Уходящий в рассвет

Прошло некоторое время после моего вступления в отряд и начала тренировок. Я забилась в укромный уголок и молчаливо размышляла о чём-то своём. Как вдруг… — У тебя на рожице написано: «Вселенская скорбь», — неожиданно нависнув надо мной, спокойным размеренным голосом констатировал внезапно появившийся лейтенант. Я нервно вздрогнула, издала невнятный сдавленный звук и откинула шлем назад. Так я наблюдала перевёрнутый вверх ногами невозмутимый фейсплейт командира, подошедшего ко мне сзади. — Опять? — с недоумевающей резкостью лёгкого недовольства повысил голос мех, поднимая надлинзовый щиток вверх. — Каждый раз, когда мы встречаемся, ты нервно ойкаешь. Неужели я тебя обижаю? Я такой страшный? Возвратившись к привычной манере говорить, с задорными нотками произнёс бот и протянул мне порцию концентрированного энергона в жёсткой продолговатой оболочке. — Вот, держи. Выпей-ка. — Вовсе нет. Глупости какие, — с всё ещё проскальзывающей боязливостью от внезапности промямлила я, принимая упаковку. — Просто вы неожиданно так выскочили. Чиф обошёл меня сбоку и беспечно расположился рядом, плюхнувшись в свободной позе на твёрдый грунт. Вокруг никого не было. — Послушай, я успел тебя прощупать, — размеренно произнёс он после небольшой паузы, погрузившей пространство в тишину. — Знаю, бесполезно тебя спрашивать, почему ты такая унылая: ты всё равно не ответишь. Я неуверенно покосилась на командира. — Главное, помни вот что, — Чиф сменил тон на уверенно убеждённый и неустанно глядел куда-то вперёд. — Пока ты в нашем отряде, что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне… до самого конца. — Фу-у, ну и нежности! — внезапно со стороны послышался насмехающийся поддатый голос. Из-за укрытия, тараторя и перебивая друг друга, появились двое — фем и бот. Они нависли над нами. — Командир такой крутой! — пьяно визжала ботка, фальшиво умиляясь. Вобрав в форсунки слишком большой глоток, лейтенант поперхнулся, стал прерывисто откашливаться и сплюнул напиток. — Ты только послушай его, — издевательски комично передразнивал командира мех. — «Я с тобой. Я на твоей стороне». — Ликс! Рэйз! — вскочив на ноги и наполняясь угрожающим вспыльчивым настроем, строго выкрикнул лейтенант, обращаясь к расхлябанным подчинённым, давшим себе волю. — Вы опять налакались сверхзаряженным до юникроновых чудиков?! Я же вам уже сто раз запрещал! — Эй, Синтэлл, если тебя кто обидел, не обращай ни на что внимания, — не реагируя на грозные слова командира, ко мне, шатаясь, нагловато пододвинулся Рэйз. — Когда я только поступил в отряд, обо мне тоже всякое болтали. Вот любят попусту чесать глоссами — и всё тут. Он угрюмо переделал лицевую и продолжал с ярым настроем: — Но однажды этим соплякам нужно просто размазать их же сопли по их же рожам, чтоб знали своё место! — Да-да! — улыбчиво поддержала Ликс, зайдясь надрывным истеричным смехом. Она бурно реагировала на броско высказанную фразу товарища-собутыльника. — А-а, что за пьяные бредни вы несёте?! Сейчас я помогу вам протрезветь! — размашисто тряхнув шлемом, яростно выкрикнул лейтенант. Размахнувшись, он окатил точащую лясы парочку содержимым из жёсткой оболочки. — Вот вам! — Ой, командир, какой вы грубый! — издевательски сладким голоском пропела Ликс, смахивая с облитого корпуса густую небесно-голубую жидкость. — Не надо так. — Прекрати! — негодовал командующий. — Ты же на службе! — А чего это вы такой строгий? — игриво-обидчивым тоном встала в штыки подвыпившая в отгул фем. — Нам тоже ласка не помешает. — Ух, раздолбаи! Ещё раз такое увижу — тогда я как следует выбью всю дурь из ваших голов! С ним было так спокойно… Сейчас, вспоминая былые деньки, я могу только улыбаться… несмотря ни на что…