Порок

Дни моей новой жизни проходили в спокойствии. С тех пор, как родители уехали из поместья, больше никто не смотрел на меня с презрением и не задевал словом. Госпожа, кажется, тоже ощутила это. Свой досуг мы проводили великолепно - то предаваясь греховной любви, не опасаясь более быть увиденными, то обустройством моей новой комнаты. А ещё мы с Эльенорой не могли наговориться. Почти каждый вечер мы садились возле разожжённого камина, и Госпожа начинала свои рассказы об экзотических растениях, о великих людях, об архитектуре прошлых веков. Я с упоением слушала её спокойный голос, впитывая эти знания. Я радовалась, когда Госпожа покупала мне красивые платья, и прислушивалась к её наставлениям о том, как должна вести себя юная леди. Я так старалась стать похожей на неё. *** Ещё одной радостной для меня новостью стал звонок лучшей подруги. - Адель, тебя к телефону, - сказала Госпожа однажды утром, заходя в нашу спальню. - Кто это? – с удивлением спросила я, разлепляя сонные глаза. - Она представилась твоей подругой, - пожав плечами, ответила Эльенора. Я мигом вскочила с кровати и, накинув халат, бросилась к телефону. Элис, это обязательно должна быть Элис! От предвкушения моё сердце билось, как сумасшедшее. Я так хотела поведать ей о том, что влюблена по уши. И что не просто влюбилась, но уже живу в доме своей избранницы на практически правах жены. - Элис!!! – закричала в трубку я. – Элис, это ты?! И только тут до меня начало доходить, что я не давала подруге этот номер. Но тогда как же она могла узнать его? - Это я, подружка, - засмеялась Элис. – Давно не виделись! Ты не звонишь, не пишешь. Я так скучаю! - Прости меня, - тут же повинилась я. – Просто столько всего произошло. Знаешь, я теперь невеста. А ведь всего год назад я и подумать о таком не могла… Радость так и переполняла меня, поэтому я решила не терять времени и перейти сразу к сути. - Я знаю, - внезапно перебила меня подруга, и я заметила, каким строгим стал её голос. – Твои родители дали мне этот номер и попросили вразумить тебя. - Мои родители просто не понимают… - попыталась объяснить я. – Я так счастлива с Эльенорой… - Адель, но они твои родители! – продолжала настаивать подруга. – Ты не можешь просто выкинуть их из своей жизни. Я понимаю, что значит для тебя Эльенора, но всё же постарайся помириться с ними. - А они рассказали тебе, как предали меня? – я вновь почувствовала, как к горлу подступаем ком отчаяния. – Как они продали меня. А Эльенора спасла… - Они мне всё рассказали. Адель, но ты тоже попытайся понять их – твои родители были в отчаянии и не знали, где достать денег. Они боялись за тебя. Пожалуйста, пойми, если бы Эльенора любила тебя, то не позволила бы им так уехать. Я почувствовала внезапно нахлынувшую злость. Элис всегда была лучшей подругой для меня. Она всегда была такой умной и рассудительной. Так почему она говорит так сейчас? Как она может осуждать Госпожу? - С меня хватит! – перебила я. – Я хотела поделиться с тобой своим счастьем, но ты лишь осуждаешь меня. Я люблю госпожу Эльенору и, чего бы мне это не стоило, останусь с ней. Так что, пожалуйста, не звони сюда более. Подруга говорила ещё что-то, но я бросила трубку. Элис тоже не понимает, она просто не знает, какая чудесная моя Эльенора. И пока она этого не поймёт, я не стану общаться с ней. Я прислонилась к стене, мелко дрожа и закрывая уши руками, лишь бы не слышать продолжающий трезвонить аппарат. Мне было больно, ведь именно сейчас, в этот трудный для меня момент – Элис была так нужна мне. - Малышка, не плачь, - Эльенора заключила меня в нежные объятия. – Если ты так хочешь поговорить с подругой, то не отказывай себе в этом. - Не хочу, - всхлипнула я, крепче прижимаясь к женщине. – Элис осуждает Ваши действия и пытается настроить меня против Вас. Но я так люблю Вас, что не могу простить этого даже ей. - Тогда не мучай себя, - ответила Госпожа, вынимая шнур телефона из розетки. *** К несчастью, в школе тоже стало неспокойно. Я видела, как другие ученики смотрят, как шушукаются по углам, втихаря показывая пальцами, но не понимала причину этому. Я ведь так старалась вести себя как обычно. Осознала я свою ошибку лишь через неделю, когда ко мне подошёл одноклассник. - Ты ни чем таким интересным не хочешь поделиться с нами, Адель? – спросил парень, смотря на меня с вызовом и презрением. – Например, почему твои родители свалили из усадьбы Саливанов, а ты осталась? Или почему жена покойного богача так благоволит к тебе? Я сжала ладони в кулаки, желая найти в себе силы, чтобы ответить холодно и не разреветься. Только сейчас я поняла, что, попросив моих родителей спешно уехать, дала лишний повод для слухов. И сейчас репутация Эльеноры находилась под угрозой. - Эльенора - моя тётя и милостиво разрешила мне погостить у себя, - ответила я, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. Нет, мне нечего бояться! Даже самые искусные эксперты полиции не смогут доказать нашу связь. Ведь даже в самых горячих ласках Госпожа старается не оставлять на моём теле никаких следов. Поэтому она отказалась лишать меня невинности до совершеннолетия. - Тётя? – рассмеялся он. – Полно врать! Все родственники Эльеноры – это чопорные англичане, и в их ряды никак не может затесаться девчонка в джинсах «Левис» с типичным американским акцентом! - Пошли уже, – от группы наблюдавших отделился второй парень и подошёл к другу. – Хватит тут разборки устраивать. Твои родители же работают на фабрике Саливанов. Теперь я поняла, почему все остальные предпочитали отмалчиваться, ведь очень многие горожане работали на этой фабрике. И то, что если бы не это обстоятельство, я бы стала изгоем. - Да отстань ты! – начавший парень, оттолкнул друга. – Почему из-за страха мы должны молчать? Почему я не могу рассказать людям правды, что среди нас гуляет начинающая куртизанка, готовая за звонкую монету раздвинуть ноги даже перед престарелой любительницей малолеток! Не в силах сдержать слёз, я дала парню пощечину. С этого дня я бросила школу.