Ты никому не достанешься, кроме меня.

Том резко отодвинулся от брата, расцепляя свои руки и отходя на шаг назад, развернулся и мимолётно, как-то незаметно, оказался у графина с водой, рядом с которым лежала пачка успокоительного, на которую Билл ранее не обратил внимание. Движения старшего близнеца были быстрыми точными, несмотря на то, что присутствие рядом брата сиюсекундно могло решить его всякого рассудка. Вильгельм внимательно пытался следить за тонкими длинными пальцами, резко разрывающими белую упаковку, но затем взгляд неосознанно проскальзывал по всему телу, которое казалось ему таким уникальным и совершенным. Моментами Билл завидовал Тому, но понимал, что ему такое тело не пойдёт, даже если они являются близнецами. За звуком льющейся жидкости последовало приглушённое шипение таблетки. И ещё одно повторение. Старший близнец развернулся и медленно пошёл, подступая к столу, с двумя стаканами в руках, как ребёнок, боящийся разлить всё на пол. У Билла эта неуклюжесть вызвала добрую улыбку, тепло которой словно прочувствовал Том и поднял голову. Нескольких секунд ему хватило для того, чтобы часть жидкости из одного стакана «выскочила» и со шлепком «разбилась» о пол, растекаясь в маленькую лужицу. Первые капли злости начали подкатывать к горлу. Том чувствовал себя таким бессильным в этой ситуации. Он же взрослый. Он должен быстро, не разливая, нести стаканы, подавать пример. Но этого не получалось. И вот тут становилось неприятно и жалко. Он перешагнул мокрое «пятно», подошёл к столу, со стуком поставил свой стакан перед собой, что вода в нём подлетела, а другой аккуратно придвинул брату и кивнул. - Спасибо, - тихо отозвался Билл, окидывая взглядом стаканы. – Можно я с тобой поделюсь? Он понимал, кому на самом деле нужнее лекарство, но это не значит, что брата он считал больнее. Билл был болен сам, и он это понимал. Да ему самому нравилось быть таким, ведь с ним такой же брат, который сможет понять и успокоить, и которого самого порой нужно успокаивать. Билл притянул к себе второй стакан и налил туда часть своей жидкости так, что всё оказалось поровну. - Мы же с тобой одинаковые, - продолжил он. – Так почему же эти стаканы должны отличаться от нас? Смотри, они такие же, как и мы, они – идентичны, - он, не переставая, рассматривал предметы и почти не заметил, как его снова обнял старший брат, который казался сейчас таким маленьким. Только тепло от соприкосновения вновь привело в чувство затуманенный и уснувший рассудок младшего близнеца. - Я хочу.. – невнятно проговорил Том. – Хочу.. – он отстранился и сел на стул, с небольшими подпрыгиваниями придвигаясь на нём ближе к брату. - Мне нужно позаботиться о тебе? Хорошо, - Билл улыбнулся и начал поить брата лекарством. Некоторые моменты казались ему такими наивными, что порой думалось, будто всё наиграно, да так искусно, что фальши заметить невозможно. - Я хочу сводить себя в город, Том, со мной. Вместе, - начал брюнет, а близнец тем временем широко раскрыл глаза и выплюнул часть воды с растворённой таблеткой обратно в стакан. Отмахнулся и покачал головой, затем выхватил вещь из прохладных напряжённых пальцев и быстро всё выпил сам, после небрежно вытираясь рукой. - Том, послушай.. – Билл положил ему ладонь на плечо, но тот отвернулся и ткнулся головой в стол, громко и протяжно вздохнув. - Я хочу, чтоб осталось что-то на память, понимаешь? Хочу сделать с тобой пару воспоминаний. Я не могу вечно сидеть дома. Я, конечно, домашний человек, но и постоянно взаперти себя тоже держать не могу. Ты позволишь мне сделать это? Вместе с тобой? Мы, понимаешь? Том начал имитировать громкий храп. - Да ты слушаешь меня вообще, нет?! Ты меня хоть когда-нибудь слушаешь, когда дело доходит до чего-то серьёзного? Или ты постоянно будешь строить из себя идиота, Том? Том?! Ты слушаешь меня? – он встал и подошёл сзади, но Том махнул рукой и случайно ударил брата по груди, на что тот тихо, но резко охнул и отошёл. - Хорошо. Хорошо.. Тогда я пойду один. Тебя это устроит? – он демонстративно развернулся на пятках и с гордым видом пошёл в комнату, но Том этого не видел. Он слышал. И эти самые шлепки по полу с такой импульсивностью отдавались у него в голове, словно туда вколачивали гвозди, будто назло. Он схватил второй стакан и вылил всё содержимое на стол и, сжав его в руке, спокойно поставил на мокрую поверхность. - Превосходно, - хриплым