Ангел свободы

Глава 6 Почему все люди так отчаянно прячутся за своими масками? Почему? Да все потому, что их не устраивают они сами. Им хочется чего-то другого. Они надевают её, не слыша советов друзей и родных, перекрывая себе воздух. И если человеку что-то не нравиться в себе, он пытается это как-то изменить. Если он находит себя слишком пухлым, он отчаянно начнет худеть. Будет морить себя диетами, пока не увидит в зеркале желанное. Затем он, скорее всего, поймет, что и так ему плохо, начнет вновь с диет и голода, а потом увидит в себе лишь кости. И отчаянно захочет потолстеть обратно, но ведь желудок не желает принимать много пищи. Человеку надоест слышать «Ой, анорексия, фу, пойдём от него подальше», устанет от этого нудного жеста в его сторону - показа указательным пальцем. И в конечном итоге эта маска погубит человека. А если же наоборот, потолстеть, то он будет больше есть. Потом в конечном итоге ему станет плохо от переедания. Или же он доведет своё тело до ожирения. И его сердце, не выдержав издевательств, презрения, насмешек, что всегда будут преследовать его повсюду, будет болеть больше прежнего. И этому человеку вроде пора снять маску, но…нет. За маской уже ничего нет. Осталась только она, и конечный летальный исход. После которого поздно что-либо снимать. Людям свойственно обзывать, ненавидеть, завидовать, поэтому насмешки будут всегда. От них не убежать, улететь, уйти, уехать, уплыть, от них нет способа исчезнуть. Остается только терпеть, не стоит надевать маску, она может стать вашей личной смертью. Маска может не только стать защитой, а порой совсем наоборот. Земля, штаб легиона разведки. POV Ривай Вот какого х... черта! Мне мерещится баба с крыльями?! Ангел, или как их там священники называют? Без понятия. Но, черт! Я что, переработал на солнце? Или наоборот, мне не хватает свежего воздуха? Хотя первое близко ко второму. Сойти с ума я точно не мог, мне этого просто очкастая мартышка сделать не даст. Шиза тоже не вариант. Я вроде никаких зелёных человечков не вижу. Вчера я не пил, а позавчерашнее выветрилось! И она точно не белочка, если уж на то пошло… ну, по крайней мере… хвоста и ушей… не было. Значит, не белка! Соответственно, не алкоголик… А если я такой тип людей, который одарен чем-то сверхъестественным, и я вижу души умерших? Может она умерла, будучи солдатом, и её душа навсегда осталась с легионом? Нет, это навряд-ли. Я в разведке давно, и таких не видел. А до меня говорят, в разведке редко женщины служили, они и сейчас особым желанием не горят… Да и не похожа она на других людей. Слишком…маленькая что ли? На пятнадцати-летнего подростка похожа, таких не допускают в кадетский корпус. Значит это, не признак сумасшествия, не шиза, не алкоголизм и… я не одарённый, тогда… титанову бабушку за ногу, что происходит?! Так, если подумать здраво? Может, она просто ребенок, который решил пошутить надо мной? И придумал вот такую шутку? Тогда почему другие не видят? Может, и они в этом заговоре? Нет, точно нет, она бы даже будучи в заговоре с Ханжи не смогла провернуть такое. И полет, и её прозрачность, всё это реальное. Точнее нереальное для меня. Другие не видят её, чем же я отличаюсь от них? Тем что я, по словам Ирвина, надежда человечества? А, и поэтому мою и так пострадавшую и повидавшую многое психику решили добить? Навряд-ли… Может, она и правда ангел? Ангел…допустим мой. Тогда это и будет объяснением, что я один её вижу. Но черт подери! Ангел, да у меня? Я что правда такой добрый, как Ирвин говорит? Вот уж во что не поверю, так в это. Если я спасаю солдат, это не значит, что я добрая фея. Если нужно, я могу и свернуть им всем шеи. Значит вариант с ангелом отпадает. Но что тогда остаётся? Ничего… Черт, со всеми этими мыслями я совсем не заметил, как дошел до кабинета Ирвина и уже минут пять стою и тупо смотрю в открытую дверь. Кажется, Ирвин всё больше волнуется за мою головушку. Не стоило ему рассказывать вчера что, я видел глюк. Только и слышу теперь каждый раз, заходя к нему в кабинет. – «Ну как там баба твоя?» О точно! Она глюк! Который появился из-за бумажной работы, всё! Вот теперь я нашел, что ему ответить. Он виноват, что я схожу с ума. Сам ни фига не делает, всё на меня сваливает. У меня и без него много СВОЕЙ бумажной работы. -Ривай…- Мужчина как-то слишком осторожно позвал меня, слишком осторожно. Я не псих, чтоб ты знал.- Ты в порядке? У нас скоро вылазка, сейчас не до твоего окрылённого глюка. -Молчал бы.- Я, наконец, зашел в кабинет, у него как всегда пыльно. Ненавижу пыль. Нет, я не люблю уборку так чтобы жить лишь ей. Просто до легиона я не имел возможности жить на поверхности, где однозначно чище, моего былого места обитания. Ничего не поменялось с прошлого наведывания в его кабинет, ничего. Он даже не удосуживается прибирать место, где работает. Порой мне кажется, что тут собрано пятьдесят процентов пыли штаба. Пыль, она повсюду: на столе, в местах, ещё не заставленных чашками от его излюбленного кофе, на подоконнике с когда-то живым цветком, на рамах окон, которые давно никто не красил, на полках шкафа, который словно все забыли. Если бы окно не занавешивали плотные шторы, я уверен, что увидел бы больше, чем так. Порой мне кажется, что и сам Ирвин покрылся пылью, только не это что витает в воздухе. А вся та пыль, что собирается в его сердце. Он словно стал забывать, как это ЖИТЬ... А знал ли вообще? Только и делает, что пытается сберечь легион, а людей только и заботит, что нам в стенах не сидится. Нет им противно, что у них попусту отбирают деньги, не больше. Им даже не понять тех чувств за стеной. Просто не понять. -А что я? – Он, наконец, оторвал свой взгляд от этих нудных бумаг и посмотрел на те, что были у меня в руках. Глубоко вздохнув, он снял очки, что давно скатились на самый нос, помассировал виски и посмотрел на меня каким-то странным взглядом. Тоскливый? Нет, это не тоска. Это самая настоящая грусть… В этом взгляде ясно читалась грусть, и жалось ко мне. Докатился… Он, как и я устал. Только.. я….