам Мелларки. Но хватит уже жалеть себя. Как случилось, так и случилось. Поздно думать, ибо исправить я уже ничего не смогу, а трепать самой себе нервы не полезно. - Пожалуйста, девятое и восьмое купе, - проговорил проводник, показывая рукой куда нам пройти. - Ну что, кто в какое? - спросила Джоанна, когда мы дошли до купе. - Может, парни отдельно, девушки отдельно? - предложил Финник. - Ну конечно! - возразила Диадема. - Давайте камень, ножницы, бумага? - Мне без разницы, - согласилась Джоанна. Мы вытянули руки в круг. Камень, ножницы, бумага... - Джо проиграла, - сказал Фин. - Ты в восьмое, - Джоанна пожала плечами. Камень, ножницы, бумага... - Пит в девятый, - улыбнулся Одэйр. После нескольких попыток выявить проигравшего, ибо стала получаться каша, игра наконец опередила Диадему к Джо. - Диадема к Джоанне. Так так, кто же к Питу пойдет? - Остались мы с Фином. Камень, ножницы, бумага... Я выставила камень, а Фин - бумагу. Я проиграла. Я в купе с Мелларком. Отлично! - Китнисс, хочешь я пойду? - прошептал мне Финник. Отрицательно машу головой, уверяя его, что все будет хорошо. Чего это я совсем трусиха, что в купе с ним не сяду? Зайдя в купе, я сразу легла на кровать. Через минуту кровать начала чуть покачиваться. Значит, мы уже двинулись. Пит лег напротив и достал альбом с карандашом. Мне стало интересно, что он будет рисовать. Я вообще не знала, что он рисует. Он никогда не рассказывал о своих талантах, за исключением таланта меня доставать. Но сейчас он умело водит карандашом по бумаге, нанося различные штрихи. Сначала это были просто непонятные наброски, но затем Мелларк стал все обводить, показывая истинную задумку. Я становилась все серьезнее и серьезнее с каждым его штрихом. Рисовал он мальчика и девочку. Девочка явно плакала, ее платье было испорчено пятнами. Мальчик же смеялся. У меня появилось чувство дежавю - я где-то это видела. Эта девочка - я. А было это, когда нам было по десять лет. Мне купили совершенно новое, красивое платье. Я играла на площадке с другими ребятами, как вдруг из горки выскочил Мелларк с водяным пистолетом. Все бы ничего, но заправлена игрушка была не водой, а грязью. Он начал пулять в меня этим, и я заревела. Платье не отстиралось, и его пришлось выбросить. Пит отхватил за это неплохо, ведь его вина была доказана свидетелями, и схитрить он уже не смог. Мне хоть и купили такое же платье, но всё равно осадок остался. Поэтому в его присутствии я впоследствии не выходила в новых вещах. За секунду я стала такой злой. Да, мы были детьми, но мне же было обидно. - И зачем ты это рисуешь?! - раздраженно спросила я. - Люблю рисовать хорошие моменты из жизни, - спокойным тоном ответил Мелларк. - Ах, вот как. Значит, тебе было весело?! - Ага, очень, - его спокойствие бесит меня еще больше. Вскакиваю с кровати и собираюсь выходить, как идиот подал голос: - А вообще, Китнисс, - откладывая рисунок, обращается он ко мне. - Я должен извиниться за себя. Меня будто током ударило. Да чтобы он! Извинился! - Что ты сказал? - переспрашиваю я, округлив глаза. - Я неправильно себя вел, извини. Может, мы станем друзьями? Ты, вроде, неплохая девушка, - с надеждой в голосе произнес Пит. Так искренне, проникая в мозг благодаря своим чистейшим голубым глазам. -Друзьями? Э... ну... возможно, - мямлю я и смотрю прямо в его глаза, будто под гипнозом. Пит едва заметно улыбается. Но чуть позже усмехается и говорит: - Эх, Эвердин. Ты такая глупая. Тебе скажи пару милых слов, и ты готова встать на колени.