голосом сказал он и пошёл в ванную. А на оставленном стакане виднелась образовавшаяся трещина, поблёскивающая от неяркого света из окна. Вы когда-нибудь чувствовали себя настолько подавленным, но вы знали, что всё произошло из-за мелочи? Билл не понимал, почему его так задели действия брата, но было неприятно, что хотелось удавиться. - Я, конечно, понимаю, что это для некоторых типичные явления, но.. У меня это не так часто случается. А, точнее, почти никогда. Так что это для меня, даже, ново.. А как вести-то себя при этом? – он ударил кулаком тумбочку и зашипел. - Надо было всё же ударить подушку.. – с грустной ухмылкой сказал он и, прихватив с собой кофту, вышел из комнаты. Он не слышал, как после его выхода из дома и хлопка двери, она снова закрылась, но совсем тихо, а вслед за быстрыми, нервными, твёрдыми шагами последовали спокойные и еле слышные. Билл шёл торопливо, то и дело чуть ли не оглядываясь назад. На улице было неприятно. Издалека ветер приближался ближе и ближе, а затем со свистом ударял по ушам, развевая и запутывая волосы. Брюнет ещё ускорил шаг, чтоб поскорее спрятаться от этого ветра, который, казалось, мог легко сдуть и перебросить куда-нибудь. Почти пробежав около двух километров, Билл остановился около высоких ворот, в которых была сделана дверь как раз с рост человека. Несмотря на прохладную погоду, брюнету было жарко: щёки горели, а вот уши болезненно щипало. Он дотронулся до них пальцами и шикнул. - Обветрились.. – вздохнул он и поскорее вошёл в искусственно сделанный парк, больше похожий на какую-то сказку из-за своих статуй и построений. Это всё было так великолепно, но что ему здесь делать одному? Думать? Билл предполагал, что этот парк отвлечёт его от недавно произошедшего случая, но всё внутри словно специально возвращалось к воспоминаниям. Отдышавшись, он с волнением оглядывал прохожих. Казалось, что всё им здесь было безразлично. «Как в таком месте можно вести себя так? Как в таком месте можно вообще себя не вести?» Да, это всё искусственно, но оно настоящее. В каком-то смысле. Растения совсем не пластиковые. Птицы - совсем не набитые опилками статуэтки. Порой то, что сделано человеком, не всегда может быть некрасивым и разрушительным. Но в очень малых случаях. Билл продвигался вглубь парка, обходя или проталкиваясь вперёд. Какое-то маленькое построение было похоже на отдельное пространство, и брюнета потянуло туда. Место для уединения с самим собой. Он открыл высокую дверь и прошёл дальше, затем остановившись. Внимательно всматривался в каждое растение. Всё было так ярко и разноцветно, но с бушующими эмоциями внутри Билла это теряло цвет. Через пару минут послышался повторный скрип. Тело словно отвердело и натянулось, как струна. Чувство единения вмиг улетучилось. Неслышные шаги. Казалось, что этот кто-то продолжал стоять или плыл по воздуху. Но еле ощутимый ветерок говорил о постороннем движении. Осторожно прижавшееся сзади прохладное тело и горячее спокойное дыхание, смешавшееся с воздухом, переплетённые пальцы, по которым невозможно не узнать, кто это, и здесь. Здесь. Здесь. Соприкасаясь ещё сильнее и впиваясь немного отросшими ногтями в прохладную кожу, напряжение уходило. Сжатые руки до боли, словно тело задалось вопросом: «Это ты?» И кивок, который едва чувствовался шеей и плечом. - Я тебя нашёл. Теперь твоя очередь, - Том снял свою толстовку, накинул её на брата и прежде, чем тот успел возразить, выскочил из помещения. - Но там же холодно, - обернувшись, сказал на выходе Билл. Он видел только закрывающуюся дверь. Да, внутри не было ветра, но температура вполне позволяла человеку в футболке беспрепятственно замёрзнуть. Через несколько минут Билл поспешно вышел из помещения, но тут же был остановлен и впихнут обратно в мини-сад. - Знаешь, я тут подумал.. – отходя и поёжившись, сказал Том. – Я не хочу от тебя прятаться. Я сам буду тебя искать. От внезапных слов Билл дёрнулся и обернулся, замирая: - У тебя задатки настоящего маньяка.. Ты меня напугал. Том напрягся. Он этого не хотел. - Только не потеряйся.. – знал бы брюнет, как сейчас волновался его близнец. Том думал, что ведёт себя как-то странно. Билл снял с себя толстовку и вернул её на плечи законному обладателю. - Ты замёрз же.. – но ответом послужило отрицательное мотание головой. - Почему ты себя так наигранно ведёшь? Том опустил голову. - Я могу идти дальше? – тихо спросил он