кажется…. не просто устал, а УСТАЛ. Мне хочется посидеть в тишине и попить крепкий чай. Так надоели эти бумаги, отчеты о смерти. Их стало слишком много в последнее время. Только и успеваешь их записывать. Эти тридцать процентов смертей скоро могут перерасти во все пятьдесят. -Вот, ещё на твою подпись. – Кинув ему на стол папку с огромным количеством макулатуры, я попал прямо в кружку стоящую на самом краю, с его стола медленно потек его любимый кофе без молока и сахара. Горький, не люблю. Я присел на диван укрытый пледом, из него сразу полетела пыль. Всё чаще начинаю задумываться убраться тут. Слишком часто я прихожу сюда. -А положить не мог, нужно было обязательно кинуть? – Взгляд разведчика переместился на упавшую кружку, на которой явно было видна трещина. Уже вторая за эту неделю. Говорят, к счастью… Недоволен? Как обычно, Смит всегда чем-то недоволен, порой он этого не показывает, но это так. Он может быть недоволен даже тем, что ему дали слишком мало кофе. Конечно, по пустякам он не станет показывать этого, но вот стоит сделать что-то большее и словно по щелчку пальцев его брови опускаются к переносице, а глаза принимают недовольный блеск. -Не мог, зато теперь ты точно уберешься тут. – Я откинулся головой на спинку дивана и прикрыл глаза. В последнее время я слишком мало сплю. Тридцать минут в день, раньше и то больше было. - Хотя мне кажется, что заставить такую задницу как ты, убраться что-то нереальное… -Очень смешно.- Встав с кресла, мужчина подошел к окну и раскрыл плотные шторы, его комната вмиг осветилась солнцем, и в воздухе стало отчетливо видно частицы пыли, витающие в воздухе. -А я и не смеюсь, ты знаешь - это не в моем характере. – Вот что давно я не делал, так это не смеялся. Год ил два? Даже Изабель перестала вызывать мою улыбку. А она вообще была? – Порой мне кажется, что если бы к нам в штаб приезжала важная шишка, и она бы точно сказала тебе что зайдет в твой кабинет, только тогда бы ты соизволил прибраться тут. Хотя знаешь… Это пятно от кофе может стать толчком… -Как отгадал? – Приподняв брови вверх, он с сарказмом произнес ядовито эти слова и посмотрел на меня. -Хех -Отличный ответ. Лучше скажи, что мне делать с Ханжи… А не умничай со своей уборкой. – Он вновь отвернулся от меня к окну и стал разглядывать что-то в уходящем солнце. – С мартышкой? А что с ней? -Два экземпляра, что мы захватили две недели назад, ушли в небытие… -В небытие? Хочешь сказать, что на этот раз ей их и на месяц не хватило?- Я слегка приподнял свою голову со спинки дивана и вопросительно посмотрел на Смита. Обычно Зое долго и мучительно играет со своими жертвами. Только жертвами их и назовешь… -Да, я порой поражаюсь тому, что она совсем не бережёт труды других. Ведь из-за её долбанного Смита мы потеряли троих бойцов. – На имени титана он недовольно поморщился, Ханжи умеет удивлять… О-да Смита! Ханжи очень долго и мучительно издевалась над моими и Ирвина ушами, умоляя нас поймать ей титана. Целую неделю. О мозг… Как только не просила: на коленях полола, в письменной форме тоже доставала, из еды выкладывала, грязью, чтоб её, на моем чистом поле писала, даже угрожать пыталась. Изгалялась как могла, в итоге Смит сдался. Его лицо нужно было видеть, когда она приготовила ему кофе и принесла в его комнату, и как бы случайно пролила на все документы! Черт, а ведь там были и мои, в итоге я только сегодня закончил всё переделывать. Чтоб эту очкастую… -Знаешь, я, пожалуй, заберу документы. Вдруг она уже строит злые козни против тебя, и в этих кознях есть слова «кофе» и «документы»…- Встав с дивана, я подошел к столу и забрал папку обратно. Вот говорят, вспомни черта, и он придет! Вот так и с Зое. С разбегу она залетела в кабинет и подбежав к Ирвину стала буквально умолять его. -Ну, Ирвин, ну пожалуйста! Я буду аккуратной! Я приберусь у тебя в кабинете! Я сделаю все те документы, которые ты мне месяц назад отдал, а я сказала, что потом сделаю! Я всё сделаю! Ну, пожалуйста! – Закончив свою речь, она умоляюще посмотрела на Смита. Эта женщина неадекватна. Слишком много хороших слов из её уст прозвучало за пару секунд. Она, да приберётся! Да не в жизни, у неё в лаборатории срач не хуже свинарника… -Ирвин, не верь ей. – Вдруг вставил свое слово, я. И какого черта я вмешиваюсь? Мне то, какое дело? Хотя... нет, мне есть дело. Эта мартышка опять мне все нервы вырвет. Он посмотрел на меня и с самым серьёзным выражением ответил мне: -Я и не собирался. – Отодвинув от себя Ханжи, Смит прошел к столу и взяв все документы, что лежали на столе, обернулся к Зое - Нет, хватит. Жди теперь ещё три недели. Будем входить в норму, установленную королём. Если на предстоящей вылазке попытаешься поймать сама, я накажу тебя.