Не сломаться

*Собственно говоря, это порнушная зарисовка к «Не сломаться», бредоизврат для пофапать. Серьезная прода следует.* Дикон всегда с опаской заходил в купальню особняка Алва. Его смущала даже не столько морисская роскошь, сколько много света и зеркал. Хотя и росписи на стенах вгоняли его в краску – он боялся таких откровенных изображений женщин и мужчин, смущался при виде нарисованных целующихся парочек. Его строгое надорское воспитание не могло воспринять этого восхищения телесной красотой. Тем более, после пережитого насилия, он считал себя грязным и опозоренным, и не мог долго находиться среди такого чистого буйства плоти и созданных специально для плоти удобств. Даже купался он в тонкой рубашке и вечером, когда в помещении было не так светло. И всегда в одиночестве – когда эр звал его сполоснуться после тренировки, он отказывался и краснел, как девица. «Что вы будете делать в армии, если придется купаться в речке со всеми?», иногда спрашивал Алва, но не ругал юношу за скромность, хоть то хорошо. Вот и сейчас, когда слуги провели его вместе с Эстебаном, он сначала попробовал незаметно уйти и вернуться позже. Но зря. - Дик, ты что? Убегаешь? Почему ты боишься? - Я не хочу. - Глупости. Ты живешь здесь так долго, и что, все еще стесняешься? - Нет. Пойми же, я по-другому воспитан. Я не могу… – пробормотал Дик, неуверенно дергая застежки своей одежды. Эстебан принялся раздевать его спокойно, медленно, и заботливо, как ловкая горничная нежную эреа. - Рубашку оставь. - Дикон, ну ты же не в монастыре! А, впрочем, ладно. Я подожду, пока ты захочешь сам. Дик прикрыл лицо руками, но все же украдкой наблюдал, как любовник быстро раздевается и начинает плескаться в бассейне. - А я знаю, что ты смотришь. Открой глазки. Я не стесняюсь. Юноша молчал, только подошел чуть ближе к краешку бассейна. - Ну, ты же всё это видел и не только видел. - Зараза ехидная! Сейчас я тебе покажу! – Дик присоединился к любовнику, принялся ловить его, брызгаться водой, пару раз попытался шлепнуть, но Эстебан ловко увернулся. - Вот это уже лучше! Как-то быстро и незаметно рубашка была отброшена в сторону. И все же от нежного прикосновения к обнаженной коже юноша смутился и попытался снова завернуться в ткань или хотя бы чуть-чуть прикрыться. - Тихо-тихо-тихо. Что же ты?.. - Мне стыдно. Я чувствую себя… как это сказать… - Боишься своего тела? – Эстебан, казалось, никогда не стеснялся ни в словах, ни в поступках. – Глупости. Ты же красивый. И ты хороший любовник. У тебя всё будет замечательно. Дик покраснел по уши: - Не нааадо… Они вылезли из воды и лениво растянулись на лежанке. Эстебан поцеловал Дика в шею, затем принялся целовать всё ниже и ниже. Плечи, грудь… живот… Когда пальцы любовника чуть прикоснулись к клинку, Дик попытался вырваться: - Ты что?! Не надо! Это грех. Это некрасиво. Это мерзко. - Глупости. Тебе понравится, - прошептал Эстебан, склоняясь к нему. Его губы и язык вытворяли что-то такое, от чего Дик терялся в ощущениях. Даже не пытался оттолкнуть, помешать. Просто тихонько всхлипывал. А когда удовольствие стало сильнее всего, хрипло вскрикнул. - Понравилось? Дик снова прикрыл лицо руками. - Зачем ты так делаешь? Это же противно… Они… там, в подвале… заставляли меня… в рот… и глотать… - Так то заставляли. А сейчас я сделал так для тебя, потому что сам так решил. Потому что я хочу тебе показать, насколько прекрасно всё бывает по любви. Хочу, чтобы ты не считал свое тело чем-то грязным. - А… а ты от меня такого не потребуешь? Нет, ты пойми, я тоже хочу, чтобы тебе было приятно… но я боюсь. - Не потребую. Дикон, когда ты захочешь чего-то нового, ты скажешь сам. Я никогда тебя не заставлю, я тебе это обещаю. В эту ночь они просто спали обнявшись. Но это тоже было счастьем. Несмотря на тяжелый день, Дик спал без кошмаров. Всё будет хорошо…