Перо из крыла ангела

Мне снилось бескрайнее поле, куда ни глянь – в любую сторону от горизонта простирался шелковистый зеленый ковер. На мне было белое платье из невесомой ткани, босые ноги холодила мягкая трава, а волосы слегка шевелились от дуновения почти незаметного ветра. На небе не было ни облачка, но солнца я не увидела, будто свет источал весь небосклон одновременно. Я осмотрелась, но, не заметив каких-либо признаков людей, решила идти просто вперед. Чем дальше я шла, тем сильнее становилась уверенность в том, что там кто-то ждет меня, пусть не знает об этом. Я должна дойти, найти и спасти его. Сейчас это было жизненно и единственно важным.

* * *

- Доброе утро, солнышко…, - вкрадчиво прошептал печально знакомый голос прямо в ухо. Я мгновенно вскочила с кровати, но, запутавшись в одеяле, рухнула на пол, больно ударившись коленкой. - Твою ж мать! – прошипела я, растирая ушиб, но, судя по непрекращающейся ноющей боли, синяк мне гарантирован. Мне показалось, что я услышала тихий смешок, не тратя время на ругательства, поднялась на ноги и огляделась. Комната оказалась пуста, со вчера ничего не изменилось – книги лежали на полу у кровати, выключенный компьютер, наполовину задернутые шторы, сквозь которые пробивался солнечный свет, в беспорядке валялись вещи, скинутые мной перед тем как лечь спать, даже бита все еще лежала у стола. Я легла обратно, потерла руками лицо, пытаясь окончательно проснуться. Кажется, все было только сном, но кровь на ботинке и бита, сиротливо прижавшаяся к ножке стола, отогнали эти спасительные мысли. Вчерашние события всплыли в памяти как покойник недельной давности, распугав мысли-рыбешки. Может незваный гость вчера ночью мне только привиделся? Ведь бывает, что когда падаешь во сне, это чувство сжимающего внутренности страха еще держит тебя пару секунд после пробуждения, и ты пытаешься отдышаться, с облегчением обнаруживая, что находишься в кровати, а не летишь с невообразимой высоты куда-то вниз. Он был настольно реальным, что мне казалось, что я смогу дотронуться до него. И он почти доказал мне свое существование. Почти, но не до конца. Я слегка надавила на веки, и перед глазами поплыли цветные круги. Тело болело, рука, которую я подложила под голову во сне, онемела и сейчас ее неприятно покалывало, коленку продолжало тянуть тупой болью. Выбравшись из кровати, я залезла в шкаф, накинула на плечо полотенце и направилась в душ. Через двадцать минут вывалившись из душевой кабины, я решила, что жизнь не так уж плоха и почти смирилась с мыслью о том, что мне придется извиняться перед Эмили. Натянув на себя пижамные штаны и футболку, я, прихрамывая, спустилась вниз. В кухне царил полный разгром, мама наверняка еще спала после ночного дежурства, поэтому я включила воду и начала мыть посуду. Олив подкралась ко мне со спины бесшумно и когда тронула меня за плечо, я выронила губку и моющее средство в раковину, пена расплескалась на футболку и мне на лицо. Я испуганно обернулась, мама смотрела на меня без тени вчерашнего расстройства и злости на лице. Она взяла кухонное полотенце, обтерла мне лицо, поцеловала в щеку и крепко обняла. - Ривер, я знаю, что вчерашнее событие не подпадает под понятие обыденных, но ты должна помнить, что я все пойму и всегда поддержу тебя. Только, пожалуйста, не делай безумных вещей больше никогда, - ее голос задрожал, а на мои глаза навернулись слезы. – Только после того как посоветуешься со мной, ладно? Я кивнула в ответ, и мы вместе засмеялись. - Ну что? Кто хочет вафли? – Олив отстранилась и улыбнулась мне, ее глаза блестели в солнечном свете. Мама споро замесила тесто, а я домыла посуду. Все-таки она невероятная. Даже не представляю, как Олив смогла поднять маленького ребенка одна, работая на копеечной зарплате, присматривая за мной. Безусловно, сейчас необходимость в постоянном контроле отпала, но я абсолютно уверена, что после окончания