- Ой, как изменилось лицо мартышки от « Я всё сделаю, только попроси», до « Я сведу тебя в могилу». Теперь ему не позавидуешь. Хотя о чем я? Она и меня туда сведёт? Что она придумает на этот раз? -Ну, Ирвин! – Перейти на крик в такой ситуации - плохая идея. Я сомневаюсь, что Смиту понравились крики этой женщины… Его лицо неприятно исказилось, показывая всё недовольство, вызванное поступком Зое. -Ханжи, я всё сказал. Ах да, тебе же нечего будет делать эти три недели, - Подняв свою кружку с пола, он направился к двери, и уже будучи за пределами своего кабинета договорил - займись документами… Сказав последние слова, Ирвин удалился в неизвестном направлении, а я остался с мартышкой наедине… Чую, сейчас пойдет вынос мозга… Моего мозга… -Ну, Ривайчик, скажи ему! – Она подбежала ко мне и начала вырывать папку из моих рук. Я так и думал, вот сейчас и придёт конец моим бессонным ночам, что были собраны в этой чертовой папке. -Отвали от меня. – Я таки вырвал свою папку из её цепких рук и направился прочь из кабинета. Уже будучи довольно далеко я услышал крик Ханжи, который явно выражал отнюдь не любовь к нам. Я направился в сторону своего кабинета, дабы немного поспать, и отдохнуть от этих чертовых документов. Но, увы… Как только я зашел в кабинет, который был смежным с моей комнатой, я увидел Ирвина. Что сидел за моим столом и пил свой чертов кофе! Эта белобрысая морда успела насвинячит и на моем столе. Я уходил, тут была чистота и порядок, а теперь не столе были разбросаны различные документы, а рядом со всем этим стояла на самом краю кружка с кофе, которая успела испачкать край стола. Он что, решил и мой кабинет превратить в свинарник? Убью… -Какого черта ты тут... Решил и мой стол уделать? – Сразу с порога я навалил на него с вопросами. Пройдя вглубь комнаты и бросив на диван папку, я прошел в свой кабинет. Он был смежным с комнатой, кто-то скажет: это же хорошо! Можно поспать когда устанешь работать, нет это не так. Поскольку это мой кабинет, и как и у других, тут могут храниться документы, которые могут понадобиться Ирвину, Ханжи и Майку. Я просто не могу закрывать кабинет, а этим идиотам может прискакать мысль прийти ко мне в тот момент, когда я сплю! А у кабинета и, назовем так, спальни, даже двери нет, просто арка. И закрыться от их приходов просто нереально. Разве что заложить кирпичами эту чертову дверь, чтобы они не приходили. Но это только мечты… -Я тоже рад тебя видеть. - Он оторвался от этих бумажек и улыбнулся мне с сарказмом. -Хм – Хмыкнув из комнаты, я достал пижамные штаны. Лучше попытаться уснуть, чем решать проблемы этого ленивца. – Будешь шуметь, я сам лично порву всю это макулатуру. Пробормотав что-то вроде «Спи уже», он уткнулся в документы. Как всегда открыв на ночь окно, чтобы когда встану, ощутить свежесть в комнате, да и просто чтобы не было жарко во время сна, я разделся, сложил всё на стуле и надел штаны, затем лёг в кровать. Сон не шел довольно долго, час или два. Но за это время Смит уже куда-то ушел. Видимо решил, что зона его кабинета вновь свободна от захватчиков. В голову вновь лезла эта девчонка с крыльями. Что ей от меня надо? Возможно, ничего, ведь она была сама удивлена, что я её слышу и вижу. А ведь всё это началось совсем недавно, месяц, семь, или, может, больше. Хотя может и раньше слышал, просто не замечал. Но я схожу ума, или я просто слишком много сижу над этими бумагами. Нужно отдохнуть, сходить в город, заодно и куплю чай, говорят, новый сорт вывели, может, попробовать? Сейчас нужно поспать, а завтра приставить к лицу Ирвина листок с моим однодневным отдыхом, да, пожалуй, так. Только я и тишина, куплю чай в городе, и отправлюсь, куда потише и подальше. За этими мыслями я и сам не заметил, как на часах пробило полночь, а я так и не смог уснуть. Из головы всё не выходил этот ангелок. Её больше не видно. Может, проблема сама разрешилась? На следующее утро Как странно, сегодня мне удалось поспать дольше обычного. На часах пять утра. Нормальному человеку требуется около восьми часов для нормальной жизни, но мне хватает и двух-трех часов. В конце концов, я привык так спать. Просто нужно привыкнуть и всё. Да и в моем раннем подъеме есть особый плюс - чем раньше встану, тем больше времени я уделю тишине. Сейчас я смогу спокойно почитать какую-нибудь книгу, а не капаться в отчетах. Я вообще не понимаю, зачем всё это… Я сомневаюсь, что эта ленивая королевская задница читает каждый отчет. Так зачем нам это делать? Никогда этого не понимал. Из окна, что было напротив моей кровати, показался первый луч солнца, что только начало выходить из-за горизонта. А из открытого окна подул легкий тёплый ветерок. Скоро наступит лето, а значит, наступят вылазки за стены. Как правило, зимой и ранней весной мы не выходим за стены, и даже Ханжины заскоки не заставляют легион делать это. Хотя в этом году мы выходили целых три раза. А все потому, что требовалась статистика о титанах от Зое для этого чёртового короля. Мы слишком многих потеряли, уж точно больше, чем обычно. Зимой мы более уязвимы, хотя и эти твари не в восторге от мороза. Ведь не только люди могут глупо поскользнуться на холодном зимнем льду. Ещё неделя и первая вылазка, первые смерти за этот период, опять писать смертные листы и отрывать нашивки. Надоело… Но эта свобода, что так хорошо ощущается за стенами. Тот момент, когда ты не просто скот в загоне, а пастух. Это чувство, окрыляющее не только душу, но и тело. А момент, когда ты летишь на УПМ просто потрясающий. И ты на мгновение забываешь и от титанах, и о стенах, и о том, что случилось сто лет назад. Ты забываешь обо всем. Даже тогда, в подземных кварталах, летая на таких же УПМ, я не ощущал такого. И ветер, и солнце отличаются там, за стенами, и тут в них. Там его больше и там он свежее. И солнце и трава, всё лучше, чем тут. Пусть эта трава и изрядна, потоптана титанами, ничего не может испортить её цвет и свежесть. Порой мне даже не хочется уходить обратно в стены, но человеку просто невозможно выжить за ними. Глубоко вздохнув, я отвернулся от окна и попытался встать с кровати, но застыл в сидячем положении. Сейчас нужно одеться и спуститься вниз за кружкой бодрящего чая. Люди, которые распускают слух, что с чая ты не проснешься, глупы. Чай так же бодрит, как и кофе. Наконец встав с кровати, я направился к стулу. Уже стоя перед зеркалом в одежде, я завязывал платок на шее. Очень многие спрашивают - почему я его стал носить. В особенности Изабель