Уходящий в рассвет

Раскалённая плазма врезалась в броню и, словно большая капля, разбилась вдребезги. Манипулятор лейтенанта успел прикрыть кадета. Он загородил его собой, наклоняя к земле. Умиротворённо-спокойное пространство вмиг осыпал проливной огненный дождь. Он, словно пылающие ночные стрелы, разлетался на обе стороны. — Быстро вниз! — крикнул Чиф, отвечая противнику продолжительной пулемётной очередью из личного оружия. Перепугавшись, кадеты инстинктивно рухнули, забиваясь под сплошные плиты перил моста и прикрывая руками головы. Снаряды сплошняком сыпались во все стороны, покрывая землю медным градом из опустевших гильз. — Давайте вперёд! — отрывисто выкрикнул лейтенант, указывая манипулятором направление дальнейшего продвижения отряда. — Я принимаю огонь на себя! Синтэлл, прикрывай! — Куда он?! — с нервной растерянностью выкрикнула одна из фем. — Чифиджер! — звал командира Лайски, бегло обшаривая взглядом опустевшее пространство. Он потерял из виду буквально испарившуюся громоздкую фигуру опытного бойца. — Не отвлекайтесь! — грозным, сосредоточенным тоном, с упрёком выкрикнула я, вставая в компактную стойку для отражения атаки. — Всем встать в оборону! Следуем намеченному плану! — Прикрой меня! — окликнула кадета соратница, принимая бой. — Лайски, пошёл! У юного меха от пробирающего страха усилилась вентиляция. Всё ещё робко сжимаясь в партере, он перевёл взгляд на растерянную фем, находившуюся рядом. — Ты как? — обеспокоенно спросил её бот. — Со мной всё хорошо, — сбивчиво отозвалась Сильва. Она ощущала, как броню щедро осыпает льющийся сверху град из разбитого вдребезги грунта. — Иди. Я помогу Сайлиму. Сквозь рябящий медный звон и нескончаемый, будто плачущий навзрыд, рёв оружия прозвучал решительный голос ринувшегося вперёд юнлинга: — Я иду! Прикройте меня! Озаряемый хаотичными вспышками пламени, молодой боец продвигался в сопровождении громыхающих взрывов и хлещущего дождём пламени. Плазма со свистом врезалась в преграды на её пути, почти касаясь корпуса движущегося впереди меха. Вскакивая с места, подобно броску кобры, малообученные военному делу кадеты делали прицельные выстрелы короткими очередями и вновь скрывались за искусственным щитом. — Пригнитесь! Пригнитесь! — слышались встревоженные, разрозненные возгласы со стороны. Достигнув раненого товарища, мехи ползком, поддерживая друг друга, направились к точке общего сбора. Добравшись до самого близкого транспортного средства, Лайски замер в обуявшем его шоке. Он прерывисто вентилировал и наткнулся на деактивированного меха. Помедлив лишь миг, боец приложил усилие и вытащил неподвижный корпус из транспорта, освобождая место водителя. — Сильва! Магазин пуст! — окликнула соратницу командир подразделения, отбрасывая в сторону уже ненужное оружие. — Брось другую пушку! Перебросив оружие просившей, юная фем дала опереться на свой корпус раненому другу. С ободряющей фразой «Идём!» она мужественно зашагала под непрекращающимся обстрелом вперёд, перебираясь к командиру. Непослушная система машины — по всей видимости, выведенная из строя столкновением — ни в какую не хотела работать. Лишь на какие-то секунды издавая обнадёживающий рокот зажигания, она, словно издеваясь в самый неподходящий момент, с умирающим свистом вновь глохла. Это принуждало бойца нервничать всё сильнее. — Давай же, — нетерпеливо бурчал Лайски, пытаясь привести транспорт в движение. Он так и сяк подходил к системе, перещёлкивая различные кнопки и переключатели. — Заводись! Наконец машина сдалась под неотступным натиском юнлинга. Рявкнув мотором, она завелась — к невообразимой радости уже почти впавшего в полное отчаяние бойца. — Не сдаваться! Не отступать! Держите строй! — ободряюще кричала я. Приняв на себя временное командование, я вела расчётливый прицельный огонь рядом с командиром отряда кадетов и озадачивалась лишь одной мыслью: «Куда же пропал лейтенант?» Противники заняли более удобную и выгодную позицию сверху — они уже было снесли нас своим натиском. Но внезапно один корпус за другим, с неловким взвизгиванием, стали валиться на бок, подбитые меткими одиночными выстрелами. Проследив