школы и поступления в колледж, она продолжит мне помогать. Я украдкой глянула на нее – женщина лет сорока на вид, достаточно молодая и активная, черные волосы до плеч, зеленые глаза и прямой аккуратный нос, которому я все время завидовала. Через полчаса мы наконец уселись за стол, мама рассказывала о каком-то смешном случае на работе, а я жевала вафли, как неожиданно почувствовала резкую боль во рту. Внутренности сжало от чувства тревоги, вскочив из-за стола, я бросилась в ванную и, не обращая внимания на вопросы Олив, закрылась изнутри. Оказавшись у зеркала, я нащупала языком твердый предмет, застрявший с внутренней стороны щеки. Пальцы осторожно обхватили инородное тело, но как только я дернула его, мой рот наполнился кровью, а лицо пронзило болью. - Черт! – только и смогла пробормотать я, выронив в раковину извлеченный предмет, им оказался осколок стекла. Кровь, не переставая, текла в раковину. - Ривер, все в порядке? – мама за дверью негромко стучалась, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. - Да! – отозвалась я, пытаясь хоть как-то успокоить ее. – Налей мне, пожалуйста, чай, я сейчас приду. Я открыла воду и попыталась промыть рану, но становилось только хуже, казалось, что во рту не один порез, кровь потекла уже из носа. Меня трясло от непонимания и страха. Что вообще происходит? Я не почувствовала никакой боли и как вообще осколок мог попасть в еду? Я взглянула в зеркало и отпрянула назад – кровь шла уже из глаз и ушей. Но стоило мне открыть рот, чтобы позвать маму, как что-то заклокотало в горле, в глазах потемнело, и я с ужасом поняла, что задыхаюсь. Сбив с раковины многочисленные баночки, я пошатнулась и сползла на пол, продолжая отплевываться и истекать кровью. Черный туман наползал из всех сторон, лишая меня зрения, а разум пытался вырваться из внезапно ставшего чуждым ему тела. Нет, нет, только не это… Вопреки моим ожиданиям, сознание все же вернулось ко мне. Вода шумела в раковине, банки стояли на своем месте, нетронутые, а на полу и одежде не осталось и следа от ужаса, накрывшего меня пару минут назад. Я поднялась на ноги и с опаской заглянула в зеркало. Но там оказалось лишь мое отражение с перекошенными на одну сторону нечесаными волосами и помятым лицом с четким отпечатком кафеля на щеке. - Ривер, сколько можно сидеть в ванной? – Олив вновь вернулась к двери, надеясь выкурить меня из моей крепости. - Да, уже иду, - ответила я, поплескав в лицо холодной водой. Когда я вышла из ванной, краем глаза заметила чей-то силуэт, но стоило мне присмотреться внимательнее, он растаял в воздухе словно мираж. Я села на свое место за кухонным столом, бессмысленным взглядом посмотрела на невесть откуда появившуюся у моей тарелки кружку и вспомнила, что сама просила Олив сделать мне чай. Справа мне почудилось какое-то движение, я резко дернулась, оборачиваясь в сторону двери, сквозь которую в буквальном смысле прошел мужчина. - Кто вы?! – слишком громко спросила я, вглядываясь в его лицо и с ужасом опознавая в нем вчерашнего гостя. Мужчина расположился за спиной Олив, вальяжно усевшись на тумбочку. Стоящие на ней лампа и ваза его совершенно не смущали. Мама резко обернулась, но, словно никого не увидев, недоуменно уставилась на меня как на мальчика из «Шестого чувства». - Ривер, ты меня пугаешь, - обманчиво спокойным тоном сказала Олив, но ее взгляд метался по моему лицу и видимой из-за стола верхней части тела, пытаясь разглядеть во мне тревожные признаки. - Шутка! – натянуто улыбнувшись, выдавила я. Незнакомец за спиной мамы показал мне большой палец, заставив уткнуться в тарелку. Что же это такое? Конечно, Олив мне не поверила и, молча, подозрительно наблюдала за мной. Вмешиваться в мою жизнь, как и лезть в нее с непрошеными советами она никогда не пыталась не только потому, что много работала и сильно уставала, но и потому, что уважала мое право на собственные ошибки и личный