с Фарланом. Ведь раньше я такого не очень любил. Считал что всё это замашки «свиней» из якобы верхов, но сейчас привык. Или мне начало нравится? Да и почему бы и не надеть. Когда меня только назначили капралом, Ирвин сразу повез меня «знакомить» с разными людьми из общества, дабы укрепить моё положение, ведь на тот момент я всё ещё числился в опасных занозах в одном месте. И, когда дело дошло до начальника полиции, а на тот момент наши отношения были не самые хорошие, и когда дело дошло до пожатия руки этой «шишки», я снял платок, протёр его вытянутую руку и только после пожал её. Это лицо я не забуду никогда... После этого случая Ирвин перестал таскать меня с собой, куда ни попадя… Закончив с платком, я направился в сторону кухни. Кухня - это одно из самых чистых помещений нашего штаба, вообще их всего три: мой кабинет, ибо я не люблю пыль, столовая, так как нам лишняя зараза не нужна, и, самое чистое помещение, это кухня. Но сегодня самое чистое помещение таковой чистотой не блистало, что тут вообще произошло? Почему неприкосновенные запасы еды валялись на полу, а неприкосновенные, потому что только весна и пока ничего не растет, а ртов много… И какого черта кастрюли, что были в подвале, тут? И не просто тут, они разбросаны по всей кухне, а у некоторых оторвали ручки. Стекло и бутылки от него валялись по всюду. Мартышка постаралась? Или ещё кто? Хотя кто корме неё… О! А вот и виновник «торжества», точнее его пятая точка, торчащая из шкафа с крупами и алкоголем, который был припасен для Пиксиса, что часто к нам наведывался. Со стороны шкафа доносилось что-то вроде «наливай» и « а посему так мало» Кажется, этот виновник ещё и что-то бормочет. Вот теперь я всё видел. Говорящая задница… Подойдя ближе, я увидел в этой пятой точке, своего старого знакомого. Фарлан… Вообще Фарлан хороший человек. Всегда поможет если это требуется, рассудительный, добрый. По словам девушек с улиц, он просто ВАУ. Но вот если бы эти девицы знали, что если влить в него пару стаканов алкоголя, этот принц на белом коне превратится в чудовище, точнее, в пьяную морду. И тут уж ничего не попишешь, в прошлый раз он разгромил всю столовую, завалившись с Пиксисом, который, как и Чёрч, был в стельку пьян. Никогда не понимал, если не умеешь пить, зачем ты это делаешь? Удовлетворение своего эго? Или просто веселуха? Шлепнул белобрысого по щекам пару раз, он соизволил приоткрыть один глаз, и посмотрел на меня как на чудо света. Этот придурок всё ещё продолжает меня удивлять, хотя знаю я его довольно долго, лет пять точно. И за это время он ни разу не выпил без последствий. Один раз пришлось доставать его из колодца, что находился в подземельях, а мы на тот момент в штабе. Как он туда попал, никому не понятно. Все его попоища кончаются тем, что я его прикрываю. Видимо на этот раз одному ему было скучно, так как я заметил лежащего в огромной кастрюле Пиксиса. Он то что тут забыл? Они, что спелись вместе... Сговорились... Нет, все-таки спились вместе… -Ты какого черта тут забыл? И что более важно, что вы тут устроили? А что ещё более важно, что тут этот делает? – Опустившись на корточки, я приподнял Фарлана за плечи и показал пальцем на Пиксиса. -Ну, мы немного выпили… -Немного? – От моего голоса, мужчина в кастрюле стал просыпаться и оглядываться по сторонам. -Ну да, самую малость…- Он как-то отстранённо ответил, и отвернулся от меня в сторону проснувшегося Пиксиса. -Малость?- Отпустив его, я направился к кастрюле, что была воткнута в окно. Теперь ещё и окно новое ставить, блин… - Каким боков вас сюда занесло Дот Пиксис?- Я аккуратно вытащил кастрюлю и поставил её на близстоящий стол, который сразу сломался, и несчастная кастрюля полетела на пол... Что они тут вообще вытворяли? -Ну, я решил навестить Ирвина, но так до кабинета и не дошёл. Уж больно у вас шумели на кухне. Дай, думаю, проверю, может вор или маньяк, а тут праздник, да без меня. – Наконец освободившись от кастрюли, он подошел к Фарлану и похлопал того по плечу. А они неплохо спелись, обоим крышу сносит, если выпить больше трёх бутылок. - Леви, вообще я, когда пришел, здесь так было. Ну, кроме бутылок…- Чёрч озадаченно почесал свой затылок и виновато на меня посмотрел. Так было? -И кто, по-твоему, это всё натворил, какой дебил? -Короче расскажу всё по порядку. Я встретил сегодня майора, а она какая-то странная, разрешила мне выходной закатить себе. Ну, ты знаешь, что в моем представлении значит выходной. – О да! Знаю, на своей шкуре испытал, вытаскивая эту морду из колодца. - Уже ближе к часу я подходил к кухне, как из неё выбежала майор и скрылась в неизвестном направлении. – Закончив свой рассказ, он попытался свалить куда подальше, но не тут-то было. Я быстро преградил ему все ходы к отступлению лишь одним словом: – Стоять. Недовольно шикнув, он остановился и посмотрел на меня. По моему лицу было можно понять, что за поступок Ханжи отдуваться придется ему. И не просто убрать всё тут, так ещё и вызвать стекольщика или застеклить самому. И, конечно, не стоит забывать про несчастный стол. Ханжи всё чаще поражает меня. А ведь я считал, что меня уже ничего не удивит… - Дот Пиксис, я думаю самое время наведаться к командиру Ирвину. Он как раз как будто вас вчера ждал, убрался у себя в кабинете. И документы приготовил. – Я повел Пиксиса прочь из кухни, кивком показав Фарлану на бутылки. Теперь он должен будет купить новое угощение… Всю дорогу до кабинета Ирвина мы молчали, да и о чем нам говорить? Хотя порой с ним можно поговорить, в своей обычной форме, как с Фарланом или Смитом. Уже, будучи напротив открытой, двери кабинета Ирвина, Пиксис произнес, давясь смехом: -Ждал, говоришь? И правда…. Вид кабинета был хуже обычного, документы раскиданы по всей комнате. Окно, которое было открыто настежь. Пара голубей, что влетели в открытое окно, теперь клевали кофе из чашки, что стояла на столе. Книги, что раньше стояли в шкафу, теперь «аккуратно» валялись по всему кабинету. Плед с дивана, был бантиком завязан на люстре. Излюбленное кофе Смита было везде, и не только в заваренном виде. И в завершении всего этого срача за столом спал хозяин кабинета, «укрытый» по голову бумагами. Одним словом - картина маслом. -Да, он вас вчера очень ждал. Порядок даже навёл.