траекторию неожиданной атаки, я вскинула голову и заметила знакомый силуэт. Он стремительно продвигался по верхним этажам раздробленного здания, решительно ведя расстрел. — Давайте, ребята, поднимайтесь! — решительно скомандовала я, размашистым жестом манипулятора давая сигнал к началу продвижения к подъехавшему транспорту. — Сильва, пошла! — выкрикнула Оренси, поднимая раненого товарища и помогая ему добраться до машины. — Давай, Сайлим! Наша тесно сплочённая группа ринулась к отступлению. Пустив вперёд юнцов, я отстреливалась и прикрывала атакуемый врагом тыл. Краем оптики я мимолётно пыталась найти лейтенанта, продвигавшегося поверху. Пыль от разлетающегося вдребезги камня, в который со свистом влетал очередной заряд плазмы, вставала в воздухе серо-бурыми столбами, озаряясь буйством огненных вспышек. Сквозь весь этот вихрь стремительно прорывался боец, отстреливающийся по всем направлениям. Впереди показался край. Чиф с силой оттолкнулся от каменного выступа и под градом осыпающихся кусков разбивающихся кристаллов сиганул вниз. Он уверенно приземлился в твёрдой стойке, почти не согнув ног, и так же уверенно скомандовал: — Всем в транспорт! Живо! Кадеты неловко завалились непонятной кучей внутрь. Лейтенант встал на пушечную установку, резко крикнув сидевшему за рулём Лайски: «Гони, курсант!». Машина, выпуская серый дым из-под колёс, на всех парах помчалась прочь, спешно покидая разгромленную территорию лагеря. Мы въехали в плохо прочёсанную заброшенную местность, покрытую непроглядной тьмой. Лишь фары освещали нам неровности пути. Лайски жутко нервничал, старательно выруливая на непредсказуемых поворотах. Раненого Сайлима мы уложили на заднем сиденье, стараясь перекрыть поток энергона, вытекавшего сквозь пробоину. При каждом резком движении машина подскакивала, растрясая и без того страдающего бойца. Я прикрывала тыл, защищая нас от возможного преследования. — Аккуратнее, Лайски! — с нервным упрёком окликнула кадета Оренси, требуя, чтобы он правил ровнее. — Это сложнее, чем кажется со стороны! — невольно оправдывался тот. — Всё правильно! Просто веди немного ровнее! — уверенно поддержала его сидящая рядом Сильва. — Держись правее, парень, — послышался голос лейтенанта, неустанно держащего манипуляторы на оружии. — Прямо впереди развилка. Машина чуть притормозила, приготовившись повернуть. Мы свернули, выбирая правую дорогу. Мотор надрывно рычал, выжимая все силы, продвигаясь по пространству, где сгущались небольшие островки тумана. Дорога впереди освещалась шагов на пять и была чиста. — Быстрее! — Чиф с проступающей нервозностью поторопил Лайски. — Мы должны успеть вовремя! Юный мех сильнее нажал на газ, ускоряя бег машины. И вдруг со стороны под колёса, дымясь, полетела граната. Она разорвалась искристым фейерверком, попав под передние колёса транспорта. С неловким вскриком молодой боец вывернул руль, пытаясь уйти. Он прорвался сквозь гигантское облако непроглядного дыма, и в тот же миг транспорт подвергся безудержному обстрелу с двух сторон. Лейтенант не дрогнул, мгновенно среагировав и снимая одну цель за другой. — Держаться курса! — уверенно командовал Чиф принявшим бой кадетам и одновременно подсказывал кому-то из них: — Цель на два часа! Оренси приняла наводку, выстрелила и сбила объект. Машина то сбрасывала скорость, то вновь набирала её до полных оборотов. Увёртываясь как могла, она маневрировала под управлением полурастерянного курсанта. — Сильва! Прикрой! — выкрикнул тот, отчаянно прося помощи. Юная фем встала в устойчивую позицию с криком: «Прикрываю!». Взведя оружие, она навела прицел и со снайперской точностью сняла одного из вражеских солдат. Засадную точку проскочили без потерь. Грохочущая стрельба стихла. — Чиф, кажется, всё чисто, — доложила я, убедившись, что на горизонте нет враждебных целей. Потрясённые перестрелкой кадеты с облегчённым шумом вент-систем расслабили напряжённые сервоприводы, опуская оружие. — Молодцы. Добродушная похвала заставила тревожные черты фейсплейтов юных воинов на миг озариться искренними лучистыми улыбками. Но внезапно транспорт на полной скорости врезался в резко