опыт. Но сейчас был другой случай, ей доводилось работать в психиатрической клинике, и она успела навидаться массы случаев, начинавшихся с обычного ежедневного раздражения и заканчивавшихся маниакальным психозом. - Все в порядке, Ривер? – осторожно спросила она, с будничным видом нанизывая на вилку вафлю. - Да, все хорошо, просто шутка не удачная, - уже менее наигранно ответила я, ковыряясь в тарелке. - Скажи, если что-то не так, дочка, - серьезным тоном без всякого давления сказала Олив. Я лишь кивнула в ответ, зная, что она все равно будет более внимательно присматривать за мной. Вот уж действительно, типичная наседка. Когда ее вызвали в школу из-за испорченной трубы, за которую меня пытались усадить в школьном оркестре, Олив невозмутимо заявила, что если по мнению преподавателей у меня в десять лет есть бесспорные способности к игре на духовом инструменте в полтора раза больше меня, то почему бы школьной директрисе не попробовать свои силы в полете со скалы на зонтике. Все это я слышала из-за двери, сидя на стуле в коридоре, когда мама с невозмутимым видом вышла из кабинета директора, она озорно подмигнула мне, сообщив, что вместо музыки у меня теперь будет дополнительная биология. Я медленно подняла взгляд на мужчину, который довольно и от того жутко осклабился, за спиной ничего не подозревающей Олив. Отточенным движением он подбрасывал в руке тот злосчастный осколок стекла, несколько минут назад застрявший в моей щеке. Пытаясь сохранить спокойное выражение лица, я отвела взгляд, словно ничего не происходило, хотя мне ужасно хотелось вскочить из-за стола и убежать. Прямо за моей спиной раздался голос, заставив зябко передернуть плечами, хотя краем глаза я видела, что мужчина не сдвинулся с облюбованного места и его губы остались неподвижны. - Теперь ты не будешь одна… POV Люцифер Девчонка уже начала меня бесить, с каждым днем, часом, мгновением, проведенным с ней, я все больше убеждаюсь, что ошибся в своем выборе. Она успешно игнорирует меня, не вступает в разговоры, даже не смотрит в мою сторону, словно меня нет. Но я знаю, что она все слышит и видит. Когда я сымитировал звук разбивающегося стакана, она не повернула голову в мою сторону, но слегка дернула плечами, испугавшись на долю секунды. Если я кричал во всю глотку, она лишь морщила нос и затыкала уши наушниками. Ее выдержке позавидовал бы любой, и это выводило меня из себя. Будь она ангелом, то непременно добилась высокого звания, но сейчас я не был рад ее упертости. Надеюсь, когда она согласится сотрудничать, то проявит такое же упорство. За то короткое время, проведенное рядом с ней, я понял, насколько Ривер одинока. Девчонка почти не выходила на улицу, ни разу не обмолвилась больше чем парой слов со сверстниками. В школе они сторонятся ее, считают странной и смеются за ее спиной. За ее вечной маской безразличия казалось, что не существует вещей, которые могут ее заботить. Но увидев их общение с матерью, я понял, что, несмотря на внешнюю холодность даже у этой девчонки есть близкий и родной человек, который в случае необходимости может стать рычагом давления. Сейчас Ривер сидела в своей комнате, закинув босые ноги на стопку журналов на столе, и читала книгу. В комнате громко играла музыка, но ее мать ушла на работу и девушка наслаждалась моим обществом. Теперь она видела меня почти всегда, пусть и упрямо делала вид, что не замечает. Ничего, посмотрим еще кто кого. Я подкрался к ней со спины и резко закрыл глаза руками. Ривер, продолжала сидеть без движения, видимо ожидая, когда мне надоест игра, и я уберу руки. Проблема в том, что ангелы не устают. Через десять минут девушка нетерпеливо поерзала на стуле, но, ничего не добившись столь пассивными действиями, сердито захлопнула книгу и встала со стула, невозмутимо пройдя сквозь мои ладони. Она подошла к шкафу, достала из него полотенце, чистую одежду. Я наблюдал за ее действиями без