- Я люблю стебаться над людьми, тем более теперь эта ленивая задница начнёт убираться тут. -Хороший у него порядок. У вас на кухне и то чище. – Его опять прорвало на смех, и от этого лошадиного ржача проснулся Смит. Оглядев всю комнату, у него невольно задёргался правый глаз. Да, Ханжи умеет удивлять, меня она уже удивила… Хотя, как я посмотрю, Ирвина тоже. Наконец его взгляд остановился на мне и Пиксисе, его глаза в секунду расширились, и он буквально подскочил к нам. - Дот Пиксис, я вас очень ждал. – Серьёзно? Это всё что он может сказать, я только что сказал это. Что ж утро началось у Ирвина с кофе, как он любит, правда кофе вливали не в него, а в его кабинет и не только вливали... Меня прям распирает от того, что теперь ему никак не выкрутиться. И, скорее всего, я буду приходить в чистоту и порядок. -Да, я вижу. – Пиксис наконец успокоился и похлопал Ирвина по плечу. Видимо ему нравится всех хлопать…-Ханжи у вас баба бойкая, и кухню разгромила, и кабинет твой. Чем вы так перед ней провинились, что она из одуванчика, да сразу в мегеру? -И двух недель не прошло толком с поимки прошлого титана для её экспериментов, а она уже его добила. – Ирвин с обречением начал свой рассказ, и опустив голову, глубоко и шумно вздохнул. -М-да, нужно что-то делать…. – Пиксис рукой потер подбородок и озадаченно посмотрел на нас со Смитом, выслушав долгую историю взаимоотношений троицы. -Я решил, так сказать, наказать её. И поэтому сказал, что следующий титан, над которым она продолжит экспериментировать, будет только через месяц, а она кабинет разгромила...- Молодец, Ирвин! Дави на жалость, и, возможно, он простит тебе твой срач в кабинете. -Ещё кухню. – Свое слово вставил Пиксис, задорно улыбнувшись и, приобняв Ирвина за плечи, повел того в кабинет. Плюхнувшись на чудом выживший диван, он продолжил.- Ладно, мы что-нибудь придумаем. А она передала тебе документы на твою подпись, что я дал в прошлый раз? -Какие документы?- Мне даже из-за предел кабинета было видно, как у Ирвина выступил холодный пот на лбу. -Как какие? Которые я просил передать тебе, как она закончит со статистикой про титанов. Где-то недели три назад. -Эта сумасшедшая женщина мне ничего не передавала. – Оу, Ирвин разозлился, и кажется у него задергался левый глаз, а челюсти плотно сомкнулись. -Чёрт! А если она с ними что-то сделала? Там ведь нужна подпись всех военачальников города…-Вот теперь и к Пиксису передалась злость Смита. Хм, попахивает лишней работай сегодня… Что ж самый момент сказать ему о моем выходном. Я молча прошел в кабинет, прямо к столу. Согнав голубей со стола, и найдя чистый лист, я написал «праздничный лист» для Ирвина. Осталась только его подпись, поскольку сейчас он не соображает, получить её будет проще простого. Подойдя к дивану с Ирвином у которого нервный тик перешёл и к Пиксису, кажется, это заразно. Я отдал ему документ о моем отдыхе. Отстраненно он посмотрела на лист в моей руке и наконец, спросил: -Это что? -Лист бумаги, на котором написано, что сегодня меня в штабе не будет. – Он приподнял одну бровь вверх, а нервный тик как-то быстро прошел. - У меня выходной. – Вот всё этому ленивцу нужно объяснять… -Выходной? -Да, живо подписывай. – Я сунул ему в руку, этот чертов лист, и показал пальцем на стол. Встав с Дивана, он пошатываясь подошел к столу, найдя там перо, и не найдя на столе пасту, мокнул его в кофе и поставил подпись. Гений блин… -Ты когда вернешься к работе? – Кажется, этот идиот вообще ничего не прочел… Направившись к выходу из кабинета, я пошел в направлении своей команды. -Сегодня вечером, максимум, завтра. – Уже, будучи в коридоре, я крикнул ему - Удачи с документами. БАЦ!!! Кажется, что-то упало, либо он, либо Пиксис. Это уже не моё дело, у меня выходной. Кабинет Ирвина находился на втором этаже, а моя команда в казармах, что были чуть дальше основного здания, и, конечно, сейчас они всё ещё дрыхнули. Именно поэтому легче передать Фарлану, что ещё долго не поспит, а он уж остальным. Спустившись в столовой, а через неё пройдя на кухню, я увидел, что видеть мне не следовало. На кухне не было Фарлана, нет, тут была личность по-опаснее. Изабель. Когда Изабель хочет, есть, она начинает…. Нет, не рыскать в поисках еды, она начинает петь. А у Магнолии НИ голоса, НИ слуха НЕ было и быть НЕ может… Мне как самому «везучему» существу на планете посчастливилось зайти в тот момент, когда Изабель уже открыла рот, чтобы начать петь. Не задумываясь, я схватил первое съедобное, что мне попалось под руку, а это оказался лук…. Я закупорил отверстие, издавающее эти ужасные звуками. Спасая себя, я совсем не заметил лежащего в нокауте Фарлана и именно поэтому «слегка» наступил на него. Видимо, эта песня не первая… Выплюнув лук и выпив литра два воды, Магнолия посмотрела на меня самым жалостливым взглядом и наконец, произнесла: -Злой ты, братик… -Я? Что ты с Фарланом сделала?