и отошёл на пару шагов назад, затем упираясь в стену. - Том.. – Билл улыбнулся и протянул руку вперёд, подходя к брату ближе и ближе. – Ты волнуешься за меня? Близнец поднял глаза и еле заметно повторил улыбку. - Вау.. – шепнул брюнет и быстро сжал плечи брата, без звука целуя в висок, в кончик носа, а затем и в уголок губ. И так же быстро отстранился, выбегая из помещения и утягивая ничего непонимающего Тома за собой. – Я не хочу играть, Том! Пошли. - Вау, - повторив за братом, он, чуть не упав от постоянных дёрганий Билла, побежал следом. Оба выбежали из помещения, посматривая друг на друга. Казалось, что внутри стало так жарко, и они понимали из-за чего. Том провёл ладонью свободной руки по уголку губ, а второй рукой сильнее сжал ладонь брата. - Как их много здесь.. Раньше такого не было, - сказал Билл, когда они уже проходили вглубь огромного ограждённого парка. «Господи, бегут куда-то, как боящееся стадо. Пробегают мимо таких красивых вещей, будто находятся на самой обычной запылённой улице рядом с широкой дорогой, по которой ездят множество машин, оставляя после себя неприятные выхлопы». Том тихо шёл сзади, не издавая ни звука и всё ещё не отпуская руки брата, почему-то чувствовал себя как-то смущённо. Не заметив, что Билл остановился, Том врезался в его спину и, расцепив пальцы, положил ладони на плечи близнеца, чуть сжав их, и встал на носочки, выглядывая, что послужило их остановке. - Оо, я хочу сюда. Пойдём, - он подтолкнул Билла за плечи и буквально повёл его в маленькое здание, «именуемое» кафешкой, с множеством мороженого. Они подошли к самому дальнему столику и сели за него. Билл молчал и затравленно смотрел в одну точку. Такое резкое ухудшение настроения столь дорогого Тому близнеца самому ему приносило щемящее чувство. Чтобы хоть немного отвлечься от этого, он пошёл и заказал два мороженого и одну плитку молочного шоколада. Когда Том вернулся, положение брата и выражение его лица не изменились. Он близко подсел к нему и, чуть наклонившись, прошептал на ухо: - Что случилось? Билл повернул к нему голову, что их носы и лбы соприкоснулись и вздохнул. Том понял, что двумя словами брат не обойдётся, и обнял его. Его совсем не волновало то, как на них могут посмотреть другие, что они могут подумать. Сейчас Том существовал только для Билла и готов был слушать, и видеть только его. - Когда тебя забрали, мама нередко водила меня сюда веселить, так сказать. Состояние психическое тогда у меня было точно нестабильным, и такой расклад её не устраивал. Но она будто не понимала, что мне нужно было только тебя увидеть. Она не понимала.. Здесь я постоянно смотрел, как другие семьи или просто братья, сёстры, другие дети ели мороженое и были такие счастливые, находясь рядом друг с другом. Мне и так было грустно смотреть на них, понимая, что я вот так не мог сидеть с тобой, есть это самое мороженое и просто наслаждаться. Да меня даже не пускали к тебе, не возили и вообще ничего о тебе не давали знать. Словно ты исчез, растворился или умер.. Это было так страшно.. Том немного отстранился и посмотрел на брата, который сидел уже с зажмуренными глазами и думал над тем, что же скажет дальше. - А я им завидовал. Я хотел кричать и ударять их, чтоб они только не попадались мне на глаза такими счастливыми. Но они словно преследовали меня. На каждом шагу, везде.. И только дома я не видел их. А когда некоторые из них вообще языки показывали, становилось так тошно, что я просто отворачивался, сжимая челюсти, чтоб опять не закричать от того, что не могу ничего поделать.. Что не могу быть таким счастливым.. Как они.. Он поднял глаза, которые были такие красные по мнению Тома, будто их покрасили краской. И они были влажные. Старший близнец провёл пальцами по скулам Билла, немного приводя его в чувства. Он понимал, что сегодня ему лучше быть предельно спокойным и осторожным. - Я знаю, что сбылась та мечта, которую я так давно хотел. Ты здесь, я тоже здесь. Мы вместе. Но почему эта мечта не заставляет меня улыбаться? Я что-то сделал не так? – он вздохнул. Том не сдержался и поцеловал его в немного сухие губы. Он хотел показать ему, что он рядом, как он любит, как бы наивно и типично это не было. И Билл поверил. Он верил и еле заметно улыбался. - Улыбнулся, - прошептал Том. - Нееет. Я не из-за мечты. Тут совсем другое.. Уведи меня домой, пожалуйста, - он сжал руку брата и вновь прикрыл глаза.