вставшую на пути преграду. Грянул выстрел. Машину здорово тряхнуло; двигатель удручённо взвыл и заглох. Черты раненого бойца вновь искривились от ощущения внезапной и сильной боли. Транспорт слегка занесло набок, и он встал мёртвым грузом. — Что же это, — забормотал Лайски тревожно-раздражённым тоном, напрасно пытаясь вернуть механизм к жизни. Подняв Сайлима на руки, Чиф вытащил кадета наружу, осторожно укладывая на почву. — Всё в порядке? — обеспокоилась я, ловко спрыгивая вниз. — Встаньте кто-нибудь на пушку, — произнёс лейтенант, требовательным жестом указав направление. — И подай мне медикаменты. Встав полукругом, мы оцепили покрытое тишиной пространство. Из тьмы то тут, то там доносились настораживающие звуки. — Ну, давай, — кадет нетерпеливо возился с потерявшей работоспособность системой. Он так и сяк ворошил её, постукивая ладонью по коробкам передач в попытке завести. — Давай же! Ох, шлак! Заводись! — Это умерит боль и поможет тебе идти, — пояснил Чиф Сайлиму. Он нанёс на повреждение скрепляющее вещество и аккуратными движениями пальцев размазал его по всей площади пробоины. — Да что же это! — Курсант с чувством нарастающей досады жёстко треснул кулаком по системе. — Лай… — жалобно подала робкий голосок сидящая рядом Сильва. Она внезапно и обречённо устремила испуганные окуляры оптики к своему животу. Но мех не среагировал. Её жалобная оптика, обращённая теперь к боту, непроизвольно стала влажной. — Лай… — встревоженная фем вновь печально, надрывно произнесла позывной товарища, привлекая его внимание. Замешкавшийся мех бросил на неё беглый взгляд, опуская его ниже. Там, в брюшной секции испуганной фем, мерцая голубизной, зияла расплавленная по краям пробоина. — Чифиджер! — тревожно позвал Лайски, пытаясь собственными силами закрыть повреждение. — Сильва ранена! — Медикаменты закончились, — произнёс подошедший командир. — Её срочно нужно транспортировать. Скорее! Синтэлл, выводи их одна! Я торопливо, с оружием наперевес, подбежала к подозвавшему меня лейтенанту. Странные шорохи и вспышки в отдалении плавно сошли на нет. — Они отходят, — тревожно пролепетала Оренси, оглянувшись вокруг, и беспокойно вскрикнула: — Почему они это делают?! — Это уловка. Они перестраиваются, — спокойно вымолвила я. Я начала продвигаться вперёд и дала пару беглых объяснений относительно наших дальнейших действий. — За мной! Идём на север. Там встретимся с нашей командой. Бегите со всех ног и не оглядывайтесь, даже если мы с Чифом отстанем. Вам всё ясно? Не дожидаясь ответа, я решительным шагом сдвинулась с места. — Тогда пошли! — Идти можешь? — обеспокоенно поинтересовалась командующая отрядом кадетов, подставляя Сайлиму плечо как опору. — Жить хочу — значит, постараюсь, — с ироничной усмешкой выдавил сквозь денты раненый. Торопливо освободив тело от ремня безопасности, Лайски осторожно поднял на руки постанывающую подстреленную фем. — Держись, ладно?! Держись! — с проступающей нервной дрожью в подрагивающем голосовом модуле тараторил боец, начиная продвигаться вперёд. — Просто глубже вентилируй, хорошо? Позади отряда что-то ярко сверкнуло — будто небольшой беззвучный взрыв. Пространство осветилось едким фосфорным смогом, словно зелёным дымовым фаером. Я пропустила ребят вперёд, замерла и оглянулась. В моих оптических датчиках застыла картина, пугающая своей масштабностью и несоизмеримостью. Позади нашей группы появился поистине достойный сравнения со словом «титан» огромный многометровый механоид. Он вышел буквально один на один с лейтенантом. Тот, не мешкая, стал осыпать его броню градом пуль. — Ох, Всемогущий Праймус… кто это? — ошеломлённо пролепетали юнцы. Появление противника с подобными габаритами застало их врасплох, и они ошарашенно вытянули лицевые пластины. — Что это? — «Бастоний» — опытный образец управляемой внешней оболочки ТК-1, — коротко пояснила я, недовольно прикрикнув на них и махнув манипулятором. — Не тормозите! Вперёд! Командующий справится! В этой громадине полно слабых мест! — Ребята, бежим! — испуганно крикнул один из растерявшихся кадетов. — Вперёд! И мы устремились в глушь, пытаясь не оглядываться назад.