- Осознав, что я всё ещё одной нагой стою на бедняге я убрал ногу с него. -Ничего… Я пришла, он так валялся. -Ладно, разберись, и узнай, жив ли он вообще. Ему ещё тут всё убирать. -Братик ты суров…. -Я в город, буду сегодня, либо завтра, не разгромите тут всё в моё отсутствие. -Ой, я тоже хочу выходной! -Хм. – Хмыкнув уже на выходе, я направился в свой кабинет. Если подумать, то мартышка и там могла чего натворить, но она же не самоубийца, именно поэтому в моем кабинете чистота и порядок. Пройдя через кабинет, в свою комнату. Я увидел точно такой же порядок. Что-ж, она не такая уж и дура, как я думал. Подойдя к шкафу в углу комнаты, я достал из него свой костюм. Не хочу ходить по городу и слушать – «О-о-о, это наша надежда, надежда всего человечества!». Да что вообще эти придурки понимают!? Такому скоту не понять, какого это видеть смерть! И какого это убивать одну из этих тварей, и это чувство, будто человечество приблизилось на шаг ближе к долгожданной победе. Схватив с полки костюм и бросив его на кровать, я стянул с себя форму и небрежно бросил её туда же, что в обычной ситуации не характерно для меня, но внутри что-то кипит, что-то, что заставляет не думать о беспорядке. Злость или обида? Натянув на себя штаны и пиджак (рубашку я решил оставить от формы она ничем не выделяется). Перевязав платок на шее, я вышел из комнаты. К моему счастью, по пути к выходу из замка мне никто не встретился. Сейчас я был на взводе, толи от мысли, что люди ничего не понимают об этой жизни, толи от злости на самого себя. Я не понимаю, почему я злюсь… Просто злюсь. До города я решил добраться на лошади, поэтому сразу направился к конюшне. Мне сегодня везёт, и тут пусто. Хотя чего удивляться… семь утра, а подъем в восемь. А в легионе нет таких, которые рано встают ради того чтобы просто побесится. Вот и сама конюшня, запах тут, конечно, шикарный…. Снарядив Грома, а именно так звали моего коня, я оседлал его и выехал рысью из штаба. Как только я оказался за пределами замка, я пустил его галопом. Мой конь был дан мне ещё при моем поступлении в легион, ну как дан, я сам выбрал нужного мне коня. Тогда он казался всем строптивым и неприрученным, но не для меня. Он был похож на меня. Такой же жаждущий свободы, и эта жажда читалась в его глазах при каждой попытке вырваться. Он попал в штаб случайно, и никто не мог предположить, что он останется тут. По ошибке Изабель которой тогда доверили следить за штабом в отсутствие всех разведчиков. Тогда была серьёзная вылазка, и все были отправлены на фронт. В тот день титаны особо долбились в стены, и нам пришлось их отгонять. Поскольку нельзя было оставлять замок без присмотра, начальник разведывательного отряда решил оставить именно Изабель, кто бы мог подумать, что она так начудит…. Её пение напугало дикую лошадь, что недалеко паслась. Стоит Магнолия у ворот и распевает. Нет, она не хотела есть, по её словам, она распевалась к нашему приезду. Услышав её вой, бедное животное буквально взбесилось, перескочило через довольно высокий забор у замка, метров полтора точно. Конечно, Изабель не придумала ничего лучше, как погнаться за конем. Естественно она напугала его ещё больше. И несчастное непарнокопытное животное направилась прямиком в сторону окна, что вело в кухню. Это несчастное окно многое пережило, но вот целого коня оно не потянуло. Поскольку было лето, и окно на кухне было открыто настежь, жеребцу ничего не составило залезть туда мордой и успеть натворить там дел. Покусанные продукты, это только четверть того, что натворило испуганное животное. Суп, что остывал на подоконнике, омыл собой весь пол кухни, а в некоторых местах даже стены и потолок. Окно, что было идеально вымыто перед уездом легиона, превратилось в груду стекла и дерева. Несчастное животное было настолько напугано, что от страха успел оставить подарочек из своего желудка. В который я по приезду вляпался… Ближе к вечеру Изабель подустала и без сил опустилась возле лестницы у главного входа. Что не скажешь о коне, он, как и два часа назад, без устали носился по штабу и громил всё на своем пути. К этому моменту наша миссия была закончена и мы, наконец, вернулись в штаб. Мы даже заехать только ек успели, как на нас понеслась дикая необузданная лошадь. Те, кто успел слезть со своих лошадей, стали пытаться успокоить напуганное животное. Правда удавалось им это плохо, что только одни не делали, и сахаром манили, и морковью манили, и в узды её запихнуть пытались. Всё безуспешно. И тут Ирвин выдает что-то вроде, а пусть Ривай попробует. От чего-то все что были рядом притихли. Я преспокойно подошел к животному, отчего он присмирел. Естественно, ведь эти идиоты только и пугали его своими криками и спешкой. Я не торопясь протянул руку к коню. Тот так же не спеша приблизил свою морду к моей руке, для меня это послужило знаком, что он разрешает себя погладить. Идиоты, что до этого выкрикивали из толпы - «да она же бешенная, вон глаза какие!», оказались не правы, большие чёрные глаза, глубокие, с огромным желанием жить и быть свободным. Этот блеск напомнил, мне тот, что плещется и в нашил глазах. Сама лошадь была полностью чёрной, не считая двух белых пятен возле глаз. Её грива была белого цвета, густая, она была словно кем-то ухожена, на ней не было ни репейников, ни намеков на комки. Потёршись об мою руку, она заржала довольно громко и лизнула мою руку. От чего по всей толпе прокатилась волна возгласов. Видеть приручение лошади человеком - странное дело. Ты никогда не знаешь как она отреагирует. Возможно, плохо, а может наоборот - хорошо. За всеми этими воспоминаниями я не заметил, как доехал до города. Оставив Грома у одного из знакомого в гарнизоне, я направился на главную улицу, а оттуда в магазин с чаем. Нужно будет Изабель купить сладкого, а то опять с Ханжи чего замутит. А эти две бабы – ад моих нервов. На часах уже половина восьмого, магазины начали открываться, а первые люди появляться на улицах с целью что-то купить или наоборот продать. А кто-то просто гулял и наслаждался миром и покоем. А вот и чайная