особого интереса. Ее невысокая, но ладная фигурка, еще немного угловатая, казалась маленькой на фоне высокого шкафа. Длинные темные волосы чуть ниже талии струились по спине. Я сморгнул, пытаясь отогнать лишние мысли. Она всего лишь человек, средство для достижения целей и ценность ее заключается только в том, сможет ли она выполнить свое предназначение до того как умрет. - Может, хватит играть в молчанку? Мне скучно, - противно протянул я, скорчив капризную рожицу. Ривер едва заметно усмехнулась, даже не подозревая о моих темных мыслях, но, сразу опомнившись, натянула маску безразличия и отрешенности и вышла из комнаты. Я, пожав плечами, обреченно переместился за ней. Оказавшись в ванной рядом с Ривер, я огляделся. Комната была маловата для двоих, заставлена предметами обихода, завалена этими человеческими вещами, и мы стояли почти вплотную. Девушка вздрогнула от неожиданности и попыталась отодвинуться, но не преуспела. Я намеренно придвинулся к ней поближе и пошло ухмыльнулся. - Стриптиз? Круто! – проникновенно сказал я, поудобнее усаживаясь на корзину для белья. Девушка бросила на меня сердитый взгляд, но не вылетела из ванны, как я ожидал. Ривер переминалась пару минут и, наконец, мое терпение (скорее, надоедливость) было вознаграждено. - Выйди, пожалуйста? – обреченно спросила девушка, пряча взгляд и смяв в руках банное полотенце. Я оглядел девушку раздевающим взглядом, смутив ее еще больше. - А что мне за это будет? Сомневаюсь, что есть что-то лучше бесплатного стриптиза…, - скептически выгнув бровь, ответил я, внимательно наблюдая за девушкой, внутренне радуясь хоть какому-то прогрессу. - Я даже не представляю, что тебе нужно! – она подняла свои черные бездонные глаза на меня, - Ты меня преследуешь, но я знаю, что ты не реален. Боже, это смешно – договариваться с плодом собственного воображения. - Почему ты считаешь меня плодом воображения? – я резко встал, заставив Ривер отшатнуться, поднял руку к ее лицу и почти притронулся к щеке, будто погладив, - Я такой же реальный, как и ты, просто я не здесь. Пока… Но если ты мне поможешь, я стану настоящим, таким каким вы привыкли воспринимать любые вещи. - Помочь? Но чем? – опешила Ривер, нахмурив брови. Похоже, в тех умных книжках и компьютере, что она читала, не было написано о помощи собственным воображаемым друзьям. Да, девочка, это именно то, о чем ты подумала – сделка с дьяволом. И ты ее обязательно заключишь. - Тебе нужно найти двух братьев и забрать у них определенные вещи. После того, как ты их получишь, я объясню, что делать дальше, - непринужденно ответил я. - Найти? То есть они могут быть не в моем городе?! Отлично, практический подход – это хороший признак. - О, дитя, они сейчас, скорее всего, как говорите вы – люди, у черта на рогах, - усмехнулся я, - Даже не представляю, в какой части страны они могут находиться. Кроме того, они могут скрываться от меня, поэтому в их поисках я тебе не помощник. - Знаешь, что, мистер Глюк, - девушка решительно повесила измятое полотенце на крючок, - Я только что поняла, что не очень-то и стесняюсь. Смотри свой стриптиз сколько влезет. Ривер повернулась ко мне спиной и стянула футболку, в ту же секунду с меня слетела вся напускная игривость, презрительно скривившись, я исчез из ванной. Она сломала еще один барьер в своей голове – стеснительность, и в этот раз поле боя осталось за ней.

* * *

Уже настало воскресенье, две ночи подряд я по частице вливал в ее тело благодать. Ривер не чувствовала каких-либо изменений, не знала, что происходит, и после разговора в ванной продолжила хранить гробовое молчание, изводя меня еще больше. Если так будет продолжаться, то весь мой план побега может пойти прахом. У меня не останется сил на него, я даже не уверен в том, что когда этот мир выплюнет меня обратно в клетку, благодать ко мне вернется. Я пошел ва-банк и, возможно, скоро мне придется пойти на крайние меры.