лавка. Я всегда беру именно в ней. Здесь он всегда вкусный и ароматный, именно тут людей не пытаются одурачить обычной травой, как это делают в других местах. Как я только открыл дверь, в нос сразу ударил приятный аромат различных трав, а колокольчик, что висел на двери, разрезал тишину. Я сразу подошел к прилавку с сортами чая. Поскольку ещё вчера вечером я решил попробовать новый сорт чая, то искал именно его. На звон колокольчиков в комнату вбежала девчушка, лет пятнадцати. Взглянув она меня, она отчего-то улыбнулась и вновь убежала. Из-за двери, в которую девчушка убежала, послышалась какая-то возня и шёпот. Как только всё стихло, тут же показалась старушка небольшого роста с тростью в правой руке. Она была сгорбленная старостью, с белыми волосами, что были завязаны в пучок и яркими глазами цвета зелени. Постукивая палочкой по деревянному полу, она подошла ко мне и, заглянув прямо в глаза и широко улыбнувшись беззубым ртом, спросила: -Милок, тебе чего? -Говорят у, вас новый сорт чая вывели. Я бы хотел попробовать. -Да-да, вывели. Вот подержи. – Она сунула мне в руки свою трость, и, открыв шкафчик с разными мешками, развязала один из них, взяв немного в ладонь, она трясущимися руками поднесла к моему лицу. – Ну как? Хорошо пахнет? -Хорошо. -То-то.- Она высыпала всё обратно в мешок, подошла к столу, что стоял неподалеку, и достав от туда тряпочный пакетик, вернулась. – Милок, тебе как обычно? -Нет, чуть поменьше. – Я довольно долго сюда хожу и привык к этой старушке. Старики мне всегда казались чем-то добрым и светлым, а эта старушка - просто склад доброты и миролюбия. За свою жизнь она повидала очень много. Вроде ей уже больше самих стен, одна из долгожителей. Хорошо, что есть те, кто может рассказать, что и как было. А ведь на вид и не скажешь, что ей за сотню лет, бодрячком и всегда с улыбкой. За всё то время, что я покупаю тут чай, я ни разу не видел её болеющей или прихворавшей. За своими мыслями я и не заметил как старушка всё насыпала и теперь убирала мешок обратно. Наконец всё убрав, она повернулась ко мне и протянула руку к трости в моих руках, забрав её, она отдала мне мой чай и назвала сумму. Вынув из кармана деньги, я отдал их. На что она опять улыбнулась мне и поблагодарила за покупку. Купив так необходимый мне чай, и сказав напоследок - «спасибо, не болейте» ушел, в кондитерскую. Нужное мне здание находилось на соседней улице. Кое-как пробравшись через толпу людей, я оказался в нужном мне месте. Вновь дверь, и опять колокольчик. Кондитер, что работал тут на две должности – продавца и повара, отвлекся на меня и улыбнулся мне отнюдь не фальшивой улыбкой. За свои годы жизни я прекрасно научился понимать улыбки людей, как и их самих. Люди подобны книгам, обложки обманчивы, бывают и красивые, а бывают и нет. Нужно смотреть внутрь книги, не в содержание, а именно внутрь. Ведь порой и содержание обманчиво. -Сер, Вам как обычно? Или хотите взять что-то новое? – Учтивость, это одно из главных черт повара. Повар был мужчиной средних лет, с прекрасной женой и двумя детьми. Хотел бы я спокойной жизни и такой семьи. -А что новенького есть?- Как только я озвучил вопрос, мужчина стразу принялся мне показывать, что нового появилось в ассортименте. – Ах да. Забыл. Мне нужно что-то такое, которое не испортится до завтра. -До завтра?- Повар задумчиво почесал затылок. – Хм, а может вот эти? Пирожные вкусные, моя дочь уплетает их за обе щеки. – При воспоминаниях о дочери, от улыбнулся ещё шире. -А с чем они? Мака нет?- У Изабель аллергия на мак, ей просто противопоказано его есть. Она сразу превращается в красного пупырчатого монстра. -Нет, нету. -Дайте их. – Чтож я думаю, Изабель придётся по вкусу что-то новенькое. Да и не придирчива она в еде, а особенно в сладком. -Сколько вам? – Мужчина одел перчатки и посмотрел на меня. -Хм. Дайте пять.- На мгновение призадумавшись, а не попробовать ли и мне? Я добавил - Хотя нет, лучше шесть. -Хорошо, шесть так шесть. – Кондитер вновь улыбнулся и, открыв витрину, достал от туда свежеиспечённые булочки. Он протянул их мне и сказал цену. Взяв пакетик из рук мужчины, я достал из кармана деньги, процедив что-то вроде – « Сдачи не нужно», вышел из помещения. Чтож теперь в тишину, куда бы пойти? Может, в лес? Нет, сегодня среда и там собрались охотники, чтобы поймать очередную тушку,среда - их день. А завтра рыбаков. Значит, я могу смело пойти к реке. Дойдя до входа в город, к моему оставленному коню, я уселся в седло, а свои покупки закрепил в дорожной сумке. Путь до реки прошел спокойно и без приключений. Подъехав к озеру, я оставил Грома пастись, а сам подошел ближе к воде. Заметив огромное дерево, корни которого были видны и на поверхности, а ветки - настолько высокими и густыми, что создавалась огромная тень, которая падала не только на берег перед водой, но и на большую часть реки. Казалось, что вода приобрела чёрный оттенок, и рядом чистая и прозрачная вода казалась чем-то нереальным. Трава под моими ногами ложилась, и вновь выпрямлялась. Словно тянущаяся к солнцу жизнь. Подойдя к стволу дерева, я снял с себя верх костюма и, бросив его возле корней, присел на него. Что-ж всё равно в стирку, а вот штаны не хочется пачкать. Звуки природы были прекрасны, ничто не может сравниться с этой песней. Даже самый хороший музыкант ничто по сравнению с природой и её личной музыкой. Щебетание птиц, стук дятла о кору дерева, лягушачье кваканье, шелест листвы при малейшем порыве ветра, хлопки крыльев птиц пролетающих рядом, шуршание грызунов в своих норках, жужжание ручья... Всё это можно услышать тут, стоит только прислушаться. Прикрыв глаза, я слегка задремал. Видимо из-за того, что я был на природе, и меня убаюкивает песня леса. Мне снился сон с похожим содержанием. Проснулся я от того, что ко мне прислонилось что-то мягкое и тёплое, как оказалось, это была белка. Белка… рыжая… как и та девчонка, её больше нет…. Это из-за того, что она узнала, что я её вижу? Не думаю, разве это что-то меняет или всё таки меняет? Зверёк, что спал рядом с моей ногой проснулся и, отбежав от меня к близ лежащему жёлудю, взял его в лапки. Ещё раз, посмотрев на меня глазами бусинками, белка юркнула рядом со мной и забралась на верхушку дерева исчезла в густой листве. Чтож мне уже пора, смеркается. Видимо, уже часов восемь. Можно вернутся в штаб или же остаться в городе на ночь. Но зачем? Можно погулять по лесу, это занятие намного приятнее, чем перебирание бумажек. Подозвав к себе Грома, я оседлал его и направился рысью вглубь леса. Я скакал в неизвестном направлении, просто скакал. Мне требуется разрядка. Нет, не телесная, а душевная. Меня достал этот замок. Хочется отдохнуть от всего и всех. От вечно орущей Ханжи, от Майка с его привычкой всё нюхать и бесить меня, от Ирвина с его ужасным беспорядком, от команды, в которой вечно перепали по пустякам, от выходок Фарлана, от пения Изабель. От всего. Именно в такие моменты понимаешь, что ты так сильно устал, что у тебя уже нет ни желания жить, ни хотя бы существовать... Я слишком отвелся и совсем не заметил, как сменил спокойный бег рысью на галоп. Теперь я не просто скакал по лесу, я буквально мчался по нему с дикой скоростью. Жажда скорости была не только у меня, но и у моего чёрного друга, мы правда похожи. Видимо, хоть где-то пение Изабель пригодилось. Впереди показалось лежащее дерево, я посильнее натянул поводья, и прыжок. Гром, идеальный конь для меня, он понимает без всяких команд, что нужно делать и когда. Мы прогуливались по лесу до поздней ночи, пока совсем не потемнело. Пора обратно. Я направил коня в сторону города, и уже через два часа я был у входа в штаб. Осталось только постучать караульным и поставить коня в стойло. Черт… Темно… Ничего не видно. И как назло луну облака закрыли. Куда стучать не видно. Где окно-то? Эти идиоты уснули там что ли? Какого черта свет не горит, как обычно? Когда надо, не горит, а когда не надо ночью в глаза светит! О, кажется, до этих придурков дошло, что нужно зажечь лампу, или они просто услышали как Гром фыркает. К воротом подошел какой-то парнишка и открыл их. Как только путь дальше был открыт, я залез в седло и поскакал прямиком в конюшню. Уже возле стоила я слез с Грома и, расседлав его, взял из сумки чай и пирожное, направился прочь. Наш конюх как обычно позаботился обо всем, еда и вода давно ожидали моего коня. А меня давно ожидала прекрасная дама - кровать. Зайдя в штаб, я первым делом направился на кухню. Фарлан на славу постарался. Кухня блестит и сверкает чистотой. Обычно я складывал пирожные для Изабель в шкаф над столом, чтобы другие сладкоежки разведки не забрали угощение для Магнолии, но сейчас данный шкаф отсутствовал, видимо бедняга не выдержал проделок Зое. Поэтому пирожным придется побыть у меня до завтрашнего утра. Собственно как и чай, ведь свой чай я убирал именно туда. Интересно, а куда Фарлан дел пакетики с ним? Ладно, сейчас это не важно, почти три часа ночи. Пора идти спать, а всё остальное подождет. *Спустя неделю* Прошла неделя с моего выхода в город и завтрашняя вылазка за стены меня что-то не радует. Не хочется оказаться в числе тех, кто не вернётся. Нет, мне не страшно. Разве что я боюсь, что моя команда может вернуться не полностью. Скорее всего, именно этого я и боюсь. На улице вечер, солнце заходит за горизонт, хотя в стенах этого толком и не видно. Чтож, завтра… За всю эту неделю МОЙ глюк так и не навестил меня, не похоже на неё. Обычно только её волосы и маячат перед мои носом. Оно и к лучшему. После того случая с Пиксисом у Ирвина в кабинете всегда порядок. Что меня сильно радует. Теперь я прихожу в чистоту и порядок, а не в свинарник. После того же случая с Пиксисом, Фарлан неожиданно заявил мне, что больше не будет пить. Жизнь стала однозначно лучше, не считая Ханжи которая ходила с аурой убийцы. После того как Пиксис и Ирвин оклемались, они тут же припахали Зое к работе, теперь у мартышки начались невыносимые дни. А я что? Я всего лишь занимаюсь подготовкой солдат к предстоящей вылазке, чтоб её. Кажется, я слишком часто стал уходить в себя, я уже не замечаю, как прихожу к нужному мне месту за своими мыслями. Вот так опять. Я уже минут пять стою у кабинета Смита и тупо пялюсь сквозь него. -Леви, прекрати так смотреть! Будь менее задумчивым, может, и люди потянутся. -Нет, спасибо. Вот кого не надо, так людей.- Вновь кабинет, только теперь тут не витает противная пыль, теперь тут витает слабый, но ощутимый запах кофе. Он не изменим… В моих руках папка, но уже с другими документами. Нет, не об окончании жизни солдат, а о том какие допущены до вылазки. Хотя, мне кажется, скоро многое поменяется. -Ты уже закончил?- кивок с моей стороны, послужил коротким ответом. Я прошел молча в кабинет и бросив, как обычно, папку на стол уселся на диван. Ничего не меняется.- Быстро ты… -Да. -Что думаешь насчет предстоящей вылазки? Каковы будут потери? – Он всегда задает мне эти вопросы, а я всегда отвечаю, пожав плечами. –Как всегда. Да, как всегда. Мы ничего не меняем, толи просто от бессилия. Толи просто потому, что это нереально. Я встал с дивана и направился прочь из кабинета, меня ждут ещё недотренерованные солдаты, пора научить их как смотреть в лицо опасности. Как я заговорил… *Три часа спустя* Всё как обычно, такая жизнь уже приелась. Я начинаю думать, что эта девчонка с крыльями придавала моей жизни остроты, а теперь всё как обычно, по-старому. Я шел в свою комнату, мне пора отдохнуть. Завтра слишком тяжелый день…